Динь-дон. Динь-дон.
Чжан Жуй медленно, шаркающей походкой доплелся до двери и открыл её.
— Утро доброе. — Чжоу Янь, держа в руках пакет с завтраком, привычно наклонился и оставил легкий поцелуй на его щеке, поставил еду на обеденный стол, а затем направился на кухню.
Чжан Жуй замер на секунду, захлопнул дверь. Стерпев желание потереть щеку, он изобразил на лице смесь радости и застенчивости, после чего послушно устроился за столом, наблюдая, как Чжоу Янь возвращается из кухни с пакетом молока.
— Сегодня я купил твои любимые вонтоны с креветками в бульоне. Позавтракаем — и сразу в больницу. И даже не думай отказываться.
С чего это он так прицепился к этой больнице? Он же тогда ляпнул про сердце просто для отговорки, неужели обязательно помнить каждую мелочь?
У этого тела ну никак не мог быть порок сердца.
По изначальному сюжету первотело почти превратилось в злодейского второстепенного персонажа. Когда его сводный брат, притворявшийся невинным цветком лотоса, вернулся и все недоразумения разрешились, вся та искренняя нежность, которую питал к нему герой, была с презрением отвергнута главным героем Чжоу Янем. Даже когда первотело искренне верило, что у них настоящая любовь, и вовсю зависело от Чжоу Яня, дрожа от страха перед осуждением иброшенностью и потакая ему во всем, — стоило благородному брату Чжану Чжэну вернуться, как вся его выдуманная идиллия в один миг рассыпалась в прах. Тут-то он и понял, что всё это было лишь искусно расставленной ловушкой, чтобы заставить брата Чжана Чжэна вернуться.
И даже те сто тысяч долгов, которые он наделал, поддавшись на уговоры мошенников, — всё это было подстроено лишь для того, чтобы до Чжана Чжэна дошли слухи о бедственном положении братца, и тот помчался домой.
Когда выяснилось, что Чжан Чжэн так и не вернулся, потерявший терпение Чжоу Янь просто сделал первотело, чьей внешностью они так напоминало Чжана Чжэна, объектом своей мести.
Узнав правду, несчастное первотело сошло с ума и было заперто в психиатрической лечебнице. А нежного, заботливого брата Чжана Чжэна Чжоу Янь водил за нос, убеждая, что младший братец просто успокоился и уехал за границу залечивать сердечные раны в полном одиночестве.
Пережив такой удар, первотело тронулось рассудком, но сердце у него при этом ни разу не ёкнуло — лишнее доказательство того, что с его мотором всё было в абсолютном порядке.
Спросите, откуда первотело узнало правду? Разумеется, ему лично выложил всё тот же Чжоу Янь, которого до смерти утомило преследование прилипчивого парня и который злился, что обожающий брата Чжан Чжэн наотрез отказывался возобновлять отношения.
По правде говоря, главный герой Чжоу Янь обладал не только безупречной внешностью заботливого и преданного мужчины, но и душонкой куда мельче игольного ушка. К тем же, кто вставал у него на пути или просто не нравился, он был невероятно жесток.
— Опять витаешь в облаках за завтраком? Посмотри на себя, весь рот в масле. — Губы Чжоу Яня изогнулись в мягкой, балующей улыбке. Взяв салфетку, он заботливо вытер уголок его рта.
— Бесполезно тянуть время. Сегодня мы в любом случае поедем в больницу на полное обследование.
Решив, что задумчивость юноши — это лишь уловка, чтобы оттянуть поход к врачу, Чжоу Янь посмотрел на него взглядом человека, спассения от которого нет.
Чжан Жуй понятия не имел, какое выражение лица сделать в ответ на столь приторный взгляд, поэтому ему оставалось лишь докрасна сжечь щеки, прикинуться, будто его раскусили, и молча уткнуться в тарелку с лапшой.
Покончив с завтраком, перед выходом они прихватили с собой мусор.
Зная, что Чжоу Янь всё равно не отступится от своей идеи насчет больницы, а сегодня к тому же был выходной, Чжан Жуй был вынужден с кислым видом плестись за ним на полное медицинское обследование.
Результаты, как и ожидалось, оказались отменными: сердцебиение, хоть и чуть учащенное, полностью укладывалось в пределы нормы.
Выбравшись из больницы, они пообедали в городе. До темноты было еще далеко, а оставаться с Чжоу Янем наедине дома Чжан Жуй совершенно не хотел, поэтому с самым «предвкушающим» видом посмотрел на него и поднял блокнот: Я хочу посмотреть те новые фильмы.
— О? Хочешь посмотреть сразу все новинки? Какой ты жадный.
Хотя Чжоу Янь и пошутил так, голос его звучал мягко, а сам он даже ласково щелкнул Чжан Жуя по аккуратному носу.
Попялившись на Чжоу Яня какое-то время и убедившись, что тот не сердится, Чжан Жуй закусил губу и виновато улыбнулся.
Добравшись до ближайшего кинотеатра, Чжан Жуй выбрал две зарубежные научно-фантастические ленты в формате 3D.
И практика показала, что его стратегический расчет оказался верным. Во-первых, залы на оба фильма были забиты почти под завязку; хотя в кинотеатре царил полумрак, вряд ли Чжоу Янь решился бы лезть к нему с поцелуями на глазах у стольких людей.
Во-вторых, стоило тому лишь податься ближе, как Чжан Жуй тут же делал вид, будто на экране происходит что-то невероятно захватывающее, и, дергая спутника за рукав, восторженно тыкал пальцем в экран. Разве мог Чжоу Янь при таких обстоятельствах мешать человеку, так увлеченно смотрящему кино?
Высидев оба сеанса, они наконец дотянули до вечера, поужинали в ресторане и на машине вернулись к дому Чжан Жуя. Не дожидаясь, пока спутник заговорит, Чжан Жуй быстро чмокнул Чжоу Яня в щеку, вскинул заранее заготовленный блокнот: Сегодня было здорово, спокойной ночи.
Распахнув дверцу, он легкой пружинистой походкой скрылся в подъезде.
Чжоу Янь, который явно рассчитывал на долгий поцелуй, но не успел перехватить юношу, мог лишь с досадливой улыбкой проводить взглядом эту радостную фигурку.
На следующий день едва Чжоу Янь переступил порог, как Чжан Жуй тут же его поцеловал. Затем они позавтракали, Чжоу Янь отвез его на работу, а когда тот уже собирался выходить из машины, Чжан Жуй легонько потянул его за рукав, коснулся пальцем собственных губ. С покрасневшими щеками он наклонился, стремительно чмокнул Чжоу Яня в губы и стремглав умчался в магазин.
Позже они вместе купили продукты, вернулись домой, поужинали, и перед самым уходом Чжоу Яня, не давая тому открыть рот, Чжан Жуй снова бросился на него, припал к губам и выставил перед собой табличку с надписью: «Спокойной ночи». Не дожидаясь ответа, он захлопнул дверь.Стоило Чжоу Яню только собраться с духом и вступить в режим пылкой влюбленности, как Чжан Жуй перехватил инициативу и нагло перевел их отношения на этап пожилой супружеской пары: поцелуй с утром, поцелуй на ночь, поцелуй на прощание. Ни лица не покраснеют, ни сердце не забьется быстрее — всё легко, поверхностно, едва касаясь губ и тут же отстраняясь. Даже когда Чжоу Янь, опомнившись, пытался обнять его за талию и не отпускать, Чжан Жуй невозмутимо заслонялся мольбертом, изображая человека, который хоть и безумно хочет оставить его рядом, но прекрасно понимает, что работа превыше всего: как бы мне ни было тяжело с тобой расставаться, пожалуйста, поезжай домой.
Как бы Чжоу Янь ни уверял, что работы у него на самом деле не так уж много, Чжан Жуй отказывался верить ни единому слову.
— Мне так повезло завоевать твою любовь, неужели я имею право отнимать твое время? Не хочу, чтобы из-за меня тебе приходилось сидеть ночами напролет за работой.
— У меня заурядная внешность, к тому же я не умею говорить. Если я стану еще и отвлекать тебя от дел, то боюсь, однажды ты начнешь меня стыдиться. Так что умоляю, не лишай меня душевного спокойствия, ладно?
— Счастье обрушилось на меня так внезапно... Если ты и дальше будешь так хорошо ко мне относиться, я просто испугаюсь. Дай мне немного времени привыкнуть, хорошо?
Глядя на страх и неуверенность в глазах Чжан Жуя, Чжоу Янь чувствовал, как у него тает сердце. В конечном счете это доказывало лишь одно: тот слишком сильно его любит. Разве мог он после этого отказать любимому человеку в такой маленькой просьбе?
И вот, благополучно проведя Чжоу Яня подобными манипуляциями в течение пяти-шести дней, Чжан Жуй наконец-то увидел забрезчивший на горизонте свет победы: вернулся Чжан Чжэн!
В тот день, как обычно поужинав и помыв посуду, они сидели вместе и смотрели телевизор.
Раздался звонок в дверь.
Чжан Жуй инстинктивно вызвал универсальную карту и, заметив на виртуальном экране точку с подписью Чжан Чжэн у самого входа, чуть не выдал себя радостной улыбкой.
С трудом изобразив на лице удивление, он поднялся, подошел к двери и открыл ее.
— Ну что, удивлен? Я вернулся.
Парень, как две капли воды похожий на самого Чжан Жуя, с нежностью смотрел на младшего брата, с которым они так долго не виделись.
— Брат! — радостно бросился в объятия Чжан Чжэна Чжан Жуй, и в его глазах плескалась чистейшая радость.
Раздался системный звонок: благосклонность Чжан Чжэна увеличена на 2.
Поздравляем! Вы активировали скрытую ветку сюжета: «Брат дороже жизни». Вы получили всю полноту братской заботы Чжан Чжэна, а также титул «Красноречивый». Награда: пятьсот очков заданий, прогресс выполнения задания увеличен на 5%. Текущий прогресс прохождения ветки составляет 95%.
— Ты почему здесь?! — опешил Чжан Чжэн, заметив вышедшего на знакомый голос Чжоу Яня.
Выйдя из комнаты и заметив странный взгляд, которым его младший брат смотрел на гостя, Чжан Чжэн вспомнил все те письма, что Чжан Жуй присылал ему всё это время. В ту же секунду его сердце, с которым, казалось бы, уже всё было в порядке, пронзила острая боль. По щекам покатились слезы, и, резко шагнув вперед, он отвесил Чжоу Яню пощечину.
— Да ты вообще человек?!
Чжан Жуй в растерянности схватил брата за руку, разрываясь между желанием проверить, сильно ли ударили Чжоу Яня, и страхом отпустить брата — ведь тот мог снова броситься в драку. Ему оставалось лишь смотреть на Чжан Чжэна с полным недоумения и немого укора выражением лица, словно говоря: «Даже если ты против наших отношений распускать руки нельзя!».
Чжан Чжэн не вынес того, что родной младший брат смотрит на него с таким укором из-за подобного мерзавца. Тяжело дыша, он дрожащим пальцем указал на Чжоу Яня, и сквозь пелену слез в его глазах по-прежнему четко читалась ярость:
— Ты хоть знаешь, что мы с ним встречались? Он вообще говорил тебе об этом?!
— Заткнись! — Чжоу Янь притянул Чжан Жуя к себе, и его черные зрачки холодно уставились на Чжан Чжэна. Он никак не ожидал, что тот появится так не вовремя, из-за чего он с самого начала упустил инициативу. — Да, я любил тебя, но это уже в прошлом. Я больше никогда не буду с тобой. Не думай, что сможешь разрушить мои отношения с А-Жуем такими грязными приемами и заставить меня сойтись с тобой по новой.
— Ты... да ты... — от гнева Чжан Чжэн отступил на шаг назад.
— Ублюдок! Какого черта ты несешь?!
Плевшийся позади с багажом Цинь Ся бросил чемодан на пол и со всего маху врезал Чжоу Яню.
Чжоу Янь отшатнулся от удара, приложил руку к уголку рта и посмотрел на Цинь Ся ледяным взглядом:
— А разве я сказал неправду? Предательство, измена — я больше никогда не свяжусь с таким человеком.
— Да пошел ты к черту! Ты и мизинца А-Чжэна не стоишь!
Чжан Жуй с остекленевшим взором наблюдал за их дракой, в голове стояла абсолютная пустота. Лишь спустя мгновение он повернулся к Чжан Чжэну и, опустив голову, дрожащими пальцами вывел на экране: «Брат, что он имел в виду?».
— Прости меня за то, что я умолчал о наших с ним отношениях и позволил тебе стать жертвой его обмана, — с болью в сердце прижал к себе брата Чжан Чжэн. — Клянусь, я понятия не имел, что в своих письмах ты писал именно о нем. Знал бы я, бросил все дела и примчался сюда немедленно.
Ты же знаешь, что брат уезжал за границу лечить сердце, верно?
Почувствовав, как человек в его объятиях кивнул, Чжан Чжэн утер лицо рукой и тяжело вздохнул:
— Но он-то об этом не ведал. Он даже понятия не имел, что у меня больное сердце. К тому же шансы на успех той операции были невелики. Я боялся, что если операция провалится, он будет убит горем, поэтому разыграл целый спектакль с помощью Цинь Ся и бросил его. Только я никак не ожидал, что он окажется настолько... ничтожным, раз решил отомстить мне, причинив боль тебе.Тут Чжан Чжэн закончил говорить, а в стороне ожесточённо дравшийся Цинь Ся, повысив голос, выкрикнул то, что Чжан Чжэн скрывал из лучших побуждений:
— Какое у тебя вообще лицо, чтобы обвинять А-Чжэна в предательстве?! Ты даже не знал, что у А-Чжэна больное сердце! А-Чжэн в одиночестве делал операцию за границей, неужели ты думаешь, что ему было не страшно?! Где ты был в тот момент?! Перед тем как его повезли в операционную, он звал твоё имя! Ты хоть знаешь об этом?!
Чжан Жуй оцепенело смотрел на Чжан Чжэна, слушая всё, что говорил Цинь Ся, и слёзы непрерывным потоком катились по его щекам. Но, заметив тревожный взгляд брата, он тут же судорожно стер с лица слёзы рукавом, опустил голову и, изо всех сил стараясь унять дрожь в руках, вывел на блокноте слово за словом:
«На самом деле он мне тоже не особо нравится, его месть ведь всё равно провалилась. Месть — лишь доказательство того, что он всё еще любит тебя. Брат, будьте счастливы».
На лице проступило неестественно искривленное подобие улыбки, глаза покраснели, но из них не упало больше ни единой капли. Однако на поднятой вверх планшетке на кривоватых буквах чётко расплывались влажные пятна.
— Дурачок, — Чжан Чжэн невольно снова смахнул слёзы. — Братик…
Не дожидаясь, пока Чжан Чжэн договорит, Чжан Жуй резко развернулся. Чжан Чжэн протянул руку, пытаясь его схватить, но пальцы сомкнулись лишь на планшетке для записей. Кто бы мог подумать, что Чжан Жуй выпустит её из рук и, не оглядываясь, бросится вниз по лестнице!
— А-Руй! — Чжоу Янь, на секунду замерший от открывшейся правды, увидев, что Чжан Жуй убегает, тут же сорвался с места в погоню.
— Цинь Ся! Задержи его! — Чжан Чжэн обычно редко выходил из себя. Даже после этого возвращения, когда Чжоу Янь продолжал его не понимать и жаждал мести, он ни капли не сердился. Но сейчас, стоило ему увидеть следы слёз на планшетке, его сердце сжалось от невыносимой боли, словно от нехватки воздуха, и взгляд Чжан Чжэна впервые стал ледяным.
Услышав окрик, Цинь Ся мгновенно преградил дорогу Чжоу Яню. И пусть разъяренный и потерявший рассудок от спешки Чжоу Янь наградил его ударом кулака, Цинь Ся тут же мёртвой хваткой вцепился сопернику в пояс, не давая двинуться за убегающим.
— Немедленно отпусти! — голос Чжоу Яня упал до леденящей точки.
— Больше я не дам тебе шанса увидеться с Малышом Руем.
Поняв, что догнать беглеца уже не удастся, Чжоу Янь заметно успокоился, и на лице проступило хладнокровие:
— Я признаю: в самом начале мной действительно двигало желание отомстить. Но потом, по мере общения, я по-настоящему привязался к нему… Нет, пожалуй, я люблю его.
*«Динь, уровень благосклонности Чжоу Яня +5».*
*[Динь, поздравляем с завершением сюжетного задания: «Завоевать любовь главного героя Чжоу Яня в течение одного года». Награда: одна тысяча очков задания. Идет подсчет данных…]*
Глядя на серьёзное выражение лица Чжоу Яня, Чжан Чжэн горько и насмешливо усмехнулся:
— Пойдём со мной, я кое-что тебе покажу.
Пока Чжан Чжэн открывал ноутбук, заходил в почту и демонстрировал Чжоу Яню письма, которые всё это время отправлял ему Чжан Жуй, сам Чжан Жуй, сверяясь с универсальной картой, уже добрался до места, где находился Линь Тянь.
*[Подсчет данных завершен. Динь, подопечный под номером j44 успешно выполнил основное задание. Желаете немедленно вернуться в главное пространство?]*
*«Нет».* Мысленно ответив отрицательно, Чжан Жуй посмотрел на приближающийся перекрёсток, где Линь Тянь стоял с пакетом из круглосуточного магазина в руке, а рядом крутилась пухлая собачонка. Чжан Жуй изо всех сил ущипнул себя за бедро, опустил голову и целенаправленно врезался прямо в Линь Тяня.
— Ты что, ослеп?! Собака глаза сгрызла?!
Услышав знакомый голос, Чжан Жуй слегка оцепенел и уже хотел было тихонько скрыться, но его крепко схватили за руку:
— Я всё думал, чья это фигура кажется такой знакомой. Что такое? Сбил человека и хочешь сбежать, даже не извинившись?
Ах, оговорился, вернее, хочешь сбежать, даже не нацарапав три слова «прости»? Забыл взять свою дощечку для записей? — бормоча себе под нос, Линь Тянь заметил, что тот по-прежнему упорно смотрит в пол и пытается выдернуть руку. Испытав недоумение, он ухватил парня за щеку, но в тот же миг пальцы замерли: влажность чужой кожи резанула по пальцам. Брови Линь Тяня сошлись на переносице, и он властно приподнял его подбородок.
Лицо юноши было сплошь усыпано дорожками слёз, которые, подобно оборванным жемчужинам, непрерывно катились вниз. Чёрные зрачки подернулись влажной дымкой, и в свете уличного фонаря весь его облик казался донельзя потерянным и надломленным, вызывая щемящую жалость.
— Черт, да что происходит?! Кто, твою мать, тебя обидел? — растерянно глядя на Чжан Жуя, который до крови закусил губу, лишь бы не издать ни звука, Линь Тянь почувствовал себя полным глупцом: он прекрасно знал, что совершенно не умеет утешать людей. Поскребшись в затылке, он неуклюже притянул парня к себе и неловко застучал ладонью по спине: — Ладно тебе! Хватит реветь! Такое красивое лицо сейчас испортишь слезами!
Не успел Линь Тянь договорить, как тот, кого он прижимал к груди, поднял на него глаза, а затем намертво вцепился руками в его пояс, заходясь в тихих, мелко сотрясавших тело рыданиях.
— Да прекрати же ты реветь, мать твою! Скажи мне, какой ублюдок тебя довёл?! Я живого места от него не оставлю!
Чжан Жуй покачал головой, постепенно беря эмоции под контроль. Поскольку дощечки при нём не было, ему пришлось перехватить большую руку Линь Тяня и указательным пальцем неторопливо выводить на ладони знакомые иероглифы: «Спасибо тебе».
Палец плавно скользил по коже, мокрые от слёз ресницы подрагивали, а сосредоточенное выражение лица было таким трогательным, словно крошечное пёрышко легонько царапнуло по самому сердцу, вызывая странный зуд и в руке, и в груди.
*«Динь, уровень благосклонности Линь Тяня +5».*
Стоило письменам закончиться, как Линь Тянь тут же отдернул руку и сделал шаг в сторону. Словно что-то вспомнив, он подхватил с земли пухлого пса, который как раз увлеченно гонялся за собственным хвостом, и сунул его прямо в руки Чжан Жую — на тот случай, если тот решит уйти, пока он отлучится, и вернётся к своим слезам:
— Посторожи его, я кое-что куплю.
Поглаживая пухлика, Чжан Жуй провожал взглядом удаляющуюся фигуру. Он и не думал, что этот парень окажется таким чутким — неужели тот испугался, что он останется один и начнет накручивать себя? Не прошло и пяти минут, как Линь Тянь вернулся быстрым шагом.
— Ну, а теперь давай выкладывай во всех подробностях, что у тебя стряслось? — Линь Тянь забрал собаку из рук Чжан Жуя, опустил её обратно на тротуар и всучил парню купленные блокнот с ручкой.
Чжан Жуй покачал головой и поднял блокнот с уже готовым ответом:
«Я просто переживаю несчастную любовь».
Увидев слова «несчастная любовь», Линь Тянь на долю секунды ощутил неприятный укол внутри, но тут же поспешил отмахнуться от этого чувства:
— Ты издеваешься надо мной?! Из-за несчастной любви убиваются так, будто у тебя вся семья погибла?
Погоди-ка, я что-то припоминаю... Кажется, я ни разу не видел, чтобы к тебе на работу приходила хоть одна девушка. Неужели этот твой объект несчастной любви — тот самый парень по фамилии Чжоу, который вечно забирал тебя с работы?
«Его зовут Чжоу Янь, а не тот самый парень».
— Да плевать мне, как его зовут! Главное, он и есть причина твоих страданий?
Чжан Жуй кивнул.
— Тц, я ведь сразу понял, что он та еще сволочь. Что такое? Изменил, и ты узнал? Или понял, что он просто играл с тобой?
Чжан Жуй покачал головой, и его взгляд потускнел:
«Он любит моего брата-близнеца».
— Что, твой брат умер? И поэтому он использовал тебя как замену?
Бросив на Линь Тяня укоризненный взгляд, Чжан Жуй написал:
«Брат просто уезжал за границу на лечение! И сейчас он полностью здоров!»
— И что дальше? Будешь выдавать по слову на каждый мой вопрос? Выкладывай всё до конца, пиши чётко и понятно! — заметив, что парень немного воспрянул духом, Линь Тянь решил не зацикливаться на его сердитом взгляде.
Чжан Жуй изложил на бумаге основные детали произошедшего и протянул блокнот Линь Тяню.
— Выходит, он добивался тебя лишь ради мести твоему брату? — Линь Тянь нахмурился. Надо же быть настолько мелочным и мерзким ублюдком, чтобы вплести в свои месть совершенно неповинного младшего брата.
Чжан Жуй достал из кармана брюк чек на шестьсот тысяч, полученный от системы, и молча протянул его Линь Тяню.
— Это что ещё такое? — Линь Тянь опешил, глядя на бумагу, но стоило ему вглядеться в цифры, как лицо исказилось от гнева: — Откуда у тебя такие деньги?!
«Выиграл в лотерею. Можешь проверить, если не веришь. Помоги мне выплачивать Чжоу Яню по сто тысяч ежемесячно, хорошо?»
— Черт! С хрена ли ты вообще должен ему что-то возвращать?! Тот миллион, что он за тебя отдал, можно было смело записать в графу компенсации морального вреда! — немного успокоившись, Линь Тянь сообразил, что тут что-то не так: — Стой, а почему ты не отдашь сам? Ты что, собрался покончить с собой?!
Чжан Жуй покачал головой, склонил голову над блокнотом и, подняв его, продемонстрировал новые строчки:
«Я хочу уйти отсюда. Пожалуйста, передай Чжоу Яню, что оставшиеся сорок тысяч я соберу и верну ему единовременно, как только у меня появятся деньги. И еще… можешь передать ему это письмо?»
Письмом это назвать было сложно — скорее, просто аккуратно сложенный листок бумаги.
Хотя Линь Тяню это претило всей душой, он всё же взял записку, которую Чжан Жуй извлек из кармана, и небрежно сунул её в пакет из магазина. Затем он перехватил руку Чжан Жуя и спросил:
— Ты уходишь? Куда? И надолго ли?
Лишившись возможности писать, Чжан Жуй попытался высвободить запястье, но, к счастью, Линь Тянь не стал держать его слишком крепко. Нацарапав ответ, парень снова поднял блокнот:
«Я не знаю. У меня нет конкретной цели. Куда ноги принесут, там и останусь».
— Собираешься отдать ему все деньги, а сама дорога... Ты что, планируешь подрабатывать на проезд и скитаться по стране?
Чжан Жуй кивнул:
«Я немного скопил раньше, этого хватит на первое время по прибытии на место, пока не найду новую работу».
— Тц, раз говоришь, хватит — значит, хватит. Но если деньги закончатся, в любой момент можешь позвонить мне. Даже если тебя занесет на Северный полюс, я тут же примчусь и заберу тебя, — Линь Тянь трепетно взъерошил его волосы. — К тому же, я подозреваю, что ты сейчас и дня не хочешь оставаться должником этого Чжоу. Так что оставшиеся сорок тысяч за тебя внесу я, а вернешь, когда накопятся.
*«Динь, уровень благосклонности Линь Тяня +10».*
*[Динь, поздравляем с завершением побочного задания: «Завоевать симпатию второстепенного персонажа Линь Тяня в течение одного года». Награда: триста очков задания.]*
Чжан Жуй на секунду замер, уголки его губ тронула едва заметная улыбка:
«Спасибо тебе, я пошёл».
Эта улыбка сильно отличалась от того единственного раза, когда Линь Тянь видел его веселым. Сейчас на лице парня играла легкая, но неотступная, горькая тень.
Наверное, ту залитую летним солнцем, застенчивую и счастливую улыбку раскрасневшегося от жары парня он больше никогда не увидит.
Стоило только вспомнить об этом, как Линь Тянь возненавидел Чжоу Яня, лишившего Чжан Жуя этой улыбки, с такой силой, что был готов надеть на того мешок и утопить в открытом море.
Глядя, как одинокая фигура шаг за шагом удаляется, и единственным спутником парня остаётся его собственная тень, Линь Тянь ощутил во рту горечь, будто проглотил целый пучок свежей горечавки.
Впервые кто-то заставил его познать подобный вкус. Похоже, к этому немому пареньку он и впрямь...
Хэх, только вот... успеет ли он? Быть может, когда тот вернется, немного развеявшись, и если его собственные чувства не остынут, он сможет непринужденно бросить Чжан Жую: «Эй, кажется, я в тебя влюбился?» А может, он никогда так и не решится произнести это вслух.
Слишком опасно было подпускать кого-то близко к своей жизни. Узнай враги, что безмолвный парень — его слабость, последствия окажутся непредсказуемыми. Как он мог ради собственного эгоистичного чувства подвергать его такой угрозе?
Когда Линь Тянь всё же сорвался с места, намереваясь догнать его и проводить, на перекрёстке уже не было и следа юноши.
http://bllate.org/book/38503/4839914
Готово:
