Готовый перевод The Marquis's Struggle / Путь опального князя: Восхождение из пепла: Глава 3

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Умывшись и позволив слугам раздеть себя, Вэнь Лэ улегся в постель. Если говорить начистоту, такая жизнь была в бесчисленное количество раз лучше той, что вел Вэнь Лэ в свое время в современном мире.

Сколько стоят современные сиделки? За несколько тысяч в месяц они едва ли согласятся делать что-то, кроме домашней работы. К тому же, чаще всего это пожилые женщины с весьма непростым характером — заставить их помогать с переодеванием или умыванием было делом куда более сложным, чем увидеть сон.

А теперь обслуживанием Вэнь Лэ — его едой, одеждой, жильем и передвижением — занимались четверо служанок и двое слуг. Помимо Чэнь Сян, к нему были приставлены еще три служанки — Шуйтун, Иньсин и Минлю, которые отвечали за то, чтобы он был одет, накормлен, умыт и причесан. Двое пажей, Цаншу и Жэньдун, по очереди читали ему вслух.

Книги, которые они читали, были всего лишь странными путевыми заметками: описания в них были как под копирку, скучные и однообразные. Прослушав несколько строк, Вэнь Лэ отпустил их отдыхать.

Когда дверь заперли, он опустил полог, закрыл глаза и, наконец, погрузился в свои мысли.

В темном пространстве перед его мысленным взором медленно проступила страница, источающая мягкое сияние.

Невозможно было измерить размеры этой страницы, но при внимательном рассмотрении она казалась бесконечной, при этом даже крошечные иконки в углах были видны невероятно четко. В верхней части страницы, независимо от любых изменений, всегда красовалась строка черных иероглифов: «Видеть истину, соблюдать меру в дарении и получении».

Ниже, в правом верхнем углу, виднелась маленькая надпись: «[Первоначальный участник] Вэнь Сяньлэ, время последнего входа: двадцать один час назад».

Вэнь Лэ протянул ладонь. Как ни странно, хотя он держал глаза закрытыми, в темноте он видел, как его собственная полная и мягкая рука, не скрытая больше широкими рукавами, поднялась в воздух и нажала на собственное имя в верхней части страницы.

Светящаяся страница на мгновение замерла, а затем сменилась интерфейсом управления.

Он проверил информацию: как первоначальный участник, он имел лишь два слота для выставления товаров, и сейчас тот, в котором лежал его нефритовый кулон, был пуст. Вэнь Лэ перевел взгляд на баланс — там высветилось число 2500.

Это был чрезвычайно развитый, хотя и не слишком конкурентный виртуальный рынок.

С момента появления в этой эпохе Вэнь Лэ обнаружил это удивительное место и с тех пор каждый день взаимодействовал с ним.

Если говорить совсем просто, эта страница больше всего напоминала Таобао из его прошлого.

Люди совершали виртуальные сделки, выставляли товары на всеобщее обозрение, сами устанавливали цены и расплачивались внутренней валютой.

А на эту валюту можно было купить товары, которые он видел в каталоге. Двадцать один час назад Вэнь Лэ приобрел оздоровительную пилюлю за четыреста единиц. После того как он её принял, у него появились силы встать с кровати и выйти во двор подышать воздухом.

Это убедило его в том, что торговая площадка существует на самом деле.

Как у первоначального участника, у Вэнь Лэ было всего два прилавка, на каждом из которых можно было разместить только один товар. Цена, которую он устанавливал, отображалась под изображением товара. Обычно сделки проходили молча и тихо, без лишних разговоров и торга. Хотя он был лишь рядовым участником, некоторые права доступа у него все же имелись, и, судя по тому, что он видел, торговцев на этой площадке было немного.

Да и сами товары были довольно однообразными. У самого крупного торговца, которого он мог просматривать, в лавке было всего пятнадцать прилавков.

За действительно полезные вещи продавцы выставляли заоблачные цены. Например, пистолет, который ему приглянулся, стоил внушительную сумму с четырьмя нулями, и в комплекте шли всего семь патронов, а дополнительные пули стоили недешево.

Были и более дешевые вещи, вроде минеральной воды или лапши быстрого приготовления — по-видимому, это были товары самой площадки, обычно стоившие две-три монеты, но Вэнь Лэ они были не нужны.

Убедившись, что кулон продан, Вэнь Лэ открыл глаза, оглядел комнату, снял с антикварной полки нефритовую статуэтку жуи из желтого нефрита, снова лег и погрузился в интерфейс, выставив её на продажу за четыре тысячи.

Нефрит и металлы на площадке не были редкостью, поэтому дороже продать он не мог. А другого товара, чтобы тратить слоты на расширение рынка, у Вэнь Лэ не было.

Показатель опыта мигнул, изменившись на 1/10. Видимо, после десяти сделок его уровень повысится, и, возможно, добавятся новые слоты.

Вэнь Лэ пролистал страницы, купил за три монеты пачку фруктовых леденцов и снова заказал ту самую пилюлю, что принимал ранее. Когда он открыл глаза, воздух в комнате слегка дрогнул, и купленный товар оказался на кровати.

Такие сцены выглядели слишком странно, поэтому он проделывал всё это, только плотно задернув полог. Полежав еще немного, он поднялся, поправил одежду и позвал: — Чэнь Сян, позови Шуйтун, скоро идем к матушке!

В последнее время Вэнь Лэ нездоровилось, и старшие посылали людей проведать его, наказывая хорошо отдыхать и не разгуливать повсюду. Однако он был довольно хорошо знаком с матерью этого тела.

Третья ветвь семьи Вэнь в резиденции Вэнь была, очевидно, не в фаворе. Когда он только пришел в себя, рядом не было помощников, которые ухаживали бы за ним, — напротив, высокородная Третья госпожа, Госпожа Вэй, с утра до ночи сидела у его изголовья, меняя компрессы и подавая лекарства. Хотя её движения порой были то слишком резкими, то слишком слабыми, а сноровки не хватало, в сравнении с Чэнь Сян и Шуйтун, которые лишь низко опускали головы, она вкладывала в это дело искренние чувства.

В прошлой жизни отношения Вэнь Лэ с родителями не были близкими, и чувства Госпожи Вэй были ему в новинку. На самом деле, как бы заботлива она ни была, объект её любви уже не был тем прежним Вэнь Лэ. Но человеческое сердце не камень, и её тревога и забота были вполне реальными, и он принимал их. Занимая тело её сына, Вэнь Лэ чувствовал одновременно вину и тепло, и со временем, спустя несколько месяцев, он открылся ей, начав считать её своей настоящей матерью, которую обрел с таким трудом.

Некоторое время назад в Даду стояла скверная погода: за сутки не менее десяти часов не прекращался снегопад. Чтобы ухаживать за ним, Госпожа Вэй каждое утро до рассвета спешила в его двор. В последние дни состояние Вэнь Лэ улучшилось, а вот сама Госпожа Вэй, похоже, простудилась и осталась лечиться в своих покоях.

В доме вдовы много пересудов, и хотя Третий господин скончался совсем недавно, Вэнь Лэ уже отчетливо чувствовал, что Госпожа Вэй начала вести себя в семье Вэнь с осторожностью. В таком случае, отъезд из Даду в Фучунь вместе с ним не казался чем-то совсем уж плохим.

Двор Госпожи Вэй казался еще более пустынным, чем его собственный. Ни единого зеленого ростка, сухие ветви деревьев тянулись в разные стороны, а пруд с искусственной горой выглядел совершенно безжизненным. Когда они вошли через ворота, старая нянька, присматривавшая за домом, поприветствовала их без всякого энтузиазма.

Не успели они отойти далеко, как до слуха донеслись негромкие, невнятные детские голоса. Вэнь Лэ замер на мгновение, а затем зашагал быстрее.

Главная служанка Госпожи Вэй, Цзинчжэ, очень обрадовалась, увидев его, и, не докладывая, сразу откинула занавесь, приглашая войти. На улице было еще темно, но в комнате царил полумрак — повсюду горели свечи, но Вэнь Лэ, привыкший к электрическому свету, не находил обстановку особенно роскошной.

Госпожа Вэй не пользовалась пудрой, её лицо имело землистый оттенок, было видно, что она измождена. Она была одета в плотный темно-зеленый стеганый халат и опиралась на кушетку, с улыбкой наблюдая за ребенком, сидевшим у её ног.

— Матушка, — тихо произнес Вэнь Лэ, ступая из темноты в комнату.

Увидев его, Госпожа Вэй пришла в такой восторг, что тут же попыталась подняться с кровати, приговаривая: — Ох, Лэ-эр, на улице такой холод, зачем же ты пришел!

Вэнь Лэ поспешил поддержать её: — Матушка, лежите, прошу вас!

Госпожа Вэй вздохнула, похлопала его по руке, и в её глазах блеснули слезы: — Тебе лучше? Ты взял с собой ручную грелку в дорогу?

Вэнь Лэ, не меняясь в лице, улыбнулся, позволяя ей коснуться своих теплых ладоней, а затем сел рядом с кушеткой и с тревогой спросил: — Не говорите обо мне. Принимали ли вы сегодня лекарство вовремя? Я шел через двор и, кроме одной няньки, видел только Цзинчжэ. Остальных вы видели сегодня?

Госпожа Вэй опешила, поняв, что сын беспокоится, не пренебрегают ли ею, и в душе разлилось тепло, которое трудно было передать словами.

Её сын был во всем хорош, даже в своей полноте он сохранил некое очарование, но единственное, что её в нем не устраивало, — это его характер.

Положение третьей ветви в семье Вэнь было весьма щекотливым, и Вэнь Лэ с детства приходилось вместе с матерью вести себя осторожно. Возможно, именно из-за этого ребенок рос пугливым и слабым, боялся даже перечить кому-то, а когда кузены издевались над ним, он мог только плакать, спрятавшись за искусственной горой. Госпожа Вэй переживала, но ничего не могла поделать — она привыкла знать свое место, и как она могла спорить с язвительными невестками ради Вэнь Лэ?

Однако после этой тяжелой болезни настрой сына казался совсем другим.

Госпожа Вэй кивнула и с улыбкой поманила ребенка, сидевшего на стуле: — Юн-эр, иди сюда, поздоровайся с отцом!

Мальчик, сидевший на стуле, выглядел на три-четыре года, был белолицым, пухлым и довольно миловидным.

Это был «выгодный» сын Вэнь Лэ, его матерью была служанка Цинсу, которую Госпожа Вэй когда-то давно приставила к Вэнь Лэ. Вероятно, для обучения мужским делам, но никто не ожидал, что она забеременеет с первого раза. Сама мать скончалась при родах, и с тех пор ребенка воспитывала Госпожа Вэй.

Их поколение носило имя с иероглифом «Дао», и Третий господин очень любил этого золотого внука, не обращая внимания на происхождение, баловал его и лично дал имя.

Вэнь Даоюн, Вэнь Даоюн — этот «юн» означал не «посредственность», а «срединный путь».

В будущем, когда Вэнь Лэ женится и у него появятся законные наследники, этому избалованному пухляшу придется научиться держаться в тени.

Вэнь Лэ не хотел так глубоко задумываться. Древнее воспитание было странным: оно не позволяло отцу и сыну сближаться, превращая отношения поколений в игру кошки с мышкой. Но сам он пришел из современного мира, любил детей, и, глядя на то, как пухляш смотрит на него черными глазами с легкой обидой, он улыбнулся, взял ребенка на руки и спросил: — Юн-эр, ты сегодня слушался?

Пухляш, очарованный отцовскими объятиями, покраснел, смущенно опустил голову и ответил: — Отец, я сегодня учил с бабушкой Тысячесловие...

— Ого! Вот это да! — Вэнь Лэ с восторгом подбросил ребенка в воздух и дважды звонко поцеловал его. — Хороший мальчик! Папа даст тебе конфету!

Сказав это, он вытащил из-за пазухи пакетик с конфетами и сунул его пухляшу: — Иди! Пусть нянька тебе развернет.

Пухляш, ошеломленный такой удачей, с любопытством рассматривал разноцветные кусочки сладостей, а затем снова посмотрел на своего строгого отца, который внезапно стал таким ласковым.

Вэнь Лэ хотел было еще что-то сказать, но ребенок вдруг отвел взгляд и помчался во вторую комнату.

Убедившись, что никого больше нет, Вэнь Лэ вздохнул и взял Госпожу Вэй за руку: — Матушка, прошу прощения, что вам пришлось терпеть всё это в последние дни. Император пока не огласил свой указ, но я полагаю, это случится в первые месяцы весны.

Госпожа Вэй, ошеломленно смотревшая на него, при этих словах залилась слезами.

Похлопав сына по руке, она всхлипнула: — Это ты натерпелся! Что касается старших братьев, у меня нет сил с ними бороться. В эти дни я велела Гу Юй и Сяо Мань продать те поместья, что были моим приданым. Пусть в доме не знают об этих деньгах, мы с вами... Ох!

В глазах Вэнь Лэ отразилась тоска. Семья Вэнь сейчас была словно карточный домик. Не говоря уже об Императоре, который следил за ними, даже семьи двух старших дядьев имели свои планы. Как только поползли слухи о назначении Вэнь Лэ, расходы в доме резко возросли. Недавно Госпожа Вэй вспомнила о своем приданом, но, открыв сундуки, обнаружила, что осталось меньше половины.

В такой ситуации все обиды и горести приходилось глотать молча.

Вэнь Лэ усмехнулся: — Матушка, о чем вы беспокоитесь? Раз приданого нет, значит, нет. Я не дам нам умереть с голоду. Да и разве те деньги имеют большое значение? Как только доберемся до Фучуня, я заработаю в тысячи раз больше!

Госпожа Вэй улыбнулась, но в душе по-прежнему тревожилась, и её желтоватое лицо еще больше потемнело.

Вэнь Лэ стало грустно. Сейчас обстоятельства сильнее людей: хотя он получил титул, большинство считало, что поездка в Фучунь — это путь к смерти. В доме Вэнь к нему привыкли относиться с пренебрежением, и никто не собирался оказывать ему почести из-за титула. Все те обиды, что пришлось вынести Госпоже Вэй, можно будет возместить лишь позже.

Увидев, как меняется выражение лица сына, Госпожа Вэй еще больше помрачнела: — Впрочем, Даду — такое место, что нам будет только лучше, если мы уедем.

В этот момент за дверью раздался тихий голос Цзинчжэ: — Госпожа, господин, прибыл молодой господин Жунь.

Госпожа Вэй вздрогнула, её лицо мгновенно стало напряженным, в глазах мелькнул испуг.

Занавесь откинули, и в комнату, против света, вошел крепкий, статный мужчина в строгом домашнем одеянии. Его широкие рукава описали в воздухе плавную дугу.

В тусклом свете свечей Вэнь Лэ наконец смог разглядеть вошедшего.

У него была светлая кожа, брови, похожие на весенние горы, и прямой, высокий нос. Его глаза, не слишком крупные, были изящно приподняты к вискам — подлинный пример «глаз феникса», о которых писали в книгах. Уголки его губ были слегка приподняты в подобии улыбки, что придавало ему мягкий, вэнь-жунь вид.

Это был старший сын третьей ветви, но рожденный не от Госпожи Вэй. Это было крайне неловкое положение, однако в семье Вэнь мало кто осмеливался проявлять неуважение к этому побочному сыну.

Даже Госпожа Вэй сейчас смотрела на него с нескрываемым страхом.

Наблюдая, как он с изящным прищуром и улыбкой приветствует Госпожу Вэй, Вэнь Лэ почувствовал, как в его душе зарождается смутное сомнение.

http://bllate.org/book/39278/4963126

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода