Он снова превратился в кокон, проросший прямо из дивана.
Се Чэнъин набрал воды. По привычке захватил со стола заведующего Лю щепотку ворсистых чаинок маоцзянь, бросил внутрь, вернулся и легонько подул:
— Пей.
Бай Я замер.
Се Чэнъин сам вложил стакан ему в руку:
— Выпей горячей воды, это успокаивает нервы. Уже не обжигает.
Бай Я растерянно смотрел на стакан в руке, с таким же недоумением и ошеломлением, будто разглядывал окаменелость динозавра возрастом в один миллион лет.
Затем он поднял голову на Се Чэнъина и, наполовину веря, наполовину сомневаясь, сделал глоток.
Горячая вода разлилась по животу, сладковатый аромат чая принёс с собой тепло и ощущение мягкой заботы. Подняв взгляд на Се Чэнъина, он озадаченно спросил:
— Что ты только что сказал?
Се Чэнъин ответил:
— Больше я так не буду. Исправлюсь, буду уважать твои желания, не стану...
Он перечислил все свои грехи — подробно и с искренним раскаянием.
Он заметил, как в глазах Бай Я промелькнуло понимание, удивление, отрешённость — самые разные сменяющие друг друга эмоции.
— Понял, — прервал его Бай Я, не сводя с него туманно-голубых глаз. — Можешь ты уже сесть?
Се Чэнъин на мгновение замер, кивнул и опустился рядом с Бай Я, но, чувствуя некоторую неловкость и осторожность, предусмотрительно оставил между ними расстояние в кулак.
В следующее мгновение тёплое тело рядом легонько прижалось к нему.
Кончики пальцев Се Чэнъина сжались.
Бай Я впервые сам сделал шаг навстречу. Пусть это было едва уловимое касание, пусть соприкоснулись лишь ткани одежды, а физически почти ничего не ощущалось...
Но сердце от этого забилось с бешеным стуком.
— Ну ты и...
Бай Я глубоко вздохнул, уголки его глаз и бровей расслабились, и он выругался:
— Ты точно ненормальный.
Сообщения от Лян Жаня на телефоне продолжали сыпаться один за другим, но Се Чэнъин перевел его в беззвучный режим еще на втором сообщении.
Может быть и так...
думал Се Чэнъин, глядя на улыбку Бай Я.
Возможно, он действительно ненормальный, раз вечно не может оставаться равнодушным к такой улыбке.
Тоже двойной выпуск сегодня! Ждите меня в девять вечера, чмоки~~~
«Маленькая подружка»?
— ...Чэнъин, Чэнъин!
Се Чэнъин стоял, прислонившись к задней двери класса, и, повернув голову, глянул на Лян-цзы:
— Чего тебе? Орешь, как будто душу вытягиваешь.
— Пошли в туалет вместе.
— ...Тебе сколько лет? — брезгливо покосился на него Се Чэнъин.
Какой взрослый лоб, а всё туда же — за ручки в туалет ходить, как девчонка.
— Эй, да ты... — Лян Жань приобнял его за плечи и украдкой вытащил пачку сигарет. — Точно не пойдешь?
— Точно нет. — Се Чэнъин оттолкнул Лян-цзы.
У него было немного увлечений: борьба, мотоциклы, сон — пожалуй, и всё. Но недавно появилось еще одно.
А именно — наблюдение за Бай Я.
Он заметил, что волосы Бай Я были совершенно чистой, пронзительной белизны, напоминающей зимний снег. Се Чэнъин не любил зиму: слишком холодно, а в одежде чувствуешь себя неповоротливым мячом.
Но стоило ему представить, как зимой во время снегопада снежинки оседают на кончике носа и прядях волос Бай Я, как в груди невольно зарождалось предвкушение.
Однако на дворе стояли еще лето да осень.
Впрочем, лето и осень тоже казались неплохи.
Он знал, что альбинизм Бай Я не был критически тяжелым — определенное количество света тот переносить мог. К концу лета и началу осени, когда в классе распахивали окна, внутрь струился солнечный свет.
Обычно это происходило около трех часов дня — Се Чэнъин засекал время.
Стоял ли он в этот момент в туалете, набирал ли воду или стоял в углу по наказанию учителя, Се Чэнъин неизменно поворачивал голову, чтобы посмотреть на Бай Я, на то, как его белоснежные волосы окрашиваются в золотистый оттенок, словно покрываясь сиянием.
И от этого сердце Се Чэнъина трепетало в такт золотистым бликам, распускаясь цветком.
— ...Итак, в данной задаче при условии одинаковой силы тока, текущего через металлическую проволоку, требуется найти наименьшую потребляемую мощность источника питания и наиболее точно измерить сопротивление проволоки. Какой же вариант ответа следует выбрать?
Учитель физики носил фамилию Цай, а массивные очки действительно придавали ему умный вид. Его взгляд упал на казавшегося отрешенным Бай Я:
— Бай Я, ответь-ка нам, какой вариант?
Бай Я приподнял веки и неторопливо поднялся:
— D.
Учитель Цай кивнул и наставительно произнес:
— Не забывай смотреть на доску, — после чего продолжил лекцию с прежней выразительной интонацией.
Бай Я подпер подбородок рукой и с начала и до самого конца не взглянул на доску ни разу.
Се Чэнъин неизменно испытывал к этому глубокое уважение.
Учитель физики страсть как любил затягивать уроки. Звонок на перемену должен был прозвенеть в двенадцать, но из-за заминки всё сдвинулось ровно до четверть первого.
К этому моменту в столовой наверняка осталась одна лишь пустая похлебка.
По классу прокатилась волна стонов, а тяжельше всего пришлось Толстяку.
— У меня в животе от голода уже всё сожмакалось! Какой он к черту великий талант, переименовал бы себя в великого затягивателя.
Жалуясь, он массировал свой пустой живот, шарил рукой под партой и извлек оттуда три пачки лапши быстрого приготовления. Его сосед по парте У Хаоян уже протянул руку, думая, что тот собирается поделиться с одноклассниками, но Толстяк внезапно забросил все три брикета в большую железную миску и, крутанувшись на месте, поспешил к кулеру с горячей водой.
У Хаоян: ......
Се Чэнъин откинулся на спинку стула, наглухо перекрыв дорогу собирающемуся уходить Бай Я, и улыбнулся:
— В столовой в такую пору точно ничего не осталось. Куда собрался?
Бай Я замер. Для него, по сути, не было особой разницы, есть там хоть какая-то еда или нет, и он растерялся, не зная, что ответить.
Немного поколебавшись, он произнес:
— Схожу в столовую, проверю.
Се Чэнъин достал два контейнера для еды:
— На крыше тоже можно пообедать.
Он каждый день обедал с Лян Жанем на крыше. Вчера он из любопытства заглянул в столовую, желая посмотреть, чем Бай Я питается изо дня в день, и, конечно же, издалека заметил в тарелке сплошную белизну.
Рис и соленые овощи.
Это что блин, нормальная еда для растущего старшеклассника??
Неужели он оттого такой худой.
У Бай Я была хорошая память: он сразу узнал те самые контейнеры, которые Се Чэнъин швырнул на стол в столовой в тот день, когда его окружила банда Жэнь И.
Оказывается, тот хотел с ним сблизиться еще тогда.
Втроем они направились на крышу. Людей здесь почти не было, ветер дул слабый, а если посмотреть вниз со стула, можно было разглядеть снующих в поисках пропитания учеников — совсем как муравьев.
http://bllate.org/book/38079/4767228
Готово:
