— Хорошо, я вешаю трубку.
— Нет, подожди! — У Аньань, только что набравшаяся смелости, уже через секунду пожалела о своих словах.
Ли Цзэси нетерпеливо нахмурился:
— У Аньань, у меня полно дел, и нет времени болтать с тобой о пустяках…
Вспомнив слова второго брата, У Цюшэна, У Аньань подумала: пожалуй, сейчас, когда она только что выиграла соревнование, самый подходящий момент навестить старика.
Она внезапно сжала зубы:
— Ладно, я согласна, согласна, доволен?
— Окей. — Ли Цзэси едва заметно усмехнулся, словно был уверен, что У Аньань согласится, и в его голосе не прозвучало ни капли эмоций.
— Но… не вешай трубку, дай сначала уточню: как именно ты собираешься посчитать этот долг? — У Аньань прекрасно знала, что Ли Цзэси — старый лис, с которым шутки плохи. Раз уж она так сильно влипла, лучше прояснить всё заранее, чтобы потом не погибнуть, не зная за что.
Такая спешка?
Энтузиазм Ли Цзэси заметно угас, и он закончил разговор:
— Об этом я подумаю и скажу позже.
У Аньань хотела было что-то добавить, но на другом конце послышались лишь сухие и грубые гудки.
Она фыркнула. Ну и ладно, враг наступает — мы отражаем, вода наступает — мы строим плотину. Раз Ли Цзэси дал добро на поездку домой, остальное подождет.
Решившись, У Аньань собралась. Чемодан она еще не распаковывала, вещей у нее немного, так что оставалось лишь докинуть несколько осенних нарядов.
Закончив со всеми делами, она собралась навестить А-Хая и Мо Цзычунь, прихватив купленные в городе сувениры. Стоило ей только открыть дверь…
— Уа-а! — Мо Цзычунь с раскинутыми руками набросилась на У Аньань и принялась радостно хлопать ее по спине.
— У Аньань, ты просто чудо! Я знала, что у тебя всё получится! — Мо Цзычунь сияла от восторга. — Знала бы, обязательно пришла бы посмотреть финал!
Она ведь так переживала: а вдруг лошадь У Аньань вылетит в первом же туре? Кто бы мог подумать, что необученная лошадка преодолеет все преграды и оставит позади себя титулованных скакунов, считавшихся элитой среди лошадей!
— У Аньань, ты такая крутая! С сегодняшнего дня ты мой кумир! — Мо Цзычунь была в таком восторге, что, казалось, вот-вот пустится в пляс.
Каждый раз, когда она особенно воодушевленно что-то говорила, она хлопала У Аньань по спине так сильно, что та едва могла перевести дыхание.
К счастью, подоспел А-Хай и оттащил Мо Цзычунь, позволив У Аньань вздохнуть с облегчением.
Мо Цзычунь продолжала прыгать от радости, а У Аньань воспользовалась моментом и протянула ей подарок:
— Цзычунь, это я купила специально для тебя. Посмотри, нравится?
Мо Цзычунь быстро открыла коробочку и увидела изящную заколку. Кристаллы и стразы сверкали на солнце, а сама работа была настолько филигранной, что придраться было не к чему. Девушка едва не вскрикнула от радости, но вовремя прикрыла рот рукой.
— Это ручная работа одной старушки, мне показалось, что тебе очень подойдет, — улыбнулась У Аньань, радуясь тому, как искренне светится счастьем Мо Цзычунь.
— Аньань, ты такая добрая… Это ведь ты выиграла соревнование, мы должны были дарить тебе подарки, а получилось наоборот…
— Ну что ты, не говори так, — У Аньань мягко похлопала подругу по руке. — Твой талисман, который ты мне подарила в прошлый раз, оказался очень сильным. У меня всё шло как по маслу, и я выиграла. Это ты мне помогла.
Мо Цзычунь покачала головой, не в силах подобрать слов.
— А это тебе, А-Хай, — У Аньань протянула парню еще одну коробку. Она прекрасно знала, как хорошо А-Хай к ней относится.
У Аньань считала, что на тех, кто добр к ней, скупиться нельзя.
А-Хай удивленно посмотрел на У Аньань, словно не веря своим глазам, и неуверенно указал на себя пальцем:
— И мне?
— Конечно, — улыбнулась У Аньань. — Ну же, открывай, нравится?
А-Хай, растроганный до глубины души, открыл коробку и увидел баскетбольную майку.
Сначала он был немного озадачен, но У Аньань лишь улыбнулась, предлагая:
— Разверни и посмотри.
А-Хай послушался. И тогда он понял, что это не просто обычная майка. На спине красовался дерзкий автограф Коби, ярко выделявшийся на желтой ткани.
А-Хай замер, поднял глаза и был настолько ошеломлен, что не находил слов.
Вдруг он что-то осознал и попытался вернуть майку У Аньань:
— Нет, Аньань, это слишком дорогой подарок, я не могу его принять.
Пусть А-Хай и не знал, почему Ли Цзэси невзлюбил У Аньань, но однажды он случайно услышал, как тот угрожал урезать ей зарплату на два месяца — а это была внушительная сумма. Да и майка стоила недешево, поэтому он не смел принимать такой дар.
Увидев, как А-Хай засуетился, пытаясь вернуть подарок, У Аньань усмехнулась:
— А-Хай, вот тут ты не прав. Раз уж я ее купила, не возвращать же обратно в магазин? Если откажешься, значит, ты меня совсем не уважаешь.
— Аньань, ты же знаешь, я совсем не это имел в виду… — А-Хай выглядел совершенно растерянным.
— Тогда просто прими его, — У Аньань решительно накинула майку ему на плечи и добавила с властной ноткой: — Если попробуешь вернуть, перестану с тобой дружить!
— Но…
А-Хай продолжал в нерешительности чесать затылок.
Мо Цзычунь, наблюдая за их топтанием на месте, не выдержала и сама нахлобучила майку парню на голову:
— Сказали бери — значит бери! Что ты как не мужик, такой нерешительный!
При этом она с нескрываемым презрением посмотрела на А-Хая.
От этих слов А-Хай невольно бросил взгляд на У Аньань и смущенно опустил голову.
Мо Цзычунь лишь покачала головой, глядя на них.
Один — непрошибаемый чурбан, другая — вечно прикидывается простушкой. Если бы они сошлись, это был бы прекрасный союз.
Глядя на сияющую У Аньань, у нее внезапно возник план…
Мо Цзычунь была человеком действия: что задумала, то тут же воплощала в жизнь.
Не успела У Аньань опомниться, как Мо Цзычунь уже развела их с А-Хаем по разным сторонам и потянула подругу за собой.
А-Хай смотрел им вслед с тоской, а Мо Цзычунь обернулась и подмигнула ему:
— Не переживай, я же ради тебя стараюсь.
А-Хай остался в недоумении, но, заметив лукавую усмешку на лице Мо Цзычунь, почувствовал недоброе предчувствие.
У Аньань, которую Мо Цзычунь тащила куда-то в спешке, тоже начала сомневаться:
— Цзычунь, что происходит? К чему такая таинственность? Почему нельзя было сказать при А-Хае?
— Именно потому, что это касается А-Хая, при нем и нельзя было говорить, — Мо Цзычунь загадочно улыбнулась, вертя в руках подаренную заколку — то примеряла ее, то прикладывала к волосам У Аньань.
У Аньань забрала заколку и снова закрепила ее в волосах подруги, чувствуя, как недоумение лишь растет.
— И что же такого нельзя сказать при нем?
Трое из них были самыми близкими друзьями на ипподроме. У Аньань всегда относилась к друзьям открыто и искренне, доверяя им без всяких условий и причин.
Видя, как серьезно У Аньань смотрит на нее, Мо Цзычунь вдруг замялась.
В одно мгновение она покосилась на красное закатное солнце, вдруг улыбнулась и перевела тему:
— Слушай, Аньань, посмотри, какой чудесный закат. Раз ты выиграла соревнование, президент наверняка даст тебе выходной, верно? Если ты не занята, давай прогуляемся по ипподрому, заодно поболтаем? Как тебе идея?
У Аньань кивнула. Хоть ей и казалось, что Мо Цзычунь уходит от ответа, она все же согласилась.
Она знала: Мо Цзычунь — человек прямой, видимо, просто собирается с мыслями, чтобы как-то начать разговор.
Они шли плечом к плечу вдоль края ипподрома в лучах утренней зари.
Наступила осень, и газон, совсем недавно такой зеленый, теперь покрылся тонким слоем желтизны, выглядя немного увядающим.
Впрочем, золото — это еще и символ урожая и изобилия.
У Аньань радовалась мысли, что скоро отправится домой.
— Тот… — голос Мо Цзычунь прозвучал совсем рядом. — Аньань, что ты думаешь об А-Хае?
Вопрос прозвучал так серьезно, что У Аньань всерьез призадумалась.
— Мне кажется… А-Хай, — она начала вспоминать всё, что произошло за эти несколько месяцев, — мне кажется, А-Хай очень душевный, покладистый, добрый, отзывчивый и сильный человек… Ну, в общем, как-то так.
— О, вот как… — Мо Цзычунь ничуть не удивилась, ведь она сама считала, что А-Хай — отличный парень. Характер — стопроцентно надежный, амбициозный… разве что порой бывает нерешительным, а в остальном — никаких изъянов.
Видимо, задумчивое выражение лица Мо Цзычунь выдало ее с головой, и У Аньань сначала нахмурилась, а потом всё поняла.
Она указала на Мо Цзычунь и хитро усмехнулась:
— Цзычунь, признавайся, почему ты вдруг спрашиваешь об этом? Неужели ты запала на А-Хая?
Она сделала смелое предположение, глядя на подругу так, будто видела ее насквозь.
— Нет, нет! Правда, не я! Я просто… — увидев, как улыбка У Аньань стала еще шире, Мо Цзычунь почувствовала, что оправдываться бесполезно. Она ведь просто хотела помочь А-Хаю прощупать почву, кто же знал, что сама окажется под прицелом?
У Аньань не стала слушать дальше, приняв всё за обычное девичье смущение.
— Ладно-ладно, Цзычунь, если ты действительно любишь А-Хая, действуй смелее. Если бы двое моих лучших друзей были вместе, я была бы так…
http://bllate.org/book/38416/4820368
Готово:
