Когда загорелся зелёный свет светофора, Юй Тин подбежал к нему трусцой:
— Здравствуйте.
Маленькие глаза Чжэн Дэжуна сузились в улыбке, превратившись в два круглых шарика:
— Пообедал уже?
Юй Тин кивнул.
Чжэн Дэжун снова улыбнулся, и морщины на его лбу разгладились, став ровными и гладкими:
— Я встретил тебя и решил сразу сказать, чтобы ты готовился заранее. Квоты на городскую олимпиаду по физике наконец распределили. Ты в списке! В следующем месяце поедешь на состязания в Пекин!
Не скрывая волнения, он похлопал Юй Тина по плечу:
— В прошлый раз из Второй средней школы кто-то проходил в финал аж десять лет назад! Постарайся поднажать в этом месяце, добудь для нашей школы первую медаль!
Юй Тин кивнул, Чжэн Дэжун ободрил его еще несколькими словами и ушел. Юй Тин бросил взгляд в сторону — несколько парней, которые раньше шли за учителем, куда-то испарились. Их лица были ему незнакомы, это были чужие люди, но они явно искали именно его.
Юй Тин не ошибся в догадках: в среду после уроков, стоило ему выйти из школы, как дорогу ему преградила пара парней.
— Главный школьный красавчик, тут у моего кореша к тебе дело есть. Не отойдем в сторонку поболтать?
Парень, который говорил, кривляясь и подмигивая, был как раз одним из тех, кто следил за Юй Тином в прошлый раз.
Юй Тин взглянул на часы: пять часов две минуты. Помолчав секунду, он послушно пошел за парнем в переулок позади школы.
После уроков старшеклассники нередко дрались в таких проулках.
В самом конце тупика его ждал еще один ученик: школьная форма на нем висела мешком, волосы были покрашены в ультрамодный золотистый цвет, а в зубах или между пальцами дымилась сигарета.
У Юй Тина были очень чувствительные носы и обоняние, поэтому, уловив запах табака, он чуть повел носом.
Завидев Юй Тина, блондин небрежно бросил сигарету на землю и зашаркал носком крошки, туша окурок. Медленно и лениво он произнес:
— Раньше я не трогал тебя из уважения к Ли Чэнси, но теперь он увалил, так что давай-ка свезем старые счеты.
Юй Тин спокойно ответил:
— Я тебя не знаю.
— Хм-м, ты-то меня не знаешь, — со смешком бросил блондин и замахнулся, целясь Юй Тину в лицо. — А я, мать твою, тебя очень даже знаю! Я... твою мать! Быстро сюда, помогайте!
Спустя добрых десяток минут Юй Тин неторопливо вышел из переулка и, достав телефон, позвонил Чжао Жуфэй, чтобы прощупать почву:
— Мам, ты уже дома?
Подозревая, что в эти дни у него могут начаться неприятности, он не стал брать с собой телефон Лу Цзюэ, так что ему обязательно нужно было заскочить домой.
Чжао Жуфэй дважды постучала по динамику — это значило, что она все еще занята, вернется поздно и ужинать дома не будет.
Юй Тин с облегчением выдохнул:
— Ладно, я пойду в библиотеку материалы посмотрю, вернусь до десяти.
Его школьная форма выглядела до неприличия грязной, и проходящие мимо ученики уже косились на него. Сбросив вызов, Юй Тин позволил себе редкую роскошь — быстрыми шагами вышел на дорогу и поймал такси.
Дома Юй Тин сразу же проверил лицо: к счастью, те хулиганы не решились заходить слишком далеко и били так, чтобы не оставлять следов на лице. Синяки и ссадины обнаружились только на шее, руках и бедрах.
Впрочем, крашеный блондин выглядел ненамного лучше.
Драться один на один против толпы было бы невыгодно, поэтому Юй Тин целенаправленно лупил только его одного. Сколько ударов он сам пропустил, ровно столько же вернул обидчику. С малых лет помогая Чжао Жуфэй по хозяйству, он не отличался крупным телосложением, но силы в нем было предостаточно.
Времени до встречи с Лу Цзюэ оставалось в обрез. Юй Тин наскоро отжал полотенце, протер шею, смазал синяки мазью, переоделся, закинул форму в стиральную машину, выудил из холодильника пару ломтиков тоста и выскочил из дома, жуя на ходу.
Добравшись до места встречи, он издалека заметил невероятно точеную и худую фигуру.
Юй Тин сильнее налег на педали, затормозил перед Лу Цзюэ, опустил правую ногу на асфальт и первым делом протянул ему телефон:
— Банковская карта тоже внутри.
Лу Цзюэ, в свою очередь, держал в руке бумажный пакет и молча протянул его Юй Тину.
Юй Тин отказался:
— Мне не нужна плата.
— Это рисовые колобки. — Лу Цзюэ забрал телефон, который протягивал Юй Тин, и автоматически повесил крафтовый пакет на указательный палец парня. Даже не проверяя устройство, он сразу уселся на багажник: — Выбросишь, если не хочешь есть.
Стоило Лу Цзюэ забраться на велосипед, как весь драндулет тяжело просел под его весом. Этот женский велосипед для них двоих был явно тесноват.
Юй Тин опустил взгляд, заглянул в крафтовый пакет и увидел корочку пирожных — в точности таких, какие ему давала Чжан Миньхуа.
Оказывается, они называются рисовыми колобками.
Юй Тин убрал руки и проверил тыльной стороной ладони лоб:
— Спасибо.
— Поехали. — Лу Цзюэ задрал подбородок, прищурившись: — Слишком жарко.
Сегодня столбик термометра подбирался к тридцати девяти градусам, и даже в тени деревьев дышалось с трудом. Юй Тин нажал на педали, и велосипед вихрем сорвался с места.
Встречный ветер приносил с собой удушливую, сухую волну зноя. Юй Тин то и дело чувствовал, как сильно саднит шею — кажется, там была содрана кожа. Высвободив одну руку, он чуть повыше подтянул воротник.
Место было не близким, и до побережья они добрались только к закату. Оставив велосипед у дороги, Юй Тин с секунду помедлил, глядя на покачивающийся на руле бумажный пакетик, но все же снял его и взял с собой.
На пляж они не пошли, а направились к гряде прибрежных скал, где находилась морская пещера. Проведя Лу Цзюэ по извилистым темным ходам, Юй Тин остановился у неприметной стены, зажал ручку бумажного пакета в зубах и карабкался наверх, цепляясь за камни обеими руками.
— Забирайся.
Лу Цзюэ последовал за ним. Вскоре впереди забрезчил тусклый свет, а когда длинная рука протянулась сверху, чтобы помочь ему подняться, перед глазами сразу открылся простор.
Наверху пещеры скрывалось тайное укрытие — пещера в пещере. Пространство было небольшим, но на редкость ровным. В сторону моря выходил квадратный проем примерно метр на метр — настоящее природное панорамное окно, откуда открывался потрясающий вид на бескрайнюю гладь океана и закатное солнце.
Косой оранжево-розовый свет заката падал внутрь, заливая убежище мягким сиянием.
Правда, Лу Цзюэ был слишком высоким. Если Юй Тин мог передроваться во весь рост, то его спутнику приходилось идти в три погибели, чтобы не биться головой о свод. К тому же оба они были рослыми, так что пространство, которое в одиночку казалось Юй Тину вполне просторным, вмиг стало тесным. Юй Тин пояснил:
— Здесь высоко, так что даже во время сильного прилива воду не зальет, вполне безопасно.
Взгляд Лу Цзюэ скользнул по стоявшему слева синему ведерку — совсем крошечному, какого обычно таскают с собой на пляж дети, чтобы собирать ракушки.
Внутри лежало несколько книг, и Лу Цзюэ успел заметить название на обложке: Кораблестроение и морская инженерия.
Заметив его взгляд, Юй Тин развернулся и заслонил ведерко собой.
Лу Цзюэ отвел глаза и опустился прямо на землю:
— Часто здесь бываешь?
— Время от времени. — Юй Тин тоже сел, развязал крафтовый пакет и достал коробку с рисовыми колобками. Под прозрачной пластиковой крышкой аккуратными рядами лежали четыре аппетитных шарика с разными фруктовыми начинками: манго, клубникой и дурианом.
Клубничных было целых два.
Юй Тин никогда в жизни не пробовал дуриан — только чувствовал его запах у лотков с фруктами. Приоткрыв крышку, он протянул корочку Лу Цзюэ, предлагая выбрать первому:
— Я уже пообедал, все четыре мне не осилить.
Лу Цзюэ не стал отказываться. Его тощие, мертвенно-бледные пальцы были поразительно длинными — казалось, на них даже было на один сустав больше, чем у обычных людей. Его рука протянулась прямо к манго, но веки Юй Тина едва заметно дрогнули, когда эти тонкие пальцы плавно обошли манго стороной и вытащили соседний клубничный колобок.
Даже трех колобков для Юй Тина оказалось многовато — он управился с ними только тогда, когда совсем стемнело.
Дуриан, как выяснилось, пах гораздо приятнее, чем казалось издалека.
Время шло, внутри пещеры сделалось совсем темно. В проеме то и дело мелькали далекие навигационные огни — мимо проходили суда.
Взгляд Юй Тина следовал за этими огоньками, крошечные искорки ярко вспыхивали в его зрачках и тут же гасли, растворяясь в непроглядной ночи.
Он опустил глаза на часы.
Уже девять.
Достав телефон, он включил фонарик, чтобы осветить дорогу:
— Мне пора возвращаться.
Лу Цзюэ кивнул. Лицо его оставалось бесстрастным — нельзя было понять, разочарован он или испытывает что-то еще.
Юй Тин хотел было сказать пару утешительных слов, но вовремя прикусил язык. Молча спустившись из пещеры, они так же тихо двинулись в обратный путь. У Юй Тина уже не оставалось времени провожать Лу Цзюэ до самого дома, поэтому он решил поймать ему такси, как только они доберутся до города.
Стоило им немного проехать по приморскому шоссе, как ресницы Юй Тина вдруг ощутили легкую прохладу, а мгновение спустя на них обрушился целый потолок из воды.
Пошел ливень.
Прогноз погоды опять соврал… Юй Тин яростно нажал на педали. Проезжая мимо ярко освещенного магазина, он услышал за спиной голос:
— Надо купить кое-что, остановись.
Юй Тин закатил велосипед под спасительный навес крыльца. До состояния мокрой курицы он еще не дошел, но одежда насквозь промокла в нескольких местах, неприятно липнущая к коже ткань усилила жгучую боль от содранной на шее кожи.
Руки у Юй Тина были перепачканы дождевой водой, поэтому он не стал трогать рану, а лишь вглядывался в пелену дождя: в их маленьком городке такси на дорогах водилось немного, а в непогоду поймать машину и вовсе казалось невыполнимой задачей.
Сквозь дождевые струи прорезалось размытое пятно света от фар. Было непонятно, частник это или такси, но Юй Тин сделал шаг вперед, желая рассмотреть лучше, как вдруг в месте саднящей боли разлилась спасительная прохлада, и мимолетное жжение стихло.
В воздухе повеяло мятной свежестью, и царапина на шее мгновенно перестала болеть.
Юй Тин повернул голову: свет из витрины магазина был почти целиком загорожен фигурой Лу Цзюэ. В его тощей белой руке все еще зажата была разорванная упаковка от мази, а лицо, с которого капала дождевая вода, спокойно произнесло:
— Ты ободрал шею.
Юй Тин:
— …
Уголки губ Лу Цзюэ едва заметно приподнялись, а вторая рука протянула ему новенький большой зонт:
— Иди домой под зонтом, а я сниму номер в гостинице неподалеку на ночь. Даже если я не вернусь, никто и не заметит.
Фары проезжающей мимо машины приблизились, колеса с шипением взметнули брызги воды. Ощущение прохлады на шее все еще хранил легкий мятный шлейф, а губы Юй Тина слегка приоткрылись.
В этот момент мимо них со свистом пронеслось такси.
— Поехали ко мне.
Глава 4
Этот ливень обрушился на город внезапно и яростно.
Когда они добрались до дома, не считая волос, рукава и штанины у обоих промокли до нитки.
В окне гостиной горел свет — в дождливую ночь оранжевое сияние казалось окутанным плотной пеленой водяной взвеси.
Опасаясь, что Чжао Жуфэй может выйти, Юй Тин сразу повел Лу Цзюэ в хозяйственную постройку. Припарковав велосипед, он пару секунд раздумывал, но зажигать свет не стал — лишь вытащил телефон, подсветил экраном и протянул его Лу Цзюэ:
— Мама не привыкла принимать гостей на ночлег, к тому же она рано ложится. Если я зайду в дом, она спокойно уснет, а чуть позже я вернусь за тобой.
В полумраке свет от экрана падал прямо на лицо Юй Тина, отбрасывая густые тени от слишком длинных ресниц на щеки. Лу Цзюэ с улыбкой взял протянутый телефон.
Стоило Юй Тину уйти, как дисплей телефона вспыхнул. На экран поступил входящий вызов: номер был без подписи, а код региона указывал на другую страну.
Лу Цзюэ сбросил вызов.
Секунду спустя на экран выскочило текстовое сообщение:
[Тин-гэ уже спит? Это мой зарубежный номер, спишемся завтра! Ли Чэнси.]
Брови Лу Цзюэ едва заметно дрогнули, и он отложил телефон в сторону.
Не прошло и десяти минут, как Юй Тин вернулся.
На этот раз он щелкнул выключателем.
В помещении загоралась лампа теплого оттенка — не слишком мощная, но глаза не резала. Тем не менее Лу Цзюэ все равно слегка прищурился.
http://bllate.org/book/38861/4894007
Готово:
