– Пошли, не забывайте заглядывать сюда каждые два дня, – Дядя Чжан поправил в руке длинный лук и жестом велел Ян И и Чжан Ху следовать за ним. Сегодня они отправлялись в самые глухие горные чащобы. Вчера удалось добыть всего двух фазанов, что едва ли окупало хлопоты, и если сегодня не принести домой какую-нибудь крупную добычу, семья останется без средств к существованию.
– Сделаем! – с энтузиазмом отозвался Ян И, поспевая следом. За его спиной тоже висел охотничий лук, правда, значительно уступавший тем, что были у Дяди Чжана и Чжан Ху. Денег у него водилось мало, да и руки были слабоваты — купи он хороший лук, даже на тетиву не хватило бы сил натянуть. Куда разумнее было пока обойтись тем, что попроще: натренирует меткость, начнет добывать зверя на продажу в уезде, тогда и сменит оружие на добротное.
Горы за Деревней Байшуй тянулись бесконечной чередой, и если пойти в самую их глушь, можно блуждать там целые сутки напролет и не выбраться. По слухам, в самых отдаленных уголках водились тигры и медведи-шатуны, и стоило хотя бы одному из них показаться на глаза, как потребовалось бы не меньше десятка крепких мужчин, чтобы совместными усилиями придавить зверя к земле.
Поэтому они промышляли охотой лишь на окраинах глубоких чащ. Самой крупной добычей здесь обычно становились косули и прочая мелкая и средняя живность, а если повезет наткнуться на одинокого бродящего поросенка, считай, сорвал большой куш.
Дикие кабаны не имели в горах естественных врагов: привольная жизнь на лоне природы позволяла им плодиться и расти с невероятной скоростью. Не найдя пропитания в лесу, такие кабаны спускались к деревням разорять поля, а столкнувшись с человеком поодиночке, могли и насмерть затоптать. Добыть кабана — значило внести свой вклад в безопасность всей деревни.
Дядя Чжан ступал уверенно и твердо, но при приближении к горной глуши вдруг настороженно повел ухом. Словно уловив какой-то звук, он осторожно согнулся в три погибели и натянул тетиву своего лука до предела, наведя ярко начиненный железный наконечник стрелы в определенную сторону.
Заметив стойку Дяди Чжана, Чжан Ху и Ян И сразу поняли, что приближается крупный зверь. Они тоже поспешно вскинули луки, заложили стрелы и прицелились туда, куда указывала стрела Дяди Чжана. Раньше Ян И с помощью этого лука подстрелил лишь одного фазана, а о крупной дичи и говорить нечего — за десяток с лишним вылазок в горы он ее даже не видел.
Теперь же, издали услышав глухой шум, он сразу сообразил: мелочь идти не может. При мысли о том, что навстречу им движется огромный кабан или даже тигр, Ян И одновременно и напрягся, и испытал немалое возбуждение: какой мужчина, читая в юности главу о том, как У Сун бьет тигра, не мечтал оказаться на его месте и точно так же голыми руками одолеть хищника?
Впрочем, оставляя в стороне боевые навыки, один лишь факт того, что тигр — охраняемое государством животное, начисто перечеркивал грандиозные замыслы всех удальцов. Посмей ты повредить хоть единый волосок на шкуре зверя, и тюремного срока до конца дней не оберешься, не говоря уже о том, что изнеженное засиживанием в офисах тело при встрече с полосатым хищником гарантированно пошло бы на корм.
– Шумит кабан, судя по звукам, знатный. Фунтов четыреста не меньше. Выскочит снизу — цельтесь ему в глаза, шкура у него толстая и дубленая, остальное не пробьете.
Опытный Дядя Чжан уже определил, что за зверь приближается, и принялся наставлять Чжан Ху и Ян И. На самом деле эти слова в большей степени предназначались Ян И: старик опасался, что парень еще слишком мал. Хотя за последние пару десятков дней тот и казался более собранным на охоте, прежде им не доводилось сталкиваться с крупной добычей. Вдруг кабан выскочит внезапно, и перепуганный новичок поднимет шум — тогда опасность будет грозить всем трём охотникам.
– Не беспокойтесь, Дядя Чжан, я всё понял.
Услышав, что это не тигр, Ян И облегченно выдохнул: вступать сейчас в схватку с таежным хищником им было рановато. Вспомнив просмотренные в прошлой жизни видеоролики, где сибирские золотистые кошки преследуют добычу, он понимал, что троим из них даже на разминку зверю не хватит.
Шум становился все громче. Ян И затаил дыхание и во все глаза уставился туда, откуда доносились звуки, загодя натянув тетиву до отказа — стоило лишь увидеть цель, как стрела сорвется с места.
Меткость у него была неплохая: за последние дни домашних тренировок он научился попадать в яблочко, но то были неподвижные мишени. Сейчас же перед ним живое, движущееся создание, причем бегающее куда быстрее фазанов и зайцев, где все решается за доли секунды.
В тот самый миг, когда дикий кабан показался из зарослей, три стремительные стрелы прочертили в воздухе плавные дуги и безошибочно вонзились прямо в глаза мчавшемуся на всех парах зверю.
Одна из толстых стрел, обладавшая немалой убойной силой, после попадания вошла в тело почти на три четверти древка. Пробитый насквозь в этой атаке кабан был уже не жилец: сделав пару предсмертных судорожных движений, он рухнул на землю, тяжело хрипя в ожидании конца.
В мгновение ока кабан пал от руки Дяди Чжана. Оценив размеры туши, Ян И одновременно испытал легкий искупленный страх и восхищение: наставник и впрямь невероятно силен. Если перенять хотя бы семь-восемь десятков долей его мастерства стрельбы из лука, в будущем, отправляясь в горы в одиночку, можно будет рассчитывать на собственную безопасность при встрече с крупным зверем.
– А ты неплох, Ян И! Я-то думал, когда кабан попер на нас, ты от страха и тетиву отпустить не осмелишься, – с улыбкой хлопнул Ян И по плечу Чжан Ху, глядя на товарища с явным одобрением.
Занимавшийся Игры пяти зверей уже больше полумесяца Ян И по-прежнему оставался тощим и тщедушным, а потому от увесистого шлепка Чжан Ху скривился и поспешно отскочил в сторону.
– И впрямь неплох, получше тебя будет, – молча добавил шпильку Дядя Чжан, отчего Чжан Ху тут же сник. Разве можно винить его за то, что он боялся натянуть лук на кабана? Когда он впервые столкнулся с диким вепрем, ему было всего двенадцать лет, и страх в таком возрасте — дело вполне нормальное.
– Кхе, Дядя Чжан, когда выдвигаемся?
Ян И украдкой усмехнулся и перевел взгляд на кабана. Тот еще не до конца испустил дух: история про змею учит, что даже отрубленная змеиная голова способна укусить, чего уж говорить о кабане, который пока еще дышит. Взбесись зверь вздумай он поднять бурю в этот момент — ему даже дергаться особо не придется, хватит и четырехсот с лишним фунтов собственного веса, чтобы раздавить человека в лепешку.
– Погодим немного.
Дядя Чжан обладал большим опытом. Сказав «погодим немного», он выждал добрую четверть часа, пока некогда хрипевший кабан окончательно не затих. Убедившись, что зверь подох наверняка, Дядя Чжан, чей тесак по-прежнему висел на поясе, подошел ближе и позвал остальных. Четыре с лишним фунта веса в обычные дни не унесли бы с гор меньше трех-пяти крепких мужчин, но нынче в горы поднялись отец и сын семьи Чжан, так что совместными усилиями уволочь тушу вниз не составит труда.
Ян И шел следом за отцом и сыном Чжан, держа в руках охотничий лук, и на сердце у него было легко и радостно. Их с Чжан Ху стрелы вонзились кабану в другой глаз: пусть они и уступали по силе выстрелу Дяди Чжана, но свой вклад они внесли. Интересно, когда же он сможет в одиночку справиться с таким громадным зверем?
Тащить кабана с гор доводилось нечасто, но остальные домочадцы Семьи Чжан ничуть не удивились, лишь наперебой стали приговаривать, чтобы Дядя Чжан оставил им пару цзиней мяса — они зайдут купить.
Мясо дикого кабана имело сильный специфический дух, и без обилия пряностей люди, привыкшие к нежной пище, есть его просто не смогли бы. Однако крестьяне Деревни Байшуй круглый год редко видели мясо на своем столе, так что никто не стал бы перебирать носом из-за резкого запаха. К тому же, если продать такого кабана главному повару уездного трактира, тот в два счета соорудит из него целый стол блюд, выручив за них куда больше, чем стоила вся туша целиком, так что охотникам привередничать не приходилось.
http://bllate.org/book/38080/4767300
Готово:
