Экипаж миновал уличных музыкантов-цыган, мокнувших под проливным дождём, и повернул на шумную торговую улицу.
Неподалёку возвышался изысканный особняк в викторианском стиле — с резными дверями и высокими окнами. Едва карета остановилась, как навстречу выбежал заждавшийся слуга, развернув два огромных чёрных зонта, защищавших от хлынувшего ливня.
Ступив на мостовую, Тан Чжу до последнего отказывался верить происходящему и внимательно вгляделся в бронзовую табличку на фасаде. Увы, на ней по-прежнему высилась отчеканенная надпись: «Улица Красной Горы, дом 120».
Лишь теперь до него окончательно дошло: он безвариантно попал в тело злодея из романа. Того самого, что шпионит за главным героем, притворяясь неприметным соседом по дому.
Персонаж, который до середины сюжета маячит безликой тенью, затем вероломно втыкает герою нож в спину... и почти мгновенно оказывается раздавлен, окончив свои дни в мучениях на виселице!
Дьявол, не зря его списали со счетов как второстепенную шестёрку!
Прожить столько времени под одной крышей с главным героем — и не разглядеть его колоссального потенциала? Неужели в эту дурную голову ни разу не пришла мысль бросить тёмные делишки и вовремя склонить голову перед юным принцем... или хотя бы пасть ниц к полу его плаща?
Ну а если уж преданность не твой конёк, то хотя бы наладил бы с человеком нормальные отношения! Чтобы потом, когда тайное станет явным, пустить в ход карту былой дружбы.
Так нет же! Этот гений, будучи хозяином дома и соседом великого детектива, умудрился выстроить общение так, словно они совершенно чужие люди, чьи пути никогда не пересекаются.
Размышляя об этом, Тан Чжу мягко отстранил руку слуги и, словно лишённая души марионетка, побрёл вслед за дворецким в дом. Там он на автопилоте позволил разуть себя и снять отсыревшее пальто.
Он не обронил ни слова, лишь украдкой посматривая на юношу, сбрасывавшего верхнюю одежду.
Даже когда барышня-управляющая ахнула, разглядев на его груди порванную рубашку, Тан Чжу не сразу отвёл взгляд от Фу Ляна.
Лишь проследив за холодным взором юноши, Тан Чжу опустил глаза к разрыву на ткани, на который указывала управляющая. Отпахнув край материи, он погрузился в раздумья, разглядывая рваные края.
«Твою ж... В романе об этом соседе-злодее почерпнуть почти нечего. Разве что мелкие подлости, которые тот вечно подстраивал главному герою».
Насколько помнилось, в обычной жизни этот персонаж отличался крайней неприметностью и дотошной педантичностью.
— Гм... Это я сам, случайно зацепился, — пробормотал Тан Чжу, пытаясь замять тему. — Ничего страшного.
— Что значит «случайно»?! Господи, вы ведь отродясь не дозволяли себе подобного...
Пока барышня укоряла его, Фу Лян, уже успевший облачиться в домашний халат, расположился у окна и неспешно поднёс к губам чашку утреннего чая.
— Я ведь ещё утром предупреждала вас, господин Тан: не стоит так спешить за этой пластинкой! В крайнем случае могли бы отрядить кого-то из слуг. Поглядели бы лучше, что за ненастье на улице. Благо встретили молодого господина Элберта, не то продрогли бы до костей под проливным дождём! Кстати говоря... а где же ваша пластинка?
«Если память мне не изменяет, эта барышня-управляющая нанята именно мной, то бишь злодеем... С чего вдруг она так печётся о Фу Ляне? Чёрт дери, вот уж поистине сокрушительная аура главного героя!»
Тан Чжу мысленно ворчал, однако вопрос управляющей заставил его вспомнить о свёртке в вощёной бумаге, брошенном прямо в грязную лужу.
«Не могу же я признаться, что выронил его... Судя по всему, прежний Тан Чжу в этой вещице души не чаял...»
— Не удалось забрать? — заговорила управляющая. — Впрочем, гавань сейчас закрыта, так что задержки вполне естественны. Оставьте мне адрес, господин Тан, и во второй половине дня я отправлю туда человека.
— Не стоит. Дело в том, что я... утром я...
— Утром вы отказались от экипажа и отправились пешком, отчего на ваших брюках остались капли грязи, успевшие высохнуть ещё до нашей встречи, — раздался спокойный голос Фу Ляна.
Он говорил размеренно, не снижая темпа, но в сочетании с неторопливыми глотками чая его речь казалась воплощением невозмутимости.
Честно говоря, Тан Чжу ни в коей мере не ожидал, что этот юноша проявит интерес к его перемещениям. В карете Фу Лян хранил ледяное молчание, пока сам Тан Чжу сидел как на иголках.
Откинувшись на спинку высокого кресла и не отрывая взгляда от унылого пейзажа за окном, юноша спокойно продолжил:
— Тем не менее в какой-то момент вам пришлось нанять экипаж, иначе вы просто не успели бы прибыть на причал к указанному часу. Следовательно, у вас была назначена встреча? С другом? Или с кем-то иным?
— Д-да, с другом, — пролепетал Тан Чжу, нисколько не заподозрив подвоха. — Мы условились отправиться вместе, поэтому сперва я зашёл к нему домой. А потом... когда мы попрощались, я попал под взрыв...
Юноша у панорамного окна лениво приподнял веки, давая понять, что ждёт продолжения.
Под этим проницательным взором Тан Чжу стало не по себе. В конце концов, каково это — лгать, едва успев встретиться с настоящими подельниками?
— Пластинка выскользнула и упала прямиком в лужу, а вокруг поднялась такая паника... Я просто забыл о ней в этой кутерьме...
Фу Лян не сводил с него спокойного, почти неживого взгляда. Тан Чжу старался держаться ровно, хотя спина его уже покрылась испариной.
«Стоило мне открыть рот, как этот парень наверняка высмеял мою убогую стряпню», — подавленно подумал Тан Чжу.
Однако вместо разоблачительных вопросов со стороны Фу Ляна раздался очередной испуганный возглас управляющей:
— Вы хотите сказать, что оказались в эпицентре взрыва?! Боже милостивый! Вы не ранены?!
Не дав ему опомниться, барышня увлекла Тан Чжу к соседнему с Фу Ляном креслу и решительно усадила, тут же принявшись потчевать свежим чаем и закусками. Тан Чжу попытался подняться, но под её напором лишь отчаянно замахал руками, уверяя, что с ним всё в полном порядке.
Ныне всё его внимание краем глаза было устремлено на Фу Ляна, а находящаяся в руках чашка дымящегося чёрного чая не вызывала ни малейшего аппетита.
Наперекор страшным ожиданиям, юноша, похоже, проглотил эту неуклюжую отговорку. Взяв со столика свежий выпуск газеты, он более не задал ни единого вопроса.
Тан Чжу наконец с облегчением выдохнул.
— Утренний выпуск я уже просмотрела, — заговорила барышня-управляющая, отставляя изящный фарфоровый чайник и привычно обращаясь к Фу Ляну. — В левом нижнем углу опять объявления об утерянных вещах, на центральной полосе, само собой, анонс завтрашнего бала. Ах да! Из тюрьмы Мьюз совершил побег заключённый. Полиция со вчерашнего вечера прочёсывает улицы. В такой кутерьме инспектору Хентеру, кажись, тоже придётся лично выходить на дежурство...
«Хентер? Тот самый толстяк-полицейский из романа, который при поддержке гениального Фу Ляна сделал головокружительную карьеру? Выходит, утром я столкнулся именно с ним!»
Что ни говори, а этот толстяк оказался виртуозом по части выбора правильного покровителя. Исключительно благодаря благодати главного героя он с лёгкостью взобрался на самый олимп.
Прежде Тан Чжу презирал подобные «обходные пути». В своей прошлой жизни, до того как завоевать титул чемпиона по профессиональному боксу, он начинал в захудалых клубах, зарабатывая на жизнь синяками и ссадинами. Путь от безымянного новичка до мировой знаменитости он пробил собственными кулаками, бой за боем.
Однако теперь ему волей-неволей приходилось присматриваться к подобной стратегии.
Более того, Тан Чжу как никто другой осознавал: если составлять рейтинг сложности по категории «примазаться к влиятельному покровителю», то такой холодный, лишённый сострадания юный аристократ, как Фу Лян, азартно увлечённый лишь расследованием преступлений, относится к наивысшей категории — SSS+.
«Господи, да как же подступиться к этому человеку? Подарки? Он купается в деньгах. Помогать расследованиями? Мозгов не хватит. Прикрывать своим телом от пуль? Тоже не доверят... Единственное, что в моих силах — использовать знание сюжета, дабы вовремя уберегать его от опасностей...»
— У вас какие-то проблемы? — неожиданно раздался совсем рядом чистый мужской голос.
Тан Чжу вздрогнул всем телом, лишь теперь осознав, что снова в упор загляделся на юного принца.
— Ах, нет, ничуть, — он поспешно опустил глаза и с восхищением пробормотал: — Просто подумалось... вы потрясающе проницательны. Умудрились догадаться даже о том, что инспектора вчера поздно вечером срочно вызвали на службу.
Фу Лян чуть сощурился; в тусклом свете пасмурного дня длинные ресницы отбрасывали мягкую тень на его щёки.
— От него разило дешёвыми женскими духами и смесью скверного табака, а на шее отпечатался след помады — верный признак посещения злачного заведения. При этом белки глаз налиты кровью, на лице явные следы истощения, а заломы на спинке сюртука указывают на то, что он провёл всю ночь, откинувшись на жёсткое кресло. Разумеется, его срочно вызвали на службу прямо из кабака.
— Ох... Надо же. А я ничего этого и не заметил.
Вообще-то Тан Чжу терпеть не мог подобного высокомерия, но сейчас, слушая этот разбор, невольно проникся уважением и искренне воскликнул:
— Но ведь вы пробыли рядом с инспектором от силы полминуты! Это просто невероятно.
Юноша с безразличным видом кивнул и вновь сделал глоток чая.
Лишь спустя полминуты Тан Чжу сообразил, что повёл себя слишком эмоционально. Будь он настоящим соседом этого гениального сыщика, подобные вещи давно бы стали для него привычными и не вызывали бы дикого восторга.
Разумеется, его прямолинейному уму и в голову не могло прийти, что сидевший напротив гениальный юноша, опустив глаза и сохраняя ледяное спокойствие, из-за него пребывал в полном смятении.
***
Фу Лян вкушал небывалую похвалу, однако мысленно перечёркивал все прошлые выводы.
Совершенно другой.
Человек перед ним — тот самый, чей унылый образ прежде не заслуживал и секунды пустого разговора — внезапно показался ему... чрезвычайно любопытным.
Фу Лян не понимал, где именно произошёл сдвиг. То ли он, поддавшись чьей-то просьбе, поднялся спозаранку и отправился на промозглый причал? Или же в тот момент, когда ступил на борт гигантского парохода и прогуливался по его пышным залам?
Кто-то словно подменил его самого неприметного соседа в тот самый короткий промежуток времени.
Раздражение, скопившееся из-за раннего подъёма и необходимости затеряться в переулках от надоедливых преследователей, полностью улетучилось в тот миг, когда этот педантичный, скучный мужчина без стеснения распахнул рваную рубашку у него на глазах.
Но вместе с этим треском ткани все ярлыки, которыми Фу Лян когда-то успел охарактеризовать этого человека, осыпались, словно сухие осенние листья.
«Единственный ребёнок», «зануда», «сын торговца», «выходец из элиты», «лицемер», «притворщик», «фальшивая любовь к классической музыке»...
Всё это в одно мгновение сменилось чистым листом.
Он уже и не помнил, как давно ему не попадался человек, представляющий собой абсолютную загадку — неисписанную страницу.
— Эм-м... А вы почему утром оказались у причала? — опустив голову, поинтересовался Тан Чжу, явно пытаясь разрядить обстановку.
«Зачем задавать подобные бессмысленные вопросы?»
Заметив его молчание, Тан Чжу поспешно добавил:
— Я вовсе не пытаюсь влезть в ваши личные дела... Просто...
«Пф-ф».
— По просьбе одного человека проверял надёжность мер безопасности в одном месте.
— Ого, звучит солидно. Думаю, если уж вас пригласили для проверки, это место априори можно считать неприступным?
— Бывало и лучше.
— Что ж... понимаю.
Интуиция подсказывала Фу Ляну: эта тайна обещает быть куда запутаннее любого резонансного преступления. Этот человек превратился в сущую загадку.
Но куда более любопытно было иное: похоже, сидевший напротив мужчина смотрел на него с точно таким же чувством. Ведь с той самой минуты, как они сели в карету, тот успел ощупать его взглядом с головы до ног с десяток раз.
Причём взор этот был наполнен такой робостью, опаской и испугом, что невольно лип к нему, вызывая странные чувства.
И теперь в своём перегруженном, тесном мире Фу Ляну пришлось выкроить крошечный уголок специально для этого человека. Дабы непрестанно подмечать малейшие его движения, анализировать их и постепенно срывать с него покров за покровом.
Скользнув из-под ресниц взглядом по мужчине, почти залпом осушившему чашку английского чая, Фу Лян ощутил, что свежие газетные вырезки потеряли всякий интерес.
«Лишь бы получить хоть малейшую зацепку...» — подумал Фу Лян. Ему до безумия захотелось увидеть, как этот внезапно преобразившийся человек окажется перед ним разоблачён до самого основания.
http://bllate.org/book/38064/4780484
Готово:
