— Не стоит, — Цзян Линь по-прежнему отказывался.
В компании его дяди тоже готовили профессиональных охранников, и Цзян Линь прошел через подобные тренировки, так что мог постоять за себя. Но Тань Вэнь, который в обычное время предпочитал лишь видеоигры и пренебрегал физическими упражнениями, был в большей безопасности, оставаясь в общежитии.
Отклонив дружелюбное предложение обоих соседей и убедившись, что снаружи царит тишина, Цзян Линь отпер дверь. Звук поворачивающегося замка эхом разнесся по коридору, но, к счастью, общежитие в целом не было тихим, поэтому шум не привлек особого внимания.
Выглянув наружу и убедившись, что опасности нет, Цзян Линь махнул рукой тем, кто остался внутри, и напоследок предупредил:
— Общежитие — не самое безопасное место. Наблюдайте за ситуацией и действуйте по обстоятельствам.
Сказав это, он прикрыл дверь и шагнул в коридор.
В коридоре было темно — аварийное освещение тоже погасло, на этот раз электричество отключили основательно. Цзян Линь решил не включать фонарик: хотя те чудовища и боялись света, они начали приспосабливаться, и постоянный источник света мог лишь выдать его местоположение. К счастью, его глаза уже привыкли к темноте, позволяя нормально ориентироваться.
Достав духи Дин Байчуаня и побрызгавшись ими, чтобы перебить собственный запах, Цзян Линь сжал в руке телескопическую дубинку и бесшумно направился к лестничному пролету.
Если не считать редких звуков из некоторых комнат, на всем этаже не было ничего необычного: все плотно закрыли двери, пытаясь отгородиться от опасности. Цзян Линь без труда добрался до лестницы. Он не стал торопиться вниз, а заглянул через перила, попутно прислушиваясь.
На четвертом этаже доносились звуки, но довольно слабые — видимо, они были далеко от лестницы, так что спуститься на третий этаж должно быть безопасно.
Как только он решил покинуть общежитие, у него уже был четкий план действий.
Цзян Линь рассчитывал, что если на пути вниз не возникнет препятствий, он заглянет на первый и второй этажи. Если же там будет опасно, он воспользуется окном в вентиляционной камере на третьем этаже — снаружи как раз росло дерево, по которому можно было покинуть корпус.
Убедившись, что на лестнице к четвертому этажу безопасно, Цзян Линь тихо спустился. Достигнув лестничной клетки четвертого этажа, он мельком взглянул на коридор и смутно различил три или четыре силуэта чудовищ. Двери двух-трех комнат были распахнуты, а в воздухе висел запах крови.
Те, кто был в тех комнатах, скорее всего, уже погибли.
Заметив монстров, Цзян Линь не решился задержаться. Пока его не обнаружили, он продолжил путь, но, пройдя лишь половину лестницы, был вынужден остановиться.
Лестничная площадка третьего этажа была забита силуэтами монстров. К счастью, Цзян Линь двигался тихо, а духи маскировали его запах, так что он их не потревожил.
Прижавшись спиной к стене, Цзян Линь заметил, что чудовища ведут себя странно: они теснились у лестницы, не совершая никаких движений, в отличие от тех, что бродили по четвертому этажу.
Сцена выглядела крайне жутко.
К счастью, это длилось недолго — Цзян Линь услышал шаги, доносившиеся снизу, и увидел неясный свет.
В такой ситуации шаги были ничуть не лучше, чем замершие на месте монстры. Цзян Линь не мог представить, кто решится подняться туда, где кишат твари, да еще и с фонарем — разве монстры не боятся света?
Осознав необычность происходящего, Цзян Линь тихо переместился к перилам и заглянул вниз.
От лестницы, ведущей со второго этажа на третий, исходило сияющее зеленое свечение. Свет окутывал силуэт, состоящий из множества глаз, который медленно поднимался по ступеням. У этих глаз были угольно-черные зрачки, они плотно прижимались друг к другу, и каждый из них, казалось, обладал собственным сознанием, непрерывно вращаясь.
Когда Цзян Линь посмотрел вниз, он случайно встретился взглядом с одним из них.
В то же мгновение голова налилась тяжестью, стало трудно дышать, словно он оказался на глубоководье. В ушах зашумела вода, а в носу почувствовалось тепло. Проведя рукой, он обнаружил кровь.
Сознание начало ускользать, перед глазами поплыли черные пятна, конечности обмякли. Чувствуя, что вот-вот упадет, Цзян Линь из последних сил ухватился за перила, сохраняя равновесие.
Устоять-то он устоял, но ситуация стала критической: все монстры, стоявшие у лестницы, повернулись к нему, источая ледяную, пронизывающую злобу.
Внезапная слабость стала для Цзян Линя неожиданностью. Перед лицом монстров, окруживших его плотным кольцом, одного фонарика было недостаточно, чтобы их сдержать. Казалось, он видит конец своего пути, но в нем не было ни капли страха — выходя из общежития, он предвидел такой исход.
Он принял это.
Но…
Даже если поражение было предопределено, он не собирался сдаваться без боя. Цзян Линь сжал складной нож и, прежде чем чудовища успели напасть, сам бросился в атаку.
Монстры ринулись вперед, и как раз в тот момент, когда столкновение казалось неизбежным, Карманные часы, которые были при нем, внезапно выскочили из кармана, зависли в воздухе и излучили мягкий белый свет.
Голос, похожий на ИИ, снова прозвучал в голове Цзян Линя:
— Мой еще слабый, великий господин, ваш верный слуга пожертвовал своей энергией, чтобы выиграть для вас десять секунд. Пожалуйста, берегите силы для следующего боя.
Цзян Линь обрел ясность сознания. В первую же секунду он заметил, что монстры, собиравшиеся наброситься на него, застыли в прежних позах, будто на паузе.
Тик-так.
Стрелки зависших в воздухе Карманных часов начали двигаться — это был обратный отсчет.
Вспомнив недавний голос, Цзян Линь быстро осознал, что именно часы заставили монстров замереть, а отсчет длится десять секунд.
Часы выиграли для него время.
Десять секунд пролетели в мгновение ока. У Цзян Линя не было времени на раздумья: он рванул сквозь толпу чудовищ, добежал до коридора третьего этажа и за секунду сориентировался, помчавшись к окну.
На путь к окну ушло еще две-три секунды. Цзян Линь взглянул на него и мысленно выругался: из-за тайфуна окно было заперто.
Прошипев проклятие, он тут же выхватил дубинку и изо всех сил ударил по стеклу — силы хватило, чтобы оно разлетелось вдребезги за пару ударов.
Звук разбитого стекла эхом разнесся по коридору, и в этот же миг обратный отсчет закончился. Часы отвесно упали на пол, монстры вновь обрели подвижность, и те, кто был ближе всего, уже засекли местоположение Цзян Линя, устремившись к нему.
Увидев, что твари наступают, Цзян Линь, не обращая внимания на осколки стекла, уперся в подоконник и выпрыгнул наружу.
Монстры бросились следом, но схватили пустоту, а Цзян Линь, ухватившись за ветку дерева снаружи, совершил рискованную, но удачную посадку.
Однако кризис на этом не закончился: монстры перелезли через подоконник и спрыгнули вниз.
На теле Цзян Линя было полно ссадин, но он не обращал внимания на боль. Пока монстров было немного, он достал фонарик и включил его, чтобы светом подавить тех, кто преследовал его первым.
Одновременно с этим он нашел небольшую тропинку рядом с общежитием и бросился бежать со всех ног. Теперь ему нужно было за счет скорости оторваться от преследователей и разорвать их связь с ним, чтобы избавиться от опасности.
Выбежав из жилой зоны и миновав третий учебный корпус, Цзян Линь наконец окончательно оторвался от монстров.
Убедившись, что он в безопасности, Цзян Линь перевел дух. Сейчас он находился между вторым учебным корпусом и университетской библиотекой. Чтобы добраться до медпункта, нужно было пересечь искусственное озеро и здание факультета искусств.
Ран на теле было слишком много, их нужно было обработать, поэтому он, не медля, направился к медпункту.
Вдали от общежитий мужского сектора в остальных местах царила тишина. Монстры охотились на людей, поэтому, вероятно, концентрировались только в густонаселенных зонах. В Дунчэне было три общежития, расположенных в разных местах — интересно, что происходит в общежитии для персонала и женском корпусе?
С момента начала событий прошло столько времени, а администрация так и не предприняла никаких мер — ситуация, вероятно, плачевная.
И еще… что это за чертовщина — та куча глаз, от которой он чуть не потерял сознание?!
Цзян Линь шел и анализировал ситуацию. При мысли о глазах голова снова невольно закружилась, зрение расфокусировалось, шаги стали нетвердыми. Он прошел несколько шагов, споткнулся обо что-то и только тогда пришел в себя.
Эта груда глаз была чем-то скверным: на них нельзя смотреть, о них нельзя даже думать.
Из-за физического воздействия, вызванного этими глазами, Цзян Линь, даже понимая проблему, не осмелился больше размышлять об этом. Он заставил себя переключить внимание на предмет, обо который споткнулся.
В тот момент он подумал, что это обычный придорожный камень, но, присмотревшись, с удивлением обнаружил те самые Карманные часы, которые умели находить путь. Они последовали за ним сами.
Эти часы могли находить дорогу, могли разговаривать у него в голове, предупреждали об изменениях в его соседях, а только что — спасли ему жизнь.
Глядя на часы, Цзян Линь в замешательстве спросил:
— Что ты такое?
Ответом ему стал сухой хруст: циферблат и крышка часов внезапно разъединились, теперь они выглядели еще более разбитыми, чем раньше!
…Цзян Линь потерял дар речи. Он поднял развалившиеся часы, положил их на место и продолжил путь к медпункту.
По дороге он больше не отвлекался на посторонние мысли и при свете яркой луны добрался до медпункта.
Медпункт находился рядом со спорткомплексом и имел отдельный вход. Когда Цзян Линь подошел, его взгляд упал на дверь, и возникло сомнение: не заперто?
Он учился в Цзянчэнском университете почти три года, знал, где находится медпункт, но никогда не заходил внутрь и не знал, запирают ли его на ночь.
Оглядевшись вокруг и немного понаблюдав через окно, он убедился, что внутри нет ничего необычного, и тихо толкнул дверь.
В медпункте было довольно светло, лунного света хватало, чтобы разглядеть обстановку. Окинув помещение взглядом, Цзян Линь нашел по табличкам то, что ему было нужно.
Взяв необходимые вещи, он вернулся в процедурный кабинет ближе к входу. Только он достал ватную палочку, чтобы обработать раны, как услышал шаги.
Шаги были очень легкими, но это не помешало Цзян Линю оценить ситуацию. Он моментально определил местоположение источника звука, сжал складной нож и посмотрел на смотровую комнату, отделенную раздвижной дверью:
— Кто там?
На двери отразился высокий силуэт. Дверь отворилась, и оттуда выглянула голова. Человек в замешательстве, но очень уверенно произнес его имя:
— Цзян Линь?
Голос принадлежал мужчине, внешность тоже была вполне обычного человека. Цзян Линь убрал нож и с сомнением спросил:
— Мы… знакомы?
— Я же Цяо Юэ! — человек вышел из смотровой к Цзян Линю, явно радуясь встрече.
Только подойдя ближе, Цзян Линь смог разглядеть его: выдающаяся фигура, привлекательная внешность, запоминающаяся с первого взгляда.
Поэтому Цзян Линь твердо ответил:
— Нет, не знакомы.
Тон был холодным. Цяо Юэ, на лице которого играла улыбка, застыл, но тут же объяснился:
— Ну, знаешь, та студенческая карта, которую ты подобрал… Владелец — это я. Спасибо, что вернул ее мне.
— Я не находил никаких студенческих карт, — ответил Цзян Линь. — Ты ошибся человеком.
Кроме тех разбитых Карманных часов, он ничего не подбирал, не говоря уже о том, чтобы возвращать хозяину.
Цяо Юэ перестал улыбаться. Его взгляд упал на Цзян Линя — было очевидно, что он не верит его словам. Он хотел что-то сказать, но заметил раны на теле парня:
— Ты ранен?
Цзян Линь бросил на него взгляд: разве это не очевидно?! Он не стал тратить лишние слова и принялся обрабатывать рану.
Перестав донимать его расспросами о студенческой карте, Цяо Юэ подошел ближе, чтобы взглянуть на рану.
Когда он уходил из общежития, рана имела пугающий черно-фиолетовый оттенок, но сейчас она стала абсолютно черной, и в месте повреждения начали прорастать крошечные чешуйки — густые, мелкие чешуйки, в точности такие же, как те, что покрывали кожу монстров.
Увидев перемены в ране, Цзян Линь нахмурился.
Цяо Юэ тоже заволновался:
— Как ты получил такую рану? Ты же отравлен! Пошли в больницу! Я вызову скорую.
http://bllate.org/book/39121/4938479
Готово:
