— Лян Ляньчжан, надеюсь на наше приятное сотрудничество.
Лян Шанцзюнь яростно на него зыркнул, глубоко вздохнул, а затем заставил себя вытолкнуть из легких всю надувшуюся воздушную массу. Выпрямив шею, он отдал комбату честь, после чего вылетел из кабинета, хлопнув дверью.
Стоило ему уйти, как комбат Чэн развел руками и вздохнул. Он спросил Цзи Цэ:
— И как мне обращаться с таким талантом, да еще и с таким строптивым?
— Он очень умен, — ответил Цзи Цэ. — Он слишком умен, из-за чего и не может понять правила Цзялань. Дай ему немного времени, и он все поймет.
Комбат Чэн удивленно посмотрел на Цзи Цэ:
— Редкий случай, когда ты так отзываешься о ком-то.
В глазах Цзи Цэ обычно не задерживалось ничего, что выходило бы за рамки поставленной цели, но сейчас на них играла отчетливая улыбка. Ему нравился вид только что ушедшего паренька: тот явно был бешенстве, но все равно заставлял себя мыслить здраво.
Он чувствовал его несгибаемость.
Лян Шанцзюнь неудержимо клял на чем свет стоит здешних людей, называя их дикарями и варварами, которые бесчинствуют еще хлеще него. Вернувшись в роту, он все еще чувствовал, что этот ком в горле не проглотить, и позвонил командиру полка Цзялань. Как ни крути, а в Цзялань он попал по приглашению самого командира полка, так что высказать кое-какие замечания было вполне разумно. Каково же было его удивление, когда полковник, услышав, что отрядом руководит Цзи Цэ, без лишних слов принялся убеждать его побольше учиться у этого человека, попутно заявляя, будто с солдатами Цзялань ни в коем случае нельзя проявлять мягкосердечие.
Лян Шанцзюнь на месте изверг три литра крови.
Не имея другого выхода, он объявил бойцам 7-й роты о совместных сборах с 17-й ротой. Поначалу никто не знал, как на это реагировать, да и смысл приказа сверху понятен не был.
Заместитель командира роты и три командира взвода пришли к нему с докладом, желая выяснить, в чем дело. Ду Тэн счел это демонстрацией силы по отношению к 7-й роте; Лу Дамин с тревогой спросил, не собираются ли его перевести в другое место; Чжоу Кай молча уставился на него, хотя во взгляде все равно читалось искреннее беспокойство; а Юй Юй с некоторым злорадством поинтересовался:
— Доклад! Неужели наверху решили, что тренировки нашего ротного слишком жестокие, и хотят дать нам новый план?
Глядя на эти четыре совершенно разных лица, Лян Шанцзюнь зловеще ухмыльнулся:
— Скоро узнаете. Ваша детская вечеринка окончена.
Что за человек Цзи Цэ?
Цзи Цэ — это человек, который не считает людей за людей.
Позже Лян Шанцзюнь никак не мог взять в толк, как он умудрился угодить в сети такого подонка. Казалось, в какой-то невыразимый момент тот легендарный Охотник на призраков прицелился ему прямо в сердце.
Как бы он ни уворачивался от этого снайперского прицела, в конце концов исход мог быть только один.
Глава 4
Парни из 7-й роты смотрели на двух своих непосредственных начальников: один стоял на огромном валуне и глядел на них сверху вниз под презрительным углом в 45 градусов, а другой — у подножия камня, со скорбью взирая на небеса под углом в 135 градусов.
Кто-то бормотал про себя: «Эге, Цзялань поставила подполковника командовать ротой, это ж надо быть такой крутизной…»
Этот крутой подполковник произнес:
— Солдаты, я — ваш временный инструктор, а заодно и командир 1-й роты, меня зовут Цзи Цэ. Я знаю, что ваш ротный Лян уже устроил вам недельную разминку, так что с этого момента мы можем приступить к нормальным тренировкам.
— Думаю, вы еще не до конца понимаете: Цзялань нужны спецназовцы, способные действовать в одиночку, а не сборище людей, кучкующихся ради перестрелок и пальбы из пушек. Каждый разведчик Цзялань обязан уметь в одиночку выполнять задачи в тылу врага и возвращаться живым. Запомните: здесь возвращение живым — это второстепенное, а выполнение задачи — первоочередная миссия.
Теперь о дисциплине. Мои требования должны выполняться без каких-либо условий, никаких рассуждений о том, разумны они или нет, быть не должно. Я не стану давать вам возможность писать доклады, как это делает ваш ротный Лян. Я — ваш инструктор и отвечаю только за ваше обучение. Если в какой-то день вы поймете, что больше не выдерживаете, можете обратиться ко мне и отказаться от тренировок. Все остальное меня не касается, с прочими вопросами идите к своему ротному.
На любые мои приказы и вопросы вам позволено отвечать только да и нет. Любые двусмысленные ответы приравниваются к самоуправству: в легких случаях — телесные наказания, в тяжелых — вон из отряда.
С этой секунды все ваши действия оцениваются в баллах. Максимальный балл — сто, мы будем потихоньку их снимать, и как только баллы закончатся, вам придется убраться отсюда. Что ж, я закончил. А теперь попрошу командира Ляна поставить следующие задачи.
Солдаты по привычке захлопали, но Цзи Цэ окинул их странным взглядом:
— Без приказа не хлопать. Снять со всех по два балла.
Услышав это, солдаты опешили: за такое тоже снимают баллы, какая бесчувственность! Никто не издал ни звука, но все уставились на него во все глаза.
— Неподчинение инструктору — минус пять баллов, — отдал приказ Цзи Цэ.
Внизу тут же воцарилась тишина, все вытянулись в струнку и уставились вперед.
Лян Шанцзюнь вздохнул, покачал головой, перевел взгляд с небес на их лица и произнес:
— Вся 7-я рота, смирно! Груз двадцать килограммов, марш-бросок на тридцать километров, цель — пляж А, бегом марш!
Какое-то время никто не шевельнулся — бойцы решили, что приказ командира Ляна прозвучал с ошибкой.
Цзи Цэ скосил на них глаза и усмехнулся:
— Что, никто не расслышал приказ? Ротный Лян, у вас слишком тихий голос, с вас пять баллов. Остальным из 7-й роты — минус три балла всем до единого!
http://bllate.org/book/38091/4769187
Готово:
