Стая бездомных собак, чья шерсть свалялась так, будто они успели трижды оборнуть её вокруг земного шара, отчаянно лаяла. Они высовывали языки и смотрели за пределы клетки на человека, который шёл мимо в белом халате и одноразовых перчатках.
Цюэ Ань стоял в клетке, опасно прищурившись, и незаметно выпускал когти.
Кошки и собаки, заточённые в клетках, острые механизмы неизвестного назначения, висящие на стене, а также всевозможные шприцы и пробирки.
Без сомнений, это был какой-то биологический научно-исследовательский центр.
Подобные заведения специализировались на отлове диких кошек и собак для проведения экспериментов с препаратами и вскрытий. За последние годы исчезало всё больше бродячих животных, и источник их пропажи крылся именно здесь.
Проснувшись, он обнаружил, что заперт в клетке. Первое, что он увидел, открыв глаза, была совершенно незнакомая обстановка и толпа растерянных бродячих животных, пойманных точно так же, как и он.
Цюэ Ань поднял взгляд и окинул всё вокруг оценивающим взором.
Клетка запиралась на замок, а материалом, судя по всему, служил алюминиевый сплав. Будь у него прежняя сила, хватило бы пары укусов, чтобы перегрызть прутья, но сейчас, в теле хаски, это казалось задачей сложнее покорения небес.
Оставалось лишь дождаться, пока эти люди подойдут ближе, и сбежать, воспользовавшись моментом.
Женщина в халате и со шприцем в руке приблизилась к клетке Цюэ Аня и принялась перебирать связку ключей.
Цюэ Ань насторожил уши, инстинктивно подался вперёд и приготовился к прыжку.
Щелчок.
Ключ отпер соседнюю клетку, и лаборантка вытащила оттуда перепачканную дворнягу.
Цюэ Ань посмотрел на растерянную и беспомощную собаку, и у него на душе стало тяжело.
Гав!
Женщина уже собиралась вонзить иглу в собачью шкуру, как вдруг её испугал лай, раздававшийся совсем рядом.
Хаски в клетке смотрел на неё в упор, а в его глазах пылала ярость.
Рука со шприцем у лаборантки почему-то слегка задрожала.
Впервые в жизни ей стало не по себе от взгляда бродячей собаки.
Бах!
Дверь распахнулась, в комнату вошёл другой лаборант-мужчина и поторопил напарницу:
— Сяо Цзэн, поживее. Сделай этим прививки, а потом отнеси на анализ на чумку.
Тут его перервал телефонный звонок, и он полез в карман за аппаратом:
— Алё? Это центр помощи бродячим кошкам и собакам, с кем я говорю?
Цюэ Ань замер на полуслове.
Ц-центр помощи бродячим собакам?
Мужчина обменялся ещё пара фраз и повесил трубку. Затем он достал из принесённого с собой ящика корм и высыпал его в миску перед клеткой:
— Хорошие мои, проголодались, наверное? Поешьте скорее, бедняжки. Через пару дней за вами придут добрые люди и заберут домой, не толкайтесь!
Он повернулся к женщине:
— Как закончить проверку, отведи их искупаться и подстриги, шерсть слишком длинная.
Женщина, которую назвали Сяо Цзэн, кивнула, с опаской покосилась на Цюэ Аня и тихо произнесла:
— Братец Ли, а у этого хаски случаем не бешенство? Он только что так яростно на меня лаял, мне показалось, у него с психикой не всё в порядке. Его привели только вчера, на улице совсем промок под дождём, даже спрятаться не додумался, такой глупый.
Цюэ Ань, больной бешенством волк:……
Мужчина нахмурился, подошёл, забрал ключи и осторожно потянулся к дверце клетки.
Однако стоило замку щёлкнуть, как сидевший внутри хаски вылетел наружу с такой скоростью, что от него остался лишь слабый шлейф.
Пока оба опомнились и бросились в погоню, собаки и след простыл.
Они застыли с отвисшими челюстями, долго глядя в пустоту, пока Сяо Цзэн наконец не повернула одеревеневшую шею:
— Это… это вообще нормальная для собаки скорость бега?
Мужчина с таким же окаменевшим видом молча замахал руками.
Третий этаж здания Дицзин.
Дизайн водопадной экран-перегородки искусно разделял столики на отдельные уютные кабинки.
Сун Цин поблагодарила Мать Циня:
— Тётя, я сама положу.
Она держалась непринуждённо, но в уголках её губ затаилась улыбка, которую невозможно было скрыть.
Узнав, что сегодня они пойдут в ресторан, она радовалась уже несколько дней.
В старшей школе Цинь Юйчжи был главной гордостью их учебного заведения — тем самым неотразимым парнем с обложки. Помимо обязательных для любого красавчика достоинств вроде высокого роста, смазливой внешности и отличной успеваемости, его болезненный и немногословный нрав всегда казался невероятно притягательным в атмосфере юношеского учебного заведения.
Цинь Юйчжи чаще всего можно было застать за созерцанием пейзажей за окном. Большую часть времени он молча сидел за своей партой, хмурясь и покашливая.
Но при всей своей молчаливости он вовсе не выглядел угрюмым. Эта тишина была просто тишиной, лишённой даже намёка на мрачность из-за болезни.
Все то и дело видели, как он носит молоко, чтобы подкормить школьных дворовых кошек. А на уроках физкультуры он тихо сидел на краю спортивной площадки, наблюдая за обливающимися потом одноклассниками, и тоже поднимал глаза к небу, где свободно паяли птицы.
Столь мягкий и замкнутый характер побудил две трети девочек и мальчиков школы тайно вздыхать по нему. При столь удручающе огромной конкуренции у Сун Цин имелось преимущество: ей досталось положение соседки, до которой рукой подать. Их семьи с давних пор были связаны дружбой, да и в школе Цинь Юйчжи великодушно брал на себя обязанности старшего брата — помогал ей разбираться с домашними заданиями, а порой они вместе ходили в школу и возвращались обратно.
Наслаждаясь завистливыми взглядами одноклассниц, Сун Цин чувствовала, как её тайная симпатия к Цинь Юйчжи взмывает вверх по крутой траектории. И когда она уже набралась храбрости, чтобы признаться в чувствах, Цинь Юйчжи вдруг перевелся в другую школу.
Вообще-то его переезд не стал большим сюрпризом — в конце концов, он и сам появился здесь внезапно. Проучившись в этом классе и полугода, он так до конца и не влился в коллектив, да у него и времени на это не было.
Цинь Юйчжи привык скитаться с места на место, перебираясь из одного города в другой. Уходя, он на прощание трогательно одарил весь класс сувенирами — в своем обычном мягком и немногословном стиле.
Только вот Сун Цин так и не успела признаться, и её тайная влюбленность увяла, не успев распуститься.
Отправив в рот кусочек блюда, Цинь Юйчжи поднял глаза на Сун Цин и спросил:
— Ты учишься в Брюсе?
Сун Цин торопливо кивнула и произнесла с лёгким волнением:
— Да, наш кампус находится как раз там. — Она помедлила и с любопытством добавила: — Если память мне не изменяет, братец Юйчжи ведь тоже учился за границей в Швейцарии года два назад?
Цинь Юйчжи кивнул:
— Лечился там, заодно учился.
Сун Цин смутилась:
— Прости, пожалуйста.
Мать Циня заметила, как на лице сына промелькнула улыбка:
— Не извивайся, тут не за что просить прощения. Раньше я учился в университете Си, он как раз рядом с вашим учебным заведением.
Глаза Сун Цин засияли, и она восторженно удивилась:
— Боже мой, так выпускник старшего курса — из университета Си?
Она знала лишь о блестящих результатах и высоком интеллекте Цинь Юйчжи, но никак не ожидала, что он учился именно там.
Университет Си славился своими научными и образовательными достижениями не только в Швейцарии, но и во всём мире, занимая лидирующие позиции.
Цинь Юйчжи кивнул.
Стоило им найти общую тему, как беседа потекла рекой. Сун Цин радовалась так, будто открыла новый материк, и без умолку рассказывала о студенческой жизни в Швейцарии. Цинь Юйчжи говорил мало, лишь изредка кивая в знак согласия или вставляя пару слов, но атмосфера между ними царила самая приятная и непринуждённая.
Мать Циня и тетя Сун обменялись довольными взглядами.
Почувствовав подходящий момент, Мать Циня поднялась из-за стола и произнесла:
— Я тут вспомнила, что уже целую вечность не гуляла в Центральном парке поблизости.
Тетя Сун сразу уловила её мысль, кивнула и тоже встала:
— Верно, я ведь тоже давненько туда не выбиралась. Раз уж мы наелись, давайте-ка прогуляемся вдвоём, а вы посидите пока здесь.
Сун Цин ничего не ответила. Исполненная надежд, она уже собиралась кивнуть, как вдруг увидела, что Цинь Юйчжи вовремя отложил палочки для еды и поднялся:
— Мама, я ведь тоже очень давно там не был. Пойду вместе с вами и Сун Цин.
Мать Циня строго посмотрела на сына:
— Вы, молодежь, идите пообщайтесь нормально, куда вы за нами увязываетесь?
Это же идеальный момент для сближения, как можно его упускать!
Сун Цин посмотрела на Цинь Юйчжи, и её сердце, которое во время разговора то поднималось, то опускалось, теперь окончательно рухнуло на дно.
Цинь Юйчжи оставался всё таким же учтивым. Стороннему наблюдателю могло показаться, что они увлеченно болтают, но на самом деле за вежливой любезностью Цинь Юйчжи скрывалась отстранённость. Во время недавнего разговора он предложил ей обращаться к нему за помощью, если возникнут трудности с учебой, исследованиями или написанием диссертации, пообещав сделать всё возможное. Его манера речи и поведение в точности копировали поведение того старшего товарища из старшей школы, который помогал ей решать учебные задачи.
Но когда дело заходило о нём самом, он избегал любых откровений.
Сун Цин не была лишена проницательности. Если раньше все её выводы строились на догадках, то теперь поступки Цинь Юйчжи не оставляли сомнений: он к ней абсолютно равнодушен.
Сун Цин медленно поднялась и улыбнулась:
— Пойдёмте вместе, я как раз тоже закончила есть.
Раз оба высказались в таком духе, Мать Циня и мать Сун не стали возражать, и в конце концов вся компания дружно вышла из ресторана на площадь.
Поняв, что взаимностью здесь и не пахнет, Сун Цин решила отбросить всякое смущение.
Тайная влюбленность редко заканчивается хэппи-эндом, особенно если объект твоих чувств — недоступный цветок на неприступной скале.
В результате им стало куда проще общаться как обычным друзьям.
Из чистого любопытства она спросила:
— Тетя говорила мне, что в детстве ты тайком лазил по деревьям.
Цинь Юйчжи на мгновение замер. В его памяти всплыла картинка из леса: Мао Жунжун и он под яблоней.
Правда, Сун Цин говорила совсем о другом — судя по всему, она имела в виду тот случай, когда в шестилетнем возрасте он лечился в больнице в Германии.
Тогда его целыми днями держали в палате и категорически запрещали выходить на улицу. В больничном саду рос платан, толщина ствола которого казалась примерно такой же, как у той яблони, на которую они забирались с Мао Жунжун в ту ночь. Поддавшись сиюминутному порыву, пока родителей не было рядом, он кое-как взобрался наверх, но на середине пути оступился и рухнул вниз.
После этого Мать Циня долго его отчитывала, одновременно смазывая раны зелёнкой и не зная, то ли плакать, то ли смеяться:
— Подумать только, ты ведь сроду спортом не занимался! Зачем полез на такое дерево, неужели не понимал, что упадешь?
Он тогда открыл рот, собираясь возразить, что он-то на самом деле уже залезал на дерево, но вовремя передумал и промолчал.
Тогда его подтолкнул в спину Мао Жунжун, и благодаря этому он очутился наверху. А сейчас мама была права: он действительно не умел лазать по деревьям сам, и тот прошлый раз удался лишь потому, что ему помог Мао Жунжун.
Без Мао Жунжун он и впрямь не способен ни на что.
Цинь Юйчжи кивнул:
— Да, после того падения я больше никогда не лазал.
Сун Цин мысленно вздохнула, ощутив лёгкий привкус сожаления.
Если бы Цинь Юйчжи не болел, интересно, каким бы характером он обладал сейчас?
Мать Циня постоянно рассказывала ей, что в детстве он был невероятно разговорчивым и энергичным. Находясь в больнице, он то и дело придумывал всякие каверзы, сбегал из палаты и играл с медсёстрами в прятки, изрядно выматывая бедняжек.
Наверное, встреться он ей в старшей школе, перед ней предстал бы полный сил, сияющий юношеской дерзостью и солнечным беззаботным нравом парень.
Незаметно они дошли до центра площади. Огромная стая голубей усеяла газон и, ничуть не боясь людей, клевала крошки.
Усевшись на ступени, Сун Цин вдруг вскрикнула и взвилась в воздух, испуганно наблюдая, как у неё из-под ног пронеслась свирепая чёрная дворняга.
Мать Циня поспешно прикрыла девушку собой и участливо спросила:
— Не испугалась?
Сун Цин покачала головой:
— Ничего страшного, тётя, просто она выскочила так внезапно, я не была готова.
Мать Циня кивнула и перевела взгляд на хаски, который неподалёку играл в гляделки с голубями:
— Здесь, у края площади, находится приют для бродячих собак, поэтому их тут так много околачивается.
Не успела она договорить, как хаски повернул голову и встретился взглядом с Матерью Циня.
http://bllate.org/book/38600/4856649
Готово:
