Убравшись в комнате и освободившись, он снова открыл защищенный паролем личный дневник и только тогда обнаружил, что прежний хозяин тела регулярно каждый месяц переводил деньги Сюй Вэйцину. Суммы начинались от тысячи, а за последние годы набежало в общей сложности больше тридцати тысяч.
Когда он это увидел, у него чуть кровяное давление не взлетело до небес.
И слава богу, что сейчас это его тело, а не то он бы в любом случае отвесил папане пару тумаков.
— Сколько за эти годы ты потратил моих денег? Сам прекрасно знаешь. — Нин Си вытянул руку, вцепился в воротник Сюй Вэйцина и притянул его ближе. — Верни мне всё до копейки!
Сюй Вэйцин приоткрыл рот и горько улыбнулся:
— Хорошо, я верну. Но, Сиси, дядя Нин ни за что не согласится отдать Нин Ианя в дом невесты для отвода беды. Даже если ты сбежишь на время, сможешь ли бежать всю жизнь?
— Это мои проблемы, и тебя они не касаются. — Нин Си с силой оттолкнул его. — А ну-ка возвращай деньги прямо сейчас!
Глава 4
В три часа дня Фу Цзинци снова заглянул в палату, чтобы осмотреть пациентку, прооперированную прошлым вечером. Это была шестилетняя девочка, чьи ножки обварило кипятком. Родные старики намазали ожоги зубной пастой, из-за чего кожа сморщилась, сосуды полопались, а под толстым одеялом у нее даже высыпали волдыри.
К счастью, мать вернулась домой после ночной смены, обнаружила это и сразу же привезла дочку в больницу.
— Доктор-братик, я ведь уже скоро смогу выписаться? — опустив голову, тихонько спросила девочка, когда Фу Цзинци подошел ближе.
— Нужно полежать еще пару дней, понаблюдаем. — Фу Цзинци взглянул на капельницу и потрепал ее мягкие тонкие волосы. — Не бойся. Смотри, сколько здесь братиков, сестричек, дядей и тетей. Вечером мама тоже побудет с тобой.
— Но…
— Дармоедка проклятая, еще и деньги на больницу тратит! Экая невидаль — ожог! Раньше у всех в деревне ожоги зубной пастой лечили, и ничего! По-твоему, деньги моего сына с неба падают, да?!
Резкий, пронзительный женский голос донесся из коридора.
Шумная до этого палата постепенно стихла. Девочка вжалась подбородком в грудь, закусила губу и обеими руками вцепилась в одеяло.
Это была обычная палата, где лежало еще несколько больных, так что некоторые невольно зашептались:
— Империя Цин давно пала, а до сих пор столько недобитых феодальных прихвостней осталось.
— И не говорите, — поддержала их женщина средних лет с травмой поясницы, лежащая на соседней койке. Повернувшись к девочке, она широко улыбнулась: — Ты не слушай их, малышка. У тебя же ожог, если запустить, шрамы останутся. На девичьих ножках шрамы — это некрасиво. К тому же твоя мама…
— Мяньмянь — моя дочка, вам ее не жалко, а мне жалко, — раздался следом мягкий женский голос. — И вообще, за эту больницу я плачу сама, к вашему сыночку это не имеет ни малейшего отношения. Если вы пришли не к Мяньмянь… катитесь отсюда!
— Я твоя свекровь! Ты как со мной разговариваете?!
— Уважаемая пожилая госпожа… — дверь палаты со скрипом распахнулась, и Фу Цзинци шагнул наружу, мягко и сдержанно улыбаясь пожилой женщине. — Внутри еще много пациентов, которым нужен отдых. Будет нехорошо, если вы им помешаете, верно?
— Да с чего бы я мешала… — повернувшись, она заглянула в приоткрытую дверь палаты за его спиной. Там стоял почти двухметровый бугай с засученными рукавами, демонстрировавшими татуировки по всей руке. Старуха вздрогнула, захлопнула рот, свирепо зыркнула на невестку Су Минь и, даже не входя внутрь, повернулась и ушла.
Су Минь тоже держалась из последних сил. Когда все ушли, страх отпустил ее, ноги едва не подкосились, и она с благодарностью взглянула на Фу Цзинци:
— Большое спасибо вам, доктор Фу.
— Пустяки, — покачал головой Фу Цзинци, закрывая дверь, чтобы заглушить доносившиеся снаружи звуки — это разъяренная жена тащила здоровяка за ухо обратно, — и понизил голос: — Мяньмянь все слышала. Помимо ее физического состояния, я бы посоветовал маме уделять больше внимания эмоциональному настрою девочки. Если настроение будет плохим, раны заживут не так быстро.
Су Минь от его слов растерялась настолько, что даже не знала, куда деть руки. Ей оставалось только судорожно сжать ручку матерчатой сумки и мягко ответить:
— Хорошо.
Она уже собиралась войти, как доктор добавил:
— Дети в таком возрасте очень чувствительны, это заметно.
Су Минь слегка замерла, натянула улыбку и толкнула дверь.
В палате царило прежнее оживление, пациентки переговаривались между собой. Женщина с соседней койки звонким голосом окликнула ее:
— Ого, яблоки принесла!
Су Минь положила сумку на прикроватную тумбочку, вытащила оттуда крупное яблоко и протянула соседки:
— Тетушка Ли, отведайте.
— Ой, да не нужно, у меня свои есть, лучше твоей малышке почисти одно. — Женщина подмигнула девочке: — Ешь больше фруктов, тогда на ножках никаких шрамов не останется, поняла?
Мяньмянь покраснела и кивнула. Посмотрев на маму, которая села рядом и принялась чистить яблоко, она с сияющими глазами восторженно и тихо шепнула:
— Мама, я все слышала только что, ты была такая крутая!
Она даже посмела прогнать бабушку, хотя раньше никогда так не говорила.
Су Минь на мгновение замерла с ножом в руке, вспомнив слова того молодого врача, и ее лицо омрачилось раскаянием:
— Мама была неправа. Я думала, что из-за работы не успеваю, и попросила ее помочь с воспитанием, во всем ей уступала, а в итоге ты из-за этого так сильно пострадала. С какой стати мне и дальше терпеть ее выходки? Я ей ничего не должна.
Мяньмянь прикусила губу, немного беспокоясь:
— Если папа узнает, он рассердится.
— Его недовольство — его проблемы, а я еще не остыла. — Су Минь дочистила яблоко, разрезала его, половину отдала соседке по койке, а оставшееся нарезала аккуратными кусочками и ссыпала в мисочку дочке. — Не будем обращать на него внимания. Слушайся доктора-братика, надо капельницу — ставь капельницу, надо мазать мазью — мажь.
Мяньмянь набила рот яблоками и с улыбкой кивнула.
-
Фу Цзинци обошел остальные палаты, проверяя своих пациентов. Закончив обход и вернувшись в кабинет, он только сел, как телефон дважды вибрирнул. Взяв его в руки, он увидел сообщения:
[Нин Си: Доктор Фу, возвращаю долг.]
[Нин Си: Перевод 2400.00 юаней]
[Фу Цзинци: Лишнее, всего выходит 2358.72. Картинка.jpg]
[Нин Си: Оставшееся считай оплатой за вчерашнюю поездку на машине.]
[Фу Цзинци: Что ж, тогда не смею отказываться. Кстати, через неделю не забудь прийти на снятие швов.]
[Нин Си: Получено.jpg]
Отправив стикер, Нин Си откусил большой кусок от яблока, подаренного соседкой.
Сладко!
То, за что не надо платить, всегда вкуснее.
Выйдя из чата с Фу Цзинци и глядя на прибавившиеся на счете три с лишним тысячи, он почувствовал, что настроение наконец-то значительно улучшилось.
Честно говоря, Сюй Вэйцин перевел деньги быстро и решительно — тридцать четыре тысячи пятьсот, раз! — и сумма упала на счет. Если бы не те слова перед уходом, его вполне можно было бы назвать человеком.
http://bllate.org/book/38667/4867345
Готово:
