Каждую среду вечером в Санатории проходило внутреннее Общество психологической взаимопомощи для медицинского персонала, призванное помочь сотрудникам выплеснуть рабочее напряжение и справиться с психологическими проблемами.Это мероприятие было создано Гуанмином в должности заместителя директора, и он постоянно поощрял участие Мань Юэ, поскольку оно помогало в лечении фобии.
Мань Юэ очень активно участвовал в собраниях: — Спасибо тебе, Гуанмин.
У медицинских работников повсеместно наблюдаются проблемы с психическим здоровьем. Из-за высокого рабочего напряжения, интенсивности труда и склонности к восприятию негативных эмоций большинство медиков в Санатории в той или иной степени переживали состояние психологического неблагополучия. Эти душевные терзания не всегда удается выплеснуть на членов семьи, друзей и коллег, чаще всего они просто накапливаются внутри, поэтому так важно найти подходящий канал для разрядки.
Общество психологической взаимопомощи объединяло медицинских работников из разных отделений, чья профессиональная деятельность никак не была связана, в группы поддержки. Поскольку в работе они пересекались редко, перед лицом незнакомых людей оказывалось проще откровенничать и слушать других, благодаря чему формировался канал для выхода эмоций. Каждая группа снабжалась психотерапевтом, который при необходимости проводил профессиональное вмешательство и лечение.
Взаимопомощь начиналась в половине седьмого вечера и длилась два часа, проходя в форме разговоров и упражнений, когда участники группы сидели кругом. Группа, в которой состоял Мань Юэ, была довольно особенной: все ее члены страдали от фобий разной степени тяжести и различных типов. В их группе было шесть человек — чуть меньше, чем в остальных, и эти шестеро разбивались попарно, образуя партнерские союзы для бесед.
Партнером Мань Юэ по взаимопомощи был пухлый молодой сотрудник финансового отдела Санатория, страдавший особой разновидностью агорафобии — он испытывал сильнейший страх в замкнутых, тесных пространствах, что также называется клаустрофобией.
— Пару дней назад я наводил порядок в учете на маленьком складе и случайно заперся изнутри. Пробыл там около двадцати минут, а в конце концов упал в оброк, и коллеги вынесли меня оттуда на руках, — этот бухгалтер по имени Доудоу был словоохотливым мужчиной, любившим плоские шуточки. — Говорят, чтобы сдвинуть меня с места, понадобилось четверо коллег, да они еще чуть не сломали носилки, ха-ха-ха.
Хотя Мань Юэ не находил его шутки смешными, ему нравился оптимистичный настрой этого парня: — Тебе сейчас лучше?
— Теперь всё в порядке, но тогда я действительно до смерти перепугался, — Доудоу одновременно утирал пот и тяжело дышал; из-за лишнего веса его дыхание всегда было очень громким. — Честно говоря, там было так темно и тесно, что стоило двери закрыться, как все терапевтические теории и позитивные внушения напрочь вылетели из моей головы, словно я никогда и не проходил психотерапию. Ты можешь это понять? В тот миг, когда меня накрыла паника, в голове образовалась пустота. Мне хотелось лишь одного — немедленно сбежать, не оставаться здесь ни секунды...
Мань Юэ живо это представлял и с серьезным видом кивал: — Да, у меня точно так же.
Доудоу продолжал трещать без умолку: — Тогда у меня ослабли ноги, дышать было тяжело, оставалось только сидеть, прислонившись к стене. Хуже всего было то, что на мне еще и галстук болтался, эта штука чуть не свела меня в могилу. В конце концов я изо всех сил закричал и принялся колотить в дверь так, что только треск стоял. Говорят, повезло, что я издал достаточно громкий звук и привлек внимание.
Мань Юэ слушал с полным сосредоточением, в напряжении морща лоб — казалось, будто он сам сейчас находится в той тесной и мрачной комнатке.
Когда Доудоу закончил, психотерапевт дала краткую оценку и жестом показала Мань Юэ, что он может приступать к рассказу о своем опыте.
— Я... — Мань Юэ перевел взгляд с психотерапевта на сидевшего напротив Доудоу, колеблясь, стоит ли рассказывать о Ци Чуньяне.
Доудоу подбодрил его: — Выкладывай, мне тоже очень интересно послушать.
Мань Юэ глубоко вздохнул и только после этого снова заговорил: — Меня... сегодня атаковал пациент. — Он вкратце изложил случившееся, а также выборочно пересказал часть беседы с Гуанмином, но опустил истинную личность и происхождение Ци Чуньяна.
— Что ты чувствовал в тот момент? Когда этот пациент на тебя напал? — спросила психотерапевт.
— Я думал... — Мань Юэ подбирал слова. — Удивление, страх, мне очень хотелось дать сдачи, особенно его взгляд внушал мне ужас... И еще, как и говорил Доудоу, я ничего не мог вспомнить, потому что никак не ожидал нападения. В ту секунду в моей голове оставались только инстинкты, словно... словно он не за подбородок меня держал, а раздавил саму мою способность мыслить.
— Тебе показалось, что неприятен его взгляд, или само его нападение вызвало больший дискомфорт?
— Именно то, как он на меня смотрел.
— А ты потом дал отпор?
— Я... нет, но, пожалуй, тоже... просто не успел, всё произошло в мгновение ока.
— Не возникло ли у тебя из-за этого желания отказаться от ведения данного пациента?
Мань Юэ покачал головой: — Он не со зла на меня напал, к тому же он не из тех... пациентов, от которых можно отказаться просто потому, что мне так захотелось.
Психотерапевт приняла серьезный вид: — В повседневной жизни факторы, провоцирующие фобию, могут существовать постоянно. Большинство приступов фобии происходят внезапно, случайно и спонтанно. Именно из-за этой неопределенности чувство паники раздувается и усиливается. Мы должны правильно осознавать это и четко распознавать свое состояние в момент панической атаки, чтобы помочь себе выстроить лучшие психологические механизмы и справляться с подобными внештатными ситуациями.
Мань Юэ боролся с этим недугом уже слишком долго, и временами ему казалось, что он, возможно, обречен идти с ним рука об руку всю оставшуюся жизнь.
— Но, — психотерапевт улыбнулась, — Мань Юэ смог обуздать свой страх, не совершил из-за испуга никаких крайних поступков и не набросился на пациента — это прекрасный знак. Ты прикладываешь усилия, ты прогрессируешь.
Мань Юэ наконец ответил ей улыбкой.
Психотерапевт вместе с ним и Доудоу взялась за руки: — А теперь я попрошу вас закрыть глаза и мысленно вернуться в только что описанную сцену, вообразить, что вы переживаете ее заново, и постараться прочувствовать каждую деталь происходящего...
Слова автора:
Ци: Он такой добрый.
Мань: Он такой жалкий.
Это была летная гонка!
Закончив заседание Общества психологической взаимопомощи, Мань Юэ по дороге в свой кабинет был остановлен Доудоу.
— Мань Юэ! Мань Юэ! Подожди меня! — запыхавшись, Доудоу сел ему на хвост.
http://bllate.org/book/38739/4877668
Готово:
