— Вэнь-лаоши!
— Иди.
Сяо Ян с хмурым видом перевел взгляд с Вэнь Юйханя на Пэй Шаочэна, но в итоге всё же настороженно кивнул и, колеблясь, повернулся и шагнул через вращающуюся дверь.
На террасе вмиг остались только вдвоем Вэнь Юйхань и Пэй Шаочэн.
Вэнь Юйхань убрал улыбку и прищурился, глядя на собеседника:
— Прямо у тебя над головой висит камера.
— Это твой новый постельный партнер?
Они заговорили одновременно.
Вэнь Юйхань слегка замер, на его лице промелькнуло легкое раздражение. Впрочем, это выражение держалось лишь мгновение, прежде чем он снова быстро обрел невозмутимость.
Он на секунду прикрыл глаза, а когда открыл их вновь, его взгляд уже успел наполниться той самой лукавой и ветреной искоркой, что так хорошо помнил Пэй Шаочэн.
— В конце концов, я занимаюсь искусством, нужно всегда поддерживать себя в возбужденном состоянии, — Вэнь Юйхань сделал паузу, и его голос на конце фразы чуть взлетел вверх. — Я ведь говорил тебе это раньше, разве нет?
Пэй Шаочэн хранил каменное выражение лица, но пальцы невольно сжались еще сильнее.
Вэнь Юйхань поморщился от его хватки, чувствуя, как кости вот-вот захрустят. Однако он по-прежнему невозмутимо встретил мрачный взгляд собеседника.
Он знал: Пэй Шаочэн злится.
И все же, когда Вэнь Юйхань уже решил, что тот сейчас оттолкнет его, рука Пэй Шаочэна медленно разжалась.
Он выудил из кармана пиджака пачку сигарет, не торопясь закурил, но продолжал загораживать проход, не выказывая ни малейшего намерения позволить Вэнь Юйханю уйти.
— Ты совсем не изменился, — произнес Пэй Шаочэн.
— А вот ты изменился изрядно, — Вэнь Юйхань разгладил помятую рубашку и бросил небрежно: — Раньше Пэй Шаочэн ни за что не стал бы вот так с порога расспрашивать о чужой личной жизни... Скажи-ка, ты ведь не ради курения сюда вышел, верно?
Пэй Шаочэн выпустил струю дыма и ничего не ответил.
— Господин Пэй... — Вэнь Юйхань почувствовал легкую усталость и заговорил сдержанно: — Сам знаешь, в последние пару лет киноиндустрия переживает не лучшие времена. По правде говоря, я приложил огромные усилия, чтобы заполучить этот проект, выдержал три раунда отбора концептов... Обязательно так усложнять мне жизнь?
— С каких это пор ты скатился до того, чтобы отнимать у людей кусок хлеба? — Пэй Шаочэн окинул Вэнь Юйханя оценивающим взглядом и протянул негромко: — Похоже, за те годы ты так и не смог толком пристроиться к влиятельному покровителю.
Вэнь Юйхань усмехнулся, отвечая лишь на первую часть реплики:
— Что ты говоришь, если человек действительно до смерти голоден, то и подачка с барского стола покажется деликатесом. — Он снова полез в карман за сигаретами. — Гонорар господина Пэй сейчас наверняка раз в десять превышает мой, вряд ли ты до сих пор заришься на эти гроши сценариста? Нельзя ли проявить снисходительность и попросить приведенного тобой консультанта поумерить аппетиты? Раз уж мы спустя столько лет снова работаем вместе, разве не лучше разойтись с миром?
— Ты думаешь, я придираюсь? — Пэй Шаочэн на мгновение умолк. — По своему опыту и багажу работ лаоши У намного превосходит тебя, и я пригласил его в качестве консультата исключительно ради блага самого проекта.
Он окинул Вэнь Юйханя взглядом снизу вверх и искривил губы в усмешке:
— Студент, докатившись до такой жизни, ты всё так же не желаешь признавать чужую правоту?
Пэй Шаочэн произнес это без особого нажима, но слова попали точно в цель, больно и безжалостно уязвив Вэнь Юйханя.
Его лицо помрачнело, и он наконец позволил себе с горькой усмешкой кивнуть, не в силах дольше сдерживать гнев:
— Пришел ли ты сюда выбивать для себя работу или помогать — ты и сам прекрасно знаешь.
Пэй Шаочэн зажал сигарету в зубах, оставив вопрос без ответа.
— Пэй Шаочэн, если бы сегодня я действительно облажался по собственной бездарности, я бы слова не сказал... — Вэнь Юйхань щелкнул зажигалкой. — Но ты ведь снялся в стольких фильмах, неужели и впрямь не способен отличить хороший сценарий от пустышки?
Наверное, из-за эмоционального всплеска в желудке снова заворочалась острая боль. Вэнь Юйхань торопливо сделал глубокую затяжку, подавляя подступившую тошноту.
— Ты болен? — Пэй Шаочэн нахмурился.
Вэнь Юйхань фыркнул, прислонившись спиной к стене, и молча докурил больше половины сигареты. Лишь откинув назад растрепавшиеся на лбу пряди, он холодно обронил:
— Знаю, для инвесторов ценность господина Пэй куда выше моей. В конце концов, для кинокомпании подписать контракт с третьесортным сценаристом, за которым тянется шлейф дурной славы — уже верх великодушия...
Доворив до этого места, Вэнь Юйхань тускло усмехнулся:
— Впрочем, ладно, толку тебе об этом говорить. — Он оттолкнулся спиной от стены и выпрямился. — С меня хватит. Обсудите всё на совещании. Если вы все еще намерены использовать мой синопсис, оплатите работу за этот этап. Если нет — переписывайте всё с нуля сами. Что до потраченного впустую времени, могу лишь принести извинения.
— Что у тебя черт возьми болит?
— Хватит, господин Пэй, — в глазах Вэнь Юйханя промелькнула усталость. — Ты норовишь отнять у меня даже деньги на лекарства, а теперь еще и интересуешься, где у меня болит? — С этими словами он выпустил струю дыма прямо в лицо Пэй Шаочэну и язвительно бросил: — Смотри не забудь прислать мне бумажные деньги для поминок, если завтра услышишь в кругах, что опустившийся сценарист подох дома от болезни, потому что не на что было лечиться...
Он не успел договорить, как Пэй Шаочэн резким движением выдернул сигарету у него изо рта и затушил ее в стоявшем неподалеку цвечном горшке с бамбуком богатства.
Вэнь Юйхань провел языком по губам, отводя взгляд от его жгучего взора.
— Честно говоря, если бы ты раньше уже не проворачивал со мной этот трюк, я бы, пожалуй, действительно не выдержал и отпустил тебя, — тихо произвел Пэй Шаочэн.
Не дождавшись ответа от Вэнь Юйханя, он продолжил:
— Разве это не твой излюбленный прием... Студент, я правда хотел бы знать, есть ли хоть что-то, чем ты не станешь манипулировать.
Эти слова прозвучали словно раскаленная докрасна игла, вонзившаяся прямо в сердце Вэнь Юйханя. И тогда воспоминания прошлого, подобно старому водопроводу с сорванным вентилем, хлынули наружу безудержным потоком.
Вэнь Юйхань глубоко вдохнул, вовремя обрывая хоровод проносящихся перед глазами мыслей.
Он тихо и коротко усмехнулся, после чего вновь поднял взгляд на Пэй Шаочэна:
— Значит, теперь мои жалобы на судьбу на тебя больше не действуют, да?
После этого оба погрузились в долгое молчание.
Закатное солнце уже угасло, дневной свет постепенно мерк.
Видимо, Сяо Ян передал людям в переговорной комнате, что Пэй Шаочэн и Вэнь Юйхань курят на террасе, и все предпочли проявить тактичность, не выходя наружу.
В конце концов, по ходу предыдущего совещания каждый из них успел в той или иной мере заметить их враждебность друг к другу. Вся вторая половина съемок этого фильма держалась на Пэй Шаочэне, от которого ждали кассовых сборов и наград, так что, узнав о его решении лично разыскать Вэнь Юйханя — будь то для обсуждения дел или с целью намеренно придраться, — никто не осмелился выйти им помешать.
http://bllate.org/book/39055/4927193
Готово: