Ма Ша яростно сверкнула глазами: — Да я вижу, ты просто испугалась, что твой богатый покровитель тебя бросил! Все те дорогие вещи, что ты выкладывала в соцсетях, поди, подделка? Твою привычку к пустой показухе никогда не исправить.
Прежняя хозяйка тела с самого детства терпела издевательства, а старшая школа и вовсе стала для неё самым тёмным периодом. Ма Ша и остальные безостановочно травили девушку, высмеивая за то, что у неё нет ни отца, ни матери и что она — низкосортный альфа. Поначалу та молчала и не сопротивлялась, но под градом бесконечных издевательств её душа постепенно исказилась.
Лу Сянь изначально не собиралась обращаться к этим отбросам, но раз уж они сами напросились, терпеть она больше не намерена.
В этот момент курьер принёс молочный чай и поставил его на столик Ма Ша.
— Иметь деньги — значит устраивать показуху? — Лу Сянь обернулась, уставившись на Ма Ша, и усмехнулась. — Я выкладываю роскошные вещи так же, как ты выкладываешь молочный чай. То, что тебе не по карману, не значит, что у других этого быть не должно.
Ма Ша фыркнула: — Ты живешь за чужой счёт и при этом держишься так уверенно, ума не приложу, на что твой спонсор вообще зарится.
— Разумеется, потому что у меня красивое лицо, красивые руки, и вообще я во всём красивее тебя. — Лу Сянь своими тонкими длинными пальцами ухватила Ма Ша за подбородок. — Только посмотри на себя: плоская круглая физиономия, зубы кривые, а руки короткие и грубые. Если бы богатая сестричка не искала кого-то вроде меня, неужели она стала бы искать тебя?
Ма Ша ткнули в больное место, и она рассвирепела: — Никогда не видела альфонсов с такой непомерной гордостью, бесстыдница!
Лу Сянь опустила взгляд и неторопливо произнесла: — Верно, я не ты. Не слоняюсь по элитной кофейне в поисках бесплатного кондиционера без заказа, не заказываю чужой чай вскладчину, лишь бы выглядеть особой высшего света. Если не можешь позволить себе напиток, нечего сюда и заявляться.
Тут же сидевшие в кафе клиенты перевели взгляды на компанию Ма Ша. Большинство людей, способных позволить себе кофе в таком месте, принадлежали к определённому кругу.
Ма Ша, любившая поживиться за чужой счёт и при этом страшно дорожившая своей мнимой репутацией, покраснела до корней волос: — Да замолчи же ты! Ты... ты всего лишь содержанка, дешёвка!
Лу Сянь: — Поправлю тебя: у моей жены есть и деньги, и внешность, так что, если посудить, в выигрыше осталась я.
Инкогнито опубликованное в соцсетях фото ключиц Лин Тинъюй — с матовой, соблазнительной кожей — даже при беглом взгляде на одни лишь ключицы создавало образ невероятно прекрасной старшей сестры. Увидев это, Ма Ша едва не захлебнулась от зависти: с какой стати всё это принадлежит не ей?
Лу Сянь окинула взглядом искажённое от злости крупное лицо Ма Ша и цыкнула языком: — А вот ты — уродливая и злобная, на тебя позарится разве что какой-нибудь старик.
— Лу Сянь! — Ма Ша была готова сойти с ума от столь прозрачного намёка. Служащий кофейни подошёл, чтобы унять перепалку, а подручные потащили Ма Ша к выходу: — Не позорься здесь.
— Постойте-ка. — Обладающая мощной аурой Лу Сянь с суровым взглядом шаг за шагом надвигалась на Ма Ша и предупредила: — Впредь увидишь меня — помни, что нужно обходить стороной. Иначе отделаться только словами уже не получится.
Ма Ша физически ощутила давление, исходящее от альфы, и на мгновение остолбенела. Почему ей вдруг показалось, будто Лу Сянь совершенно изменилась? Столь мощная аура подавления явно была присуща альфе S-класса.
Ма Ша тяжело и часто задышала. Разве Лу Сянь могла оказаться альфой S-класса?
Лин Тинъюй, стоявшая у стойки заказа в кофейне, заметила, что Лу Сянь обижают, и уже собиралась вмешаться, но Лу Ли остановила её: — Не привлекай внимания, я сама пойду взглянуть.
Однако прежде чем Лу Ли успела подойти, Лу Сянь уже сама разогнала всех обидчиков.
Лу Ли поддразнила Лин Тинъюй: — Сестричка-спонсор, твой домашний кроткий альфа дома тише воды, ниже травы, а вот на людях кулаками машет только так.
Взгляд Лин Тинъюй слегка сузился, она помолвила и произнесла: — И вправду выросла.
Лу Ли попивала кофе: — А гордости-то сколько. Живёт за чужой счёт, а держится так уверенно.
Лин Тинъюй тоже гордилась: — В конце концов, это мой человек.
—... — Лу Ли оставалось только развести руками.
А тем временем Лу Сянь с наслаждением сделала большой глоток ледяного кофе, и Чэнь Мо не удержалась, показав ей поднятый вверх большой палец: — Круто.
Допив кофе, Лу Сянь не стала задерживаться. Распрощавшись с Чэнь Мо и выйдя из кофейни, она услышала, как её кто-то окликнул.
Лу Сянь обернулась — из кофейни как раз выходили Лин Тинъюй и Лу Ли.
—... — Лу Сянь тихонько вздохнула. Только не говорите, что они слышали всё от начала до конца? Неужели её жалкий образ безобидного домашнего альфы окончательно рухнул?
Не успела Лу Сянь придумать, как всё объяснить, как Лин Тинъюй обратилась к ней: — Протяни мне правую руку.
— А? — Лу Сянь протянула белую изящную кисть. — Что такое?
Лин Тинъюй влажной салфеткой тщательно вытерла её пальцы: — Больше не смей трогать этой рукой других.
Лу Сянь вдруг вспомнила, что именно этой рукой только что хватала Ма Ша за подбородок.
Глава 5. Беспокойство
Глава 5
В киностудии всегда было шумно и полно народу. Лу Ли заступила дорогу Лин Тинъюй сбоку и напомнила: — Хорошего понемножку.
Правая рука Лу Сянь по-прежнему была в ладони Лин Тинъюй, которая неторопливо и тщательно вытирала её кожу, прежде чем отпустить. Правда, движения Лин Тинъюй казались не слишком мягкими — от её прикосновений пальцы даже слегка заныли.
Лин Тинъюй подняла взгляд: — Лу Сянь, что ты здесь делаешь?
Не собираясь скрывать от Лин Тинъюй своё намерение идти по актерскому пути, Лу Сянь прямо ответила: — Я устроилась массовкой на съёмки в киностудию. Теперь я сама буду зарабатывать, и тебе больше не придётся давать мне карманные деньги.
Услышав это из уст своего кроткого альфы, Лу Ли поперхнулась кофе, и её взгляд выражал абсолютное недоверие.
Лу Сянь никогда раньше не заикалась о желании попасть в шоу-бизнес. Лин Тинъюй свела брови к переносице, и в её голосе послышались нотки допроса: — Почему?
— Я не хочу зависеть от других. — Ощутив вспышку гнева Лин Тинъюй, Лу Сянь внутренне изумилась: она ведь перестала сидеть у той на шее, с чего бы Лин Тинъюй злиться?
— От других? — Лин Тинъюй коротко и сухо усмехнулась. — Выходит, ты хочешь со мной порвать?
Лу Сянь: — Нет, вовсе нет. Я просто хочу сама обеспечивать себя.
Лу Сянь говорила настолько твердо, без малейшей запинки или колебания, что Лин Тинъюй крепко сжала ладони в кулаки и предупредила: — Хорошо. Но я надеюсь, что в своей работе в сфере развлечений ты не будешь опираться на мои связи.
Лу Сянь ответила с предельной искренностью: — Я знаю. Ни за что не позволю посторонним узнать о наших отношениях.
— Лу Сянь, что ж, я посмотрю. — У Лин Тинъюй возникло обманчивое ощущение, будто её вывело из себя это равнодушное отношение.
К кофейне как раз подошли несколько человек из съёмочной группы, и Лу Сянь испугалась, что их заметят: — Сюда кто-то идет, я побежала.
Лу Ли не слишком во всё это верила: — Какая муха укусила твоего домашнего кроткого альфу? Разве раньше она не скандалила, требуя огласки?
— Кажется, у неё на уме что-то другое. — Лин Тинъюй пристально смотрела на удаляющуюся спину Лу Сянь, а её длинные уголки глаз выражали крайнее недовольство.
Судя по стандартным сценариям разводов среди знаменитостей в последние годы, одна из сторон обычно прибегала к очернению другой, чтобы завоевать сочувствие и поднять рейтинги. Возможно, Лу Сянь намеревалась пробиться наверх именно за счёт грязи, вылитой на неё.
http://bllate.org/book/39149/4942267
Готово:
