Не играя в игры, не уткнувшись в телефон, Цзян Юй просидел прямо у двери комнаты несколько часов. Даже когда его клонило в сон, он не закрывал глаза: если вдруг Фу Сюши вернется, а он не заметит этого в ту же секунду — это было бы просто непростительно.
Фу Сюши вернулся около двух часов ночи, и Цзян Юй услышал звук шагов в тот самый момент, когда тот вышел из лифта.
Фу Сюши, должно быть, не заметил Цзян Юя. Он разговаривал по телефону, держался непринужденно, а его костюм сидел безупречно. Судя по всему, он выпил, потому что пуговицы на манжетах были расстегнуты.
Эту привычку Фу Сюши после выпивки Цзян Юй заметил во время долгих наблюдений.
Из-за того, что он просидел на корточках слишком долго, у Цзян Юя страшно затекли ноги, когда он попытался встать. Опустив голову, он уперся рукой в стену и тут же ощутил сильный запах алкоголя.
Фу Сюши и правда пил. Цзян Юй обрадовался — он отлично знал своего парня.
Цзян Юй поднял голову, его глаза согнулись в полумесяцы от улыбки:
— Фу…
Рука Фу Сюши легла ему на талью. Поскольку только что Фу Сюши поддержал его, теперь они стояли очень близко. Запах алкоголя от Фу Сюши и жар его ладони сквозь тонкую ткань рубашки передавались в дыхание и кожу Цзян Юя, и его мочки ушей мгновенно покраснели.
Фу Сюши не дал ему продолжить.
Выражение лица Фу Сюши было таким же серьезным, как и тогда, когда он только шел по коридору. Он все еще разговаривал по телефону и, бросив на Цзян Юя предупреждающий взгляд, чуть сильнее притянул его за талью, сокращая и без того крошечное расстояние между ними.
Цзян Юй тут же замолчал, послушно опустив глаза.
Он был чуть ниже Фу Сюши: рост Фу Сюши составлял метр восемьдесят пять, а Цзян Юя — метр семьдесят девять, хотя при знакомстве с людьми он всегда заявлял, что у него целый метр восемьдесят.
Но такой рост идеально подходил для того, чтобы прижиматься к Фу Сюши.
— Давайте обсудим все детали на завтрашнем совещании, желаю вам приятной ночи.
Голос Фу Сюши был очень низким, а когда он говорил о делах, то становился еще строже, чем в обычное время.
Цзян Юю очень нравилось слушать его голос, но ему редко доводилось слышать, как тот обсуждает рабочие вопросы — Фу Сюши практически никогда не говорил о делах в его присутствии.
Дождавшись, пока Фу Сюши повесит трубку, Цзян Юй моргнул.
Они не виделись уже полмесяца, и только оказавшись так близко, Цзян Юй заметил, что у Фу Сюши пробилась легкая щетина. Протянув палец, Цзян Юй легонько коснулся ее. Подушечки пальцев слегка защекотало, и он улыбнулся. Услышав тихий щелчок открывающейся двери комнаты, он уже собирался податься вперед, чтобы поцеловать Фу Сюши, как вдруг тот отстранил его.
— Почему ты вдруг примчался сюда?
Лишившись тепла объятий Фу Сюши, Цзян Юй почувствовал легкий холодок. Отопление в номере только включили, и здесь было прохладнее, чем на внешней лестнице. Цзян Юй нервно сжал пальцы в кулаки.
— Это мой помощник сказал тебе, где я остановился? — голос Фу Сюши звучал строго, в нем явно слышался упрек.
На месте Цзян Юя кто-то другой наверняка задрал бы подбородок и заявил, что волен ездить куда пожелает, но перед ним был Фу Сюши. Цзян Юй поджал губы и послушно кивнул, а краска с его ушей уже сошла. Шагнув следом за Фу Сюши, он принялся оправдываться, словно провинившийся ребенок:
— Я сам спросил у брата Чэна. Фу Сюши...
Цзян Юй перехватил руку Фу Сюши, обнял его со спины, прижавшись щекой к его плечу, и прямо произвел:
— Я очень по тебе соскучился.
Цзян Юй никогда не скрывал своих чувств перед Фу Сюши. Когда он только добивался его, то был готов хоть каждый день повторять, как сильно тот ему нравится.
Фу Сюши как раз взял стакан — он еще не успел налить воды, да и в кувшине ее не было. Уставившись на пустой стакан, он перевел взгляд вниз, на обнимающие его руки Цзян Юя.
Цзян Юй был очень светлокож, и по одному его виду сразу угадывался избалованный молодой господин из богатой семьи. У него были красивые руки с четко очерченными суставами и гладкими, округлыми ногтями — за ними явно хорошо ухаживали.
Простояв так какое-то время, Цзян Юй на самом деле надеялся услышать в ответ, что Фу Сюши тоже по нему скучал. Но это было маловероятно: Цзян Юй знал, что Фу Сюши — человек эмоционально сдержанный, и если бы он вдруг такое произнес, это выглядело бы крайне странно.
Впрочем, даже просто так прижиматься к нему было для Цзян Юя предельным счастьем.
Однако вскоре его запястье перехватили и завели над головой, а Фу Сюши, развернувшись, поцеловал его.
Поцелуй Фу Сюши был влажным, с запахом алкоголя, который Цзян Юй так любил. Он послушно приоткрыл рот, хотя его уши уже горели алым, а по телу пробегала легкая дрожь.
Возможно, дело было в том, что Фу Сюши тоже соскучился — сегодня он целовался жестко и напористо. Цзян Юй не мог сопротивляться и мог лишь покорно принимать всё происходящее, но ему безумно нравилось это состояние полной власти Фу Сюши над ним, дававшее иллюзию, будто Фу Сюши тоже принадлежит ему целиком.
В постели они всегда идеально подходили друг другу.
Фу Сюши был немногословен, но иногда в такие моменты всё же перекидывался с Цзян Юем парами фраз — например, спрашивал, хорошо ли ему.
Только вот Цзян Юй вечно не находился что ответить, совершенно не успевая за ритмом Фу Сюши. А вспоминая об этом на следующий день, жутко злился на себя: сколько раз это уже было, почему он до сих пор такой никудышный?
— О чем задумался?
Пока Цзян Юй витал в облаках, ладонь Фу Сюши легла ему на горло, перекрыв воздух на долю секунды. Придя в себя, Цзян Юй тут же впился зубами в большой палец Фу Сюши и яростно замотал головой, отрицая все.
Фу Сюши не стал допытываться дальше, словно всё это было лишь минутным порывом.
У Цзян Юя совсем не осталось сил. Когда они закончили мыться, он едва держался на ногах, полулежа на руке Фу Сюши и проваливаясь в сон, как вдруг услышал его голос.
Фу Сюши сказал:
— Больше не приезжай сюда самовольно.
Куда-то разом испарилось всё недавнее нежное тепло. Сердце Цзян Юя пропустило удар — он понял, что Фу Сюши и впрямь не любит, когда за него принимают подобные решения. Сжав пальцы Фу Сюши и призывая его обнять себя, он послушно пообещал:
— Больше не буду.
— Тебе совсем нечем заняться? — Фу Сюши позволил манипулировать своей рукой, словно и не услышав ответа.
Цзян Юй опешил:
— Что ты имеешь в виду?
Фу Сюши, другой рукой перебирая какие-то документы, бросил:
— Раз нечем заняться, все мысли только обо мне.
Сердце Цзян Юя сжалось.
Слова Фу Сюши были отчасти верны, но в то же время и нет.
До того как они сошлись, Цзян Юй, помимо попыток завоевать Фу Сюши, целыми днями тусовался с друзьями. Но стоило им начать встречаться, как вся жизнь Цзян Юя стала крутиться исключительно вокруг Фу Сюши.
— Я найду тебе работу.
Фу Сюши не ждал от Цзян Юя ни возражений, ни согласия, да и тоном своим ничего не обсуждал — он просто принял окончательное решение.
Цзян Юй вырос в богатстве и роскоши, его семья обладала огромным влиянием, и он отродясь не обладал характером человека, способного прогибаться под чужим началом и сносить обиды. Род Цзян был настолько влиятелен, что мог безбедно содержать его как маленького господина до конца дней, не говоря уже о том, что с тех пор, как они сошлись с Фу Сюши, тот никогда не скупился ни на еду, ни на вещи для него, а деньги на картах не заканчивались никогда.
http://bllate.org/book/38132/4775622
Готово:
