Он уперся одной рукой в раковину, а его худые плечи и спина подрагивали от сухих позывов к рвоте.
Спустя полминуты острая тошнота с трудом отступила, и он поднял голову, глядя прямо на свое отражение в зеркале.
Края глаз у отражения покраснели от спазмов, зрачки казались темно-черными, а взгляд — ледяным.
Совсем не похожий на того, кем он был перед Фу Цзиньян.
Он зачерпнул пригоршню холодной воды и плеснул себе в лицо, струйки побежали по темным прядям и закапали с кончиков волос.
Затем он сунул под кран руку, которую Фу Цзиньян силой прижал к себе, и принялся яростно ее тереть.
Движения его были упрямыми, он неотрывно смотрел на покрасневшую кожу, изведя добрую половину флакона с жидким мылом.
Но это неприятное, липкое чувство никак не удавалось смыть.
Он закрыл глаза, глубоко вдохнул пропитанный влагой воздух, подавляя подступающую к горлу тошноту.
Фу Цзиньян...
Ши Линь сжал кулаки так сильно, что ногти глубоко вонзились в ладони, а боль помогла ему обрести еще большую холодную рассудительность.
Стоит ему превратиться в покорную игрушку, и Фу Цзиньян мгновенно потеряет к нему интерес.
Лишь тот, кто носит шипы, кто заставляет прикладывать усилия для приручения и обладает реальной ценностью, способен надолго приковать к себе его аппетит.
Заставляя его постоянно вкладываться и не позволяя легко выбросить себя.
Он скинул одежду и встал под прохладные струи душа.
Шум воды постепенно стих. Ши Линь перекрыл кран, схватил полотенце и быстро вытерся насухо.
В ванной нашелся заранее заготовленный шелковый халат глубокого серого цвета — прохладный и гладкий на ощупь.
Толкнув дверь ванной, он вышел наружу. Лицо его ничего не выражало, а из-за влажного воздуха глаза казались мягче, чем обычно.
Закутанный в здешний серый халат, с завязанным накрепко поясом, он слегка распахнул воротник от резкого движения, обнажая небольшой участок кожи на ключицах, разрумянившийся от горячего пара.
Влажные черные пряди падали на лоб, капли воды скатывались по четкой линии подбородка и исчезали под воротом.
Фу Цзиньян уже закрыл ноутбук и теперь полулежал на диване в гостиной, зажав между пальцами еще не зажженную сигарету. Его взгляд, рассеянный и отрешенный, был устремлен на сверкающий ночной пейзаж за окном.
Услышав шорох, он повернул голову. Задержав взгляд на Ши Лине, он скользнул по его бледному горлу и линиям икр, выглядывающим из-под халата, и его зрачки слегка потемнели.
— Помылся? — хрипловато спросил он.
— Угу, — тихо отозвался Ши Линь и остался стоять на месте, словно не зная, куда себя деть.
В этот момент раздался звонок в дверь.
Фу Цзиньян чуть приподнял подбородок:
— Открой, должно быть, привезли одежду.
Ши Линь послушно подошел к двери и распахнул ее. На пороге стоял отельный служащий в форме, державший в руке бумажный пакет с тисненым золотым логотипом Linor.
— Сэр, вещи, которые вы заказывали.
— Спасибо. — Ши Линь принял тяжелый пакет и закрыл дверь. Неся пакет, он посмотрел на Фу Цзиньяна, вопросительно приподняв брови.
— Внутри пижама, переоденься. Все подобрано по твоему размеру, должно подойти.
Ничего не ответив, Ши Линь молча унес пакет обратно в ванные комнаты.
Спустя несколько минут он вышел снова, уже облаченный в темно-синюю шелковую пижаму от Linor.
Мягкая ткань повторяла изгибы его тела, красиво драпируясь. Она была одновременно удобной и роскошной, подчеркивая стройную фигуру юноши — в нем стало меньше студенческой угловатости и больше тихой, сдержанной элегантности.
Фу Цзиньян смерил его взглядом с ног до головы:
— Неплохо. — Уголки его губ чуть приподнялись. — Завтра переоденься в те вещи, не переживай понапрасну, считай это подарком от друга.
Ши Линь, как он и ожидал, проглотил готовые сорваться с языка слова отказа, а в его глазах затеплилась благодарность:
— Спасибо, старший.
Затем он взял свою прежнюю сумку, достал ноутбук, подошел к столу ближе всего к Фу Цзиньяну и опустился на стул.
— Снова работа?
— Угу. — Ши Линь открыл ноутбук, экран вспыхнул. — Ядро проекта все еще нуждается в оптимизации и доработке, хочу воспользоваться ясностью мыслей и прогнать еще пару функциональных модулей.
Бросив это небрежное пояснение, он полностью сосредоточился на экране, а его пальцы застучали по клавиатуре с размеренным стуком.
Он не пытался нарочно скрыть содержимое экрана: с места Фу Цзиньяна были прекрасно видны эти сложные потоки данных и структуры кода.
Символы на экране приковали к себе взгляд Фу Цзиньяна, и он невольно задал вопрос:
— Какого процента реализации удастся достичь?
— Около восьмидесяти процентов ключевого функционала в рамках архитектуры не вызовут проблем. Остальное — в основном инженерная оптимизация и доработка деталей, на это требуется время и достаточные вычислительные мощности.
Фу Цзиньян замер, пальцы, сжимавшие стакан с водой, чуть сильнее сжались.
Восемьдесят процентов — этот показатель намного превосходил его ожидания.
Он инстинктивно схватил телефон и открыл чат.
Услышав ответ Ши Линя, первой его мыслью было уведомить семью.
Эта мысль возникла слишком естественно, ведь с самого детства ему внушали идею: на первом месте всегда стоят интересы рода.
Однако за секунду до того, как его палец коснулся экрана, мощная волна глухого сопротивления подкатила к горлу и намертво остановила его движение.
С какой стати?
Перед его глазами мгновенно возникло лицо Фу Цзэлинь, скрывавшее за маской неизменно мягкой улыбки ненасытную жадность. А затем — то, как тот законными методами приберет к рукам все достижения, превратив их в очередную пешку для укрепления собственного положения.
Нет.
Фу Цзиньян холодно усмехнулся про себя: он этого не хотел.
Искусственный интеллект стоял на пороге взрывного роста, и тот, кто овладеет ключевыми технологиями, заберет себе победу в следующей эпохе.
Проект Ши Линя уже коснулся этого порога.
Это был шанс.
Он опустил телефон, не став никому ничего сообщать.
Фу Цзиньян поднял со стола стакан и сделал глоток. Льдинки столкнулись внутри с легким хрустящим звоном, а прохладная жидкость скользнула по горлу, притупляя бушевавшее в груди волнение.
— Я изучил твой проект, — прямо произнес он. — Модуль распознавания намерений на основе слияния голографического восприятия — как в нем обеспечить надежность алгоритма и точность распознавания в условиях сильных помех от шумов окружающей среды или информационной маскировки?
Ши Линь оторвался от кода, перевел взгляд на Фу Цзиньяна и изобразил удивление.
На лице — удивление, но в душе — полное понимание.
Фу Цзиньян действительно ознакомился с его проектом, причем в мельчайших деталях.
В этом и заключалась цель его сегодняшней ночной отладки кода прямо здесь.
Ему было необходимо, чтобы Фу Цзиньян увидел ценность проекта, чтобы у того проснулся интерес, чтобы он счел инвестиции в него исключительно выгодной сделкой.
Подхватив мысль Фу Цзиньяна, он кивнул:
— Тут действительно сложно, придется внедрять более сложные механизмы внимания и состязательные обучающие выборки, прогоняя их через цикл итераций и оптимизаций.
Вернув взгляд к экрану, он спокойно добавил:
— Но выполнимо.
Десять часов вечера. Ши Линь потер чуть нывшие виски — пальцы затекли от долгого пребывания в одном положении.
Сохранив все файлы, он закрыл ноутбук.
— Старший, уже поздно, я пойду отдохну.
Фу Цзиньян оторвал взгляд от планшета, скользнул по его лицу и коротко бросил:
— Угу.
Ши Линь подхватил сумку от ноутбука, петляя по коридору, отыскал спальню, располагавшуюся дальше всего от главной, вошел внутрь и тихо защелкнул за собой замок.
Прислонившись спиной к прохладной дверной панели, он медленно выдохнул.
Не успел он толком расслабиться, как телефон в кармане пижамы заиграл знакомой мелодией входящего видеовызова.
Он тут же подошел к кровати, присел на край, выровнял дыхание, изо всех сил изобразил на лице мягкую, непринужденную улыбку и принял вызов.
Экран разделился на три части: основную зону занимала мать, Чжуан Ваньинь. На заднем плане виднелась домашняя гостиная — она сидела на диване, выглядя слегка уставшей, но с ясным и невероятно любящим взглядом.
Ши Аньтин втиснулась в свой угол экрана, с хихиканьем раскачивая головой.
— Братик! Почему ты сегодня так поздно ответил? — первой выпалила Ши Аньтин.
— Возился с кодом, не сразу заметил телефон. — Ши Линь улыбнулся.
Чжуан Ваньинь внимательно всмотрелась в сына на экране, слегка нахмурив брови:
— Сяо Линь, где это ты? По фону совсем не похоже на общежитие.
Сердце Ши Линя кольнуло, но вида он не подал:
— А, я поехал с преподавателем, профессором Лю, на научную конференцию, сегодня ночуем в отеле.
— Конференцию? Раньше ты об этом не упоминал. С чего вдруг такая поездка, ты что, один из студентов?
— Решили в последний момент, возможность редкая. Другие ребята тоже здесь, условия хорошие, у всех одноместные номера.
Чжуан Ваньинь успокоилась и с умилением произнесла:
— Учиться новому у преподавателей — это прекрасно, но о здоровье тоже забывать нельзя, не сиди ночами напролет.
— Я знаю, мам. — Ши Линь послушно кивнул. — А вы? Как день прошёл?
— Мы отлично! У мамы сегодня в ресторане завал был, зато по возвращении она принесла мне свинину в кисло-сладком соусе! — наперебой затараторила Ши Аньтин, в ее голосе сквозило абсолютное довольствие.
Квартира, которую снимала Чжуан Ваньинь, находилась недалеко от ее университета: всего около пятидесяти квадратных метров, с трудом разделенных на крошечную спальню, где она часто оставалась ночевать.
Ши Аньтин щебетала, без умолку делясь повседневными мелочами: от того, какую гадость снова начали давать в столовой, до нового уведомления от куратора курса о необходимости выполнить какую-то грязную работу.
— Братик, ты знаешь, мы же просто дешевая рабочая сила! Провела весь вечер в кабинете куратора, сортируя бумаги, а потом вбивая их в компьютер — у меня от сидения скоро позвоночник в трусы осыплется, — простонала она посреди рассказа, а потом сама же поправилась: — Ой, нет, бесплатная рабочая сила! Завидую тебе, я бы тоже так хотела за счет университета кататься на научные конференции. Там ведь наверняка полно крутых светил науки?
Ши Линь невольно рассмеялся:
— Ты только что влилась в научную группу, покажи себя с лучшей стороны, и у тебя еще будут возможности.
— М-м, наш преподаватель просто чудо, — рассыпалась она в похвалах, но вдруг громко взвизгнула, придвинувшись вплотную к экрану так, что ее лицо заполнило весь кадр: — Братик, знаешь что? На следующей неделе у нас дебаты с Пекинский университет, я участвую! Обязательно приеду к тебе погулять.
Ши Аньтин стоило лишь разволноваться, как голос ее тут же начинал звенеть на всю округу, отчего в микрофоне Чжуан Ваньинь отчетливо слышалось эхо.
Чжуан Ваньинь вздохнула:
— Гулять она собралась... Преподаватель берет тебя туда, чтобы ты проявила себя как надо, твой брат и так целыми днями крутится как белка в колесе.
— Ой, ну надо же совмещать труд и отдых! Да, братик, а ты сможешь на следующей неделе вернуться из командировки? Приходи за меня поболеть!
http://bllate.org/book/39198/4949804
Готово: