Готовый перевод Compassion Steam Peach / Сострадание: Семь лет спустя: Глава 9

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Рен Куайсюэ не был готов к тому, что его так внезапно схватят, глухо стонущий, он начал сползать на пол.

Рен Куайсюэ, — Лан Ту опустился на корточки следом за ним, а затем просто наклонился, подхватил его на руки и понес, широко шагая и на ходу заглядывая ему в лицо.

Я велел тебе убираться... — зубы Рена Куайсюэ скрипнули. — Ты что, и уйти-то нормально не можешь?

Где болит? — Лан Ту лавировал между прохожими в коридоре, опуская взгляд на то место, куда тот прижимал руку. — В верхней части живота или в нижней? В спине что-нибудь чувствуется?

Разве не прекрасно, если я умру? Никто не будет лезть в дела вашей семьи Лан и корчить из себя всезнающего патриарха, — Рен Куайсюэ выплеснул то, что только что сдерживал внутри, ему нужно было немедленно выговориться. — Возвращаю тебе твой двор, к тому же заодно избавишься от еще одной сумасшедшей мамаши.

Шаги Лан Ту немного замедлились, а голос резко помрачнел:

Разве так можно?

Он заговорил мягче:

Я столько лет цеплялся за жизнь всеми правдами и неправдами, и вот наконец-то дождался человека, который обо мне заботится, как я могу взять и всё потерять? Ребенок с матерью — сокровище, разве не слышал?

Что ж, очень жаль, — Рен Куайсюэ задыхался, покрывшись испариной, но уступать в споре не собирался ни на йоту. — Твой папаша теперь покинул этот мир, так что маму придется искать исключительно собственными силами.

И то верно, все надежды в этом деле только на мои старания. — Лан Ту занес его в запасной смотровой кабинет и на пробу слегка надавил на низ живота.

М-м... — Рен Куайсюэ тут же свернулся калачиком, его тело непроизвольно забилось в мелкой дрожи.

По шкале от одного до десяти — насколько сильно болит? — Лан Ту нащупал его пульс. — Сейчас я врач, тебе лучше сотрудничать.

...Семь или восемь. — Рен Куайсюэ страдал от невыносимой боли и даже попытался достать из кармана лекарство.

Однако с момента последнего приема прошло всего несколько часов, еще не подошло время.

Что ты обычно принимаешь? — не торопясь, спросил Лан Ту.

Рен Куайсюэ промолчал.

Тогда давай поступим так, — Лан Ту искренне предложил ему сделку: — Если сегодня с тобой что-то случится, я запишу счет за материнские похороны на Лан Кэ, а из моего папаши сделаю кунжутную пасту и угощу его на полдник, хорошо?

Стиснув зубы, Рен Куайсюэ разрешил ему ознакомиться с частью своей медицинской карты.

После внутривенной инъекции тело Рена Куайсюэ постепенно расслабилось.

Я спрошу еще раз, — измерив ему давление, Лан Ту слегка надавил на верхнюю и нижнюю части живота, — болело здесь или здесь, отдавало ли в спину?

Рен Куайсюэ коснулся середины нижней части живота, показывая:

В спину не отдавало.

Он лежал на кушетке, и глаза его, возможно из-за резких скачков давления, продолжали слезиться.

Плачешь? — Лан Ту кончиком пальца коснулся его уголка глаза. — Считаешь, что повиновение капризам младшего поколения подрывает твое достоинство главы семьи?

Тебе вовсе необязательно разводить столько драмы на пустом месте, — не дожидаясь ответа, продолжил Лан Ту. — Для врача любая плоть — всего лишь очередной очаг болезни, с чего бы тебе быть исключением?

Кто здесь еще разводит драму? — опираясь на кушетку, Рен Куайсюэ приподнялся, но голова всё еще кружилась слишком сильно, и, попытавшись встать, он был вынужден снова сесть.

Лан Ту стоял рядом, наблюдая со стороны и даже не пытаясь его поддержать:

А я-то думал, Дэвид объяснил тебе, что управление эмоциями — это важнейший урок для сердечника.

Я плохо усвоил этот урок, я профнепригоден, доволен? — Рен Куайсюэ говорил без сил, дрожащим, почти сорванным на шепот голосом. — Прояви же свое врачебное милосердие, спаси мир. Сделай доброе дело — съезжай из моего дома, ладно?

Надо же, как сильно ты дорожишь этим сборищем придурков из семьи Лан, — не удержался от шпильки Лан Ту. — Из-за пары их слов снова готов отгородиться от меня стеной. Но что поделать? Я ведь уже говорил, наклонившись к нему так, чтобы их лица оказались на одном уровне. — Это ведь и мой дом тоже. Там живем мама и я, наш сладкий дом.

Дверь смотровой резко отворилась от двух сильных ударов, и вслед за этим в комнату, запыхавшись, вбежала Гуань Синьай.

Она с крайним недовольством бросила яростный взгляд на Лан Ту и подошла к Рену Куайсюэ:

Что случилось? Где у тебя болит?

Сейчас не болит, всё в порядке, — Рен Куайсюэ слегка ослабшим голосом покачал головой.

Если чувствуешь хоть малейшую боль, говори сразу, не пытайся сам оценивать, серьезно это или нет, — хотя Гуань Синьай торопилась, с Рене Куайсюэ она заговорила намеренно мягко.

Рен Куайсюэ снова покачал головой.

Гуань Синьай поддержала его за спину, проверила пульс и приготовилась измерять давление.

Уже измерили, — прислонившись к стене, Лан Ту холодно наблюдал за ее суетой. — Не нужно хлопотать.

Гуань Синьай обернулась на него:

Уважаемый доктор, разве сегодня утром у вас не операция? Это мой пациент, позвольте узнать, что вы здесь делаете?

Разве не этот вопрос должен задавать я? — Лан Ту был намного выше нее и смотрел на нее сверху вниз. — Когда твой пациент нуждается в тебе, уважаемый доктор, чем занимаешься ты?

Доктор Лан, какими бы ни были ваши мотивы, я настоятельно рекомендую вам держаться подальше от моего пациента.

Что это значит? — Лан Ту медленно отделился от стены, не скрывая насмешки в голосе. — Ты обвиняешь меня в том, что я собираюсь навредить кому-то в больнице?

Гуань Синьай снова бросила на него сердитый взгляд, опустила глаза на лежавшие перед ней записи, повернулась к Рену Куайсюэ, и ее голос вновь стал мягким:

Всё еще болит? У меня сейчас нерабочее время, если тебе лучше, нужно ли отвезти тебя домой?

Спасибо, — Рен Куайсюэ покачал головой. — Я немного отдохну, и всё пройдет.

Тогда кто-нибудь приедет за тобой? — задумалась Гуань Синьай. — Кто-то из близких дома? Я переживаю, что твое состояние сейчас нестабильно. Может, побудешь здесь еще немного, прежде чем уходить?

Близких? — Лан Ту тихонько усмехнулся неподалеку. — Это он тебе так сказал? Что он живет с близким человеком?

Рен Куайсюэ поднял голову и равнодушно посмотрел на него.

Он не видел никакой необходимости посвящать Гуань Синьай в подробности их отношений.

Гуань Синьай подозрительно скосила глаза на Лан Ту:

Это как-то связано с вами?

Похоже, Дэвид действительно страдает предвзятостью, — уголки губ Лан Ту тронула улыбка, но взгляд оставался ледяным. — Когда учил меня, заставлял запоминать даже то, на каких факультетах учились пациенты в университете, а когда учил тебя... казалось, тебе вообще ничего не нужно знать. Впрочем, всё верно, мать и сын вполне могут сойти за близких людей.

Гуань Синьай ничего не поняла, да и вдаваться в подробности ей не хотелось.

Коснувшись запястья Рена Куайсюэ и протянув ему стакан теплой воды, она снова перевела взгляд на Лан Ту:

Раз уж вы сами отказались от его истории болезни, зачем тогда столько суетиться? Я знаю, что Дэвид сначала связался с вами, но раз вышли из игры, так делайте это красиво, к чему столько лишних слов?

А я бы и рад выйти, — Лан Ту легко вздохнул, встретившись взглядом с предостерегающим выражением глаз Рена Куайсюэ. — Тогда огромная просьба к вам, доктор Гуань: не растрачивайте все силы на эмоции, да так, чтобы даже о таких банальных вещах, как регулярность питания, приходилось напоминать посторонним.

Гуань Синьай помолчала несколько секунд, и когда заговорила с Рен Куайсюэ вновь, в ее тоне прорезалась строгость:

Хотя Дэвид не упоминал об этом прямо, на самом деле это крайне важно. У тебя постоянный дефицит веса, это из-за трудностей с приемом пищи?

Нет. — Рен Куайсюэ снова предпочел отделаться отрицанием. — Я просто... мало двигаюсь, поэтому ем немного.

Объяснять всё было слишком сложно, к тому же это никак не помогло бы делу.

В периоды, когда боли в животе достигали пика, его тошнило буквально от любой еды, и кроме капельниц с питательными веществами, ни Дэвид, ни психотерапевт не могли предложить ничего лучше.

К тому же до подобной крайности дело пока не дошло.

Пока он отвечал, Лан Ту неотрывно смотрел на него сверху вниз, и изгиб его губ почти полностью исчез.

Гуань Синьай не спешила принимать его объяснения на веру:

Тогда что ты ел на завтрак?

Уходя утром из дома, он так спешил, что даже глотка воды сделать не успел, и теперь, держа в руках стакан, замялся:

Я...

По крайней мере, только что ему поставили капельницу с глюкозой, на пару часов этого точно хватит, — Лан Ту бросил взгляд на часы.

Да что с вами такое? — Гуань Синьай сдерживала голос, но тон ее звучал жестко. — Что за манеры? Это мой пациент, как вы с ним разговариваете?

Лан Ту поднял обе руки ладонями вверх:

Доктор Гуань обладает выдающимся мастерством, а пациентов лечит исключительно правильным тоном.

Лан Ту. — Рен Куайсюэ всё же не выдержал.

Он не хотел, чтобы из-за него Лан Ту цеплялся к совершенно невинному человеку.

Замерев на полсекунды, Гуань Синьай широко распахнула глаза и перевела взгляд с одного на другого:

Вы что, были знакомы до этого?

Не особо близки.

А то как же!

Услышав ответ Рена Куайсюэ, Лан Ту медленно прищурился:

Не особо близки? А как же тогда те самые близкие люди?

Садясь в машину, Рен Куайсюэ не рассчитал усилие, и дверца захлопнулась с громким стуком.

Пристегни ремень, — Лан Ту бросил на него короткий взгляд через зеркало заднего вида.

Какая тебе необходимость была рассказывать ей? — глаза Рена Куайсюэ по-прежнему покраснели, но его сердитый взгляд не нес в себе никакой угрозы.

А почему нельзя? Разве наши отношения — это что-то постыдное? — Лан Ту повернулся к нему. — Пристегни ремень.

Она — мой лечащий врач, ей достаточно знать диагноз. Кто разрешал тебе вмешиваться в мои личные дела и рассказывать ей? — Рен Куайсюэ дернул ремень безопасности, но у него не хватило сил вытянуть его до конца.

А кто тебе сказал, что твоему врачу нужно знать только диагноз? Дэвид никогда не расспрашивал тебя о Лан Чжипине? — Лан Ту остановил машину, обошел ее сзади и сам защелкнул замок ремня. — К тому же, чего вдруг ты вспомнил о манерах? Когда из-за голода падает давление и сахар, почему-то о маневрах ты не вспоминаешь. Пытаешься всё скрыть от врача, воображаешь себя обычным пациентом с простудой?

Что тебе сказал Дэвид? — у Рена Куайсюэ едва хватало дыхания на слова, но он с поразительной проницательностью уловил странные нотки в голосе Лан Ту.

Его боли в животе не имели отношения к врожденному пороку сердца, и хотя Дэвид знал об этой части его состояния, непосредственного участия в лечении она не требовала, а в медицинской карте использовалась лишь для справки по анамнезу.

Даже если Лан Ту пару раз застал его в приступе боли, он не мог так быстро связать это с проблемами вне сердечного профиля.

Дэвид, Дэвид... — с легким презрением устроившись на водительском кресле и не слишком аккуратно захлопнув дверцу, протянул Лан Ту. — Ты меня за своего доктора Гуань принимаешь? Чуть что — сразу к Дэвиду бежать.

Тебе не обязательно вести себя так, ты ведь и впрямь не мой врач. — Рен Куайсюэ удерживался в вертикальном положении на сиденье лишь благодаря натяжению ремня безопасности.

Конечно, не твой, — голос Лан Ту в потоке теплого воздуха, наполнявшего салон, казалось, покрылся ледяной коркой. — Куда уж мне.

http://bllate.org/book/38967/4912584

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода