О, кстати, этот человек еще увлекается путешествиями и фотографией, я видел в его ленте WeChat множество снимков фотооборудования, только одни объективы в сумме тянут тысяч на сто.
Чжоу Янь бросил взгляд на документ и произнес:
— Ты что, даже добавил его в WeChat?
Ло Минсюй невозмутимо ответил:
— А как иначе во всем разобраться?
Чжоу Янь заинтересовался:
— Под каким предлогом ты его добавил?
Ло Минсюй хитро улыбнулся и показал Чжоу Яню переписку с фейкового аккаунта.
Он ловко использовал фотографию красивой интернет-модели в качестве аватарки, сначала расспросил Су Циня о бильярде, а затем перевел тему на фотографии в ленте, расхвалив его снимки за уникальный стиль. Девушка поинтересовалась у Су Циня, сам ли он покупает все это оборудование.
Су Цинь ответил, что сам.
Затем "она" без труда выведала цены и ссылки на магазины, и все заказы полностью совпали с движениями по счетам, которые откопал Ло Минсюй.
Представленные в суде доказательства могли и не принять, поэтому для полной надежности Ло Минсюй разыскал нескольких хороших знакомых Су Циня. Их показания могли подтвердить, что всё снаряжение Су Цинь покупал исключительно для личного пользования, к тому же он обычно принимал в чатах заказы на фотосессии, зарабатывая с каждого от одной-двух тысяч до четырех-пяти тысяч юаней.
— У него абсолютно точно есть финансовая возможность платить алименты на сына, он просто не хочет тратиться, — Ло Минсюй искренне возмущался. — Раз он такой бессердечный, зачем вообще тогда заводил ребенка... Слушай, а как думаешь, он случайно не гей?
Чжоу Янь продолжал печатать материалы и бросил:
— С чего бы вдруг столько геев.
Ло Минсюй в выходные хотел вместе с Чжоу Янем прогуляться по разрекламированному рынку подержанных вещей, поэтому спросил, есть ли у того время в уик-энд.
— На этой неделе не получится, я договорился встретиться с клиентом по делу, а в воскресенье сестра позвала на день рождения, поеду к ней обедать.
— Ох... — Ло Минсюй сильно расстроился. — А на следующей?
— Пока не уверен. А что такое?
На этом моменте Ло Минсюй окончательно убедился, что Чжоу Янь выбросил из головы его прошлое обещание. Видимо, Чжоу Янь не слишком-то горел желанием тратить на него драгоценное свободное время, ведь если бы он действительно хотел пойти, то наверняка, как и он сам, занес бы это событие в свой ежедневник.
В офисе снова зажевал бумагу старый принтер, да и верстка съехала. Чжоу Янь с легким раздражением цыкнул. Ло Минсюй подошел к принтеру, помог вытащить застрявший листок формата А4, вставил новый, слегка подправил формат документа и снова нажал кнопку.
Распечатанный заново лист был с четким текстом и подходящим размером — просто идеально.
Ло Минсюй стоял рядом, чуть приподняв уголки губ в ожидании похвалы, но Чжоу Янь, забрав материалы, тут же сосредоточенно уселся их сшивать, словно превратив Ло Минсюя в пустое место.
Ло Минсюй вернулся за свое рабочее место, развернул стул в сторону Чжоу Яня, поднял на него взгляд и произнес:
— Чего это ты не говоришь мне спасибо.
— Спасибо, — простучал по клавиатуре Чжоу Янь.
Ло Минсюй уперся локтями о его стол, подпер подбородок сложенными руками, а во взгляде промелькнула обида:
— Ты вечно от меня отмахиваешься.
Чжоу Янь почувствовал себя сбитым с толку:
— А? Отмахиваюсь? В каком смысле?
Ло Минсюй с понизившейся донельзя интонацией предъявил претензию:
— Во всём... Ты даже когда разговариваешь, на меня не смотришь.
Чжоу Янь перевел взгляд на макушку, которая, казалось, намертво приросла к краю его монитора.
Ло Минсюй часто принимал такую позу, когда болтал с ним или следил за его работой. Чжоу Янь настолько к этому привык, что боковым зрением автоматически воспринимал голову Ло Минсюя как горшок с гиперактивным комнатным растением.
Стажеры, которых Чжоу Янь обучал раньше, редко болтали с ним о пустяках и больше всего на свете желали, чтобы его взгляд вечно был прикован к монитору — так все могли спокойно посидеть в телефоне. Но Ло Минсюй ни капли на них не был похож.
Глядя на его глаза, в которых плескался целый океан мелких обид, Чжоу Янь включил режим заботы о Сяоми и попытался угадать:
— Ты что, проголодался? Хочешь, я закажу тебе полуфабрикат перекусить?
Ло Минсюй с отчаянием закрыл глаза.
Приближались первомайские каникулы, и в ленте WeChat Ло Минсюя мелькало множество однокурсников, которые уже заранее уехали путешествовать, а некоторые хвастались билетами на концерты и музыкальные фестивали.
Сюй Ван и Тан Инцзы тоже написали сообщения, интересуясь, какие у Ло Минсюя планы на праздники.
Ло Минсюй ответил каждому: «Буду пахать и зарабатывать деньги».
Одежная компания, с которой он сотрудничал раньше, выпустила новую коллекцию, и на Первомай планировалось несколько показов для региональных байеров. Ло Минсюй получил уведомление от компании еще больше месяца назад и последнее время активно занимался фитнесом, чтобы поддерживать рельеф мышц.
Сюй Ван выразил сожаление: «Жаль. Я вообще-то планировал позвать тебя погулять».
Ло Минсюй: «Дождись каникул. К тому времени мне выдадут зарплату, смогу погулять с тобой на широкую ногу».
Сюй Ван: «Разве ты не только что отдал плату за полгода вперед? Хватит денег-то?»
Стоит человеку выработать определенные привычки трат, изменить их становится крайне сложно, особенно такому человеку, как Ло Минсюй, с детства привыкшему к роскоши. Само понятие денег у него появилось только после банкротства семьи.
Хотя он уже успел познакомиться с тревожным чувством пустого кошелька, это ничуть не мешало ему швыряться деньгами, стоило им у него появиться. Деньги для него были словно водопроводная вода: зажатые в кулаке, они утекали сквозь пальцы, но стоило повернуть кран, как польются новые, так что он совершенно не боялся умереть с голоду.
Незаметно прошло уже больше получаса после окончания рабочего дня, а Чжоу Янь вовсе не собирался уходить. Ло Минсюй поднялся, чтобы сходить в комнату отдыха за водой, заодно бросить взгляд на экран Чжоу Яня и проверить, занят ли тот работой.
Юристам при составлении документов требуется предельная концентрация, и стоит порой сбить мысль, как потом уходит уйма времени на возвращение в прежнее рабочее состояние, поэтому Ло Минсюй обычно сначала смотрел, чем занят Чжоу Янь, и только потом заводил разговор.
— Какие планы на праздники? — убирая вещи со стола, повернулся к Чжоу Яню Ло Минсюй.
— Буду сверхурочно работать, побегаю на побегушках в благотворительном фонде.
Ло Минсюй удивился:
— Мм? В каком фонде?
Адвокатское бюро Ланьцзинь давно поддерживало тесные контакты и сотрудничество с ассоциацией охраны окружающей среды Цинлюй.
Цинлюй занималась вопросами защиты экологических прав граждан, регулярно организуя экологические практические мероприятия и волонтерскую деятельность, в то время как Ланьцзинь оказывало юридическую помощь группам людей, пострадавшим от экологических загрязнений.
Несколько дней назад в волонтерском чате Цинлюй опубликовали свежее объявление о запуске экологического проекта. Если говорить простыми словами, они собирали команду неравнодушных людей для уборки мусора и патрулирования территории у водоемов.
В пригороде Наньчэня находился природный водно-болотный парк, по периметру которого раскинулась обширная сеть озер. Они служили местом кормежки и обитания для птиц и рыб, а на территории парка водилось немало находящихся под особой государственной защитой первой и второй категории исчезающих видов пернатых.
Поэтому поддержание порядка и управление парком имели важнейшее значение для сохранения этих редких видов.
Председатель ассоциации пригласил всех неравнодушных принять участие в благотворительном семинаре, назначенном на два часа дня третьего мая.
Ло Минсюй очень интересовался благотворительностью, поэтому спросил Чжоу Яня:
— Могу я пойти с тобой?
Чжоу Янь уже участвовал в этом несколько раз и попытался отговорить:
— Да просто день собирать мусор, жутко скучно.
Ло Минсюй не убавил энтузиазма:
— Я еще никогда не собирал мусор в парке. Давай вместе, считай, разминка.
Чжоу Янь уточнил:
— Ладно. А как же твоя подработка?
Показы Ло Минсюя выпадали на первое и второе число, мероприятия заканчивались примерно в семь вечера, и организаторы предусмотрительно забронировали для моделей номера еще на одну ночь, чтобы у всех было достаточно времени отдохнуть перед обратной дорогой на следующий день.
Подумав так и эдак, Ло Минсюй связался с организаторами и перенес билет на высокоскоростной поезд на половине десятого вечера второго мая.
Чжоу Янь кивнул:
— Хорошо, тогда третьего числа в полдень я заеду за тобой домой, и поедем вместе.
Ло Минсюй щелкнул пальцами в знак согласия.
Подиум находился недалеко от дома, и Ло Минсюй воспользовался случаем, чтобы заскочить домой и позавтракать вместе с Тан Инцзы.
Их прежний большой особняк давно продали за долги, и теперь Тан Инцзы жила в арендованной квартире площадью чуть больше пятидесяти квадратных метров в весьма посредственном районе. Поблизости находились рынок и станция метро, так что и днем, и ночью стоял страшный шум.
Завтрак приготовил возлюбленный Тан Инцзы, Цзоу Минхао: по два белка, несколько помидоров черри, стакан соевого молока и гора зеленых листьев салата.
Тан Инцзы худела, Ло Минсюю нужно было держать форму, а Цзоу Минхао был вынужден сидеть на диете из-за обнаруженных при медосмотре повышенных сахара, холестерина и давления.
Ло Минсюй был не знаком с Цзоу Минхао и не испытывал к нему никаких симпатий. При знакомстве он в первую очередь оценивал внешность, и если лицо ему не нравилось, то первое впечатление оказывалось из рук вон плохим. К тому же этот человек отличался мягким характером, жил как какая-то размазня, вечно всё сносил, словно мальчик для битья, и Ло Минсюй предпочитал с ним не общаться.
Эта еда была пресной, безвкусной и бесполезной, точь-в-точь как салат в тарелке. На беду, Цзоу Минхао отличался полнейшим отсутствием такта: заметив, что Ло Минсюй покончил с едой, он тут же завел разговор:
— Не хочешь еще фруктов? Я могу помыть. Твоя мама говорила, что ты любишь зеленый виноград и арбуз, так что я купил всего понемногу.
Ло Минсюю претила его услужливость, и он с кислым лицом бросил:
— Не надо. У меня скоро показ, хочешь, чтобы я вышел на подиум с выпирающим пузом?
Тан Инцзы решила, что сын намеренно подкалывает Цзоу Минхао за его пивной живот, толкнула сына локтором и выразительно посмотрела на него:
— Будь вежливее.
Не зная, о чем еще поговорить, Ло Минсюй уткнулся в телефон и написал Чжоу Яню, интересуясь, чем тот занят.
На аватарке у Чжоу Яня стояла картинка из интернета: голубой золотистый шиншилла держал во рту игрушку и несся к камере, а поскольку его имя звучало гендерно-нейтрально, Тан Инцзы приняла его за девушку — да еще и за девушку, которая интересна ее сыну.
Поэтому она с любопытством поинтересовалась:
— Это кто?
Ло Минсюй ответил:
— Юрист из нашего бюро.
Все эти годы Тан Инцзы видела лишь то, как Ло Минсюй, уткнувшись в телефон, играет в игры или листает видео, но никогда еще не замечала, чтобы он переписывался с кем-то в ожидании ответа или пересматривал чужую ленту. Ей стало смешно, и она не удержалась от подначки:
— Тебе даже не отвечают. Праздник на дворе, спит наверно, а ты спозаранку человека беспокоишь.
Ло Минсюй совершенно не переживал:
— У него на телефоне во время сна всегда стоит беззвучный режим, так что никак не потревожу.
Тан Инцзы удивилась еще сильнее и намеренно поинтересовалась с подтекстом:
— Какая забота, даже это знаешь. Видимо, по вечерам вы болтаете немало.
Ло Минсюй бросил:
— Нормально.
Когда у Чжоу Яня были выходные, он всегда отвечал ужасно медленно. Непонятно было, чем он там занимался, вечно скрытный такой: ответ через полчаса считался быстрым, а иногда он мог не отвечать вообще всю ночь.
http://bllate.org/book/38062/4765623
Готово:
