Лу Юньюань на мгновение замер взглядом, а затем, помолчав, произнес:
— Передай ему, чтобы не оставался здесь. Мы с Лань И не поженимся.
— А?
Линь Хэн запуталcя еще сильнее. Ему показалось, что он уловил запах грандиозной сплетни.
— В смысле не поженитесь? Как эти две вещи связаны?
Следом он услышал, как генерал-майор, всегда державший всё под своим контролем, издал холодный смешок:
— Да, мы не поженимся, и больше никогда в жизни его не увижу.
……
— Не в том дело, — бессильно уговаривал Лань И. — Тебе достаточно было позвонить моему сотруднику, зачем было связываться с ним? Он всё равно не придет.
Сидящий напротив полицейский недоуменно возразил:
— Но генерал-майор — ваш законный супруг, по правилам в первую очередь нужно связаться с ним.
Он указал на соседнюю комнату и с огромным терпением пояснил, глядя на исключительно красивое лицо Лань И:
— Точно так же, как эта девочка еще несовершеннолетняя, и ее первый контактное лицо — это родители.
— Мы не какие-то там законный супруг и супруга.
Полицейский посмотрел на него с выражением лица, говорящим: что ты вообще несешь?
— Нет, сейчас мы таковыми являемся, но скоро перестанем. Мы не поженимся.
Полицейский по-прежнему смотрел на него с выражением полного недоумения.
Лань И устал. Ему казалось, что за всю свою жизнь он не произнес столько слов:
— Он действительно не придет.
— Но... — полицейский бросил взгляд наверх. — Генерал-майор уже здесь.
На макушку упала тень.
Лань И на секунду отчаялся в душе, а затем поджал губы и замолчал.
Линь Хэн шел следом за Лу Юньюанем и с восторгом наблюдал за этой сценой. Тот самый, кто только что с пеной у рта клялся, что больше никогда в жизни не встретится с Лань И, стоило ему получить звонок из полицейского участка и узнать, что человек пострадал, примчался сюда ни слова не говоря.
Ццц, мужчины.
Эти двое, высокие и длинноногие, шли очень быстро. Спустя мгновение Сяо Бай догнал их своими короткими шажками и, приблизившись к Лань И, принялся осматривать его рану.
Увидев Сяо Бая, Лань И почувствовал, что голова заболела еще сильнее:
— Ты почему опять пришел?
Сяо Бай обиженно протянул:
— Разве хозяин больше не хочет Сяо Бая?
— ... — Черт возьми, от этого тона у него создалось впечатление, будто он какой-то подлец.
Лу Юньюань опустил взгляд, осматривая рану Лань И, а затем обратился к полицейскому:
— Могу я посмотреть видеозапись с камер наблюдения в момент происшествия?
Полицейский впервые в жизни разговаривал с генералом-майором Лу на таком близком расстоянии. Его тут же захлестнула волна радости, и он услужливо закивал:
— Конечно-конечно.
Запись оказалась короткой: от появления девушки с ножом до обнаружения инцидента патрульным роботом прошло ровно две минуты.
Вот только фраза: «Твой брат — тот тупица Лу Юньюань?» — дословно залетела в уши всем присутствующим. Полицейский испуганно перевел взгляд на Лу Юньюаня, но заметил, что выражение лица того ни капли не изменилось — казалось, оскорбления его нисколько не волнуют.
Просмотрев запись, Лу Юньюань спросил:
— Где эта девушка?
Полицейский ответил:
— В соседней комнате, я вас провожу.
Родители девушки уже прибыли и с заметной скованностью сидели рядом с дочерью. Одежда на них была небогатой, выцветшей настолько, что прежний цвет угадывался с трудом, а на обуви уже поломались подошвы.
Лу Юньюань, одетый в черное пальто, с мрачным выражением лица производил жутко давящее впечатление. Никто из стоявших вокруг не смел даже пикнуть, даже дыхание у всех стало чуть тише.
Лица родителей девушки испуганно побледнели. Завидев приближающегося Лу Юньюаня, они тут же подскочили на ноги, едва не опускаясь перед ним на колени.
— Из Бедного района?
Те испуганно закивали в ответ.
— Сколько тебе лет? — обратился Лу Юньюань к девушке.
Та впервые в жизни общалась со своим кумиром, отчего ее лицо покраснело от напряжения. Чуть приподняв голову и тут же снова опустив ее, она пробормотала:
— Шестнадцать.
— О, еще не достигла возраста уголовной ответственности.
Девушка почувствовала, что перестает понимать смысл его слов, и в шоке вскинула голову. Как так? Она же так храбро заступилась за него, почему он заговорил об уголовной ответственности?
Лу Юньюаня отличал высокий рост, и он смотрел на нее сверху вниз, тяжело опустя взгляд. И хотя на его лице не читалось никаких эмоций, девушка без всякой видимой причины ощутила жуткий страх, ее затрясло всем телом.
Только теперь она поняла, что Лу Юньюань совершенно не похож на тот идеализированный образ из фотографий, что она рисовала в своем воображении. Никакого трепета в груди не осталось — напротив, возникло лишь одно всепоглощающее чувство: удушающий ужас.
Девушку едва не пробило на слезы:
— Я... я...
— Что, неужели ты еще рассчитывала на похвалу с моей стороны? За что тебя хвалить? По-твоему, нападать на людей с ножом — это правильно? — голос Лу Юньюаня звучал тяжело; он даже подчиненных во время тренировок не отчитывал в таком тоне. — А если я сейчас направлю на тебя нож, тебе тоже будет весело?
Стоявшего рядом родителя едва не хватил удар от страха:
— Простите, простите нас, генерал-майор! Наш ребенок глуп и доставил вам хлопот. Я заставлю ее немедленно извиниться, правда, простите ради бога!
При этих словах у Линь Хэна дернулся уголок глаза. Что, что это за речи? Разве можно говорить такое в подобной ситуации? Он тут же шагнул вперед и указал на девушку:
— Твой поступок действительно возмутителен. Сейчас же отправляйся извиниться перед человеком, а затем ступай в исправительное учреждение для несовершеннолетних, пусть полицейские тебя как следует перевоспитают.
Переведя несколько беспомощный взгляд на родителей девочки, он добавил:
— Вы тоже следите за ней как следует, объясните ей рамки дозволенного. Вы вообще понимаете, какое обвинение полагается за причинение вреда жене генерал-майора? Додуматься до такого абсурда!
Если говорить на чистоту, у нее в голове вообще не было ни единой извилины.
Родители покрасневшими глазами смотрели перед собой:
— Да-да, раньше мы были слишком заняты, но впредь обязательно займемся ее воспитанием.
С тех пор как Лу Юньюань напугал ее своей репликой, девушка продолжала всхлипывать в три ручья, не смея произнести больше ни звука.
Не желая тратить время на эту семью, Лу Юньюань повернулся к стоявшему рядом полицейскому:
— Что сказал Лань И?
Полицейский призадумался:
— Господин Лань И сказал, что он вышел из машины, а девушка полоснула его ножом. К тому же... он заявил, что не примет извинений от этой девчонки, компенсации с них ему тоже не нужно, но он настаивает, чтобы она провела в исправительном учреждении для несовершеннолетних чуть дольше.
Легкий порез и покушение на убийство — понятия совершенно разные. То, как выразился Лань И, можно сказать, оставляло ей лазейку для отступления: если бы дело оформили как покушение на убийство, последствия оказались бы куда тяжелее. Однако, поскольку девушка еще не достигла двадцатилетия и совершеннолетия, за столь серьезные последствия расплачиваться пришлось бы ее родителям.
http://bllate.org/book/38310/4804683
Готово:
