Лу Минъи продолжил: — Предметы «Общий язык Федерации», «История и перемены Федерации», а также «Планетарная геология и звездная астрономия» — это три дисциплины, которые мы обязаны освоить, даже если не собираемся сдавать объединенный экзамен. Особенно третий пункт: чтобы пройти отбор по управлению звездолетами в Первая военная академия, ты непременно должен в нем разобраться. Думаю, причины нет нужды объяснять, ты и сам понимаешь это лучше меня.
Лу Минъи тяжело вздохнул: — Ты прав.
В военных походах и сражениях не знать местность и климат — всё равно что искать смерти. Академические экзамены созданы для отбора талантов, а не для того, чтобы вставлять палки в колеса. Заложенные в них условия задач, пусть даже вымышленные, соответствуют базовой логике, иначе они не смогут выполнить свою проверочную функцию.
Подумав о том, что собеседник в каком-то смысле борется и ради него тоже, Сюй Цинъюань смягчился: — Сначала я найду учебники, и мы вместе займемcя планетарной геологией и звездной астрономией. После этого ты займешься подготовкой к мех-турниру и выяснением того, что из себя представляет экзамен по управлению звездолетами, а я продолжу изучать общий язык и историю и перемены Федерации — посмотрю, получится ли у меня составить для тебя материалы.
Хотя Лу Минъи чувствовал огромное давление, возражать он не стал.
В конце концов, они с Сюй Цинъюанем были похожи — ни тот, ни другой не собирались мириться с посредственностью. Не встреть они друг друга, возможно, действовали бы осторожнее и нерешительнее, но так уж вышло, что их обоих забросило в этот мир вместе.
И то чувство, что не хотелось ударить в грязь лицом перед другим, и внезапно обретенное душевное спокойствие — всё это заставило их отказаться от покорности судьбе и выжидательной позиции.
В конце концов, начиная с 473 года по звездному летоисчислению, Федерация находилась в состоянии войны с другими цивилизациями. И хотя линии фронта контролировались отлично, и у большинства жителей Федерации не было реального ощущения войны, ни он сам, ни Сюй Цинъюань не были настолько наивными, чтобы полагать: раз война не пришла сейчас, значит, в будущем она точно не придет.
Лишь дойдя до мест, где можно соприкоснуться с передовой, лишь поступив в достаточно хорошее учебное заведение, они смогут узнать, является ли мир в этой Федерации лишь иллюзией.
Видя, что Лу Минъи молчит, Сюй Цинъюань понял, что тот согласился.
Он поднял голову и посмотрел на транслируемое светящимся экраном изображение звездной сети, почему-то погрузившись в задумчивость.
Это был мир, во всех аспектах далеко превосходивший Даминь. В таком мире прежняя слава, официальные должности и статус — не более чем пустота.
Он здесь ничем не отличался от прежних бродяг из Даминя: ни земли, ни дома, и неизвестно, есть ли вообще будущее.
Даже прекрасно держа себя в руках, до встречи с Лу Минъи он в глубине души испытывал тревогу. И только повстречав Лу Минъи... всё словно бы обрело какой-то порядок.
Дело было вовсе не в том порядке, что установил собеседник — просто пока тот рядом, казалось, что всё его прошлое не было перечеркнуто, и благодаря этому удавалось успокоиться и строить планы на будущее.
— Первая военная академия Федерации... — тихо пробормотал Сюй Цинъюань.
Раз уж решение принято, он сделает это место их отправной точкой. Непременно.
Глава 7
В гостиной на первом этаже дома семьи Лу трое людей занимали три разных места.
И Сюй Цинъюань, и Лу Минъи сидели очень далеко от молодой женщины, давая ей полную уверенность в собственной безопасности.
— Вы по какому-то делу ко мне? — Тон молодой женщины нельзя было назвать плохим, но и хорошим тоже — он был насквозь пропитан холодной отчужденностью.
Оба мужчины ничуть не смутились и даже испытывали некоторую неловкость.
Лу Минъи знал, что Сюй Цинъюань ни за что не сможет заговорить первым, поэтому ему пришлось набраться храбрости и сказать самому: — Мы можем поговорить с тобой об одном деле?
Будь она моложе, Ян Аньци, увидев такого альфу, непременно отпустила бы пару фраз на грани флирта, но сейчас...
Она лишь окинула взглядом свой свежий маникюр и ответила: — Говорите.
— Мы хотим занять у тебя денег. — Помолчав добрую минуту, Лу Минъи с трудом выдавил из себя эти слова.
Он с детства не страдал избытком стыдливости, и, если выражаться словами Сюй Цинъюаня, его толстокожести позавидовала бы и крепостная стена. Но даже при такой толстой коже просить в долг у овдовевшей и потерявшей ребенка молодой женщины... это было уже чересчур бесстыдно.
К счастью, его лицо и впрямь оказалось достаточно толстым: стоило произнести самую тяжелую фразу, как дальше слова пошли гораздо проще: — Мы можем подписать договор: взятые у тебя деньги мы вернем в течение двух лет, а после этого каждый год будем выплачивать тебе проценты — не менее десяти процентов от этой суммы — до самой нашей смерти.
Ян Аньци еще никогда не слышала о столь странных договорах и наконец посмотрела на них всерьез: — Вы это серьезно?
Лу Минъи кивнул без малейшего колебания: — Разумеется, мы можем подписать соглашение с привязкой к личным данным.
Такой договор, разумеется, нашел Сюй Цинъюань. Согласно найденной им информации, это было самое официальное соглашение в Федерации: если не выполнить обязательства, в личной информационной базе навсегда останется отметка, что непременно отразится на работе и повседневной жизни.
Ян Аньци выпрямилась: — Сколько хотите занять? И что собираетесь делать?
Лу Минъи ответил: — Точную сумму мы еще не подсчитали, можешь подождать, пока мы всё посчитаем, и тогда примешь решение. Что до того, чем мы займемcя... Видишь ли, мы собираемся через полгода сдавать объединенный экзамен и поступать в Первая военная академия Федерации.
На этот раз Ян Аньци окончательно лишилась дара речи. Она смотрела на этих двоих так, будто перед ней представители какого-то диковинного вида животных: — Вы понимаете, что, судя по выдвинутым вами условиям, если через полгода вы не поступите, то в течение двух лет у вас практически не будет шансов вернуть долг?
Сюй Цинъюань, до этого молчавший, наконец подал голос: — Понимаем, мы всё просчитали.
Ян Аньци изумилась еще сильнее: — И при этом вы всё равно предлагаете такие условия?
— Назвался груздем — полезай в кузовок, — очень серьезно ответил Сюй Цинъюань. — К тому же я не думаю, что мы не поступим.
Если и впрямь не поступят, можно будет продать Лу Минъи, чтобы отдать долг. Выражение лица Сюй Цинъюаня не выдавало ни малейшего угрызения совести.
Ян Аньци пристально посмотрела на них и вдруг рассмеялась: — Вообще-то у меня есть другая идея.
С этими словами Ян Аньци перевела взгляд на Лу Минъи: — Он еще не подавал заявку на получение документов. Когда я поведу его оформлять удостоверение личности, я запросто смогу зарегистрировать его на свое имя. Хотя он ровесник моего погибшего сына, я не собираюсь пользоваться его положением и стану его опекуном всего лишь в качестве старшей сестры. После этого я выделю вам деньги на подготовку к экзаменам в течение этих полугода и возьму на себя все разумные расходы. Возвращать эти деньги я с вас не требую, и отрабатывать их тоже не нужно — лишь оставьте мне статус «старшей сестры студента Первая военная академия Федерации», этого с меня хватит.
http://bllate.org/book/38694/4870899
Готово:
