Выбравшись из весёлого квартала, Сяо Сыцзы шёл, склонив голову и пытаясь всё осмыслить, а Сяо Лян протянул руку и легко ущипнул его за ухо:
— Цзинь-эр, перестань ломать голову, отдохни немного.
— М? — Сяо Сыцзы поднял на Сяо Ляна взгляд и спросил: — Сяо Лянцзы, как думаешь, то, что сказала Лю-эр, можно верить?
Сяо Лян немного подумал и ответил:
— В конце концов, это слова лишь одной стороны, а о самой Лю-эр мы знаем не так уж много, трудно сказать наверняка.
— Угу, — кивнул Сяо Сыцзы и предложил: — Может, сначала вернёмся в уездную управу, обсудим всё с уездным начальником, а потом уже решим?
— Сначала нам нужно зайти в одно место, — Сяо Лян с лёгкой досадой покачал головой и взял Сяо Сыцзы за руку.
— Куда это? — Сяо Сыцзы сразу воспрянул духом. — Сяо Лянцзы, ты обнаружил какую-то зацепку?
Сяо Лян молча указал пальцем на солнце над головой.
Сяо Сыцзы моргнул, задрал голову, посмотрел на солнце и озадаченно спросил:
— А что не так с солнцем? Это тоже зацепка?
Сяо Лян покачал головой и ущипнул Сяо Сыцзы за щёку:
— Какая тебе зацепка... Полдёнки давно прошли, пора обедать.
Сяо Сыцзы моргнул и только сейчас вспомнил, который уже час. Хотя сильного голода он не чувствовал и хотел сразу вернуться, но подумал, что Сяо Лян и Теневые стражи, наверное, проголодались, поэтому кивнул и послушно последовал за Сяо Ляном в один из ресторанов.
Когда принесли еду, Сяо Сыцзы по-прежнему было не до обеда — он всё думал о деталях дела. Сяо Лян не мог больше на это смотреть, взял палочками еду и насильно затолкнул ему в рот. Сяо Сыцзы, надув щёки, жевал и продолжал размышлять: он от природы был простоват, а зацепки в его голове окончательно перепутались в тугой узел, так что он никак не мог ничего сообразить.
Гунсунь, сидевший неподалёку, с сердечной болью отчаянно грыз паровой пампушка:
— Какая вообще польза от этого расследования? Зачем обязательно нужно было ввязываться? Разве плохо быть бездельником?
Чжао Пу немного подумал и сказал:
— С этой Виллой Ланьюй... должно быть, что-то не так.
— М? — Гунсунь посмотрел на него. — Ты знаешь что-то?
— Эта Вилла Ланьюй — секта, внезапно возвысившаяся в последние годы. Изначально они, похоже, были вовсе не людьми из цзянху, а дельцами, — спокойно произнёс Чжао Пу. — Популярность к вилле пришла главным образом из-за изделий из нефрита.
— Изделий из нефрита? — Гунсунь слегка удивился. — Разве боевые секты обычно не прославляются благодаря боевым искусствам? Почему же можно прославиться продажей нефрита?
— Эта Вилла Ланьюй чертовски странная, — Чжао Пу усмехнулся. — Ума не приложу, какими методами они обладают, но они собрали огромное количество драгоценного нефрита, а их мастерство резьбы по нему просто безупречно. Боевые секты часто тратят огромные деньги, заказывая у них ценные нефритовые статуэтки в качестве подарков на торжества и юбилеи. В нынешнем цзянху считается большой честью подарить или получить нефритовое изделие, изготовленное на Вилле Ланьюй.
— Ох... — Гунсунь кивнул. — Вот оно как.
— Кроме того, говорят, что они странные потому, что собранный ими нефрит обычным людям попросту недоступен, — продолжил Чжао Пу. — По словам тех, кто бывал в сокровищнице Виллы Ланьюй, среди экспонатов немало древних знаменитых реликвий. К тому же хозяева виллы ведут себя предельно скрытно — никто толком не знает, чем они занимались раньше.
Выслушав его, Гунсунь вздохнул:
— Похоже, это дело зашло слишком далеко. Неизвестно, удача это для Сяо Сыцзы или беда — едва начав, он сразу столкнулся с таким запутанным делом, и трудно сказать, какие у противника намерения.
— Смерть этого Ван Иба кажется лишь приманкой, — тихо произнёс Чжао Пу. — К тому же... этот уездный начальник явно что-то скрывает.
— С чего ты взял? — Гунсунь широко раскрыл глаза, глядя на Чжао Пу.
— Эх... я всё-таки ван, каких только чиновников не повидал. Он точно утаивает что-то, — ответил он и положил Гунсуню еды в тарелку. — Давай не будем лезть не в своё дело. Расследовать это дело или нет — пусть решает Сяо Сыцзы, лишь бы он был доволен.
— Я боюсь, что Сяо Сыцзы незаметно во всё это втянется, — сказал Гунсунь. — Происхождение Сяо Сыцзы уже раскрыто. Если у этого уездного начальника есть злой умысел...
— Ххе... — Чжао Пу тихо усмехнулся, протянул руку, приподнял Гунсуня за подбородок и проговорил вполголоса: — Не переживай, этот уездный начальник из тех, кто боится неприятностей, а не из тех, кто их создаёт. Что до остального мне всё равно, но если кто-то посмеет посягнуть на моего сына, я с ним церемониться не стану.
Гунсунь не выдержал, уголки его губ слегка дёрнулись. Продолжая есть, он пробормотал себе под нос:
— Какой он тебе сын? Он мой сын.
Чжао Пу с улыбкой подвинулся ближе, перехватил руку Гунсуня и тихо засмеялся:
— Разве твой сын — не мой сын? На днях он ведь уже называл меня папой.
Гунсунь слегка опешил:
— Когда это Сяо Сыцзы успел назвать тебя папой?
— Да когда он просил меня обучить его боевым искусствам... — Чжао Пу сболтнул лишнего, но забирать слова обратно было уже поздно, и он сразу увидел, как лицо Гунсуня почернело.
— Чжао Пу! Ты учил его боевым искусствам?! — взревел Гунсунь.
— Да так, научил кое-ким простеньким движениям для самообороны... К тому же потом он почти ничего не освоил, — поспешно принялся оправдываться Чжао Пу.
— Неудивительно, что эта мелочь заявляла, будто постигла любые боевые искусства! — Гунсунь в гневе вытаращил глаза. — Вот теперь прекрасно! Он наверняка возомнил себя непобедимым в Поднебесной. Что делать, если он и впрямь столкнётся с сильным мастером?!
— Ничего страшного, Сяо Лян и Теневые стражи рядом, — с кислым выражением лица Чжао Пу поспешно принялся подкладывать Гунсуню еду, отчаянно пытаясь сменить тему... про себя он горько вздыхал: сам накликал беду, теперь не спасёшься.
Сяо Лян и Сяо Сыцзы пообедали и неторопливой походкой вернулись к уездной управе. Едва подойдя к воротам, они увидели роскошную карету, стоявшую снаружи.
— Какая красивая карета, — Сяо Сыцзы поднял голову на Сяо Ляна. — Интересно, кто это приехал.
Сяо Лян слегка нахмурился и указал Сяо Сыцзы на небольшой флажок, привязанный к карете. Сяо Сыцзы проследил за направлением его пальца и слегка удивился: на ярко-синем флажке белело всего два иероглифа — Ланьюй.
— Это карета Виллы Ланьюй? — удивлённо спросил Сяо Сыцзы.
— Пойдём внутрь, посмотрим, — Сяо Лян взял Сяо Сыцзы за руку, и они вошли во двор управы.
Переступив порог, они увидели уездного начальника, который весь в поту метался по кабинету. Завидев их возвращение, он тут же замахал руками:
— Маленькие герои, как раз вовремя! Проходите, пожалуйста, проходите!
Сяо Сыцзы и Сяо Лян переглянулись и вошли в кабинет. Помимо уездного начальника и Шие, там находились ещё два гостя: один сидел, а другой стоял. Тот, что сидел, был облачён в наряд цвета индиго, поверх которого был наброшен белый шёлковый халат, а его черты лица были благородными и открытыми. Он попивал чай с совершенно безмятежным выражением на лице. Подняв голову и заметив вошедших, он слегка удивился, какое-то время пристально разглядывал Сяо Сыцзы, а затем мягко улыбнулся ему.
Сяо Сыцзы с самого детства был научен Гунсунем: если кто-то улыбается тебе без всякой причины, значит, у него недобрые замыслы, нужно сохранять бдительность! Сохраняй бесстрастное выражение лица — этот человек наверняка негодяй, и если он осмелится сделать хоть малейший шаг дальше, зови людей бить его!
Сяо Сыцзы, неукоснительно следовавший основному правилу о том, что отец всегда прав, естественно, насторожился, бесстрастно глянул на этого человека и не произнёс ни звука.
Выражение лица того мужчины застыло: улыбаться дальше было неловко, а перестать — тоже неудобно, и он попал в крайне неловкое положение. Стоявший позади него другой мужчина был одет в самый простой зелёный халат. На вид ему было около двадцати с небольшим, черты лица отличались чистотой и аккуратностью, но это была не та внешность, что сразу бросается в глаза — скорее самая заурядная, однако в этой заурядности неуловимо проступал какой-то особый склад характера. Он молча и бесстрастно стоял за спиной чаевничавшего господина, по всей видимости являясь его личным телохранителем.
— Ах, позвольте мне представить, — уездный начальник вежливо отрекомендовал гостя: — Это молодой хозяин Виллы Ланьюй, Е Ланьюй.
Затем он обратился к самому Е Ланьюю:
— А это Гунсунь Цзинь, помогающий нашей управе в расследовании.
— О... — Е Ланьюй легко улыбнулся, опустил чашку и, с ног до головы оглядев Сяо Сыцзы, поинтересовался: — Сяо Гунцзы столь молод, позвольте узнать, из какой он семьи, раз способен помогать уездному начальнику в расследовании преступлений?
Несколько Теневых стражей у входа скрипели зубами, про себя думая: какое тебе вообще дело до того, расследуем мы или нет, к чему столько пустых слов?!
Сяо Сыцзы моргнул. Тот спрашивал о его происхождении, но перед выходом из дома Гунсунь наказывал ему не разглашать своё происхождение легкомысленно, а если будут допытываться посторонние, особенно всякие негодяи, велеть им прямо отвечать, что не их ума дело!
И тогда Сяо Сыцзы с абсолютно бесстрастным лицом бросил Е Ланьюю:
— Не твоего ума дело.
Сяо Лян мысленно усмехнулся. Хоть этот Е Ланьюй и выглядел благообразно, глаза у него бегали, будто он замышлял что-то недоброе, и на порядочного человека он явно не походил. Сяо Сыцзы, несмотря на всю свою простоту, людей видел насквозь... а может, методы, которым его учил Гунсунь, и вправду были столь хороши.
Е Ланьюй изумленно замер, не зная, как реагировать. Зато уездный начальник рядом перепугался не на шутку — решив, что Сяо Сыцзы рассердился, он поспешил сгладить углы:
— Маленький герой, молодой господин Е пожаловал сюда сегодня по делу, требующему расследования.
Услышав это, Сяо Сыцзы переглянулся со стоявщим рядом Сяо Ляном. Только что они сами подозревали Виллу Ланьюй, как вдруг те явились сами да ещё и заявляют о каком-то деле.
— О, всё из-за письма, полученного сегодня утром, — видя, что уездный начальник явно побаивается столь юного Сяо Сыцзы, Е Ланьюй догадался, что у того, должно быть, высокое происхождение, и раз делиться подробностями не спешат, допытываться не стал. Он достал из пазухи письмо и передал его уездному начальнику.
Уездный начальник, впрочем, уже успел ознакомиться с этим посланием, поэтому сразу передал его Сяо Сыцзы. Сяо Сыцзы развернул бумагу и бросил взгляд на текст — на листке красовалась всего одна фраза: Через три дня явись в ваше поместье за Кровавым Нефритовым Кораллом, а в подписи значилось: Цзяннаньский Нефрит.
Сяо Сыцзы опешил, опустил письмо, сунул руку за пазуху и вытащил купленный по дороге Свод знаменитых воров. Раскрыв его на шестой строчке, он прочитал: Шестой среди десяти величайших воров, первый нефритовый вор Цзяннаня — Цзяннаньский Нефрит. Промышляет в районе Цзяннаня, специализируется на кражах всевозможных драгоценных нефритовых изделий. Появляется и исчезает как призрак, пол и внешность неизвестны. Известно лишь одно: перед каждым делом этот человек непременно за три дня присылает записку с указанием точного времени кражи нефрита. Обокраденные обычно усиливают охрану, но в назначенный час драгоценный нефрит всё равно исчезает бесследно. Награда за поимку Цзяннаньского Нефритового вора в уезде составляет пять тысяч лянов золота.
Сяо Сыцзы убрал императорский указ о розыске и посмотрел на Сяо Ляна. Сяо Лян слегка нахмурился, забрал письмо, некоторое время изучал его, а затем обратился к уездному начальнику:
— Есть уверенность, что это личный почерк Цзяннаньского Нефрита?
Уездный начальник растерянно покачал головой:
— Не уверен до конца, я и сам вижу его впервые.
Сяо Сыцзы перевёл взгляд на Е Ланьюя и спросил:
— Что за Кровавый Нефритовый Коралл?
— Кровавый Нефритовый Коралл — это сокровище, доставшееся мне недавно, я планировал преподнести его отцу на юбилей, — пояснил присутствующим Е Ланьюй. — Кровавый нефрит сам по себе чрезвычайно редок, и нефрит размером с чашу уже бесценен, а этот мой Коралл вырезан из единого куска отборного кровавого нефрита высотой более чэня, по форме в точности напоминающего коралл, отсюда и название.
— Больше чэня в высоту?! — изумился Сяо Сыцзы.
— Этот нефрит невероятно дорог, — продолжил Е Ланьюй. — Ради безопасности я хотел бы попросить уездного начальника выделить людей и сопроводить меня обратно на Виллу Ланьюй для охраны Кровавого Нефритового Коралла. К тому же этот первый нефритовый вор Цзяннаня ужасно дерзок, и на Вилловой Ланьюй тоже горят желанием помочь уездной управе схватить этого злодея.
Выслушав его, Сяо Сыцзы кивнул и повернулся к уездному начальнику.
— По-моему, предложение сотрудничать с Виллой Ланьюй в поимке этого мерзавца — отличная идея. Даже если не удастся его схватить, мы по крайней мере поможем вилле защитить драгоценный нефрит, — закончив говорить, уездный начальник посмотрел на Сяо Сыцзы: — Интересно, каково мнение маленького героя на этот счёт?
Сяо Сыцзы остался весьма доволен услышанным. Раз уж дело с гибелью Ван Иба было связано с Виллой Ланьюй, то почему бы и нет? Он кивнул и сказал:
— Ну хорошо, тогда, пожалуй, я поеду?
http://bllate.org/book/38635/4862097
Готово:
