Наверняка времени прошло слишком много. Линь Муцин про себя порадовался, что двигается быстро, и обошлся без того печального инцидента в стиле босс ждет меня.
Если закончили, пошли. Взгляд Лу Чао легко скользнул по Линь Муцину и юной помощнице-визажистке; та держала в руках что-то и украдкой махала Линь Муцину.
Хорошо, генеральный директор Лу. Линь Муцин одновременно звонил управляющему, поручая ему разобраться с последствиями на месте, и подходил к девушке. Она прижала ладонь к его груди, приколов к лацкану маленькую брошь в форме цветка лилии — изысканную и элегантную.
Она очень дорогая, помощник Линь, — тихо произнесла девушка. — Не забудьте вернуть нам!
Линь Муцин невольно усмехнулся и поблагодарил ее. Управляющий уже прибыл на место, а Лу Чао, миновав царивший повсюду беспорядок, первым направился к выходу.
Линь Муцин на ходу отдал распоряжения управляющему оказать содействие команде стилистов в устранении последствий, а затем проводить их. Поспешно он бросился вслед за уходящими.
Лу Чао уже вошел в лифт; его изящные пальцы замерли на кнопке открытия дверей в ожидании.
Линь Муцин не смел медлить и быстрым шагом вошел внутрь.
Цифры этажей на дисплее непрерывно менялись. В небольшом пространстве находились всего двое, и Линь Муцин мысленно рассчитывал самый быстрый маршрут до места проведения мероприятия.
Они быстро спустились на подземную парковку, где у лифта уже ждал водитель. Лу Чао широким шагом первым сел в машину, Линь Муцин последовал за ним по пятам и занял место на переднем пассажирском сидении.
Машина плавно выехала из жилого комплекса, а Линь Муцин, пролистывая что-то в телефоне, проверял свежие данные о дорожной обстановке. Лу Чао сидел сзади, подперев подбородок рукой и глядя на уличный пейзаж за окном.
Помощник Линь. Голос Лу Чао раздался неожиданно. Линь Муцин обернулся к нему с пассажирского сидения, но услышал лишь: — В следующий раз смени мне команду стилистов.
Глава 7
Мероприятие проходило в отели на берегу моря.
Сбоку от отеля была расстелена красная дорожка, а для поддержки события пригласили множество популярных артистов и звезд. Все знаменитости блистали в роскошных нарядах и безупречном макияже, кажется, продумав свой образ до кончиков волос. С того самого момента, как они выходили из машин, их окружали визги фанатов, а перед пресс-воллом и зоной интервью непрерывно вспыхивали вспышки бесчисленных камер.
Водитель объехал зону красной дорожки и подкатил прямо к входу в отель. Долго ожидавáвшие сотрудники тут же подбежали, чтобы открыть дверь для Лу Чао.
Лу Чао кивнул в знак благодарности, широким шагом последовал за сотрудниками внутрь отеля, а Линь Муцин неотступно следовал за ним.
В банкетном зале уже собралось немало людей, которые то тут, то там приветствовали Лу Чао. Лу Чао отвечал каждому и, пересекши зал, направился на поиски Тан Мэйсинь.
Тан Мэйсинь стояла в углу заведения с радостным выражением лица и, услышав что-то, прикрывала рот рукой, безостановочно смеясь. Рядом с ней находился никто иной, как его еще не представленный публике жених Дуань Кай.
Мать Лу Чао происходила из знатного рода, отличалась строгим воспитанием и уделяла огромное внимание семейным правилам. Судя по тому, что Лу Чао знал о ней, раз Дуань Кай сумел заставить ее так искренне смеяться, он определенно пришелся ей по душе.
Заметив идущего сюда Лу Чао, Тан Мэйсинь поспешно поманила его рукой. Лу Чао подошел и слегка обнял ее. Стоявший рядом Дуань Кай с улыбкой поприветствовал Линь Муцина: — Помощник Линь, а вы слегка опоздали.
Только что вернулись из Линьчэна, самолет немного задерживался. Линь Муцин остановился рядом с Лу Чао, озарив присутствующих стандартной деловой улыбкой.
Тан Мэйсинь кивнула Линь Муцину, выразив тем самым приветствие. Затем она легко шлепнула Лу Чао по руке и с шутливым упреком произнесла: — И как можно так сильно загружать себя работой.
Дел много. Лу Чао тоже улыбнулся. — О чем вы тут говорим? Такие веселые.
Мы тут обсуждаем новую выставку Сяо Сяня. Дуань Кай говорит, что тоже побывал на открытии, и там два арт-дилера так ожесточенно спорили из-за одной картины, буквально до хрипоты, что в итоге подрались на месте, но в конце концов выгоду извлек третий человек.
Организаторы не хотели портить отношения ни с тем, ни с другим: с одной стороны, пытались уладить конфликт, а с другой — тайком взвинчивали цену. Зрелище, о боже, было поистине суматошным, — вовремя вставил реплику Дуань Кай.
Тан Мэйсинь снова рассмеялась. Младший сын с молчаливого попустительства Лу Чао уехал за границу заниматься искусством, и видеться им удавалось от силы пару раз в году, поэтому Тан Мэйсинь больше всего любила слушать, когда кто-нибудь рассказывал ей что-то о Лу Сяне.
У входа поднялся шум, и несколько человек, привлеченные звуками, одновременно обернулись. Оказалось, что появилась одна из самых популярных в последнее время восходящих звездочек — стоило ей переступить порог, как вокруг нее тут же столпилась толпа, создавая изрядную суету.
Один из официантов подбежал к Тан Мэйсинь и тихо сообщил, что старый господин Лу ожидает ее в той стороне.
Тан Мэйсинь попрощалась с ДуаньКаем, еще раз похлопала Лу Чао по руке и, повернувшись, удалилась в сопровождении официанта.
Похоже, все звезды уже собрались, — неизвестно когда оказавшийся рядом с Линь Муцином Дуань Кай посмотрел в сторону толпы. Вокруг молодой актрисы вилось немало людей: одни рассыпались в льстивых похвалах, другие просто глазели по сторонам. — Говорят, это новая пассия молодого господина Сюна, он в последнее время отвалил немало денег на ее раскрутку.
Сун Чжичжоу? Линь Муцин вспомнил о неизменной репутации дамского угодника, которая тянулась за молодым господином Суном — еще в прошлом месяце в объективы папарацци попало то, как он вместе с известным киноактером за полночь заявлялся в отель, и вот теперь он так быстро сменил фаворита.
Дуань Кай словно прочел его мысли: — Киноактер сегодня тоже здесь, когда я проходил мимо красной дорожки, как раз попал на его интервью.
С этими словами он перехватил проходившего мимо официанта, взял два бокала с шампанским и с улыбкой протянул один Линь Муцину. — Сегодня будет очень весело.
Линь Муцин на мгновение растерялся и машинально произнес спасибо, но не успел взять бокал, как откуда-то сбоку протянулась рука и перехватила его.
С бесстрастным выражением лица Лу Чао отпил глоток. — Генеральный директор Дуань и впрямь свободен от забот, раз явился так рано только ради праздного любопытства. Разве вам не нужно заниматься делами компании?
Дуань Кай ничуть не смутился и небрежно протянул Линь Муцину другой бокал. — Работу никогда не переделать, генеральному директору Лу тоже не стоит забывать о балансе труда и отдыха.
Лу Чао больше ничего не ответил, однако атмосфера вокруг него стала ощутимо тяжелее. Линь Муцин принял бокал и тихо повторил слова благодарности.
Тан Мэйсинь, казалось, была крайне довольна Дуань Каем. Оба они стояли рядом с ней, обладая столь безупречной внешностью, что казались идеальной парой, созданной на небесах. Брак между влиятельными семьями, объединение капитала — они принадлежали к одному кругу. Находясь посреди их беседы, Линь Муцин чувствовал себя посторонним наблюдателем, оторванным от этого мира.
Наверное, Лу Чао рассердился только потому, что Дуань Кай сначала протянул бокал ему, верно?
Линь Муцин наблюдал за Лу Чао так долго, что теперь ему было достаточно одного беглого взгляда, чтобы безошибочно определить настроение шефа, даже если на лице того не отражалось ни единой эмоции.
Сотрудники уже приступили к настройке аппаратуры. Тан Мэйсинь и Лу Чжаохе стояли сбоку от сцены, а рядом находился секретарь, выслушивавший указания техников.
Оборудование было готово в мгновение ока. Лу Чжаохе вместе с Тан Мэйсинь поднялись на сцену, и он начал приветственную речь. Этот благотворительный вечер организовывала Корпорация Лу, и Лу Чжаохе, выступая в роли хозяина мероприятия, сначала выразил благодарность всем присутствующим за поддержку, а затем подчеркнул главную цель собрания, проявив безупречное внимание к каждой детали.
После официальной речи началась развлекательная программа, и гости в зале снова разбрелись небольшими группами для непринужденных разговоров.
К Лу Чао то и дело подходили люди, и в череде приветствий и звона бокалов разговор неминуемо заходил о стоявшем рядом Дуань Кае. Всех обуревало любопытство к этой легендарной наследнице или наследнику Корпорации Эньхэ, и гости, с одной стороны, расточали комплименты по поводу их идеального союза, а с другой — бросали на него оценивающие, скрытые взгляды.
Дуань Кай держался совершенно непринужденно, позволяя окружающим рассматривать себя всласть — неизменно изысканный, с очаровательной улыбкой на устах.
Линь Муцин стоял позади Лу Чао, слушая, как тот представляет Дуань Кая подходящим гостям, и одновременно отвлекался на происходившие на сцене номера.
Лучше бы это помогло переключить внимание и перестать забивать голову всякой ерундой.
На сцене оттанцевали несколько номеров, затем сменились два вокалиста. Лу Чао успел принять и проводить уже несколько делегаций, и только перевел дух, как к ним снова направлялся Сун Чжичжоу со своей популярной старлеткой под руку.
Это моя девушка Цинь Нун, — молодой господин Сун обнял девушку за талию и принялся представлять ее по очереди. — Это Лу Чао, генеральный директор Корпорации Лу. Это Дуань Кай, генеральный директор Корпорации Эньхэ. А это помощник Линь Муцин, секретарь генерального директора Лу.
Девушка растеряла всю свою высокомерную холодность, с которой только что шествовала по красной дорожке, и послушно последовала примеру Сун Чжичжоу, приветствуя каждого.
Дуань Кай с юмором отвесил пару комплиментов ее красоте, чем невероятно польстил молодому господину Суну. Тот повернулся к нему: — А где те двое из вашего клана Дуань?
Сун Чжичжоу, без сомнения, имел в виду нынешнего главу Корпорации Эньхэ, отца Дуань Кая — Дуань Цзэаня, и его внебрачного сына, сводного брата Дуань Кая — Дуань Чэнцзина.
Дуань Кай за этот вечер уже повидал немало людей, но из-за щекотливости его положения никто в его присутствии не осмеливался заикаться о Дуань Чэнцзине. Хотя в лицо его и положено было почтительно называть молодым господином Дуанем, все знали, что он всего лишь бастард. В высшем свете все были тертые калачи, и никто не хотел нарываться на неприятности.
Вот так запросто бросить фразу про двух господ Дуаней — тон Сун Чжичжоу был непринужденным, что выдавало их крайне близкие отношения с Дуань Каем.
Кто ж их знает, — Дуань Кай сохранил безразличный вид. — Наверное, вышли покурить.
Сплетни всегда распространялись с бешеной скоростью. Возвращение Дуань Кая на родину дало пищу для бесчисленных желтых газетенек: в один день писали о внутренней войне в Корпорации Эньхэ и захвате власти единственным законным наследником, в другой — о внезапном происшествии на банкете и драке между двумя господами Дуанями. Короче говоря, положение дел в Корпорации Эньхэ описывалось не иначе как кровавая бойня.
Вскоре начался этап аукциона. Аукционист по очереди демонстрировал лоты, и гости один за другим проявляли щедрость ради благотворительного дела.
Цинь Нун шепнула что-то на ухо Сун Чжичжоу, и тот, обернувшись, заметил, что находившийся в эпицентре недавнего разговора Дуань Чэнцзин стоял на другом конце банкетного зала в компании нескольких человек, поднимая табличку в ответ на новую ставку аукциониста.
Сун Чжичжоу тут же подступился к Дуань Каю: — Не хочешь перебить цену?
На торгах выставлялась современная картина кисти известного мастера, и цена неуклонно росла. Дуань Кай перевел взгляд и, стрельнув глазами, остановил его на Лу Чао: — А не выкупить ли ее генеральному директору Лу в подарок мне?
Лу Чао, только что избавившийся от назойливых собеседников, неожиданно оказался втянут в разговор. Помолчав секунду, он бросил: — У тебясамого денег нет?
Как-то это некрасиво, — Дуань Кай прикрыл половину лица бокалом, а его нежные, полные страсти глаза блестели за стеклом хитростью. — Считай, что помогаешь мне позлить его.
Лу Чао ничего не ответил, но когда аукционист назвал следующую цифру, молча поднял табличку.
Ого, а ты и впрямь всерьез за это взялся, — Сун Чжичжоу вытянул шею, разглядывая происходящее. Дуань Чэнцзин тоже заметил Лу Чао, и его лицо постепенно помрачнело. Перекидываясь ставками, они в мгновение ока прошли через несколько раундов.
Все больше людей обращали внимание на этот заочный торг, перешептываясь между собой. Слухи о предстоящем браке между Лу Чао и Дуань Каем гремели на весь город, а теперь Лу Чао еще и сцепился с Дуань Чэнцзином — очевидно, ради того, чтобы угодить своему будущему супругу.
http://bllate.org/book/39044/4926027
Готово:
