Глава 28
Шэнь Ли внешне оставался абсолютно бесстрастен, но в душе мгновенно вспыхнула лютая ярость.
«Если не показывать зубы, эти твари совсем меня за беззащитную добычу примут!»
Почувствовав три волны наглого, нерассуждающего убийственного намерения, Шэнь Ли сдернул с места. Его силуэт размылся, оставив на прежнем месте лишь исчезающий призрачный след.
Шаги Облачной Дымки, доведенные до уровня Великого Совершенства, сработали безупречно — не прошло и мгновения, а он уже бесшумно, точно бесплотный дух, возник за спинами двух подручных Шрамолицего.
Меч Зелёной Груши со свистом покинул ножны. Духовная энергия в каналах Шэнь Ли хлынула бурным потоком.
В то же мгновение воздух вокруг вскипел: сотворенные из сгущенной ци сотни острейших листьев и лепестков закружились в смертоносном вихре. Каждый из них резал сильнее бритвы, дыша яростной силой.
Мощный порыв духовной энергии заставил содрогнуться воздух в радиусе сажени.
Прежде чем нападавшие успели хотя бы закричать, их накрыла эта буря.
Плоть и кости в мгновение ока превратились в кровавое месиво. У нападавших не осталось ни единого шанса на сопротивление — лишь истошные вопли на миг огласили лес и тут же захлебнулись в крови.
Шрамолицый побледнел, в его глазах блеснул дикий ужас.
Он никак не ожидал, что этот юнец обладает настолько чудовищной силой: одна стычка — и двое опытных головорезов превращены в фарш.
Даже сам Шэнь Ли на секунду удивился столь молниеносному результату.
Впрочем, сыграла роль и банальная недооценка: приспешники посчитали его зелёным новичком, взращенным на целебных пилюлях, и совсем потеряли бдительность.
Но нынешняя мощь Шэнь Ли превосходила границы обычного восьмого уровня Духовного Первоначала. Чего стоила одна лишь техника Шагов Облачной Дымки на грани совершенства — с её помощью можно было не только уклоняться от любых атак, но и наносить разящий удар раньше, чем противник успеет моргнуть.
И всё же... первое убийство оказалось вовсе не таким тяжелым, как он опасался.
Шэнь Ли остался абсолютно холоден. В мире культиваторов нет места человеческим законам и морали — здесь правит лишь грубая сила.
К тому же эти гиены напали первыми. Не прояви он молниеносную реакцию — и сам бы уже лежал мертвым. Шэнь Ли никогда не отличался всепрощающим великодушием; его натуре куда ближе был принцип «око за око».
Убить человека... В жестоком мире сянься это оказалось не сложнее, чем забить птицу. Простейшее дело, которое абсолютно не берет за душу.
Впрочем, размышлять об этом было некогда.
Глаза Шрамолицего налились кровью. Первоначальный шок сменился безумным, всепоглощающим гневом.
— Дрянь! Как ты смеешь?! — Голос наемника раскатился по лесу, словно удар грома.
— А я, по-твоему, должен был кротко ждать, пока вы меня скрутите? — с ядовитой усмешкой отозвался Шэнь Ли, направляя Меч Зелёной Груши прямо на предводителя.
В его миндалевидных глазах плескалась откровенная жажда крови.
Раз уж двое отправлены на тот свет, одним больше, одним меньше — разницы нет.
Шрамолицый заправлял этой шайкой, и наверняка именно он приказал пустить ту смертоносную стрелу ему в висок. Значит, он — главный виновник.
Оба находятся на начальной стадии восьмого уровня Духовного Первоначала. Вот и проверим, чья сталь крепче!
Шрамолицый, несмотря на бешенство, обладал огромным боевым опытом и быстро совладал с эмоциями.
В его руке словно из воздуха возник массивный палаш среднего ранга. Взмахнув им, он спустил с лезвия раскаленный, пышущий жаром клинковый вал.
— Ладонь Огненных Облаков! — взревел Шрамолицый, одновременно выкидывая левую руку.
Пламя вырвалось из его ладони, подобно разгневанному дракону, мгновенно раскалив окружающий воздух.
«Они что, реально выкрикивают названия техник во время боя? И никого не смущает?..» — мелькнуло в голове у Шэнь Ли, но тело сработало на автопилоте. Изогнувшись, он едва успел уйти из-под удара.
Шэнь Ли не обольщался: противник был смертельно опасен.
Огненная техника и палаш среднего ранга составляли сокрушительный союз, а напор атаки был настолько ураганным, что малейшая ошибка стоила бы жизни.
Схватка мгновенно перешла в фазу бескомпромиссного рубилова.
Смертоносное пламя и лезвия ауры Шрамолицего обрушились на Шэнь Ли подобно шторму.
Тот же, используя призрачные Шаги Облачной Дымки, кружил среди огненных сполохов и вспышек стали, выискивая брешь в обороне.
Яд Меча Зелёной Груши всё ещё не подействовал — похоже, тертый наемник заранее принял защитные пилюли или держал плотный покров ци.
Шэнь Ли начал испытывать легкую тревогу: напор Шрамолицего оказался настолько лютым, что удерживать инициативу становилось всё труднее.
Как-никак перед ним был бродячий практик, закаленный в сотнях кровавых стычек. Его опыт и жестокость на порядок превосходили навыки обычного ученика.
Одежда Шэнь Ли уже прогорела в нескольких местах, а на белой коже выступили болезненные ожоги.
И всё же его взгляд оставался ледяным. Ни тени паники.
Именно в такие секунды, на грани жизни и смерти, требуется абсолютное хладнокровие. Только так можно подловить врага на ошибке. В новеллах про культивацию всегда так писали!
Схватка длилась уже около получаса. Шэнь Ли покрылся многочисленными ссадинами, струйки крови стекали по его рукам.
Но и Шрамолицый выглядел не лучше: техника «Тысяча Листьев и Порхающие Цветы» изрезала его тело. Даже редкая защитная практика не могла полностью сдержать мощь преображенного заклинания.
Этот наемник явно входил в число сильнейших среди практиков округи.
Шрамолицый рычал, усиливая напор.
Однако чем дольше продолжался бой, тем яснее становился разум Шэнь Ли, а духовная энергия в его каналах обретала всё большую плотность.
И всё же нехватка опыта сказалась: лезвие палаша скользнуло по шее Шэнь Ли, оставив на нежной коже алый след.
Шэнь Ли отпрянул на три шага назад и спиной врезался в ствол могучей сосны. Крона затрепетала, осыпая хвоей.
— Кхм... — он выплюнул сгусток крови и вдруг почувствовал, что ладонь липнет от смолы.
Подняв взгляд, Шэнь Ли увидел, что гигантский ствол сосны сплошь покрыт старыми шрамами от мечей — видать, здесь когда-то тренировались ученики Обители Зелёного Процветания. Сейчас из этих ран сочились янтарные капли смолы, похожие на слезы дерева.
Но удивительнее всего было другое: прямо из прорубленной древесины упрямо пробивались сочные зелёные побеги.
Шум битвы словно отошел на задний план. Внимание Шэнь Ли приковала глубокая трещина в коре, из которой пышно цвели нежно-фиолетовые дикие орхидеи.
Его зрачки расширились. В голове вспыхнула древняя мудрость: «Даже иссохшее древо весной расцветает вновь».
Дикий рев Шрамолицего выдернул его из оцепенения:
— Подонок, отдай жизнь!
Яростная Ладонь Огненных Облаков неслась прямо в лицо, сжигая траву и кустарник. Шэнь Ли на инстинктах качнулся в сторону, уходя Шагами Облачной Дымки.
И в этот миг боковым зрением он уловил нечто невероятное: там, где прошел огненный вал, среди дымящегося пепла прямо на глазах прорастали споры лесных папоротников. Зелёные побеги пробивали серую гарь, расправляясь в раскаленном воздухе.
«Вот оно что...»
Шэнь Ли всем естеством ощутил бесконечное биение жизни вокруг: как опавшие листья истлевают, давая пищу земле, как нити грибницы сплетаются во тьме, как утренняя роса стекает по жилкам.
Эти шорохи и звуки сложились в удивительный ритм, вошедший в резонанс с духовным источником в его дантяне.
Когда пылающая ладонь оказалась всего в трех дюймах от его лица, вокруг тела Шэнь Ли вдруг вспыхнул изумрудный ореол.
Из воздуха соткались тысячи свежих, усыпанных росой листьев и лепестков. В лучах света они казались невероятно хрупкими, сказочными.
Шэнь Ли подчинился порыву. Легкий поворот клинка — и смертоносная буря лепестков превратилась в буйно разросшиеся весенние лозы.
Эти гибкие зелёные плети, казавшиеся столь мягкими, с ходу смяли и перемололи яростный огненный вихрь.
С ужасом Шрамолицый увидел, как пламя его ладони без остатка поглощается зелеными стеблями, заставляя их распускаться ещё гуще, прорастая пылающими икроносными бутонами.
Туда, куда указал кончик Меча Зелёной Груши, взвилась туча из сотен изумрудных лепестков, взяв Шрамолицего в плотное кольцо.
Эти прозрачные цветы казались нежнейшим шелком, но когда Шрамолицый попытался отбиться тяжелым палашом, клинок встретил сопротивление, отозвавшееся звоном стали.
— Невозможно! — безумно орал Шрамолицый, рубя воздух, но лепестки прорастали снова и снова, подобно траве под весенним ветром.
Хуже того: касаясь ранений на его теле, они заставляли яд, затаившийся на клинке Меча Зелёной Груши, вспыхивать с удвоенной силой.
Шэнь Ли стоял чуть в стороне. Наблюдая за метаниями врага, он погрузился в глубины собственного восприятия. Внутри происходило нечто неведомое и прекрасное.
Он ощутил, как в воздухе разливается особый поток — первозданная сила жизни, дыхание пробуждающегося мира.
Время словно остановилось.
Ему показалось, будто он очутился в бескрайнем древнем лесу, где каждый вдох дарует неисчерпаемую энергию.
Это дыхание было мягким, но непреклонным — как зелёный росток, пробивающий каменную толщу. Оно проникало в каждую жилу, сливаясь с его собственным духовным первоначалом.
«Неужели это... Намерение Дерева?»
В голове Шэнь Ли воцарилась звенящая ясность. Он слегка повел рукой — и туча листьев послушно отозвалась, превращаясь из нежных лепестков в сонм смертоносных лезвий.
В этот миг техника «Тысяча Листьев и Порхающие Цветы» претерпела качественный перелом. Раньше ее лепестки были лишь острыми кусочками застывшей ци, но теперь каждый листок обрел собственное дыхание, наполнившись упругой силой и гибкостью Намерения Дерева. Прорезая воздух, они издавали тихий, еле слышный гул.
Шрамолицый побледнел до синевы. Напор Шэнь Ли стал поистине ураганным, а каждый призрачный лепесток нес в себе сокрушительную жажду убийства.
Он отчаянно махал палашом, но сдержать этот поток было невозможно.
Изумрудный листок скользнул по его предплечью, оставляя глубокий порез, из которого брызнула кровь.
Следом за ним обрушился целый град. На теле наемника мгновенно появились десятки новых ран.
— Этого не может быть! Откуда у тебя такая сила?! — взревел Шрамолицый, задыхаясь от ужаса и отчаяния.
Поняв, что дело дрянь, он выдрал из пазухи алый, разящий свежей кровью шарик пилюли и без колебаний проглотил его.
В то же мгновение его аура дико взлетела вверх, пробив барьер девятого уровня Духовного Первоначала!
Шрамолицый взревел, точно раненый зверь. Его духовная энергия хлынула наружу, питая безумную по силе Ладонь Огненных Облаков.
Сплошная стена пламени с грохотом обрушилась на Шэнь Ли, мгновенно выжигая воздух и раскалывая окружающие деревья. Взрывная волна прокатилась по роще, ломая стволы как спички.
Однако Шэнь Ли даже не дрогнул. Намерение Дерева, вплетенное в «Тысячу Листьев и Порхающие Цветы», было непреодолимо — даже для практика, искусственно поднявшего силу до девятого уровня!
Встречный поток лепестков и изумрудного света сошелся с огненной стеной.
Огненный покров под ударами тысячи живых лезвий стал крошиться и рассыпаться на искры. Слепящий свет заполнил глаза Шрамолицего, отражаясь в его расширенных зрачках.
Разъяренный шторм духовных лезвий сокрушил остатки защиты. Тысячи лепестков насквозь пронзили тело наемника. Кровь хлынула фонтанами; он превратился в сплошную кровавую тень.
Взгляд Шрамолицего угас. Тяжелый палаш вывалился из онемевших пальцев.
С диким, захлебывающимся воплем он рухнул на землю. Вспыхнувшая было мощь девятого уровня лопнула, точно мыльный пузырь, и остатки жизни мгновенно покинули его тело.
«Намерение Дерева обладает настолько чудовищной мощью?» — Шэнь Ли едва верил собственным глазам.
Кто бы мог подумать, что на грани жизни и смерти он сможет постичь истинную суть элемента Дерева!
Это осознание не просто усилило технику — оно перевело «Тысячу Листьев и Порхающие Цветы» на уровень Совершенства.
Духовная энергия в его каналах тоже претерпела глубокую трансформацию, закрепив новый уровень понимания.
Шэнь Ли тяжело перевел дыхание. Он был с ног до головы испачкан кровью, лицо побледнело, а духовный источник истощился процентов на девяносто. Усталость навалилась пудовой гирей, но глаза горели торжеством.
Не теряя времени, он сорвал пространственные мешочки с поясов Шрамолицего и двоих его приспешников, прибрал к рукам палаш среднего ранга и пустил на трупы Огненный Шар, стерший все следы.
Задерживаться здесь было смертельно опасно. Грохот битвы стоял такой, что даже в этой глухой части гор его могли услышать.
Шэнь Ли меньше всего хотел стать жертвой хищников, подстерегающих утомленного охотника. При его нынешнем запасе ци любой случайный практик мог стать смертельной угрозой.
— Действительно... истинный прорыв возможен лишь на грани жизни и смерти, — тихо прошептал Шэнь Ли и, превратившись в едва заметную облачную дымку, растаял среди деревьев.
http://bllate.org/book/39023/5174061
Готово:
