— Всё в порядке, — шмыгнул носом Пэй Шу.
— Мы ведь договаривались, — мягко, ласково уговаривал Чжоу Яньли, прижимая его к себе. — Быть искренними друг с другом.
Пэй Шу отстранился и тихо проговорил:
— Я просто не хотел, чтобы ты волновался.
— Если ты будешь молчать, я изведусь гораздо сильнее. Ну же, расскажи мне.
Пэй Шу закусил губу:
— Се Ван... Он...
При одном упоминании этого имени Чжоу Яньли мгновенно подобрался.
— Он опять тебя расстроил? — процедил он сквозь зубы.
Пэй Шу отвернулся, пряча покрасневшие глаза. Он не сказал ни «да», ни «нет», но вся его понурая фигура говорила сама за себя.
Чжоу Яньли бережно обхватил ладонями его лицо, заставляя посмотреть на себя.
— Не волнуйся, — твердо произнес он. — Обещаю тебе, он исчезнет из твоей жизни. И речь не только о проекте. Я сделаю так, чтобы в этой индустрии для него вообще не осталось места.
В душе Пэй Шу разлилось сладкое, мстительное удовлетворение. Однако на лице его отразилось напускное смятение:
— Но...
— Никаких «но», — отрезал Чжоу Яньли. — Твои слезы — его вина. Этого достаточно.
Пэй Шу застыл, не отрывая взгляда от мужчины.
— Веришь мне?
— Да.
***
Се Ван даже не подозревал о грозе, сгущающейся над его головой. Он вовсю наслаждался тем, что Хо Сицы лично приехал его забрать. Юноша прямо-таки лучился от восторга, хотя в глубине души самую малость робел.
Едва забравшись в машину, он по инерции с размаху влетел в объятия Хо Сицы. Они крепко прижались друг к другу — и на этом всякое движение замерло.
Куда только делись былая спесь Се Вана, его дерзкие шуточки и нахальные замашки? В один миг всё это словно испарилось. В присутствии любимого человека он внезапно превратился в робкого, наивного подростка, бережно охраняющего хрупкое, едва зародившееся чувство.
Хо Сицы негромко рассмеялся ему прямо на ухо:
— Я точно обнимаю того, кого нужно?
— А? — растерялся Се Ван.
Хо Сицы ничего не ответил. Лишь его теплое, частое дыхание щекотало ухо, шею и заставляло сердце Се Вана биться быстрее.
Спустя мгновение Се Ван наконец пришел в себя.
Он отстранился и шутливо потянул Хо Сицы за щеки, пригрозив:
— Попробуй только обними кого-то другого!
Хо Сицы перевел взгляд с его глаз на приоткрытые губы и негромко произнес:
— Не посмею.
— То-то же, а теперь... Мх!
Хо Сицы резко подался вперед и без предупреждения накрыл его губы поцелуем.
В голове у Се Вана вспыхнуло и загудело. Этот внезапный, но такой знакомый поцелуй вмиг сорвал все невидимые оковы с его души.
Какая еще робость? К черту стеснение! Он снова превратился в того самого бесстыжего нахала, каким всегда и был.
Се Ван упрямо прикусил нижнюю губу Хо Сицы, а затем углубил поцелуй, словно ему всё было мало.
Почувствовав этот неистовый напор, Хо Сицы окончательно расслабился. Он обнял юношу за талию и безраздельно уступил ему инициативу.
Ощутив безграничное потворство со стороны мужчины, Се Ван лишь сильнее вошел во вкус. Он упрямо, до изнеможения продолжал этот тягучий, умопомрачительный поцелуй.
Целуя его, он лениво думал: «Неужели в этом и кроется пресловутое очарование зрелых мужчин?»
Полный контроль, абсолютное спокойствие и мягкое покровительство, при котором каждый твой шаг всё равно направляется невидимой, но уверенной рукой. С ума сойти можно, до чего хорош!
В конце концов Се Ван выдохся и первым нехотя отстранился.
Слегка раскрасневшийся, он тяжело дышал, глядя на Хо Сицы:
— Так нечестно.
— М?
— Почему ты даже не запыхался?
Хо Сицы лишь многозначительно приподнял бровь.
Се Ван снова потянулся к нему, мимолетно чмокнул в губы и уютно устроился на его коленях.
Юноша питал особую слабость к этой позе, хотя, положа руку на сердце, она была не самой удобной — его длинные ноги вечно оказывались не у дел.
Зато в ней было столько нежности и близости! Смотреть на Хо Сицы снизу вверх, разглядывая его безупречное лицо, красивое под любым углом, — ни с чем не сравнимое удовольствие.
А уж когда мужчина опускал взгляд и смотрел прямо на него — от этой завораживающей атмосферы у Се Вана буквально дух захватывало.
И он готов был наслаждаться этим бесконечно.
— Домой? — тихо спросил Хо Сицы.
— Угу. Безумно соскучился по стряпне тётушки Сунь, — лениво пробормотал Се Ван.
— Она знала, что ты сегодня возвращаешься, поэтому суетится на кухне с самого утра.
Се Ван самодовольно усмехнулся:
— Тётушка Сунь наверняка без меня извелась! Ведь только я умею так соловьем разливаться за столом, нахваливая каждый кусочек.
Да и какой повар устоит перед столь щедрыми комплиментами?
Хо Сицы мягко улыбнулся:
— Это уж точно. Только о тебе весь день и говорит.
— А как насчет тебя? — Се Ван тут же пошел в наступление. — Ты по мне скучал?
Он прекрасно понимал, что вопрос глупый — ведь мужчина лично приехал встретить его. Но Се Ван, разбалованный чужой лаской, просто не мог отказать себе в удовольствии немного подразнить его.
Юноша замер, не отводя от него сияющих глаз.
Хо Сицы опустил взгляд, пристально посмотрев ему прямо в душу:
— Скучал.
От этого простого признания у Се Вана на душе стало легко и воздушно. Он уткнулся лицом в его живот, тихонько и счастливо посмеиваясь.
Любовь — странная штука. Она делает человека одновременно поразительно непритязательным и до безумия алчным.
Достаточно одного тихого слова, чтобы воспарить до небес. Но в то же время хочется забрать себе ещё больше тепла, ещё больше нежности, любить ещё сильнее.
Когда машина притормозила у дома, Се Ван вышел во двор и с наслаждением потянулся.
Теплые лучи клонящегося к закату солнца заливали сад, где пышно цвели алые розы, а под тяжелыми листьями виноградной лозы покачивались налитые соком зеленые гроздья.
Всё вокруг дышало уютом и покоем.
Вот оно, ощущение настоящего дома.
— Тётушка Сунь! — весело позвал Се Ван и вприпрыжку побежал в дом.
Из кухни тут же выглянула тётушка Сунь, так и просиявшая от радости:
— Ох, молодой господин вернулся! Устали, небось, с дороги? Присаживайтесь скорее, отдохните. Я для вас такое приготовила!
— Угу!
Се Ван взлетел по лестнице на второй этаж, быстро принял душ и спустился обратно уже совершенно посвежевшим.
Хо Сицы к тому времени успел переодеться в домашнее и теперь отдыхал на диване. Перед ним на журнальном столике стоял высокий фигурный стакан из тонкого стекла.
Се Ван подошел ближе, принюхался и с любопытством спросил:
— А это что такое?
— Тётушка Сунь специально для тебя расстаралась.
Се Ван сделал осторожный глоток. Приятная ледяная кислинка — лучшее спасение от летнего зноя.
— М-м, вкуснотища!
— Проголодался? — поинтересовался Хо Сицы.
Се Ван погладил себя по животу:
— Да нет, не особо.
Хо Сицы молча кивнул в ответ.
Потихоньку потягивая освежающий напиток, Се Ван то и дело косился на мужчину. Жажда подурачиться снова дала о себе знать.
Хо Сицы оторвался от журнала и вопросительно приподнял брови: мол, что стряслось?
Се Ван резко подался вперед, коршуном налетел на него и крепко обхватил руками за шею, трагично запричитав:
— Я так безумно по тебе скучал!
Хо Сицы снисходительно похлопал его по спине. Он прекрасно видел, что юноша откровенно паясничает, но всё равно с готовностью потакал любым его капризам.
И Се Ван в очередной раз мысленно восхитился очарованием зрелых мужчин.
Да к черту всех этих ветреных юнцов! Нет никого лучше взрослого, харизматичного мужчины, который понимает тебя без слов.
Преисполненный довольства и гордости, Се Ван разомкнул объятия и с громким чмоком поцеловал Хо Сицы в щеку.
— Надо дедушке набрать.
С тех пор как они в прошлый раз уехали из поместья Цзян, его на следующее же утро утащили на съемки, так что у него даже секунды не выдалось связаться со стариком.
После нескольких протяжных гудков в трубке раздался бодрый, полный сил голос дедушки Цзяна.
— Ванбао?
Услышав этот звонкий голос, Се Ван сразу понял, что в последнее время пожилой человек чувствует себя прекрасно.
— Дедушка! Вы по мне соскучились? — радостно затараторил он.
Старейшина добродушно рассмеялся:
— Конечно соскучился, глупый. Когда мой дорогой Ванбао навестит деда?
— Завтра же приеду!
— Не обманываешь?
— Честное слово! Сегодня съемки закончились, так что завтра я абсолютно свободен.
— Вот и славно, вот и чудесно, — старик так и сиял от счастья. — Сейчас же велю экономке приготовить всё, что ты любишь.
— Договорились!
Повесив трубку, Се Ван поднял глаза и натолкнулся на красноречивый, полный лукавства взгляд Хо Сицы.
— Ванбао? — с мягкой усмешкой протянул тот.
http://bllate.org/book/38844/5184004
Готово: