Наверное, предыдущие выстрелы привлекли большинство ходячих мертвецов из городка ко входу в оружейный магазин, поэтому улица позади него казалась необычайно чистой. Если не считать пятен запекшейся крови и кусков уже сгнившего мяса, это место можно было назвать донельзя тихим. Иса припарковал машину на прежней дороге; судя по всему, теперь та округа кишела сотнями зомби.
В большом городе Иса видел скопления мертвецов куда масштабнее — тысячи и тысячи бездумно бродящих по некогда обжитым людьми улицам. Издалека они напоминали буро-серый селевой поток, и стоило какому-нибудь живому существу попасть в зону их чуткости, как оно оказывалось в окружении, после чего его ждала участь быть растерзанным заживо. Эта картина до боли напоминала стаю диких псов: поодиночке они не представляли серьезной угрозы, но, собравшись вместе, были способны загрызть крупную добычу.
Без сомнений, зомби обладали определенной степенью осмысленности — разумеется, в рамках, недоступных человеческому пониманию.
Роман шел впереди. Тяжелая сумка с оружием весом фунтов в тридцать, казалось, ничуть не умаляла его энтузиазма. Он с огромным любопытством разглядывал самые разные лавки и даже надолго замер перед стеклянной витриной кондитерской. Иса бросил на него сердитый взгляд: внутри всё было заставлено разноцветными безделушками, окрашенными искусственными красителями. Он даже не мог постичь смысл создания подобных вещдок, созданных лишь для отравления людей. К счастью, отравить потребителей им было уже не суждено — люди, превратившиеся в зомби, предпочитали исключительно свежее мясо.
— Как долго осваивали эту планету? — спросил Роман. Несмотря на то, что небо выглядело прозрачным, как стекло, он всё же улавливал в воздухе примеси отходов сгоревшего топлива.
У Исы возникло странное ощущение, будто он общается с инопланетянином. Сколько люди жили на Земле? Этот вопрос десятилетиями терзал научное сообщество. Мужчине, чей хлеб зависел от ствола пистолета, вовсе не обязательно было знать такие тонкости, но, руководствуясь желанием привить Роману хотя бы базовые знания, он хорошенько подумал:
— Если уж на то пошло, то наш регион заселен чуть больше двух веков.
— И ведь выжали из него все соки. Я давненько не встречал подобных планет. — И как только этот безалаберный господин впереди умудрился сделать такой вывод? Он продолжил в повествовательной манере: — До того как прежняя Федерация Земли приняла решение о покорении космоса, на первоначальной цитадели человечества оставались лишь жалкие крохи солнечной энергии. По словам космических пиратов, зрелище поистине грандиозное — имперские исследователи как-то возвращались на Землю и рассказывали, что тому месту уже ничем не помочь. Там уцелели лишь разъеденные остатки древних человеческих построек. Прямо как пустая яичная скорлупа, восстановить которую немыслимо.
— А эта надушенная публика, чиновники федерального правительства, так ничему и не научились. Первые несколько веков они с удвоенным усердием выкачивали ресурсы с новооткрытых планет, перерабатывали минералы, а потом... сам знаешь, их свергла партия реформаторов, — с важным видом произнес Роман, а затем смущенно поскреб затылок; его ослепительные золотистые волосы сейчас и впрямь напоминали стог сена. — Прости, я забыл, что тебе не по душе подобные разговоры, но это место вечно наводит меня на всякую чепуху.
Иса покачал головой. Он-то думал, что дело вовсе не в личных предпочтениях, а просто ему не хотелось, чтобы у собеседника прогрессировала мания преследования. К тому же, рассказчик из Романа получался неплохой, изъяснялся вполне складно. Если издать его байки в виде книги, глядишь, удалось бы побороться за премию Самого популярного у читательниц писателя года.
— Пожалуй, нам стоит поговорить о чем-нибудь другом, — поразмыслив, Иса выбрал тему, которая, по его мнению, должна была прийтись по вкусу молодежи. — Например, о девушках?
Стоило ему заговорить об этом, как он тут же пожалел. Тема звучала слишком не по-мужски, да и хвастаться ему было нечем: ветреным девицам не нравились угрюмые парни. Поначалу они еще тешили себя какими-то сладостными иллюзиями, но очень скоро понимали, что у Исы Криса отвратительная работа и чертовски обаятельный младший брат… О черт, он снова вспомнил ту девчонку, которая таскалась с Кэролом! С красивыми медово-каштановыми кудрями, горячей фигурой и отменным умением устраивать скандалы.
Что значит — испортил твоего брата? Иса, ему уже восемнадцать, он сам знает, что делает, нельзя же требовать, чтобы пылкий юнец вел старческий образ жизни вместе с тобой! — горланила та девица. Голос у нее был звонкий, возбужденный, ее слышала едва ли не половина квартала. — Ты просто одержимый братской ревностью маньяк, катись к черту со своим братом!
После этого она хлопнула дверью так сильно, что зазвенели ее красные туфли на десятидюймовой платформе. Следующий месяц выдался просто кошмарным: соседи смотрели на него не иначе как на амнистированного зэка под надзором, словно Иса мог выкинуть что-то непотребное с кем-нибудь из их домочадцев мужского пола. А Кэрол в глазах местных мамаш превратился в маленького забитого ангелочка — ему носили черничные пироги и торты десятками порций, тогда как самому Исе прилетело несколько писем с угрозами затаскать его по судам.
Иса готов был поклясться, что с тех пор, как взял этого сорванца на свое попечение, он только и думал о том, как бы тот поскорее совершеннолетний выметать вон. Но кто бы в это поверил? К черту все эти проклятые сплетни! Миссер, эта буйная девица, почти на полгода лишила его возможности нормально общаться с соседями. С тех пор Иса с головой ушел в работу и коллекционирование оружия, превратившись в законченного женоненавистника, избегающего любых контактов с представителями опасного противоположного пола.
— Ты имеешь в виду помолвку? — Роман задумчиво приподнял бровь. — Он попытался сбежать с любовником и запер меня на необитаемой планете, а все вокруг решили, что это я сбежал из-под венца.
Тон был настолько будничным, что напоминал скорее рассказ о пустяке вроде «мой утренний круассан куда-то улетел». Лишь спустя несколько секунд Иса осознал весь трагизм ситуации. Наконец-то нашелся кто-то несчастнее меня, подумал он, подбирая слова:
— Вам не бывать счастливыми вместе…
Он запнулся, чувствуя, что говорит что-то не то, и поправился:
— В смысле, он ведь тебя не любит, верно?
— Любовь никогда не была главным, — Его Высочество окинул Ису взглядом, словно тот находился в совершенно другом измерении — хотя они действительно принадлежали к разным мирам. Но таковы превратности судьбы: в тайне от всех она связала людей, разделенных бесчисленными космическими просторами и годами, пусть сами они ни о чем не догадывались. — Если бы он женился на мне, планетарные активы целой системы его семьи вошли бы в совместные проекты империи — а это минеральные разработки, трудовые ресурсы, транспорт, всё подряд! К сожалению, этот глупый романтик сбежал, и теперь мне, к моему величайшему несчастью, приходится продолжать картографирование планет и заниматься черной работой.
Память об этих событиях, судя по всему, была настолько тяжелой, что златокудрый юноша глубоко вздохнул. На самом деле его до смерти напугало то бесконечное расписание заданий. Оказавшись на этой планете, он просто выручил все средства связи, отрезая любые пути для поисковых отрядов, способных его выследить.
Ты ведь не переживаешь из-за несчастной любви, так с какого рожна тебе понадобился отпуск? — заявил тогда Альфонс II, отец Романа, стоявший во главе имперской власти и называвший себя пенсионером. После этого он устроился поудобнее, зарывшись в диван, обитый шерстью грозовых баранов. Черты лица Романа точь-в-точь повторяли отцовские, разве что седовласый второй император носил золотистые кудри до пояса и с каменным выражением лица больше походил на близнеца собственного сына.
Конечно, Роман ни за что на свете не признал бы сходства с этим старым хрычом. По его мнению, улыбка того источала беспредельное коварство, а глаза просто кипели хитростью:
— Роман, я вырастил тебя не для того, чтобы слушать пубертатное нытье. Подумай сам, Академия наук потратила миллиарды из бюджета, чтобы идеально внедрить в твое тело симбионт, ежегодные расходы на проверки и апгрейды тоже влетают в копеечку. Твой личный корабль, оружие, охрана — всё требует денег… Твои младшие сестры еще так малы, им нужно столько всего! Если ты и дальше будешь сидеть дома и проедать казенные харчи, мне придется освободить трон.
Роман не мог тягаться с этим старым политическим лисом, да и прекрасно понимал, что имперская казنا вряд ли обанкротится без его доли. И все же ему оставалось лишь играть роль послушного наследника, снося императорскую эксплуатацию и наставления подчиненных.
Ну а когда произошла небольшая авария и он застрял на безымянной планете, юноша воспринял это как приятное непредвиденное развлечение. Встреча с Исой, которому было совершенно наплевать на его статус имперского престолонаследника, пожалуй, стала лучшим уловом.
Поток слов Романа звучал абсурдно, но Иса давно привык к подобному бреду, а потому уловил общую суть: договорной брак по настоянию семьи, в который парень угодил безо всякой охоты — явление, выходящее за рамки его понимания. Потирая нывшее правое плечо, Иса решил перевести тему:
— Погоди, твой жених — мужчина?
— О да, — Роман огляделся по сторонам. Они прошли уже добрую половину улицы, и, судя по всему, были неподалеку от той самой аптеки. — Ларвин человек чрезвычайно умный — я имею в виду всё, кроме побега из-под венца. К тому же он редкостный красавец… Мы пришли.
Аптека находилась в самом центре городка. Из-за столь удачного расположения после катастрофы она подверглась самому безжалостному разгрому: прилавки были почти пусты, часть коробочек с лекарствами валялась на полу. Прежняя белизна кафельной плитки давно скрылась под толстым слоем пыли и бурыми разводами высохшей крови, оставляя отчетливые следы от ботинок.
— Ладно, на это уйдет какое-то время. Ты ранен, посторожи у входа, — присел на корточки Роман и принялся тщательно рыться среди остатков. Вообще-то раньше он не владел мертвым языком вроде английского, но, стоило ему впервые увидеть символы этой планеты, как база данных симбионта в паре с лингвистическим анализатором позволили ему моментально освоить местную речь. Разумеется, продираться сквозь дебри профессиональной фармацевтической терминологии ему все равно пришлось напролом.
Иса кивнул, достал легкий пистолет и занял позицию снаружи. Ему жутко хотелось заявить, что в этом нет ничего страшного — в былые дни он трое суток просиживал в тропических джунглях с тремя переломами лодыжки, а сейчас просто бурчал себе под нос от нечего делать, и подобная боль никогда не была для него серьезной проблемой. Однако возражать он не стал: изредка ощущать чью-то заботу оказалось не так уж плохо. С ней даже это бессмысленное и изнурительное выживание обретало хоть какой-то смысл.
Они стояли на перекрестке. По диагонали от них возвышался ангел с крестом в руках, крылья которого сводились в элегантную арку, словно защищая святыню. Вот только это вымышленное священное изваяние сплошь покрывали пулевые отверстия, у подножья постамента громовершились груды тел, а на соседнем тротуаре боком завалился полицейский патруль. Местная стража порядка тоже когда-то вела здесь бой, пытаясь отогнать монстров, которых не в силах был объяснить сам бог. Впрочем, они, как и подавляющее большинство людей, потерпели поражение.
В этом смысле винить их было не за что — в конце концов, даже федеральное правительство потерпело крах. Никому не суждено обрести спасение, а может, истребление человечества и было истинным замыслом создателя.
Оставь этот зарабатывающий насилием мужчина себе хоть немного свободного времени, он, пожалуй, впервые в жизни задумался бы о богословских вопросах. Но сегодня такой роскоши у него не было: из соседнего переулка донеслось глухое рычание и еще какие-то странные звуки — никогда прежде ему не доводилось слышать ничего похожего на этот жуткий вопль мертвеца.
— Эй, я нашел лекарство! Правда, назначение немного не то, но тоже сгодится, — возбужденно крикнул Роман. Обернувшись, он заметил, как Иса настороженно прижался к дверному косяку, явно обнаружив какую-то угрозу. Парень тут же подбел к выходу и осторожно выглянул наружу.
Роман прекрасно понимал, что если он сейчас ляпнет что-нибудь вроде «о, наконец-то заспавнили босса», Иса только взбесится. Точную причину он не знал, но успел заметить, как при слове «игра» у мужчины каменело лицо — может, тот поспорил с кем-то на спортивный интерес? — размышлял Роман. Впрочем, докапываться до истины ему не хотелось, а вот проявить солидарность и помолчать — проще простого. Судя по движениям напарника, тот явно намеревался обойти стороной тварь, выползавшую на перекресток.
— Готовь оружие, дай мне гранаты и зажигательные снаряды, — бросил Иса.
— Что ты задумал? — удивился Роман.
— На всякий случай, — тихо ответил мужчина. Его бархатный голос на таком близком расстоянии вызывал легкую дрожь, словно касаясь нервных окончаний.
По сравнению с мутировавшими зомби, с которыми им доводилось сталкиваться раньше, эта тварь шагнула далеко вперед в плане эволюции. Она была длиной с трех человек — по крайней мере, так казалось из-за того, что это уродливое создание, подобно насекомому, обзавелось тремя или четырьмя парами брюшных конечностей. Тварь передвигалась ползком, а ее тело время от времени неестественно выгибалось из-за несогласованности нескладных лап, до жути напоминая многоножку, увеличенную в тысячи раз. При этом голова ее сузилась и заострилась, потеряв всякое сходство с человеческой: никаких глаз или ноздрей, лишь глубокая и огромная пасть, из которой шевелились бесчисленные тонкие отростки в слизи, словно вынюхивая обстановку вокруг.
Зрелище оказалось до того кошмарным, что у любого нормального человека возникло бы ощущение пребывания в преисподней. Но Роман сосредоточился вовсе не на этой запредельной мерзости: он вперил взгляд в одну из лап монстра. Когда-то это была человеческая рука, но теперь от нее осталась лишь культя запястья. Ошибки быть не могло — это был тот самый мутант, которого он недавно прогнал. Всего за полчаса тот умудрился превратиться в нечто еще более жуткое.
— Это та самая ящерица, которую я отогнал ранее, — услышал Иса голос за спиной. Юноша стоял так близко, что его дыхание обжигало ушную раковину.
Как отсюда сбежать? — лихорадочно соображал Иса. Сзади имелась еще одна дверь, но никто не поручится, что там безопаснее. Если эта громадина ломанется за ними внутрь, им останется только умереть взаперти.
Правая рука по-прежнему не слушалась, застыв в неудобном положении, и любое резкое движение отзывалось новой волной боли. А порождение ночных кошмаров, слепленное из не пойми какого количества мертвецов, неумолимо приближалось. Иса ухватил за край одежды стоявшего рядом парня, призывая того не делать резких движений. Лучшим выходом было бы переждать, пока тварь проползет мимо, а затем прыгнуть в машину и убираться из этой проклятой дыры.
Однако события никогда не развиваются по сценарию, на который надеешься. На перекрестке сходились три дороги, и голова монстра повернулась аккурат в сторону аптеки. Мысленно отметив: «Я так и знал, что у боссов радиус агро просто конский, если бы его удалось обойти, это был бы не босс», Роман метнул стеклянную бутылку далеко на другой конец улицы.
План сработал: слепая тварь отреагировала на звук. Извиваясь гибким, словно резина, телом, она развернулась в сторону разбитого стекла.
Оба без лишних слов выскочили из аптеки. Но звуки шагов и учащенное дыхание привлекли монстра еще сильнее. Проползв половину пути, чудовище снова разинуло пасть, из которой высунулся щупальцеподобный отросток толщиной с руку взрослого человека, пропахавший борозду в бетонном покрытии. Ничем не отличаясь от радостной гончей, почуявшей мясную кость, тварь на бешеной скорости задействовала семь-восемь конечностей и бросилась на добычу.
Вообще-то поодиночке мутанты бегали резво — скорость порой достигала тридцати-сорока миль, — но поглощение пары-тройки сородичей сделало тело неповоротливым, ведь чужие руки и ноги слушались плохо. Тем не менее, даже при таком раскладе тварь не уступала в скорости человеку, а в чем-то и превосходила его, поскольку умела передвигаться по стенам зданий, словно по ровной поверхности.
Поэтому, оглянувшись назад, Иса увидел гигантскую сороконожку, ползущую прямо по стене дома. Постройки здесь возводились по стандартам начала прошлого века — ради экономии материалов они были объединены в дешевые рядовые блоки с общими боковыми стенами. По сравнению с улицей, где то тут, то там валялись заброшенные машины и обломки, выбранный монстром путь оказался куда прямее.
Дистанция, которую они с таким трудом увеличили в самом начале, стремительно сокращалась, до преследователя оставалось меньше ста метров.
— Дальше нельзя, — бросил Иса. Впереди располагалось скопление зомби, и слепое бегство дальше лишь загнало бы их в двойную ловушку.
— Угу, я знаю, — кивнул Роман. Он резко остановился, укрывшись за черным автомобилем марки Фольксваген.
— Выглядит прочно, пусть будет это место, — выронил он, после чего вскинул обе снайперские винтовки и открыл огонь по гигантскому насекомому на стене.
http://bllate.org/book/38652/4864629
Готово:
