Раздался грохот, и я смутно разглядел на стене предмет, похожий на рычаг.
Не успел я обрадоваться тому, что эти мучения наконец заканчиваются, как лицо Лао Пао внезапно переменилось.
Времени на раздумья не оставалось. Он успел лишь ухватить человека, стоявшего к нему ближе всего. Я, стоявший рядом Сунь У, и еще один расхититель гробниц — земля под нашими ногами внезапно исчезла. Не успев ни к чему подготовиться, мы, повторив участь Толстяка, провалились вниз.
Под нами оказался длинный туннель.
В панике я успел лишь выдернуть иглу из левого запястья и прикрыть голову руками, остальными частями тела собрав все углы.
Всё завертелось, и я впервые осознал, что «искры из глаз» — это не просто литературный оборот. Перед глазами плыла тьма, и при каждом ударе затылком о камни я действительно видел вспышки золотых звезд.
К счастью, падение длилось недолго — по крайней мере, гораздо меньше, чем время, которое я провел, теряя кровь.
Раздалось нечто вроде дюжины хрустов, будто ломалась яичная скорлупа. Мы перестали падать, приземлившись на что-то холодное и мягкое. Благодаря этому никто из нас не получил сотрясение мозга.
Вокруг царил кромешный мрак, ничего не было видно.
Мой рюкзак всё еще крепко держался на спине, падение он пережил неплохо, но сам я чувствовал себя настолько опустошенным, что хотелось лежать здесь и не шевелиться.
Неподалеку Сунь У тихонько сплюнул и вскоре нащупал фонарик.
Сначала свет резанул по глазам, я прищурился, с трудом отполз к стене, сел и принялся переклеивать пластырь с правого запястья на левое.
А Сунь У всё это время не произвел ни звука.
Я, терзаемый смутными сомнениями, повернул голову и замер от ужаса.
Те звуки ломающейся скорлупы не были плодом воображения, просто это были змеиные яйца. Целое гнездо яиц размером со страусиные мы раздавили в пыль, а хозяйка...
Змея толщиной с человеческую талию, свернувшаяся в этом тесном пространстве в неведомое количество колец, с темно-зеленой чешуей, покрытой мхом, и вертикальными зрачками, смотрела прямо на Сунь У. Расстояние между ними было ничтожным — еще пара сантиметров, и раздвоенный язык коснулся бы лица Сунь У.
Однако змеи, живущие в вечной тьме, обладают крайне слабым зрением. Мы были вымазаны в яичной жиже и не смели шевельнуться. Мне не нужно было знака от Сунь У, чтобы понять: нельзя издавать ни звука.
Но был еще один — тот самый расхититель гробниц, человек из группы Лао Пао. Он стоял к нам спиной.
Не видя, что происходит, он схватился за голову и злобно выругался.
Я похолодел: предчувствие было скверным.
Это послужило сигналом.
Темно-зеленая змея молниеносно атаковала. С её клыков капала слизь, и она в один миг вцепилась в рюкзак расхитителя.
Хорошо, что не в шею, иначе он бы не выжил.
Яд змеи обладал сильнейшим разъедающим действием. Расхититель понял, в чем дело, отчаянно дернулся и сорвал с себя лямку рюкзака — было видно, как место соприкосновения рюкзака с ядом начало плавиться.
Перед лицом смерти мы, словно сговорившись, рванули к двери, видневшейся чуть впереди.
Двое других были еще полны сил и бежали быстро, я же еле волочил ноги. Сохраняя остатки сознания, я не мог бежать, а лишь катился и ползал.
Змея извивалась позади. Если бы не её слепота, я бы уже давно лишился жизни.
Мои силы были на исходе, и когда я уже начал чувствовать холодное дыхание змеи, готовое поглотить меня целиком, Сунь У и расхититель втащили меня в гробницу, схватив за обе руки, и быстро захлопнули дверь.
Змея, лишившись добычи, пришла в ярость и начала с силой биться о дверь. С потолка гробницы посыпалась пыль и обломки камней, барабаня по нашим головам.
Те двое еще пытались отряхнуться, но я, привалившись к стене, уже не мог пошевелиться. Я лишь чуть приоткрыл глаза, позволяя мусору сыпаться прямо на меня.
Глава 9
На душе было тошно.
Боль в запястьях и во всем теле, подобно множеству тупых ножей, ежесекундно напоминала мне, что это не сон. Я не знал, когда мы выберемся и выберемся ли вообще, но точно знал: ноги моей больше не будет в таких местах, в следующий раз я буду слушаться маму.
Я даже начал злиться на предков Сунь У.
Великий Царь Медицины, а тут — то черные черви, то змеи, всё как в какой-то секте чернокнижников.
Переполненный обидой, я перевел взгляд на Сунь У и расхитителя. Немного придя в себя, они заметно приободрились.
Я слабо пошевелил ногой и проследил за лучом фонарика Сунь У.
Гробница оказалась просторной, с круглым куполом, расписанным странными символами, похожими то ли на письмена, то ли на магические печати.
Ниже, справа и слева, стояли два огромных гроба. Судя по блеску в свете фонаря, это было золотолистное сандаловое дерево. Дед любил такие вещи, и я немного разбирался в древесине: гроб такого качества и размера сегодня стоил бы целое состояние, причем найти его было бы невозможно.
Рядом с гробами стояла огромная печь для алхимии, видимо, для антуража, вокруг которой было расставлено множество склянок и сосудов.
Сунь У огляделся и быстро взял себя в руки, а вот расхититель сразу вознамерился вскрыть гроб, из-за чего между ними вспыхнул спор.
Сунь У не верил, что мы достигли цели. В записях его рода не упоминалось, что Сунь Сымяо имел привычку быть похороненным с кем-то еще. Он подозревал ловушку и не хотел лишних проблем, считая, что главное — скорее встретиться с Лао Пао.
Но расхититель, оставшись без присмотра Лао Пао, уже почуял наживу.
Он говорил с сильным акцентом, и мне пришлось прислушаться к каждому слову, чтобы понять суть.
— Потомок Сунь, — расхититель усмехнулся. — Я знаю, мы ищем тот рецепт, но кто знает, где он? А вдруг он спрятан в гробу? Не скажете же вы, что не видите, что это золотолистное сандаловое дерево! Кроме вашего предка, кто еще достоин такого величия? Как говорится: лучше ошибиться, но не упустить. Вы человек важный, вам не понять, а у нас в деле есть правило: лучше вскрыть зря, чем уйти с пустыми руками. К тому же, я вырос на честном хлебе...
Что за бред про честный хлеб? Я бессильно закатил глаза. Мне показалось, или я услышал глумливый смешок?
Сначала я подумал, что это насмехается Сунь У, но, увидев его суровое лицо, решил, что ослышался.
Было ясно, что Сунь У категорически не согласен, но у него не было выбора.
Он — медик, это гробница его предка, в этом его преимущество, но он никогда не был в настоящих походах. Чтобы двигаться дальше и найти Лао Пао, ему была нужна помощь расхитителя.
По его лицу было видно, как он колеблется.
В конце концов, Сунь У принял решение и позволил вскрыть гроб.
Они оба подошли ко мне. Увидев, в каком я полуживом состоянии, они не заставили меня вставать, а просто начали рыться в моем рюкзаке.
Вещей там было немного, и лишь спустя некоторое время они нашли монтировку.
— Получится? — с сомнением спросил Сунь У.
— Вполне, — расхититель был доволен. Он перешагнул через мои ноги и добавил: — Мы, старики, не чета нынешней молодежи, которая тащит с собой две телеги снаряжения. Сейчас сами все увидите.
Я смотрел, как он уверенно подошел к гробу.
Издавна правая сторона считалась почетной, поэтому они начали с правого гроба.
Когда дело дошло до дела, Сунь У занервничал и спросил, не надо ли зажечь свечу.
Расхититель рассмеялся, сказав, что у них, северян, нет таких глупых правил.
Я видел, что, хотя Сунь У и привел их в гробницу своего предка, он все равно испытывал трепет. Пока расхититель возился с гробом, Сунь У молча сложил руки в молитвенном жесте.
Расхититель знал свое дело.
Он точно выбрал место, вставил монтировку, и через мгновение край крышки приподнялся.
Это было условие Сунь У: не снимать её целиком, чтобы сохранить достоинство предка.
Затем расхититель надел перчатки — кажется, он стащил их у меня.
Неужели он собирается лезть туда голыми руками? На мгновение я усомнился, но его действия подтвердили мои догадки.
Он посветил внутрь фонариком, видимо, решив, что добыча того стоит, обменялся взглядом с Сунь У, покачал головой и радостно сунул руку внутрь.
Похоже, там не было останков предка Сунь У, и тот с облегчением выдохнул, даже проявив любопытство и сделав пару шагов ближе.
Не знаю, откуда у расхитителя столько смелости, но он почти по локоть засунул руку в гроб и начал шарить внутри, видимо, пытаясь достать ту самую вещь, которую увидел.
Их спины полностью закрывали мне обзор.
Я перестал смотреть и уставился на огромную алхимическую печь высотой с человека и шириной метра два. В таком жутком месте такая громадина вызывала у меня лишь одну мысль: из неё вот-вот что-то выскочит.
Вдруг расхититель удивленно хмыкнул.
Сначала я подумал, что он нашел то, что искал, но вскоре понял, что ошибся.
Расхититель резко обернулся к Сунь У, и лицо его стало мертвенно-бледным.
http://bllate.org/book/38115/4772459
Готово:
