第2章
Внезапная перемена в Цзянь Ли не удивила Цзян Чжаня — он решил, что тот просто сменил тактику обольщения. Подобных уловок он повидал немало.
По-настоящему его зацепило другое — слово «не способен», брошенное Цзянь Ли.
Мужчины больше всего не терпят, когда их называют никчёмными, особенно если это говорит тот, кто минуту назад всхлипывал под ним.
Цзян Чжань помрачнел лицом, обхватил Цзянь Ли за талию и рывком притянул к себе, прижав к груди.
Тела соприкоснулись. Придерживая его за поясницу, Цзян Чжань опасным тоном спросил:
— Кто, по-твоему, ни на что не способен?
Цзянь Ли ощущал прохладную влагу его тела — тот, видно, только что вышел из душа — и частый стук сердца под кожей. Холодное прикосновение почему-то приносило приятное чувство, и это его забавляло. Вместо того чтобы отступить перед внезапным напором, он лишь вскинул взгляд и посмотрел собеседнику прямо в глаза.
— Кто, говоришь?..
Цзянь Ли склонил голову набок, изобразив невинную улыбку с примесью вызова.
— Попробуй — и узнаешь.
После такой откровенной провокации оставаться безучастным Цзян Чжань попросту не мог — иначе какой он мужчина. По крайней мере, не мужчина с нормальной физиологией.
Он положил ладонь на затылок Цзянь Ли, запустил пальцы в его волосы и сжал их в кулак. От лёгкого нажима голова Цзянь Ли откинулась назад; тот приоткрыл рот и зашипел от боли — и в этот момент Цзян Чжань накрыл его губы своими, властно и почти яростно.
«...твою мать, вот это напор?»
Выругавшись про себя, Цзянь Ли всё же не стал сопротивляться — напротив, обхватил руками шею Цзян Чжаня и ответил с той же силой.
После обмена натиском Цзян Чжань отпустил его затылок, прижал Цзянь Ли спиной к стене и, не прерывая поцелуя, потянулся к штанам, свободно висевшим на его бёдрах. Пальцы едва коснулись молнии, как Цзянь Ли остановил его:
— Погоди! Сначала давай кое-что проясним...
Цзян Чжань, только-только вошедший во вкус, раздражённо нахмурился, решив, что тот опять затевает какую-то игру, как минуту назад.
— Чего тебе ещё надо? — недовольно бросил он. — Денег я не пожалею.
— Денег? — Цзянь Ли приподнял бровь. — Мне не нужны деньги.
— Не нужны? — Цзян Чжань изумлённо хмыкнул. — Тогда зачем ты здесь? Разве не за сделкой пришёл?
— За сделкой, верно, только не за деньгами. — Насмешку Цзянь Ли пропустил мимо ушей, произнеся слово «сделка» без тени смущения. — Мне нужна роль Лю Чуаньдэна в «Опустившемся месяце над Длинной Рекой». Именно мне, а не Чжан Цзыяну.
«Опустившийся месяц над Длинной Рекой» — тот самый сериал, на пробах в который отказали Чжан Цзыяну; он был снят по мотивам одноимённого романа, гремевшего в те дни. Из-за Чжан Цзыяна оригинальное тело этого мира когда-то прочло книгу, так что о сюжете и персонажах Цзянь Ли имел довольно ясное представление.
Раз уж предстояло исполнить желание прежнего хозяина тела — щёлкнуть по носу Чжан Цзыяна и унять его застарелую обиду и злость, — начинать логичнее всего было именно с этого сериала.
Чжан Цзыян хотел роль в этом сериале — что ж, он её получит. Чжан Цзыян мечтал прославиться в шоу-бизнесе — он повторит этот путь к вершине сам.
Всё, чего добивался Чжан Цзыян, достанется ему. То-то будет любопытно взглянуть на лицо соперника, когда это случится.
Цзянь Ли — актёр, оттачивавший мастерство больше десятка лет, — в игре недостатка не испытывал никогда. Не хватало лишь удачного случая. И человек перед ним стал первым таким случаем.
Цзян Чжань не ожидал, что вместо денег Цзянь Ли попросит роль в сериале. При его положении устроить кому-то место в актёрском составе не стоило и труда — раздражало другое: этакая мелкая пташка смеет ставить ему условия. Впрочем, глядя, как тот сверлит его взглядом с решимостью «сначала договоримся, потом в постель», Цзян Чжань невольно нашёл это забавным, и досада почти растворилась.
— Хорошо.
***
За ночь Цзянь Ли вымотали трижды, и на третий раз он едва не потерял сознание.
Цзян Чжань на деле доказал, что «не способен» — это не про него: способностей у него было хоть отбавляй, и перед тем как провалиться в сон, Цзянь Ли даже пожалел, что попросил лишь второстепенную роль — стоило замахнуться сразу на главную.
На следующее утро Цзян Чжань проснулся и, повернув голову, увидел спящего рядом Цзянь Ли.
Тот крепко спал, лёжа на боку спиной к нему; чёрные пряди рассыпались по белой подушке, простыня сползла до поясницы, обнажив бледную спину целиком.
На коже темнели красные отметины вперемешку с бледными синяками — свидетельство того, насколько бурной выдалась минувшая ночь.
Взгляд Цзян Чжаня на миг задержался на этой соблазнительной картине, и внутри снова шевельнулось желание, но развратником он не был и быстро подавил порыв.
Он вспомнил, как вчера этот человек сам его соблазнял, а в постели оказался неумелым и растерянным, под конец едва не расплакавшись с покрасневшими глазами, — и задумался.
«...точно, это же был его первый раз».
Значит, Шэнь Юйчжи не соврал, когда обещал найти ему «нетронутого». Учитывая, насколько приятно прошла ночь, Цзян Чжань решил простить приятелю самовольство.
Полежав ещё немного, он сел, потянулся за телефоном на тумбочке — узнать время — и обнаружил несколько пропущенных звонков от Шэнь Юйчжи, а также непрочитанные сообщения. Открыв их, Цзян Чжань нахмурился и перевёл взгляд на Цзянь Ли.
Тот словно почувствовал это и как раз в этот момент зашевелился, просыпаясь.
Незнакомая обстановка на миг сбила Цзянь Ли с толку; лишь пару секунд спустя он вспомнил, что произошло ночью, — поясница и бёдра до сих пор ощущались непривычно.
Про себя обозвав его «зверем», Цзянь Ли повернулся — и увидел этого самого «зверя» рядом, изучающего его пристальным взглядом.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга; атмосфера казалась странной.
Цзянь Ли, поморщившись от ноющей поясницы, первым решил нарушить молчание:
— Доброе у...
Договорить он не успел — Цзян Чжань перебил:
— Кто ты?
Голос прозвучал холодно, с еле сдерживаемым гневом. Цзянь Ли такой вопрос от человека, который сам же его позвал, показался странным, но он честно ответил:
— Я Цзянь Ли.
— Цзянь Ли? — Цзян Чжань покосился на телефон, убедившись, что имя, названное вчера Шэнь Юйчжи, звучало иначе, а в сообщении тот утверждал, что присланный им человек так и не явился. Тогда кто такой этот Цзянь Ли?
Внезапно ощутив, что его провели, Цзян Чжань помрачнел, наклонился и сдавил рукой шею Цзянь Ли, требовательно спросив:
— Кто ты такой на самом деле? Кто тебя подослал?
От неожиданной хватки на шее Цзянь Ли инстинктивно дёрнулся, чтобы ответить, но вторая рука Цзян Чжаня тут же прижала его запястья над головой.
Цзянь Ли только что переселился в это тело, а физическая форма прежнего хозяина и без того была неважной — да ещё и ночь, полная изнурительных «упражнений» с Цзян Чжанем, — так что вырваться из простого захвата не вышло.
Оказавшись в полностью беспомощном положении, Цзянь Ли мысленно выругался, а вслух, скорчив страдальческое лицо и распахнув глаза, полные страха и растерянности, выдавил из себя:
— Ты... душишь... мне больно...
Со сна уголки глаз Цзянь Ли всё ещё были чуть покрасневшими; наткнувшись на этот влажный, испуганный взгляд и вспомнив, как ночью тот всхлипывал под ним, готовый расплакаться, Цзян Чжань слегка ослабил хватку, но тон остался холодным:
— Говори, кто тебя послал?
Поняв, что притворная слабость сработала, Цзянь Ли слегка откашлялся и хриплым голосом произнёс:
— Ты сам меня позвал. Ты заключил сделку с Чжан Цзыяном, и он меня прислал.
Чжан Цзыян?
Это имя ничего не говорило Цзян Чжаню. Вчера вечером после посиделок с Шэнь Юйчжи и компанией он вернулся в отель, и вскоре ему позвонил Шэнь Юйчжи — сказал, что нашёл для него человека, способного избавить его от тридцатидвухлетнего целомудрия: новичка из «Берега Феникса», ещё «нетронутого», притом красивого и чистого.
Поначалу Цзян Чжань не проявил к этому никакого интереса, решив, что Шэнь Юйчжи просто дурачится от скуки. Но когда человек всё же явился и оказался вполне в его вкусе, он оставил его при себе — отсюда и всё, что случилось ночью. Вот только утром пришло сообщение от Шэнь Юйчжи: тот, кого он нашёл, сбежал в последний момент и вовсе не приехал!
Тогда кто же этот человек, с которым он провёл ночь?
— Кто такой Чжан Цзыян? — спросил Цзян Чжань.
— Чжан Цзыян — это... — Цзянь Ли осёкся, заметив выражение лица Цзян Чжаня, и тоже почувствовал неладное. — Постой, разве ты не заместитель режиссёра Цзян из съёмочной группы «Опустившегося месяца над Длинной Рекой»?
— Кто тебе сказал, что я заместитель режиссёра? — вопросом на вопрос ответил Цзян Чжань.
—... Разве нет? — переспросил Цзянь Ли, желая удостовериться.
— Нет, — мрачно бросил Цзян Чжань.
«Заместитель режиссёра, ну надо же — да он инвестор проекта!»
Порывшись в памяти прежнего тела, Цзянь Ли вспомнил: это Чжан Цзыян договорился с заместителем режиссёра о встрече в отеле. Приняв звонок, тот второпях нацарапал номер комнаты на листке — он спешил на съёмки в другой группе — сунул записку прежнему хозяину тела и убежал.
Прежний хозяин знал лишь, что фамилия того заместителя режиссёра — Цзян, самого же его в глаза не видел.
Очнувшись уже в этой комнате и увидев, что хозяина тоже зовут Цзян, Цзянь Ли машинально решил, что перед ним и есть тот самый режиссёр, о котором говорил Чжан Цзыян, — но, как оказалось, ошибся человеком. Вот только вчера, стоило ему заикнуться о роли, собеседник согласился слишком легко: либо тот попросту сболтнул, ослеплённый похотью, либо и правда имел какое-то отношение к съёмочной группе.
Обдумав это, Цзянь Ли решил сперва разобраться, что к чему, и спросил:
— Раз ты не режиссёр из съёмочной группы, с какой стати вчера согласился дать мне роль?
— С какой стати согласился? — В этих словах Цзян Чжань уловил нотку обвинения и презрительно хмыкнул. — Да я сам нанял всю эту съёмочную группу. Как думаешь, с какой стати?
— Сам нанял? — удивился Цзянь Ли, сообразив, что тот имел в виду. — Так ты инвестор?
Новость оказалась ошеломляющей — такого поворота Цзянь Ли не ожидал. Чжан Цзыян рассчитывал всего лишь подлизаться к заместителю режиссёра, а прежний хозяин тела по чистой случайности угодил прямиком к самому инвестору проекта.
— Разве ты не потому попросил роль, что знал, кто я? Хватит уже строить из себя... — Цзян Чжань осёкся на полуслове.
Вспомнив, что Цзянь Ли принял его за заместителя режиссёра, он мгновенно всё понял: этот человек вовсе не к нему приходил вчера, а к заместителю режиссёра — за ролью через постель!
Как инвестор «Опустившегося месяца над Длинной Рекой», Цзян Чжань, разумеется, уже успел поужинать с продюсерской командой и припоминал заместителя режиссёра по фамилии Цзян — мужчину лет под пятьдесят, полного, с одутловатым лицом и обширной лысиной.
Пусть в шоу-бизнесе подобные сделки давно стали нормой, но при мысли о том, что Цзянь Ли ради роли готов был лечь в постель даже к такому человеку, Цзян Чжань не удержался от презрения — и та телесная симпатия, что зародилась у него ночью, изрядно поугасла.
«Обычная штучка, готовая прыгать по чужим постелям ради известности».
Цзян Чжань фыркнул, подавляя непонятно откуда взявшееся раздражение.
http://bllate.org/book/39048/4941568
Готово:
