Вэнь Шу Юй поднялась со своего места. Сидевший рядом мужчина, будто ничего не заметив, по-прежнему опускал глаза и сосредоточенно разглядывал то, что держал в руках, даже не поднимая головы.
Когда она вернулась из туалета, он лишь на миг прикрыл веки и слегка надавил пальцами на виски — словно делал короткую паузу.
Чтобы вернуться на своё кресло, ей пришлось пройти прямо перед ним, но, к счастью, пространство в салоне первого класса было достаточно просторным, и это не вызвало никаких неудобств.
Она уже почти добралась до своего места, когда самолёт внезапно начало трясти.
Толчки оказались продолжительными и ощутимыми. Бортпроводница вежливо, но настойчиво попросила её как можно скорее занять место и пристегнуться.
Вэнь Шу Юй осторожно продвигалась вперёд, держась за всё, до чего могла дотянуться. В тот самый момент, когда она поравнялась с Лян Янь Синем, тряска усилилась.
Самолёт резко провалился вниз. От внезапной потери веса и неожиданного толчка Вэнь Шу Юй потеряла равновесие: ноги подкосились, и она не удержалась на ногах.
Она упала прямо в крепкие объятия.
Мужчина подхватил её за бок ладонью, и в следующее мгновение его пальцы чуть сжались.
Вэнь Шу Юй инстинктивно согнула руки и упёрлась ладонями ему в грудь. Пряди волос, соскользнувшие на щёку, едва заметно колыхались от дыхания.
Лишь придя в себя после испуга, она осознала своё положение и их позу: она сидела у него на коленях, буквально прижавшись к нему всем телом; их носы почти соприкасались, а взгляды и дыхание смешались на расстоянии вытянутой руки.
Его глаза были тёмными, зрачки чуть дрогнули, и он пристально уставился на неё.
Тепло его ладони сквозь ткань одежды проникало прямо в ту часть кожи, которая особенно остро реагировала на прикосновения.
В носу стоял его лёгкий холодный аромат — такой, будто вспомнишь деревья на вершине горы, покрытые инеем. Но дыхание, ладони и грудь были тёплыми.
И ещё — в его глазах медленно вспыхивали эмоции.
Этот оттенок светло-коричневого вдруг стал похож на смолу, готовую застыть в янтаре, а она — на испуганное насекомое, которое вот-вот окажется погребено в этой липкой ловушке.
Голова Вэнь Шу Юй опустела. Она растерянно смотрела на него, пока его взгляд не опустился на её губы и выражение глаз не изменилось — теперь в них без тени сомнения читалось намерение, почти не скрываемое.
Сердце её вдруг забилось быстрее, и этот ритм плотно сжал её мысли, лишив способности думать и реагировать.
Он чуть опустил веки и незаметно приблизился ещё на немного.
И без того ничтожное расстояние между ними продолжало сокращаться, пока между ними не осталось лишь место для их переплетающихся дыханий, которые щекотали мельчайшие волоски на её коже, вызывая дрожащее, мучительное ощущение зуда.
Вэнь Шу Юй невольно сжала пальцы.
— Господин Лян, госпожа Вэнь… — осторожно напомнила бортпроводница.
Этот голос мгновенно развеял всю возникшую нежность. Вэнь Шу Юй резко очнулась, быстро отняла руки и отступила назад, ухватившись за подлокотник, чтобы поскорее вернуться на своё место.
Лян Янь Синь, однако, не спешил сразу отпускать её. Его пальцы ещё немного задержались на её боку, медленно скользнув по ткани, будто пытаясь удержать её…
Щёки Вэнь Шу Юй залились румянцем, даже кончики ушей покраснели.
— Госпожа Вэнь, пожалуйста, пристегните ремень безопасности, чтобы избежать травм во время турбулентности, — мягко сказала бортпроводница.
— А… хорошо, — ответила Вэнь Шу Юй, стараясь сохранить спокойствие, и кивнула.
Она опустила голову и занялась ремнём.
Её настроение сейчас было таким же нестабильным, как и самолёт в потоках воздуха.
При мысли о том, что она только что сидела у него на коленях и чуть не… и даже не отстранилась сразу, ей стало так неловко, что хотелось провалиться сквозь землю.
Как она могла не оттолкнуть его решительно и сразу! Что он теперь о ней подумает!
И почему, собственно, она ведёт себя так, будто виновата? Ведь это же он…
Ведь это просто турбулентность — она случайно упала ему в объятия. Что в этом такого? Даже если что-то и случилось случайно, разве это что-то значит?
Но стоило ей вспомнить его жесты и взгляд — дыхание перехватило, и она поспешно закрыла глаза, чтобы прогнать этот образ и ощущение жара на лице.
Вскоре тряска прекратилась.
Сердце Вэнь Шу Юй всё ещё билось учащённо, а щёки не остывали. Она опустила голову, снова надела маску для сна и повернулась к иллюминатору, устраиваясь поудобнее.
Бесстыдник! — мысленно возмутилась она.
Она так его не любит, а он всё равно…
Бортпроводница, стоявшая рядом, спрятала своё смущение и тревогу глубоко внутри, мысленно повторяя: «Я ничего не видела», — и тихо отошла в сторону. Ассистент в заднем ряду ещё глубже опустил голову, уставившись в пол.
Лян Янь Синь смотрел на женщину рядом, которая явно не желала с ним разговаривать и, словно страус, спрятала голову. Он поднял руку и слегка ослабил галстук.
Напряжение в горле немного утихло, но перед глазами снова и снова всплывали все ощущения того момента.
Зрение, обоняние, осязание.
Лёгкий аромат розы всё ещё витал вокруг, незаметно проникая в сознание.
Когда она упала ему на грудь, и её волосы коснулись его щеки, ему показалось, будто в его объятия спряталось облако, пропитанное розовым соком.
Он закрыл глаза.
…
До самого приземления Вэнь Шу Юй ни разу не взглянула на Лян Янь Синя и не сказала ему ни слова.
Она никогда ещё не чувствовала, что двухчасовой перелёт может быть таким долгим.
Когда самолёт коснулся земли, она сделала вид, будто только что проснулась от толчка при посадке. Пока лайнер ещё катился по взлётной полосе, она молча сняла маску для сна, убрала её в сумочку, достала зеркальце и поправила причёску.
Лян Янь Синь чуть приподнял веки.
В маленьком изящном зеркальце отражались её аккуратный носик и губы. На фарфорово-белой коже лёгкий румянец очерчивал изящные линии.
Его пальцы непроизвольно дрогнули.
…
У выхода из терминала Вэнь Шу Юй увидела ожидающего её Вэнь Ланъи и почувствовала облегчение, будто увидела спасителя.
Она оживилась и, сдерживая желание побежать, быстро подошла к нему:
— Брат!
— Если бы отец не торопил тебя, через сколько бы ты сама вернулась? — с улыбкой спросил Вэнь Ланъи, забирая у неё вещи.
— Я и не собиралась надолго задерживаться, — Вэнь Шу Юй не могла не обидеться, — всё из-за этой Мэн Бу Юй, которая устроила весь этот переполох и сорвала мои планы на путешествие.
— Ладно, не злись. Юристы «Вэньши» заставят её понести ответственность, — успокоил он и, подняв глаза, улыбнулся подошедшему мужчине: — На этот раз спасибо тебе, Янь Синь.
Лян Янь Синь спокойно ответил:
— Не стоит благодарности.
Вэнь Шу Юй чуть дрогнула взглядом и вдруг отвернулась, доставая из сумки телефон, чтобы позвонить Сун Цзя Нин.
Та не ответила сразу, но Вэнь Шу Юй воспользовалась этим, чтобы отойти в сторону, будто ей нужно было уйти подальше от толпы, чтобы спокойно поговорить.
— Тогда мы пойдём. Встретимся в другой раз, — сказал Вэнь Ланъи.
Она мысленно вздохнула с облегчением — ей совсем не хотелось поддерживать вежливую беседу и прощаться с ним при брате. Воспоминание о том, что случилось в самолёте, сделало бы это ещё более неловким.
Наблюдая, как брат и сестра уходят вдаль, Лян Янь Синь едва заметно усмехнулся.
Все её уловки ему были насквозь видны.
— Молодой господин Лян? — осторожно напомнил ассистент.
Он отвёл взгляд, и черты лица снова стали холодными и безразличными:
— Пойдём.
*
Только сев в машину, Вэнь Шу Юй поняла, что из-за всех этих неожиданных событий она совершенно забыла о своём первоначальном намерении — извиниться.
— Ты ездила в Линьчэн вместе с Цзя Нин? — спросил Вэнь Ланъи. — Почему не вернулись вместе?
— Я вернулась из-за внезапного происшествия. Они же совершенно ни в чём не виноваты, поэтому я и попросила её остаться и хорошо отдохнуть.
Вэнь Ланъи слегка улыбнулся:
— Разумно.
Дома Вэнь Шу Юй, как и ожидалось, долго успокаивала родителей. Вэнь Юэ даже серьёзно спросил, не собирается ли она вступить в индустрию развлечений.
Она твёрдо и ясно ответила:
— Нет.
Чжао Танжу облегчённо вздохнула и перевела разговор на другую тему:
— Минь Минь, последние несколько лет ты училась за границей и могла приезжать домой только на каникулы, чтобы мы всей семьёй могли собраться вместе. А теперь, когда вернулась, твои мысли всё ещё там — ты постоянно убегаешь куда-то, оставляя нас одних.
— Я просто встречаюсь с друзьями, — Вэнь Шу Юй ласково улыбнулась и прижалась к матери. — К тому же, если бы я сидела дома целыми днями, мне бы стало скучно.
Вэнь Юэ задумался на мгновение и сказал:
— Если тебе не сидится дома, можно и выезжать. В Тинчэне и окрестностях много тихих и безопасных мест. Выбери, куда хочешь поехать. Кто-нибудь из семьи с тобой сходит. Если захочешь что-то купить, пусть привезут домой — будешь спокойно выбирать.
Вэнь Шу Юй понимала, что родные искренне заботятся о ней. Ведь после недавнего инцидента действительно опасно появляться на людях — вдруг её узнают или случится ещё что-нибудь неприятное. Сама она тоже не стала бы так рисковать и терпеть хотя бы ещё несколько дней.
Поэтому, услышав слова отца, она тут же послушно кивнула:
— Я поняла.
В течение этих дней дома она время от времени общалась по видеосвязи с двумя подругами, оставшимися в Линьчэне. В остальное время читала книги, смотрела фильмы. Когда Чжао Танжу не уходила на чай с подругами, они вместе занимались йогой или пекли десерты.
Что до того случая в самолёте — она уже много раз убеждала себя, будто ничего подобного и не происходило, и не собиралась об этом размышлять.
В этот день, только что спустившись вниз после умывания, её остановила Чжао Танжу:
— Минь Минь, одна подруга пригласила меня сходить на СПА. Пойдёшь со мной? Там недавно открылось новое заведение, отзывы очень хорошие.
— Конечно, — согласилась Вэнь Шу Юй.
Во второй половине дня мать и дочь отправились туда.
Их привезли к двухэтажному отдельно стоящему зданию. Как только водитель остановил машину, навстречу вышла менеджер и радушно провела их внутрь.
— Госпожа Вэнь, госпожа Лян уже ждёт вас внутри.
Чжао Танжу слегка кивнула, и они вместе поднялись на второй этаж на лифте.
Менеджер привела их в комнату отдыха на втором этаже. Там, спиной к двери, сидела одна женщина. Её фигура выглядела молодо, а наряд был изысканным и элегантным.
Услышав шорох у двери, та обернулась, увидела их и на мгновение замерла, а затем, сообразив, тепло улыбнулась:
— Пришли?
— Надеюсь, не заставили тебя долго ждать? — спросила Чжао Танжу.
— Нет, я только что приехала, — ответила Юй Инь Жун и перевела взгляд на дочь Чжао Танжу, улыбаясь ещё теплее: — Ты, должно быть, Шу Юй?
Вэнь Шу Юй вежливо и мило улыбнулась:
— Здравствуйте, тётя Юй.
— Минь Минь, это тётя Юй. Мать Янь Синя, — сказала Чжао Танжу. — Она последние несколько лет жила в Линьчэне, поэтому мы редко встречались и почти не знакомы.
Вэнь Шу Юй всё это время улыбалась и слушала, но, услышав последнюю фразу, внезапно замерла, и улыбка застыла на лице.
Это… мать Лян Янь Синя?
Фигура женщины по-прежнему оставалась стройной и изящной, на лице виднелись следы времени, но черты лица всё ещё были прекрасны.
Лян Янь Синь больше всего походил на мать светло-карими глазами; остальное, вероятно, унаследовал от отца.
Вэнь Шу Юй подавила странное чувство неловкости и продолжила вежливую беседу:
— Тётя Юй, вы теперь переехали жить в Тинчэн?
Юй Инь Жун кивнула с улыбкой:
— Последние несколько лет я редко оставалась надолго в Линьчэне, часто переезжала в города, которые мне нравились. На этот раз решила пожить в Тинчэне подольше.
Вэнь Шу Юй тут же вспомнила о своих прошлых случайных встречах с Лян Янь Синем… Если его мать переезжает в Тинчэн, значит, им будет ещё легче сталкиваться?
Внезапно перед глазами снова возник образ из самолёта, и она поспешно прервала воспоминание.
Теперь она с нетерпением ждала начала учёбы, чтобы вернуться в Англию.
После короткой беседы Юй Инь Жун наклонилась, чтобы взять сумочку с дивана, и они направились в отдельные кабинки.
Вэнь Шу Юй невольно бросила взгляд на её руку — и вдруг замерла.
На тонком запястье Юй Инь Жун висела белая сумочка, которая показалась ей до боли знакомой.
Это же…
Она вспомнила женщину, выходившую из машины Лян Янь Синя, и ту белую сумочку, которую он тогда подхватил. Она была точно такой же, как эта.
Значит, в машине тогда была его мать?
Ладно… она просто слишком много себе вообразила. Вэнь Шу Юй смущённо покачала головой, отгоняя все эти ненужные мысли, и последовала за ними внутрь.
В кабинке была отдельная ванна. После купания и ванны Вэнь Шу Юй подошла к самой левой кушетке и легла на живот.
Между тремя циновками стояли бежевые ширмы, так что они не видели друг друга, но могли разговаривать. Вэнь Шу Юй закрыла глаза и слушала, как они неторопливо беседовали.
http://bllate.org/book/3843/408872
Готово:
