Честер чувствовал, что его картину мира перевернули с ног на голову уже раз сто. Хотя раньше он и утверждал, будто надеется, что И Туань сможет обратиться в человека, это были лишь слова. Он же не был слабоумным, с чего бы ему всерьёз верить, что животные способны превращаться в людей? Это же антинаучно, какими методами ни пользуйся, фундаментальные физиологические изменения невозможно объяснить никак.
Но сейчас факты были налицо: он собственными глазами видел, как И Туань исчез, а вместо него появился совершенно обнажённый юноша. Сначала Честер испугался, но, приглядевшись, понял: этот глупый пушистик, в кого бы ни превратился, оставался всё тем же глупым пушистиком. Слёзы в уголках глаз, искусанные губы, жалкий вид и белые волосы — всё один в один как у его глупого комочка!
Ещё более удивительным было то, что юноша оказался жив: его тело едва заметно вздымалось в такт дыханию, а кожа выглядела очень здоровой, совсем не такой, как раньше, когда она отливала фиолетовым.
Сидя на кровати, Честер не знал, что и делать. Он ущипнул себя за тыльную сторону ладони, убеждаясь, что это не сон — ведь он же только что собственными руками сделал ему смертельную инъекцию, как он мог остаться в живых?
Вдруг ресницы юноши слегка дрогнули. Сердце Честера забилось чуть быстрее: неужели этот глупый пушистик собирается проснуться?
И Туань почувствовал легкий холод. Он инстинктивно сжался в комочек, а затем попытался закрыть лицо лапой, но, протянув её наполовину, понял, что что-то не так. Ощущения были совершенно другими. Куда же подевалась его шерсть?!
Нет, погодите, почему он не умер! Врачи ведь ясно сказали, что его уже не спасти, а Честер вдобавок сделал ему угоднический укол. Какая бы у него ни была плохая память, такое он бы не забыл; к тому же ту боль невозможно было вычеркнуть из памяти до конца жизни, это точно не сон.
И Туань открыл глаза. Хотя в голове всё ещё туманилось, видел он кристально чётко. Обстановка вокруг была очень знакомой — это была комната Честера. Он лежал прямо на подушке. Опустив взгляд, он посмотрел на свои руки: никакой шерсти, пять пальцев, каждый чётко виден — это были человеческие руки!
О небеса, он снова стал человеком! К тому же он совсем не чувствовал боли, а ощущения в теле ещё никогда не были настолько прекрасными!
В восторге И Туань сел на постели, снова и снова оглядывая свои руки, а затем перевёл взгляд на собственное обнажённое тело. Хотя это тело казалось чужим, оно действительно было человеческим. Неудивительно, что ему стало прохладно: шерсти на теле нет, да ещё и без одежды, конечно же, замёрзнешь.
А это что, волосы? И Туань обнаружил, что его волосы невероятно длинные — пожалуй, до самого пояса, они уже почти свешивались с подушки. Но почему-то они оказались белыми... Хм, неужели его новое тело уже в преклонном возрасте? Однако кожа выглядела просто невероятно молодой.
Впрочем, всё это было неважно. Главное — он не умер, да ещё и превратился в человека, это же просто чудесно!
Точно, божество, где же его божество?
И Туань резко поднял голову и увидел сидевшего слева от него Честера. Тот смотрел на него с ошеломлённым выражением лица, и было совершенно непонятно, рад он или нет.
И Туань был так счастлив, что чуть не расплакался. Он-то думал, что они с Честером расстанутся навсегда, но он не умер и даже стал человеком! Наконец-то он сможет отплатить за спасение жизни своему божеству. Эмоции переполняли его через край: ему выпало пережить возвращение с того света, как тут не волноваться? Небеса были так добры к нему, снова и снова давая ему шанс. Переполненный чувствами, он забыл про всякие приличия и голышом бросился на Честера. Тот совершенно не ожидал нападения и был мгновенно сбит с ног на кровать.
Честер: «...» Что за чёрт тут творится, его только что атаковал собственный питомец? ⊙_⊙
— Божество, моё божество, я не умер, я не умер! Я снова стал человеком, я могу говорить, я так счастлив! — И Туань обнял Честера за шею, вне себя от радости. Он всем телом прижался к нему, почти невнятно бормоча: — Что же делать, я так счастлив, ещё никогда в жизни я не был так счастлив! Наверное, в прошлых жизнях я спас галактику!
Галактику? Честер нахмурился: разве существует такая галактика? И что значит снова стать человеком, какое-то странное выражение. К тому же, кто такое божество, неужели он сам, его хозяин?
Честер так сильно хотел, чтобы И Туань стал человеком, и теперь, когда желание наконец исполнилось, он обнаружил, что его питомец не только научился говорить, но и делает это прекрасно: голос приятный, слова чёткие, словно тот получил хорошее образование, и ни капли не походит на какое-то дикое животное.
Честер снова сел и оттащил от себя И Туаня, который мёртвой хваткой вцепился в него:
— Ты и вправду этот глупый пушистик? — До сих пор он с трудом во всё это верил. Чудо было столь невероятным, что он не успевал его переварить: его питомец мало того что не умер, так ещё и преспокойно превратился в живого человека, причём на редкость красивого. Возможно, из-за юного возраста фигура была довольно хрупкой, как раз такой, чтобы можно было обнять одной рукой.
— Божество, меня зовут И Туань, — с улыбкой представился он. — Спасибо, что спас меня раньше. Хоть я мало что понимаю и не знаю здешних правил, я буду стараться изо всех сил! Я обязательно отблагодарю тебя! — Похоже, он только сейчас сообразил, что выглядит не совсем подобающе: висеть на ком-то голышом было слишком неприлично, и он торопливо соскользнул с Честера. — Прости-прости, я просто слишком возбуждён, так обрадовался, что снова стал человеком.
— Как ты меня назвал? — Честера заинтриговало обращение И Туаня. С какой стати звать его божеством? Никто и никогда не смел называть его так в лицо: кроме родителей и старших родственников, все остальные обращались к нему исключительно Ваше Величество.
— Божество, конечно! Ведь в моём сердце ты и есть божество, — послушно сидя рядом, И Туань даже притянул край одеяла, чтобы прикрыть нижнюю часть тела. Только что он был донельзя смелым, а теперь наконец-то начал смущаться.
Честер с ног до головы внимательно оглядел И Туаня: перед ним стоял самый настоящий человек. Его собственные чувства сейчас были крайне двойственными: с одной стороны, он радовался обретённой заново находке, но ситуация уже вышла из-под контроля, к тому же его жутко интриговали слова И Туаня.
— Ты говоришь, что снова стал человеком... «снова»? Ты и раньше был человеком?
И Туань закивал:
— Да-да, я изначально был человеком, божество, ты такой умный!
И правда под стать своему статусу!
— ... — Честер помолчал немного. — Выходит, злая ведьма наложила на тебя проклятие, после чего ты превратился в Канканлонга? И это в прошлый раз поцелуй заставил тебя вернуть человеческий облик? Что-то у тебя больно заторможенная реакция.
— ... — И Туань покрылся тёмными сияющими полосами. Божество, почему ты опять забыл принять таблетки >_<
— Ладно, судя по всему, дело не в этом. Расскажи-ка сам.
Честер испытывал лёгкое разочарование, потому что столь масштабное превращение живого человека заставило его самого почти поверить в сказки.
Получив наконец возможность говорить, И Туань завёлся не на шутку. Он доверял Честеру на все сто тысяч процентов: на свете не было человека добрее, поэтому он считал, что перед Честером ему незачем хранить какие-либо секреты. Жизнью он был обязан именно ему, так что скрывать было нечего, и он без утайки выложил всё о своей так называемой прошлой и нынешней жизни.
Выпалив на одном дыхании целую тираду, И Туань подытожил:
— Вот я и говорю: я точно в прошлых жизнях спас галактику! Иначе с чего бы небесам быть ко мне настолько добрыми? В мире случаются такие чудеса, животные способны превращаться в людей... Времена действительно изменились, эволюция человечества зашла невероятно далеко!
Честер знал, что И Туань не врёт. Хоть он отродду не слыхивал ни о какой галактике или Земле, он нутром чувствовал: его глупый пушистик не станет его обманывать. Этот глупый пушистик был слишком уж наивен, разве мог он сочинить столь грандиозную ложь?
Воскрешение питомца из мёртвых — дело благое, и он должен радоваться, но сейчас возникла одна проблема. Раньше он завел питомца, и это было в порядке вещей, никто слова не сказал бы, а какие-нибудь слабоумные фанатки наверняка сочли бы это милым. Но завести человека — совсем другое дело. Где же теперь будет жить его глупый пушистик?
Честер призадумался: как же ему устроить этого глупого пушистика?
И Туань сиял огромными глазами, позволяя Честеру разглядывать себя. У его божества самое доброе сердце на свете, пусть смотрит сколько влезет, всё равно ведь не обидит. Превращение животного в человека — наверное, это жутко удивительно? И Туаню даже показалось, что Честер сейчас выглядит мило.
Сидевший перед ним юноша был невероятно красив и мил, от него веяло жизненной силой. На лице застыло возбуждённое выражение, белые волосы лежали гладкими блестящими прядями, фиолетовые глаза казались глубокими и завораживающими, фигура была тонкой, а кожа — сияюще-белой. Хотя он пока оставался подростком, можно было не сомневаться, что вскоре он вырастет высоким и статным красавцем.
В общем и целом, перед ним предстал писаный красавчик с весьма приятной внешностью и характером.
В сердце Честера невольно зародилась странная мысль. Он вспомнил то, что говорил раньше.
Когда-то он обмолвился, что если И Туань заговорит, то он возьмет его в жёны. Теперь же тот не только заговорил, но и обратился в человека — пожалуй, он вполне мог исполнить это обещание.
Рассуждая здраво, у этого глупого пушистика не было ни связей, ни опоры, он даже здешних порядков не понимал — можно сказать, идеальная кандидатура на роль царицы. К тому же он так восхищается им и хочет отплатить за добро, а значит, точно не станет посягать на государственную власть.
С эмоциональной же точки зрения, по сравнению с так называемыми кандидатами из знатных семей, этот глупый пушистик нравился ему куда больше: чистый, милый и безоговорочно ему доверяющий.
Как ни посмотри, это лучшая кандидатура в царицы, если не считать недостаточного происхождения. Отсутствие знатных корней означало низкое положение, и недовольных наверняка найдётся немало. Каким бы жестоким он ни был, чужие рты не заткнёшь, и многие станут презирать этого глупого пушистика.
— Божество? — И Туань склонил голову набок. Честер погрузился в свои мысли и отвёл взгляд. Интересно, о чём это он задумался?
— А ты помнишь, что я тебе говорил? — Честер внезапно оживился. Он действительно посчитал идею сделать И Туаня царицей вполне осуществимой, а с происхождением он что-нибудь придумает.
И Туань скривил лицо, подумав про себя: божество, ты столько всего наговорил, откуда мне знать, о чём именно речь?
— Я же обещал тебе: если сможешь заговорить, я женюсь на тебе и сделаю царицей. Теперь я готов сдержать своё слово, ты ведь рад?
Честер протянул руку и погладил И Туаня по щеке — кожа оказалась гладкой и очень приятной на ощупь. Он решил, что он поистине мудрый человек, а идея просто великолепна!
И Туань: «...» Лицо его выражало крайнюю степень поражения молнией. Чему тут радоваться-то, ради всего святого?! Божество, да что с тобой не так, почему ты опять забыл выпить таблетки qaq? Я же парень! Даже если ты проигнорировал мою плоскую грудь, ты ведь только что видел то, что ниже! У меня есть мужское достоинство, я самый настоящий мужчина! Не надо игнорировать его только потому, что оно сейчас ещё маленькое, оно же вырастет в будущем!
— Ты что, забыл? — заметив, что И Туань выглядит каким-то озадаченным, Честер слегка помрачнел. Как этот глупый пушистик мог пустить мимо ушей столь важный вопрос? Никуда не годится!
Подумав об этом, Честер подался вперёд:
— Так, забыл, да? Ничего, я помогу тебе вспомнить!
Одной рукой он притянул И Туаня за затылок, а второй обхватил за гладкое плечо и впился губами в его губы. Про себя Честер подумал: они же давным-давно скрепили свои чувства поцелуем, к тому же это был его первый поцелуй, а этот глупый пушистик посмел всё забыть, какая наглость!
— Мм... — И Туань вытаращил глаза. Небеса, да божество сошло с ума!
От удивления он даже забыл оказать сопротивление. Первый поцелуй, о котором он грезил бесчисленное количество раз, в его мечтах должен был случиться с любимой девушкой — нечто невероятно прекрасное. Хотя и сейчас всё было не так уж плохо: красота божества — редкое явление в подлуневатой, и то, что столь прекрасный юноша целует его, означало, что это он ещё в выигрыше, любой бы позавидовал и изошёлся завистью.
Но это не меняло того факта, что другой — мужчина!
А-а-а-а-а!!! Божество не просто поцеловало его, оно ещё и провело языком, облизнув губы, это уже ни в какие ворота не лезет!
Пока в душе И Туаня бушевал ураган, в следующее мгновение Честер оттолкнул его.
— Что ты ел после обеда? — Лицо Честера стало страшнее тучи.
http://bllate.org/book/38690/4870453
Готово:
