Приближался конец рабочего дня, когда турагентство прислало данные о гидове — опытном экскурсоводе по Пудуншаню с десятилетним стажем, чьё имя уже само по себе внушало уверенность и наделяло чувством направления: Гао Сяодэ.
Гу Ян остался очень доволен этим «мистером Картой».
Мама Гу переживала, что сын слишком устаёт на сверхурочной работе, и специально сварила кастрюлю тушёной говядины, чтобы он поел, когда вернётся, а заодно не забыла отправить экспресс-доставкой порцию Ду Тяньтяню, наказав ему тоже как следует отдыхать. Ду Тяньтянь сладко и умело подбирал слова — всего пара фраз заставила маму Гу на другом конце провода расцвести от счастья. Услышав это, сидевший рядом коллега любопытно поддался вперёд:
— Брат Ду, как там сейчас Гу Ян? Я слышал, он устроился мерчандайзером в супермаркет Хуандун?
— Веришь — верь, — с презрительной миной отмахнулся Ду Тяньтянь. — Чего ты ко мне пристаёшь?
— Вы же вроде так близки, — коллега толкнул его локтем в бок. — Эй, если подумать, с какого перепугу Мода Линъюнь расторгла с ним договор стажировки? В своё время они ведь лично приезжали в наш вуз и выбирали именно его.
— Срочно захотелось узнать? — Ду Тяньтянь поманил его пальцем.
Коллега тут же придвинул ухо, готовясь услышать грандиозные закулисные тайны.
Ду Тяньтянь заговорщицким тоном шпиона на явке выдал:
— Потому что он никого не смог завербовать в нижние звенья сети, да ещё и жрёт в три горла.
Коллега сдулся:
— Брат Ду, ну так неинтересно. Пусть я и сёлён в жизни не видал, но пытаться развести меня на секту сетевого маркетинга — это уже слишком.
— К чему тебе вся эта праздная болтовня? — со смешком бросил ему бутылку газировки Ду Тяньтянь. — Всё, пошли, рабочий день окончен.
Гу Ян сидел в автобусе и как раз проезжал мимо входа в Мода Линъюнь, однако у него совсем не было настроения снова разглядывать это красивое модное стеклянное здание. Ему хотелось лишь поскорее вернуться домой, набить желудок, а затем зарыться под одеяло и как следует выспаться.
Он считал, что должен быть благодарен этой работе: суетливые и хлопотные мелочи заполнили каждую щель его жизни, так что на раздумья о прочем просто не оставалось времени — по крайней мере, на данный момент самой важной вещью на свете была завтрашняя туристическая поездка.
В здании Корпорации Хуандун Ян И изумленно разглядывал инструкцию к новой кофемашине. Будучи вице-президентом корпорации и одним из немногих смельчаков, способных нести всякую чушь перед Лу Цзяньхаем, он вёл себя как беззаботный, щедрый и обаятельный плейбой, за что его очень любили молодые сотрудницы компании.
— Ну и этот паршивый торговый центр... Зайдешь туда — аж жутко становится, и с чего бы бизнесу там процветать? — Ян И потыкал пальцем в чертёж. — Я уже просил людей взглянуть: фэншуй там откровенно скверный, прямо могильные холмы с бродячими злыми духами.
— Ничего страшного, если фэншуй плохой, неподалеку стоит храм Пудунси, — Лу Цзяньхань откинулся на спинку кресла. — В худшем случае я могу отправить туда тебя.
Услышав это, Ян И аж вздрогнул всем телом:
— Какое я к этому имею отношение?
— Пойдешь излучать обаяние на злых духов, чтобы они перестали безобразничать, — Лу Цзяньхань поднялся на ноги. — Короче говоря, этот торговый центр Корпорация Хуандун проглотит в любом случае. Если план слияния провалится, я принесу тебя в жертву небесам.
Ян И: «……»
Настоящий зверь!
— Как там завтрашнее мероприятие для членов клуба? — Лу Цзяньхань протянул ему чашку кофе.
— Ли Юнь показала мне регламент, всё в порядке, — ответил Ян И. — К тому же она похвалила новенького стажёра из отдела маркетинга по имени Гу Ян. Говорят, у него отличные рабочие навыки.
Лу Цзяньхань кивнул и больше расспрашивать не стал.
На следующий день в полдень водитель Старый Янь забрал Гу Яна и точно в назначенное время прибыл в аэропорт встречать участников клуба. Сопровождающим сотрудником, направленным филиалом города C, оказалась бойкая и прыгучая девчушка по имени Чэн Го. В автобусе она даже затянула песню, чтобы оживить атмосферу, чем здорово облегчила Гу Яну задачу.
Приветственный банкет прошёл в прекрасной обстановке, от лица руководства компании на нём присутствовал Ян И. После ужина члены клуба радостно заселились в пятизвездочный отель, принадлежащий Корпорации Хуандун, что стало неплохим началом поездки. Тем не менее Гу Ян не расслаблялся: в конце концов, для него главным испытанием должен был стать второй день и поездка на Пудуншань.
Выезд был назначен на восемь тридцать утра.
Едва сев в автобус, Чэн Го поинтересовалась:
— Кто этот человек рядом с водителем? Вчера я его не видела.
— Экскурсовод, — Гу Ян помог ей открутить крышку бутылки с водой, умолчав о собственном топографическом кретинизме. — Пудуншань — это культурный ландшафт, с профессиональным рассказчиком будет намного интереснее.
Язык у гидов всегда подвешен отлично, а уж когда подвернулась левая подработка без обязательного занудного шоппинга, настроение у него и вовсе стало прекрасным. Пока Гу Ян беседовал с Чэн Го, Гао Сяодэ уже вовсю травил байки — остроумно и непринужденно перескакивая с темы на тему, он так рассмешил весь автобус, что пассажиры покатывались со смеху. А по прибытии к достопримечательности Гу Ян обнаружил еще одно достоинство этого гида: он, казалось, знал абсолютно каждого сотрудника и владельца лавки. Стоило дамам захотеть купить солнцезащитный зонтик или сувенир, как он тут же выбивал для них хорошую скидку. Пусть удавалось сэкономить всего сотню-другую юаней, но удовольствие от покупок взлетало до небес.
Во время обеда Гу Ян специально купил Гао Сяодэ пачку сигарет:
— Спасибо за труд.
— О чём речь, у тебя гости попались интеллигентные, мне вести их было легко, — отозвался Гао Сяодэ. — Вижу, ты с самого утра на ногах, отдохни здесь подольше, выдвигаемся в два часа.
Пока они разговаривали, часть членов клуба уже успела пообедать. Гао Сяодэ, рассаживая всех под теневым навесом чайной беседки, торопил Гу Яна и Чэн Го тоже поскорее перекусить: во второй половине дня предстояло восхождение на гору, и если идти на голодный желудок, того и гляди укачает.
— Сяо Гао, передай Сяо Гу, что мы сходим наружу сфотографироваться, отойдем недалеко, — окликнули его несколько женщин.
— Хорошо-хорошо, собираемся в час сорок, тётушки, следите за временем! — Гао Сяодэ был занят завариванием чаю для остальных, бросил фразу на ходу и тут же забыл о ней: в конце концов, какая же женщина в возрасте поедет в путешествие без красивых фоток для соцсетей — без этого три четверти радости от поездки пропадут.
Пейзажи в горах стояли великолепные, кругом пестрели буйные краски. Прогуливаясь вдоль дороги, тётушки заметили проходящего мимо паренька и попросили его сделать коллективный снимок. Тот оказался на редкость любезным: в одно мгновение прощелкал больше десятка кадров, да еще и руководил тем, как им встать. Вот только после съёмки он не спешил уходить, а вместо этого подступился к ним с расспросами, куда они собираются дальше.
— Мы скоро пойдем в храм Пудунси, — выпалила одна из женщин без задней мысли. — Далеко отсюда?
— До храма Пудунси вообще-то прилично добираться, но культурная выставка храма Пудунси как раз здесь рядом, — парень указал рукой в сторону. — Вон тот небольшой храм, вход бесплатный, пешком и десяти минут не наберется.
Услышав про бесплатную выставку и взглянув на часы — времени еще навалом, — тётушки решили заглянуть туда из любопытства. Вот только этот поход затянулся почти на час. Когда Гу Ян и запыхавшийся Гао Сяодэ разыскали их, дамы на так называемой «культурной выставке храма Пудунси» уже успели скупать гору освященных нефритовых браслетов и украшений на десятки тысяч юаней и как раз громко спорили с продавцами.
У Гу Яна перед глазами потемнело.
— Брат Гао! — он мертвой хваткой вцепился в рукав Гао Сяодэ. — Вернуть можно?
Гао Сяодэ от боли зашипел и принялся палец за палец отдирать его руку, во всей красе проявляя суть бессовестного гида:
— Накинь еще тысячу!
Гу Ян толкнул его прямо к прилавку:
— Идёт.
Так называемые «сотрудники» уже давным-давно испарились без следа — на каждой достопримечательности хватало таких прохвостов, и Гао Сяодэ, не желая утруждать себя лишними разбирательствами, привычным путём шмыгнул прямо в кабинет управляющего. Ссориться с подобными местными авторитетами и тертыми калачами торговцам тоже не хотелось, так что они без лишних возражений согласились оформить возврат. Женщины, рассыпаясь в благодарностях Гу Яну и Гао Сяодэ, наперебой просили их никому об этом не пробалтываться, чтобы не ударить в грязь лицом перед остальными попутчицами.
— Никому ни слова, — пообещал Гу Ян, поднимая руку. — Но больше никаких побегов, нам нужно спешить.
Иначе из-за всех этих задержек они рисковали не выбраться из гор до самого темноты.
Тётушки охотно закивали. Автобус вновь выехал на горную дорогу. Путь предстоял долгий и монотонный, и Старый Янь включил расслабляющую музыку, чтобы пассажиры могли немного вздремнуть.
Гу Ян вовсе не чувствовал сонливости. Он смотрел на мелькающие за окном пейзажи: облака и птиц, зелёные деревья и красные цветы. Каждый кадр казался живой поэмой и картиной, которую, вырежи её и надень на себя, можно было носить как целый сезон этой горной глуши.
Губы сами собой тронула легкая улыбка.
Чэн Го какое-то время вела отчаянную борьбу между моралью и благами подруги, но в конце концов сдалась в пользу последних: тайком сфотографировав задумчивый профиль Гу Яна, она скинула снимок в чат WeChat, претворяя в жизнь политику всеобщего доступа к красавчикам. В этот самый момент лучик солнца пробился сквозь облака, оставив на его лице тёплый золотистый отблеск и наделив весь его облик живой энергетикой. Простирающаяся за окном бурная зелень на мгновение мелькнула в отражении чистых глаз — это было яркое лето и такой же яркий человек.
Спустя пару секунд чан в WeChat запестрел от беспрерывных сообщений: подруги в один голос горячо заявляли о желании сменить работу. Что за чудесное место этот Хуандун? И обязанности туристические, и такой потрясающий красавчик на подхвате — ну-ка быстро выкладывайте его аккаунты в соцсетях!
— Кхм, — Чэн Го прочистила горло и осторожно поинтересовалась: — Слушай, Гу Ян, может, добавим друг друга в Вейбо?
— М? — Гу Ян повернул голову, но не успел ничего ответить, как над головой с оглушительным грохотом раскололся удар грома.
Весь автобус испуганно вздрогнул, небо, казалось, потемнело в одно мгновение. Гу Ян спросил Старого Яня:
— Сколько нам еще ехать?
— При хорошей дороге полчаса, но сейчас трудно сказать.
Заметив, как с неба градом забарабанили крупные капли дождя, Старый Янь велел всем пристегнуть ремни безопасности, отчаянно надеясь на скорое прояснение.
Однако на этот раз небесам было угодно поступить иначе.
Глядя на бушующий за дверью ливень, Ян И выругался сквозь зубы, решив, что сегодняшний день с самого утра задался наперекосяк. Утром он отправился на разведку в универмаг Синьсинь, но тамошний директор нёс какую-то околесицу, изъясняясь казенным языком с театральным пафосом, словно нарочно валял дурака; а днем захотелось отведать вегетарианской еды на Пудуншане — и на тебе, дорогу размыло ливнем. Прогноз погоды — сущая брехня, видимо, метеостанция его по жребию выбирала.
— Позвони узнать, как там члены клуба, что у них происходит, — приказал Лу Цзяньхань. — Нужно ли подкрепление, чтобы вывезти их из гор как можно скорее?
— Слушаюсь, — отозвался помощник, но не успел он даже извлечь телефон, как раздался еще один громовой раскат, на этот раз с розоватыми молниями. Зрелище, конечно, сказочное, только вот после такой сказки во всей горе вырубило сотовую связь — оставалось лишь гадать, какая именно невезучая и важная вышка пала жертвой стихии.
Ян И: «……»
Вскоре прибежал взмыленный хозяин ресторана и сообщил, что ливень обрушил горную дорогу, экстренные службы уже ведут аварийно-восстановительные работы, и движение ориентировочно откроют не раньше чем через восемь часов.
Ян И лишь укрепился в своем мнении: у этого универмага Синьсинь никакой фэншуй отродясь не водился.
Пятидесять человек всё еще находились в горах, и раз уж сейчас оттуда не выбраться, значит, придется выводить членов клуба вместе с ними. Лу Цзяньхань принял волевое решение: отправить Ян И с одним из водителей в храм Пудунси проверить, не застряли ли там туристы, а сам с остальными на машинах двинулся прямо к ближайшему к храму отелю Цзиньян, чтобы занять хотя бы два-подва десятка стандартных номеров на первое время.
……
— Брат, брат, помедленнее! — на горной тропе Гао Сяодэ стер со лца дождевую воду. — У меня глаза совсем не открываются.
— Нельзя, тебе придется их открыть, — Гу Ян приложил к его лицу носовой платок. — Где всё-таки этот отель Цзиньян?
— Приехали, приехали, вон то зеленое здание впереди, — запыхавшись, подтвердил Гао Сяодэ. — Только усложнение прежнее: я выбиваю тебе номера, а ты накидываешь мне еще две тысячи.
Гу Ян тяжело вздыхал из-за этой его привычки постоянно накручивать то тысячу, то две, но ситуация выдалась исключительной, компания наверняка покроет расходы, так что ему оставалось лишь тащить спутника за собой дальше. Охранник отеля издалека заметив двух промокших до нитки людей, бросился открывать дверь. Он уже собирался попросить горничную принести полотенца, как Гао Сяодэ молнией проскользнул мимо него, шлёпнул ладонью по стойке регистрации:
— Сестренка, давай брату двадцать семь стандартных номеров!
— Подождите минутку, Брат Гао, этот гость стоит перед вами в очереди, — улыбнулась хорошо знакомая с ним администратор, протягивая пачку салфеток. — Сначала оботритесь, я мигом освобожусь.
Гао Сяодэ бросил косой взгляд на стоявшего рядом мужчину и недовольно буркнул:
— Угу.
Лу Цзяньхань вытащил кошелек:
— Я бронирую тридцать стандартных номеров.
Не успел он договорить, как Гао Сяодэ пулей нырнул за стойку регистрации. Во всем отеле насчитывалось всего-то три-четыре десятка номеров, откуда тут взяться лишним? Не говоря ни слова, он протянул руку, обхватил администратора за плечи и потащил за стойку в служебное помещение. Лу Цзяньхань во все глаза смотрел на удаляющуюся парочку, и выражение его лица было неописуемым.
Наблюдавший за этой сценой от начала до конца Гу Ян чувствовал себя жутко неловко.
Лу Цзяньхань только теперь заметил, что позади него кто-то есть. Окинув взглядом стоявшую перед ним ходячую лужицу, он недовольно спросил:
— Вы с ним в паре?
Мораль Гу Яна всегда была на высоте, и признаваться в таком бессовестном деле, как пролезание без очереди, ему отчаянно не хотелось, но, вспомнив про застрявших в храме Пудунси пятьдесят человек, он в конце концов счёл за лучшее ответить молчанием.
Он медленно поднял руку и указал на собственное ухо.
Извините, глухой.
Лу Цзяньхань: «……»
Продолжай притворяться.
http://bllate.org/book/38727/4875744
Готово:
