Чу Ци с улыбкой, в которой не было радости, произнес:
— И всего-то делов что эти бухгалтерские книги? Этого явно недостаточно.
— Так чего же Ваше Высочество желает взамен? — Сяо Чэнъе выглядел совершенно искренне, без тени фальши. — Стоит вам только замолвить словечко, и я сделаю всё возможное, чтобы удовлетворить ваше желание.
Взгляд Чу Ци беззастенчиво скользнул по нему с головы до ног, после чего он со значением произнес:
— Нет, тебе это не под силу.
— О? — Сяо Чэнъе встретился с ним взглядом и парировал: — Если Ваше Высочество не скажет вслух, то как узнает, под силу мне это или нет?
Услышав это, Чу Ци медленно выпрямился, протянул правую руку и подцепил Сяо Чэнъе за подбородок:
— Наследный сын столь сообразителен, неужто сам не догадывается, чего я хочу?
Пальцы Чу Ци были теплыми; он лишь легко приподнял чужой подбородок, почти не прилагая усилий, словно обращаясь с хрупким фарфоровым изделием.
Сяо Чэнъе послушно задрал голову, обнажая тонкии, хрупкий шейный изгиб:
— Ваше Высочество часом не шутит надо мной? Боюсь, то, чего вы желаете — это Поднебесная?
Чу Ци опустил взгляд, заприметив пульсирующую жилку на боковой стороне шеи Сяо Чэнъе, и внезапно почувствовал, как во рту пересохло. Он намеренно подался вперед, сблизившись настолько, что их губы едва не соприкоснулись, и лишь тогда замер, двусмысленно произнеся:
— Шучу? Мне нет дела до Поднебесной, меня волнуют лишь красавцы.
Их дыхание смешалось. Сяо Чэнъе, не уклоняясь и не отступая, опустил глаза. Его ресницы на миг затрепетали, и он тихо произнес:
— Да каких красавцев у Ваше Высочества не сыщется, к чему непременно измываться надо мной?
Чу Ци пристально разглядывал его, в то время как кончик его носа улавливал прохладный кедровый аромат. Из последних сил подавив в себе порыв просто поцеловать его, он заставил себя разжать пальцы, откинулся на спинку шезлонга и поманил пальцем того, кто стоял под деревом.
Линь И тут же шагнул вперед и с покорным видом опустился на колени подле него.
Протянув руку и зарывшись пальцами в шелковистые волосы Линь И, Чу Ци равнодушно бросил:
— Наследному сыну не стоит изощряться в попытках сблизиться со мной.
— Изощряться? — Сяо Чэнъе мысленно вздохнул с облегчением, поднес к губам чашку чаю, отпил глоток и вернул себе невозмутимость. — Ваше Высочество не так меня понял, я просто ищу делового партнера.
Чу Ци небрежно бросил:
— Как видишь, я всего лишь преданный вину и бабам пустозвон, в компаньоны тебе не гожусь.
— Неужто? — В сердце Сяо Чэнъе шевельнулось разочарование, но он всё равно не собирался отступаться. — А мне вот думается, что Ваше Высочество как никто другой подходит на роль моего партнера.
Чу Ци не удостоил его ответом — лишь небрежным движением рывком притянул Линь И к себе на колени. Линь И испустил легкий возглас, падая в его объятия, а на его щеках проступил яркий румянец смущения.
Одной рукой обнимая Линь И, а другой ласково поглаживая его по спине, Чу Ци перевел взгляд на Сяо Чэнъе и холодно произнес:
— Советую тебе не тратить время попусту.
Не успел замереть звук его голоса, как он резким движением навалился на Линь И сверху, скосив глаза на Сяо Чэнъе, чей взор лучился некой вызывающей усмешкой:
— Мне нужно позаботиться о красавчике, так неужто Ваше Высочество наследный сын желает остаться и продолжить зрелище?
Лицо Сяо Чэнъе переменилось. Поднявшись на ноги, он постарался сохранить спокойствие:
— Раз так, не буду нарушать досуг Вашего Высочества, навещу вас в другой раз.
Развернувшись, он зашагал к выходу, словно желая поскорее сбежать. Однако, уже ступив на порог, он неожиданно замер и оглянулся.
Чу Ци зарылся лицом в шею Линь И. Тот закинул голову назад с закрытыми глазами, вцепившись обеими руками в подлокотники шезлонга так, что костяшки пальцев побелели от напряжения, а на лице играл румянец сдержанного упоения.
Сяо Чэнъе опустил глаза, и длинные ресницы скрыли бурю эмоций на дне его зрачков. Его голос прозвучал едва слышно:
— Чу Ци... наша игра только началась.
С этими словами он круто развернулся и ушел.
Ночь пала на землю, погружая мир во тьму. В покоях наследного принца мерцали свечи. На резном письменном столе громоздились стопки еще не разобранных книг, а из стоявшей рядом курильницы вился тонкой змейкой дымок благовоний.
Чу Ци сидел за столом, сосредоточенно перелистывая страницы досье. В документах содержались тайные сведения о закулисных связях маркиза Гуанлин Сяо Чжиюаня и Третьего принца Чу И.
Будучи наместником в области Бэйди, маркиз Гуанлин держал в своих руках все налоговые поступления и ресурсы целой земли.
Третий принц Чу И, с малых лет росший при дворе и пользующийся особой любовью Императора благодаря своей матери, наложнице Яо, почему-то по воле самого государя был намеренно отстранен от государственных дел.
На первый взгляд между этими двумя не было ничего общего, однако втайне они уже давно спелись друг с другом.
Взгляд Чу Ци зацепился за одну из записей, и его глаза слегка сузились.
Под предлогом бедствия, постигшего область Бэйди, маркиз Гуанлин Сяо Чжиюань обратился в Министерство финансов с прошением о снижении и списании налогов, а сам тем временем утаил колоссальные суммы серебра.
В то же самое время в резиденции Третьего принца гремели многодневные роскошные пиры, якобы приуроченные к новогодним торжествам. Подобные совпадения встречались в расходных книгах уже не в первый раз.
Чу Ци холодно усмехнулся и пробормотал себе под нос:
— А этот маркиз Гуанлин хорош: не только набивает собственную мошну, но и смеет переправлять деньжонки прямиком в особняк Чу И... Смелости ему не занимать.
Едва он погрузился в раздумья, как створки двери легонько отворились, и в комнату вихрем влетел Линь И. Наклонившись к самому его уху, он доложил:
— Ваше Высочество, в особняк прокрался наследный сын. Приказать ли перехватить его?
Услышав это, уголки губ Чу Ци изогнулись в многозначительной улыбке:
— Не нужно, пусть проходит.
— Слушаюсь. — Линь И почтительно отступил назад, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Спрятав досье в потайной ящик письменного стола, Чу Ци взял первую попавшуюся книгу и принялся рассеянно листать страницы.
Вскоре темный силуэт бесшумно скользнул в комнату через полуоткрытое окно.
В отличие от дневного времени, на Сяо Чэнъе был облегающий темный наряд для скрытных вылазок, подчеркивающий его стройную фигуру. По сравнению с образом изнеженного столичного молодого господина при дневном свете, сейчас от него веяло деловитостью и таинственностью.
— И надо же такому почтенному наследному сыну пренебрегать дверями и лазить в окна? — скосив на него взгляд, поддел его Чу Ци.
Проигнорировав насмешку, Сяо Чэнъе напрямую подошел к столу, уселся на стул и без всяких церемоний плеснул себе чаю, после чего поднес чашку к губам и сдул пенку.
Посмотрев на Чу Ци, он с легкой, полной двусмысленного подтекста улыбкой осведомился:
— Какая у Вашего Высочества страсть к бодрствованию, раз вы не ложитесь так поздно. Уж не меня ли ждали?
Отложив книгу, Чу Ци откинулся на спинку стула и с улыбкой ответил:
— Наследный сын, а ты знаешь, как называется подобное поведение?
— Разумеется, знаю. — Сяо Чэнъе изящным движением отпил глоток. — Впрочем... если бы я не явился, как бы мы продолжили дневной разговор с Вашим Высочеством?
Словно испытывая головную боль, Чу Ци досадливо потер переносицу, похоже, чувствуя себя беспомощным перед лицом такого незваного гостя, и ничего не ответил.
— Что такое? Ваше Высочество мне не рад? — отставив чашку, мягко поинтересовался Сяо Чэнъе.
— Поздно уже... — прикрыв рот рукой, Чу Ци сладко зевенул. — Я хочу спать.
Увидев это, Сяо Чэнъе криво усмехнулся:
— Тогда я буду краток. — С этими словами он достал из-за пазухи несколько бухгалтерских книг и помахал ими перед его носом. — Разве Ваше Высочество не хочет узнать, что я собираюсь с ними сделать?
— Делай что хочешь. — Чу Ци поднялся на ноги и направился к кровати.
Он принялся неторопливо распускать завязки одежд, двигаясь плавно и естественно, словно те несколько книг вовсе не стоили его внимания.
Взгляд Сяо Чэнъе качнулся, и он быстро отвел глаза, с ноткой сложных эмоций в голосе спросив:
— Неужто Ваше Высочество ни капельки не боится, что я передам эти реестры прямо в руки императора?
Сбросив верхнее ханьфу и нижнюю рубашку до белой исподней одежды, Чу Ци откинул шелковое одеяло и лег, небрежно бросив бесстрастным тоном:
— На то воля наследного сына. Раз уж ты решил поступить по-своему, разве могу я помешать?
С этими словами он нырнул под одеяло, устроился поудобнее, прикрыл глаза и, казалось, окончательно собрался отойти ко сну.
Услышав такой ответ, Сяо Чэнъе тихо хмыкнул, бросил бухгалтерские книги на стол и подошел к ложу.
Возвышаясь над лежащим Чу Ци, он бросил на него игривый взгляд и проговорил вполголоса:
— Забавно... Чу Ци, с каждым разом ты становишься все интереснее.
Чу Ци медленно приоткрыл глаза, во взгляде не было ни единой ряби:
— Наследный сын всё еще здесь? Иль желаешь разделить со мной ложе?
— А Ваше Высочество меня боится? — Сяо Чэнъе внезапно протянул руку, и его длинные пальцы легко скользнули по щеке Чу Ци. — Или вы уверены, что я не посмею сделать с вами ничего дурного?
Его пальцы принесли с собой прохладу и едва уловимый шлейф кедрового аромата.
Перехватив его руку, Чу Ци подтрунил над ним:
— Наследный сын... Полагаю, никому не понравится доделывать лишнюю работу в часы отдыха.
В свою очередь перехватив его руку, Сяо Чэнъе рывком притянул его к себе, заключая в объятия, в то время как его вторая рука то ли случайно, то ли намеренно прочертила линию вдоль спины Чу Ци, шепнув тому прямо на ухо:
— А мне вот нравится поступать наперекор. Будем считать... что я в очередной раз испачкал руки.
Чу Ци намеренно обвился вокруг него руками и, повернув голову, прошептал:
— Неужто наследный сын собрался вершить дела среди ночи?
Горячее дыхание опалило ушную раковину, вызывая легкий зуд. В горле Сяо Чэнъе что-то дернулось, он резко толкнул Чу Ци обратно на постель, навис сверху и усмехнулся:
— Что такое? Ваше Высочество часом не заигрывает со мной? — Его низкий голос звучал так, будто он искренне сожалел о чем-то. — Жаль... я никогда не веду убыточных дел.
— Заигрываю? — Чу Ци не сопротивлялся, продолжая с каменным лицом вдыхать пьянящий кедровый аромат, источаемый его гостем. — Я никогда не соглашаюсь на роль ведомого.
— Вот как? — Сяо Чэнъе легко рассмеялся, его пальцы медленно скользнули по губам принца, опускаясь ниже к самому сердцу. — А мне вот кажется, что Ваше Высочество давно уже пляшет под мою дудку.
Уголки губ Чу Ци изогнулись еще круче:
— Наследный сын, к чему этот фарс?
— К чему? — Сяо Чэнъе подался вперед еще ближе, и его губы едва уловимо мазнули по краю уха Чу Ци. — Чу Ци, мы оба пешки в чужих руках. Если прекратить этот спектакль... станет смертельно скучно.
Не успел смолкнуть его голос, как Чу Ци пошел в атаку: резким движением перехватив инициативу, он перевернул Сяо Чэнъе.
Сверху вниз глядя на Сяо Чэнъе, он с издевкой бросил:
— Наследный сын, если этот спектакль затянется, тебе же от этого будет только хуже.
Заложив руки за голову, Сяо Чэнъе с видом полного превосходства воззрился на него, даже не пытаясь сопротивляться:
— О? Мне тогда страшно любопытно, как именно Ваше Высочество намерен продолжать пьесу?
Намеренно приблизившись, Чу Ци сделал вид, будто собирается его поцеловать, но замер в сантиметре от его губ:
— А ты как думаешь?
— Неужто Ваше Высочество думает, что этим меня испугать? — Сяо Чэнъе закинул руки ему на шею, напротив подавшись навстречу чужим губам, и с вызовом рассмеялся. — Хочешь поспорить, кто из нас первым сдастся?
В тот самый миг, когда их губы почти соприкоснулись, дыхание Чу Ци оборвалось на долю секунды.
Убрав с лица усмешку, он отстранил Сяо Чэнъе и сел:
— У меня нет ни малейшего желания подыгрывать наследному сыну. Я люблю лишь простых и послушных красавцев, а такое изысканное блюдо, как наследный сын, мне не по зубам.
http://bllate.org/book/38721/4874931
Готово:
