Превратившись в человека, Цинь Цин выглядел сущим юнцом и был даже тоньше Цинь Юаня. Однако отобрать вещь у простого смертного для него не составляло никакого труда. Успешно завладев телефоном, он нахмурился, ткнул в экран, и в тот же миг у него в глазах потемнело.
— Мне тут, кажется, мерещатся кошачьи бубенчики. Цинцин что, не кастрирован?
— Нет же! Он такой послушный: понапрасну не течкует, где попало не гадит и на улицу не убегает, так что мы оставили всё как есть.
— Выглядит таким упитанным, просто прелесть!
— Ха-ха-ха, хочешь крупным планом? Очень кругленькие~
[Слюнки текут] Ой, давай-давай!
Цинь Цин пришел в ярость:
— Совести у вас нет!
— Да люди просто без ума от тебя, какая беда — показать им пару шариков? В конце концов, это же просто два пушистых помпончика! — бесстыдно заявил Цинь Юань.
— Отказываюсь! — Цинь Цин, всё еще немного с трудом справлявшийся с современными гаджетами, попытался удалить те непристойные снимки, что он только что сделал. — Хочешь выкладывать — выкладывай свои собственные бубенчики!
— С чего бы, я же не извращенец, — Цинь Юань моментально вспыхнул до самых ушей. — Что ты за чушь несешь!
Цинь Цин наконец-то ударил по удалению и швырнул телефон обратно:
— Я тоже не извращенец! Больше смей меня тайком фоткать!
С этими словами он яростно зыркнул на Цинь Юаня и уже было собрался снова принять истинный облик, но, опасаясь нового бесстыдного шпионажа, решил просто оставаться в человеческом теле и тяжело рухнул обратно на кровать.Лёжа в постели, он украдкой взглянул на Цинь Юаня, но заметил, что тот, поохав и покручинившись над телефоном, непонятно с чего вдруг снова повеселел и даже сам, с улыбкой, принялся перед ним извиняться.
— Ну прости меня, пожалуйста, это я была неправа. Видишь, теперь все фотографии удалены, и больше я такое снимать не стану. Ну же, моя хорошая Цинцин, перестань на меня сердиться, а?
Цинь Цин ничего не оставалось делать.
Кошачья дипломатия Цинь Юаня, судя по всему, и правда принесла свои плоды.
Спустя неделю, когда он снова вернулся домой с тем самым чемоданом, следом за ним шёл ещё один человек.
Почувствовав присутствие постороннего, Цинь Цин тут же запрыгнул на шкаф и с высоты окинул взглядом вход. Вскоре он узнал, кем именно был этот слегка плотный мужчина.
— Брат Чжан, заходи, присядь на минутку, — тон и выражение лица Цинь Юаня были донельзя приторными. — Спасибо, что не поленился проводить меня, позволь хотя бы угостить тебя чашкой чая.
Такое показное, профессиональное поведение Цинь Юаня Цинь Цин не видел уже очень давно.
Как и в прошлый раз, Бжан Син улыбнулся доброжелательно:
— Тогда я не буду отказываться.
Войдя в квартиру, Цинь Юань опустил чемодан и тут же бросился на кухню искать чашки, чтобы налить воды. А Брат Чжан остался стоять у входа, огляделся по сторонам и спросил:
— А где твой кот?
— Цинцин у меня робкий, как видит чужих — сразу прячется, — с улыбкой ответил Цинь Юань, возвращаясь с чаем. — Брат Чжан, присаживайся здесь.Чжан Син выглядел немного разочарованным:
— Эх, а я хотел сделать пару снимков и похвастаться Юань Вэньюй.
— Ха-ха-ха, — Цинь Юань поставил чашку на журнальный столик перед Чжан Сином, а затем обернулся и посмотрел на верхушку шкафа, где пряталась Цинь Цин. — Я помогу тебе позвать её.
Своими словами он давал понять, что Цинь Цин должна проявить сознательность и поскорее спуститься сама.
Услышав, как снизу несколько раз прозвучало её имя, Цинь Цин с видом крайнего одолжения высунула голову, после чего спрыгнула на пол и, сделав широкий круг на безопасном расстоянии от этих двоих, даже не подумала приближаться.
К счастью, сам Чжан Син, похоже, не испытывал особого интереса к кошкам: после пары дежурных похвал и двух фотографий на телефон он перешёл к делу и начал обсуждать с Цинь Юанем рабочие вопросы.
Послушав немного, Цинь Цин уловила суть: Чжан Син возлагал на Цинь Юаня большие надежды, считая его перспективным талантом как во внешности, так и в силе, и уверял, что при должном уложении сил тот непременно обретёт бешеную популярность. Если бы его не опередили раньше, он бы давно подписал Цинь Юаня к себе. В дальнейшем, если тот согласится на сотрудничество, пусть поначалом будет относительно тяжело, но зато его ждёт безусловно светлое будущее.
Цинь Юань вёл себя крайне послушно, наперебой ласково называл собеседника Братом Чжан и беспрестанно клялся в верности.
Однако, судя по тому, как Цинь Цин знала этого парня, она была уверена, что в душе он сейчас закатывал глаза. Чжан Син набросал для него целую гору планов, но Цинь Цин казалось, что почти всё это не имеет никакого отношения к музыке. Сам же Цинь Юань в глубине души хотел лишь одного — от души петь свои песни перед как можно большим количеством людей.
Когда они закончили разговор и Цинь Юань проводил гостя, стоило ему переступить порог, как он тут же громко взвыл:
— Цинцин, Цинцин, до чего же я несчастен! — он бросился в спальню и рухнул лицом вниз на кровать. — Как же жизнь полна принуждения!
Цинь Цин подпрыгнула к нему и потёрлась мордочкой о его ухо.
Бедняжка, как же жалко кошачьему сердцу этого парня.
Цинь Цин не умела утешать словами, поэтому устроилась рядом с его головой и принялась мурлыканьем пытаться подарить ему немного тепла.
Полежав немного, Цинь Юань внезапно сел и подхватил Цинь Цин на руки:
— Цинцин, ты любишь меня?
Цинь Цин покрылась целой остолбеневшей россыпью вопросительных знаков.
— Ты любишь меня? — повторил он. — Разве твоё сердце стерпит смотреть, как судьба так крушит меня?
Эта его речь зародила у Цинь Цин крайне дурное предчувствие.
— Цинцин, я теперь одинок и сир, у меня даже семьи не осталось, ты — моя последняя опора, — говорил он, шмыгая носом и изображая крайнюю скорбь. — Если даже ты разлюбишь меня, у меня вообще ничего не останется.
Бретёт он. В прошлый раз, когда она заменяла его на том мероприятии, там было столько девочек, которые держали плакаты с его именем и во весь голос кричали, что будут любить его всю жизнь.
— Ты чего удумал? — насторожилась Цинь Цин.Цинь Юань крепко обнял его, а затем с чувством чмокнул в лоб: — Больше всех тебя люблю!
Спустя неделю Цинь Цин наконец узнал, что замышлял этот негодяй.
В то утро, когда Цинь Юань, как обычно, ушёл с чемоданом, Цинь Цин ещё не проснулся. Сквозь полусон он услышал звук открывающейся двери и даже удивился: чего это тот сегодня проявил такую сознательность и смог уйти сам, без напоминаний со стороны Чжоу Яня?
Спустя два с лишним часа в квартиру ворвался доведённый до отчаяния и едва не плачущий Чжоу Янь, и только тогда Цинь Цин осознал, что произошло.
— Я не знаю, где он! — Чжоу Янь был близок к безумию. — Я звонил ему, но телефон остался дома! Прошло уже столько времени после назначенного часа, Брат Чжан, что мне теперь делать? Если мы опоздаем ещё хоть немного, будет поздно!
Цинь Цин сидел на корточках в самом углу и мысленно умывался кровью.
Он сделал пару кругов на месте, тихо поразмыслил с минуту и глубоко вздохнул. В конце концов, когда молодая девушка уже не смогла сдержать слёз, он молча бросился в ванную.
Мгновение спустя оттуда вышел Цинь Цин, внешне ни на йоту не отличавшийся от самого Цинь Юаня.
— Прости… эм, я заснул на унитазе, — произнёс он.
Включив оставленный Цинь Юанем телефон, Цинь Цин обнаружил сообщение, от которого у кота чуть шерсть дыбом не встала.
Этот паршивец заявил, что отправляется в духовное путешествие, и дата его возвращения неизвестна, но он искренне верит, что Цинь Цин прекрасно со всем справится за это время. Глядя на завершающую фразу «люблю тебя, чмок-чмок», Цинь Цин захотел немедленно схватить беглеца и отшлёпать.
— Господин Цинь, вы меня слушаете? — робкий голос, донёсшийся сбоку, заставил его вернуться в реальность. — На сегодня планы примерно такие: хотя мы немного опоздали, Брат Чжан уже замолвил за вас словечко. В общем и целом график довольно свободный.
Цинь Цин ничего из этого не услышал и совершенно деревянным голосом спросил: — Какой график?
— ... — выражение лица Чжоу Яня стало несколько странным. — Съёмка рекламных фото, и всё.
Выслушав это, Цинь Цин слегка вздохнул с облегчением.
Уж в чём-чём, а в позировании для фото он был настоящим мастером!
Очень скоро он осознал всю свою наивность.
Пострадав от рук стилистов, вооружённых кучей резко пахнущих баночек и склянок — совсем как в прошлый раз, — его привели под огромную батарею софитов.
Мало того, что свет бил в глаза, от такого количества ламп, направленных прямо на него, стало невыносимо жарко. Добавив к этому толпу незнакомцев вокруг, Цинь Цин почувствовал, что у него вот-вот начнётся нервный срыв.
— Господин Цинь, не нужно так напрягаться, будьте естественнее, — фотограф улыбнулся с полнейшей беспомощностью. — Примите позу, которая кажется вам самой удобной и естественной.
Услышав про самую удобную и естественную позу, Цинь Цин на автомате сложил лапки на груди, спрятав их в рукава.
Все вокруг покатились со смеху, заметив, что раз он шутит, значит, настроение у него отличное. Сам же Цинь Цин чувствовал себя так, будто готов провалиться сквозь землю от стыда.
Какие ещё позы он умел принимать? Разве что распластаться на полу пузом кверху.
Быть человеком и то тяжело! Когда он был котом, Цинь Юань мог нажать на затвор камеры в любой позе, а потом выложить фото в Вэйбо, где бесчисленное множество людей восхищалось бы тем, какой он милый.
Работа, которую изначально планировалось завершить за пару часов, затянулась на неопределённый срок. Цинь Цин снимался с самого полудня и до вечера, проголодавшись до чёртиков и чувствуя, что его тело и душа подверглись жесточайшим пыткам.
Но жаловаться было неудобно — в конце концов, вся съёмочная группа возилась с ним. Охваченный смесью скорби и негодования, он не находил иного способа облегчить душу, кроме как мысленно костерить Цинь Юаня на чём свет стоит.
Когда всё наконец подошло к концу, Цинь Цин с урчащим от голода желудком принял из рук сотрудника коробку с обедом и едва не заплакал раньше, чем успел что-то сказать.
Свинина со стрелками чеснока, жареный картофель соломкой с зелёным перцем, тушёные в масле баклажаны. Всё это было абсолютно несъедобным для него. Преодолевая отвращение, он всухую запихнул в рот пару ложек риса, запивая водой, как вдруг дверь гримёрки резко распахнулась.
— Ой, — человек, открывший дверь, тоже замер при виде него. — Почему тут кто-то есть?
Цинь Цин поднял голову, и в тот момент, когда он разглядел лицо вошедшего, в нос ему ударила знакомая, невыносимо манящая волна запаха.
Его руки, сжимавшие контейнер с едой, тут же задрожали помимо его воли.
Сидевший недалеко от Цинь Цина Чжоу Янь при виде этого сразу покраснел и подскочил: — З-здравствуйте, господин Юань! У господина Цинь Юаня сегодня немного затянулся съёмочный процесс, поэтому…
— А! — Юань Вэньюй на мгновение опешил, а затем перевёл взгляд на Цинь Цина. — Так это ты и есть Цинь Юань.
— …
Цинь Цин в ту секунду совершенно растерялся и не знал, как реагировать. Точно такие же слова он слышал всего несколько месяцев назад. Тогда они не просто тесно общались, но и вместе участвовали в мероприятии. Не говоря уже об этой встрече, Юань Вэньюй, будучи старшим коллегой по той же компании, что и Цинь Юань, в частном порядке добавлял его в Вичат и поддерживал связь, так что он никак не мог не знать в лицо, как выглядит Цинь Юань.
Но сейчас выражение искреннего озарения на его лице вовсе не казалось наигранным.
Выразив удивление, Юань Вэньюй вошёл в комнату, источая сводящий котов с ума аромат, уселся напротив Цинь Цина, достал из кармана телефон, разблокировал экран и протянул его собеседнику.
— Смотри, — произнёс он. — Я поставил это на заставку.
Цинь Цин, изо всех сил боровшийся со своими инстинктами, почувствовал головокружение. Собрав остатки воли в кулак, он опустил глаза и бросил короткий взгляд на экран — и тут у него волосы на голове едва не встали дыбом.
На заставке телефона этого человека красовался крупный план двух круглых, пушистых и на редкость упитанных жёлтеньких кошачьих бубенцов — и это были те самые две драгоценности! А ведь он же явно всё ударил тогда!
В тот же миг Цинь Цин изо всех сил сжал бёдра.
http://bllate.org/book/39230/4954677
Готово: