— Но без ставки и интереса никакого толка нет, пусть проигравший пьет.
Сунь Сяо последовал совету и, приняв клюшку, бросил на Сун Уци многозначительный взгляд.
Бесхребетный.
— Идет, — легко согласился Лу Шуян.
Они перекидывались мячом туда-сюда и сыграли уже несколько партий.
Раз уж Лу Шуян, бывший здесь наполовину хозяином, играл в бильярд, вокруг собралось немало зевак, а когда они закончили, за столы встали другие.
К тому моменту, как бильярд подошел к концу, вечеринка уже подходила к концу.
Е Сяоюй не знала, сколько просидела в шкафу, но когда Сун Уци пришел ее искать, все гости уже разошлись.
Что же до Тан Жань, она давным-давно вернулась в жилой комплекс Шэнмин.
Накрыв лицо маской, она держала в руке серьгу-кисточку из черного жемчуга, инкрустированную мелкой россыпью бриллиантов, и разглядывала ее.
Она понятия не имела, чья это серьга — та зацепилась за подолом ее платья, и обнаружилось это только дома, когда она переодевалась.
Дзынь.
На телефон пришло новое сообщение.
Тан Жань положила серьгу на прикроватную тумбочку и открыла полученную видеозапись.
На обочине дороги Сун Уци, прихрамывая и поддерживая Е Сяоюй, усадил ее в машину.
Терраса на крыше виллы Ся Мо.
Мужун И облокотилась на перила, глядя на исчезающие за углом улицы стоп-сигналы, и дважды цыкнула языком.
— Старый Сун, а ведь жалко, что твою племянницу не взяли в государственную сборную по гимнастике.
Такой мастерский шпагат выдала.
Взгляд Сун Чжисюй был прикован к планшету в ее руках, словно она ничего не слышала.
— Она в последнее время тебе насолила? — Мужун И подошла к столу и села.
Официанты на вечеринке были наняты из бара, и как только Тан Жань перевела ей деньги, она отправила сообщение боссу Чэнь Хэмину, а тот переслал его Мужун И.
Даже зная, что все это затевалось против Сун Уци, Сун Чжисюй не стала вмешиваться.
Мужун И догадывалась: должно быть, Сун Уци на днях что-то отмочил и вывел Сун Чжисюй из себя.
Эта девчонка Сун Чжисюй с виду такая мягкая, а на деле та еще вредина.
— А я-то думала, она застать их врасплох собралась, а она, оказывается, специально заперла их внутри и продержала целых четыре часа. Ха-ха, у этой бедной ассистентки ноги, наверное, отвалились стоять.
Сун Чжисюй ничего не ответила, и тогда Мужун И обратилась к Ся Мо: — Старый Ся, как думаешь, а эта девчонка Тан Жань вообще интересная штучка?
— Довольно интересная, — с улыбкой отозвался Ся Мо.
Заставить человека проглотить обиду и даже пожаловаться нельзя — это куда веселее, чем просто устроить публичную сцену.
— Тан Жань и лицом вышла, и девчонка забавная. Если бы не была такой молодой, вполне подошла бы тебе, старый Ся.
Мужун И брякнула это просто так, в основном потому, что характер Тан Жань показался ей чем-то похожим на бывшую девушку Ся Мо.
Ся Мо лишь улыбнулся и промолчал.
Сун Чжисюй оторвала взгляд от планшета и бросила на Мужун И холодный взгляд: — Раз у тебя так много свободного времени, почему бы тебе не проверить финансовые отчеты?
— Нет-нет-нет, увольте. — Мужун И откинулась на спинку стула, всем видом показывая, будто увидела что-то гадкое. — У меня от этих цифр голова болит. Ты же тоже хозяйка баро́в, вот сама и смотри.
— С отчетностью все в порядке. — Сун Чжисюй отложила планшет.
Мужун И расслабила руки, стул качнулся обратно, и она сгорающая от любопытства подалась вперед:
— Твоя племянница уже замуж выходит, а ты все еще одна?
Обе из семьи Сун, а такая разница.
Сун Уци и одной девушки мало, а Сун Чжисюй — словно бессмертный дух, испивший нектар и отринувший все мирские страсти.
Впрочем, если подумать, такая разница неудивительна: отец Сун Уци и отец Сун Чжисюй — сводные братья.
Сун Чжисюй взяла чашку чая, сделала глоток и с легкой улыбкой спросила: — Может, открыть тебе брачное агентство и посадить свахой?
— Тьфу! — Мужун И поперхнулась водой.
Сун Чжисюй и Ся Мо дружно отпрянули назад.
От автора:
Любимые мои, обязательно добавьте в избранное! [Панда]
Глава 7. При следующей встрече можно будет у нее спросить…
Следующий день, вторая половина дня.
Менеджер Ван из Ресторана Синхэлоу позвонил Тан Жань и сообщил, что меню для праздничного банкета по случаю дня рождения Сун Уци уже составлено, и если у нее есть время, она может заглянуть.
Семья Тан поднялась на ресторанном бизнесе, и дедушка Тан Жань заложил прочный фундамент для перехода к пищевой промышленности именно на те деньги, что были заработаны тремя поколениями семьи Тан в Ресторане Синхэлоу.
Ресторан Синхэлоу был свидетелем истории развития семьи Тан, их истинными корнями.
Перед смертью дед передал ресторан Тан Жань, наказав как следует вести дела.
И Тан Жань не подвела дедушкиных надежд.
В прошлой жизни Ресторан Синхэлоу остался единственным семейным предприятием, которое удалось отстоять.
Если бы не звонок менеджера Вана, Тан Жань и вовсе забыла бы, что заказала для Сун Уци банкет в честь дня рождения.
Первой мыслью Тан Жань было все отменить, но, подумав немного, она ответила, что приедет взглянуть.
Когда она прибыла в Ресторан Синхэлоу, менеджер Ван уже велел поварам выставить образцы блюд.
Тан Жань окинула их взглядом и вычеркнула несколько позиций, требовавших доставки самолетом из-за рубежа или предварительного заказа редких ингредиентов.
Еще неизвестно, состоится ли вообще этот день рождения, к чему тратить столько сил на изысканную подготовку.
Менеджер Ван распорядился, чтобы повара приготовили блюда-образцы, и Тан Жань для вида всё перепробовала, прежде чем окончательно утвердить меню.
Головной офис Корпорации Сун, верхний этаж.
В личный мессенджер Сун Чжисюй пришло изображение, за которым чередой посыпалась целая цепочка сообщений.
Слышала, она готовит день рождения для племянницы.
Кажется, я не так поняла эту девчонку.
Совсем не похоже, что они собираются расставаться.
Судя по уровню блюд, один стол обойдется минимум в шесть знатных цифр.
Столько внимания, видимо, все еще безумно любит.
Почему эта девчонка такая верная в любви?
И почему мне не попадаются такие хорошие девушки?
Сун Чжисюй бегло просмотрела их и, даже не разблокировав телефон, нажала на беззвучный режим.
Солнце опустилось за горизонт, уличные фонари зажглись точно по расписанию.
На проезжей части грохотала техника, дорожные рабочие суетились у обочин, обновляя праздничный наряд старых городских улиц.
Тан Жань с пакетом еды на вынос из ресторана поднялась в квартиру, и консьерж, заметив ее возвращение, любезно помог приложить карту к считывателю лифта.
Поблагодарив его, она опустила голову и принялась читать сообщения от Мяо Тяньтянь.
Лифт поднимался с цокольного этажа, а Тан Жань, отвечая на сообщения, вошла в кабину, даже не поднимая глаз.
Мяо Тяньтянь в последнее время была доведена заказчиком до ручки и при любой возможности яростно поливала его в чате.
Напечатанным текстом было не успокоить непрекращающийся поток гневных сообщений Мяо Тяньтянь, и Тан Жань записала голосовое: — Успокойся, дорогая, не сердись. Вернешься из командировки — свожу тебя в вкусное место, побалую и отблагодарю.
Нежный голосок в сочетании с мягким южным говором действительно мог растопить чье угодно сердце.
Стоявшая в другом конце лифта девушка невольно скосила глаза в ее сторону.
На Тан Жань сегодня была надета двухслойная белая блузка-жилет размера оверсайз в розово-белых тонах, а снизу — белая многоярусная юбка.
Наряд невероятно шел к ее облику, создавая очень милый образ.
А когда она улыбалась, согнув брови дугой, становилось еще слаще.
— Девятнадцатый этаж.
Раздался электронный автоответчик, и Тан Жань убрала телефон и вышла.
Как только она вышла из лифта, телефон снова завибрировал. Тан Жань только подняла руку, как коридорное освещение вмиг погасло.
Тан Жань вздрогнула и замерла на месте.
Беспросветная тьма хищно расползалась перед глазами, словно свирепый зверь, готовый мгновенно проглотить ее.
— Не бойтесь.
Мягкий голос прозвучал прямо у самого уха, а тепло чужой руки на запястье вернуло ее из зияющей черной пасти.
Тан Жань пришла в себя.
Сперва она машинально глянула на окно в дальнем конце коридора.
Увидев огни на улице, она немного успокоилась.
Тан Жань не то чтобы боялась темноты — ее просто пугало, когда в абсолютную тьму погружаешься внезапно.
Она обернулась, собираясь поблагодарить спасительницу.
Коридорные лампы снова ярко вспыхнули, и слова благодарности застряли в горле Тан Жань, сменившись изумлением.
— Ой, то есть... здравствуйте, сестричка?
Черные длинные волосы, красивые светло-карие глаза, черная защитная маска — да это же та самая влиятельная красотка, с которой она столкнулась вчера в доме семьи Ся!
Услышав такое обращение, Сун Чжисюй чуть склонила голову набок, но расспрашивать не стала.
Она отпустила руку Тан Жань и прежде всего пояснила: — Я живу в квартире 1901.
Тан Жань на мгновение опешила.
Вспомнив, как вчера недопоняла ее, Тан Жань слегка смутилась.
По правде говоря, она только и делала, что боялась, и даже бдительность проявить не успела.
— Да, да... — Лицо Тан Жань порозовело.
Она кивнула, пытаясь разрядить слегка неловкую обстановку: — Сестричка, вы сюда недавно переехали? Раньше я вас здесь не встречала.
— Уже некоторое время живу, — мягко ответила Сун Чжисюй.
Квартира была куплена еще до сдачи дома, и она переехала сюда давным-давно.
Тан Жань раньше ее не видела просто потому, что почти здесь не появлялась.
— Ох... А я живу в 1902.
Произнеся это, Тан Жань подумала, что прозвучала глупо: на этаже всего две квартиры, раз та живет в 1901, она-то явно в 1902, не может же она жить в той же 1901.
— Я тоже переехала сюда совсем недавно, — она виновато улыбнулась. — Спасибо вам за помощь.
Столкнуть с ней два дня подряд и оба раза получить помощь — Тан Жань с одной стороны находила в этом знак судьбы, но с другой — в сердце шевельнулось зернышко недоверия.
Уж слишком всё это казалось совпадением.
Пусть ее не винят в излишней подозрительности.
Обжегшись на молоке, на воду дуешь.
Ее слишком сильно обманул Сун Уци.
— Пустяки, не стоит принимать близко к сердцу. — С этими словами Сун Чжисюй отвернулась и тихо кашлянула пару раз.
Закончив кашлять, она вежливо бросила Тан Жань: — Извините.
Тан Жань послушно и заботливо ответила: — Сестричка, если вам нездоровится, отдохните пораньше, я не буду мешать.
Сун Чжисюй кивнула и направилась к квартире 1901.
Тан Жань провожала ее взглядом, пока та не вошла внутрь и не закрыла дверь, после чего медленно отвела глаза.
Вежливая и мягкая — разве не так же Сун Уци притворялся перед ней?
Тан Жань даже закралось сомнение: неужели вчерашняя встреча в доме Ся тоже была случайностью?
Подобная мысль мелькнула и тут же угасла, заставив Тан Жань горько усмехнуться.
http://bllate.org/book/38028/4761022
Готово:
