Разве не так? Начало верное, путь правильный, а результат абсолютно неверен.
Эта мысль мгновенно покрыла его кожу мурашками. Он инстинктивно попытался двинуться, но неосторожно задел рану, и Чоу Ши тихо выдохнул.
— В чём дело? — обе стороны родителей поспешно подошли. Фэн Манли шла впереди всех и с порога задала вопрос.
Вэй Мэй не стала много говорить и молча села рядом с Чоу Ши, с нежностью взяв сына за руки и спрашивая, сильно ли он ушибся при падении.
Чэн Сэфу, которого долгое время не было видно, появился рядом с родителями. Он смотрел на Чоу Ши с едва заметной улыбкой в глазах, словно был очень доволен собственным произведением.
За всю долгую жизнь Чоу Ши до этого момента редко случались ситуации, когда он оказывался в центре всеобщего внимания, словно звезда среди созвездий. К счастью, в душе он всё прекрасно понимал: каждый из присутствующих сейчас просто играл свою роль.
Поэтому он молча отдёрнул руки назад, одарил Вэй Мэй и Фэн Манли примирительными улыбками и, опустив взгляд, мягко произнёс:
— Я не очень умею ездить верхом, наверное, испугал его...
— Титан обычно очень послушен, — Фэн Манли взяла его за руку, осмотрела и утешила: — Возможно, это из-за смены времён года, скоро весна.
— Сэфу, что с тобой такое? — после стольких происшествий было естественно поинтересоваться мнением устроителя. Чэн Юаньцзин перевёл взгляд на стоявшего в самом конце Чэн Сэфу.
Чоу Сяньюн, который всё это время хранил молчание, наконец выступил вперед, решив сыграть роль миротворца:
— Взрослые люди, а нужно же уметь отвечать за собственную безопасность. Как можно винить молодого господина Чэна?
— Это я плохо присмотрел, виноват, — в словах, слетевших с губ Чэн Сэфу, не было ни капли раскаяния, но этого хватило, чтобы все вокруг остались довольны.
Даже зная, что от выбора коня до верховой езды и обучения всё находилось под чьим-то умышленным контролем — Чэн Сэфу это прекрасно понимал, и Чоу Ши тоже во всём разобрался — никто из них не собирался произносить и лишнего полуслова.
В эту ночь родители из семьи Чэн горячо уговаривали семью Чоу остаться на ночлег в поместье, ссылаясь на то, что Чоу Ши ранен и ему не стоит снова утомлять себя долгой дорогой, и выделили им отдельный дом на краю замка.
Под предлогом того, что ему нужно обработать рану и сменить повязку, Чоу Ши рано избавил себя от лицемерных любезностей в ресторане и в одиночку поднялся наверх в гостевую комнату.
После наступления темноты поместье лишь залилось ярким светом всех ламп, превратившись в грандиозное световое шоу, для просмотра которого требовался билет.
Молодой человек перевёл взгляд обратно в комнату и с бесстрастным выражением лица посмотрел на свои сбитые в кровь суставы. За те годы скитаний ему приходилось терпеть ранения куда более тяжёлые, не говоря уже о том, что семь лет назад он уже побывал на пороге врат владыки ада, поэтому на такую мелкую царапину он даже не обращал внимания.
Но Чоу Ши всё равно выглядел озабоченным. Наблюдая за тем, как обе семьи становятся всё более дружными, он понимал, что в этом поведении кроется огромная доля фальши, однако помолвка была реальной, и его грядущий брак с Чэн Сэфу — тоже чистая правда.
А вступление в брак означало, что им предстоит провести вместе всю оставшуюся жизнь.
Если Чэн Сэфу докопается до правды, это лишь вопрос времени.
Телефон внезапно дважды вибрировал, и на экране всплыло уведомление о горячих трендах, связанных с Сан Ланем.
На экране шло интервью, и Чоу Ши, нахмурившись и преисполненный праздного любопытства, продолжил смотреть.
Собеседник только что завершил съёмки в молодёжном фильме на тему безответной любви и сидел перед камерой в костюме со съёмок финального дня, озазарённый улыбкой.
Ведущий спросил:
В этой картине учитель Сан сыграл человека, испытывающего безответную любовь. Ваша игра заставила многих зрителей и друзей едва ли не прослезиться и вспомнить то самое тайное чувство из своей юности. Скажите, был ли у вас в реальной жизни конкретный источник вдохновения для создания этого образа?
Честно говоря, в школьные годы обычно именно я был тем, в кого безответно влюблялись, — ответил Сан Лань. Его образ на экране был тщательно продуман, и когда он произносил эти слова, лицо, которое фанаты превозносили как божественно прекрасное, выражало уверенность, лишённую хвастовства. В этот момент по экрану поплыли ряды комментариев: старший курсник, ты мне нравишься.
Чоу Ши как раз отключил чат с комментариями, а Сан Лань продолжил:
Что касается более позднего времени...
Он замолчал на полуслове, словно намеренно подталкивая зрителей к догадкам.
Заметив в этих словах интригу, ведущий поспешил уточнить:
Неужели в работе у вас был какой-то глубокий и неизгладимый опыт безответной любви?
Не то чтобы прямо в работе, но существовал один человек, который подарил мне совершенно новое понимание любви, — выражение лица Сан Ланя внезапно застыло, и даже исходившее от него сияние самую малость потускнело. — Наверное, это желание быть им замеченным, но при этом ощущение собственной заурядности.
После этих слов не только съёмочная группа по ту сторону экрана, но даже Чоу Ши, выступавший в роли зрителя, почувствовал скепсис.
Если такого гремевшего по всей стране актёра, как Сан Лань, можно назвать заурядным, то что тогда говорить о простых людях из массовки — они, пожалуй, кажутся такими же крошечными и незаметными, как песчинки.
В дальнейшей части интервью, как бы ведущий ни пытался вернуть разговор в прежнее русло, Сан Лань не пожелал проронить ни единого слова, и видео вскоре подошло к концу.
Чоу Ши перешёл по связанным запросам, чтобы полистать микроблог Сан Ланя, и, стоило ему зайти на главную страницу, как он замер.
Закреплённой записью у Сан Ланя красовалась фотография, сделанная не так давно на банкете у Хэлуо. Без каких-либо подписей — всего лишь анимированная гифка с покачивающимся в лунном свете бокалом шампанского.
Подпись гласила: Три года, скучаю.
И хотя в комментариях толпы фанатов дружно отвечали ему: Мы тоже по тебе скучаем, Чоу Ши мгновенно вспомнил тот разговор на балконе.
Свет экрана телефона постепенно угасал, и на чёрной поверхности отразилось холодное, но лишённое резких черт лицо молодого человека. Именно эта обманчивая внешность заставляла всех, включая некогда и самого Чэн Сэфу, полагать, что он всего лишь невинная и безвредная игрушка.
Сан Лань любит Чэн Сэфу? Неужели настолько сильно?
Брови Чоу Ши разгладились, он медленно приподнял уголки губ, находя происходящее забавным.
Смотрите-ка, судьба никогда не загоняет человека в тупик.
В то же время на балконе гостевой спальни виллы.
Чэн Сэфу редко доводилось ночевать в этом доме, где жили его родители. С самых ранних лет он видел их урывками, и теперь, когда он уже вырос, кроме самого базового уважения, никаких иных чувств к ним, разумеется, не осталось.
В воспоминаниях об уходящем дне почему-то больше всего места занимал именно Чоу Ши.
Парень, который только что послушно изображал пай-мальчика перед родителями, казался совершенно другим человеком по сравнению с тем, кто в ту ночь развернул перед ним свои ладони.
Чем больше Чэн Сэфу думал об этом, тем сильнее раздражался. Рядом с ним возвышалась целая гора окурков, а багровый уголёк тлел в ночной тишине, окутывая воспоминания дымкой. Те брови, те губы, родинка на кончике носа, глубина ямочек на щеках, когда он улыбался, невольные движения от испуга... Всё постепенно сливалось воедино с тем самым силуэтом.
Раздался глухой щелчок, и только что зажжённая сигарета тут же была затушена. Балкон снова погрузился в мёртвую тишину. Прошло уже очень, очень много лет с того момента, и мужчина как никто другой знал, что этот человек давно пропал без вести и больше никогда не вернётся.
Так какая разница, насколько сильно они похожи? В конце концов, это всего лишь плохо сделанная фальшивка.
Между бровей Чэн Сэфу проступило свирепое выражение. Каждый раз, когда он сталкивался с ситуацией, где кто-то за кулисами дёргал за ниточки, ему хотелось перевернуть всё вверх дном.
Внезапно раздался резкий звук дверного звонка. Фэн Манли вошла с бокалом горячего глинтвейна и, не утруждая себя лишними любезностями, сразу перешла к делу:
— Что ты думаешь о Чоу Ши?
Чэн Сэфу вернулся к реальности, поднялся с места и холодно посмотрел на мать. Женщина была единственной дочерью в семье и, как и отец, вступила в брак по расчёту. Однако их супружеская жизнь сложилась на редкость гармонично, поэтому даже в своём возрасте она сохранила некое девичье наивное очарование.
Видя, что сын долго молчит, Фэн Манли прямо озвучила цель своего визита:
— Мы с твоим отцом подумали, что было бы неплохо приурочить официальное объявление о ваших отношениях к твоему грядущему дню рождения...
— Здоровье дедушки по-прежнему оставляет желать лучшего, и он сказал, что всё зависит от нашего решения.
День рождения... Чэн Сэфу опустил взгляд. Значит, снова приближается март.
Он усмехнулся:
— Этот старик привык вершить судьбы одним росчерком пера, с чего это вдруг ему захотелось понаблюдать за схваткой тигров с вершины горы?
Фэн Манли мгновенно уловила скрытый подтекст в словах сына, дважды кашлянула и миролюбиво пояснила:
— Сам понимаешь, пропасть между семьей Чоу и нашей всё же велика, и союз с ними ничего особенного не принесёт компании Жуйфу. Если уж на то пошло, тот энергетический проект в Америке выглядит неплохо, но раз ты собираешься надолго остаться на родине, возможно, часть дел придётся передать их людям, и тогда...
— Я не возражаю, — Чэн Сэфу заметил, что мать отставила бокал и заговорила в манере делового онлайн-совещания, поэтому поспешил обозначить свою позицию.
Перебив сына, Фэн Манли сменила тему:
— Ты ведь знаешь, дедушка очень дорожит чувствами. В те времена его связывали столь близкие отношения с отцом Чоу Сяньюна, и если обещанное не будет исполнено, боюсь, старик этого так не оставит.
Дружба, длившаяся на протяжении трёх поколений, обрывалась именно на нём. Чэн Сэфу глухо бросил:
— Мм.
— Так что скажешь о нём? Он тебе нравится? — Фэн Манли не отступала и даже подалась вперёд, явно намереваясь поговорить с сыном по душам.
— Мам, ты ведь не думаешь, что мы здесь устраиваем смотр женихов и невест? — видя, что женщина не собирается останавливаться, Чэн Сэфу почувствовал раздражение. Вспомнив всё, что произошло за день, он решил больше не притворяться и искренне спросил: — Обычный деловой брак. После свадьбы каждый живёт своей жизнью — точно так же, как вы с отцом, не так ли?
— Ты ведь не в самом деле воспринимаешь его как свою будущую жену?
Фэн Манли запомнила слова сына, хотя вскоре ей покажется, что память её подвела...
http://bllate.org/book/38634/4862004
Готово:
