Чэнь Хуай замер на полуслове. Его первой мыслью было, что Цзянь Сюньи вновь вывел Цзянь Хэна из себя, однако даже если так, у него не было никакого права вмешиваться и кого-то утешать.
Впрочем, Цзянь Хэн не принадлежал к числу людей, способных делиться с ним личными делами. Как-никак, отцом и сыновьями были только они трое, а Цзянь Хэн, столько лет прокрутившийся в деловых кругах, давно научился сохранять непроницаемый вид и не стал бы просто так изливать жалобы постороннему вроде Чэнь Хуая.
И действительно, Цзянь Хэн не стал дожидаться его ответа. Донесся старый, исполненный величавости голос — тон вроде бы оставался спокойным и мягким, но в нем неизменно сквозило что-то вроде допроса.
— Я слышал, ты ездил в Чанъи?
Чэнь Хуай крепче сжал в пальцах чашку чая.
— Да.
— Твой старший брат как раз живет там, — в словах Цзянь Хэна невозможно было уловить эмоций. — Почему не связался с ним, не позволил им принять вас?
Чэнь Хуай чувствовал, как пронзительный взгляд Цзянь Хэна падает на него, тая в себе легкий оттенок пытливости.
Неужели Цзянь Хэн что-то узнал, или же Цзянь Тинши рассказал ему о том, что произошло несколько дней назад?
Он по-прежнему опускал глаза, избегая встречаться с Цзянь Хэном взглядом. Выдержав короткую паузу, он спокойно ответил:
— У старшего брата обычно много работы, а мы просто ездили развеяться на несколько дней. Мы думали не утруждать его понапрасну, поэтому не стали предупреждать заранее.
Цзянь Хэн сидел напротив, но в ответ на это ничего не сказал.
Спустя мгновение он вдруг усмехнулся:
— Какая жалость. Этот сорванец в последнее время вечно чем-то занят, в следующий раз я заставлю его выкроить время и как следует вас принять.
— Дела старшего брата куда важнее, — очень умно уклонился от продолжения темы Чэнь Хуай. — Мне в любое время удобно.
Цзянь Хэн пристально смотрел на безмолвного юношу, сидевшего напротив, на лице его по-прежнему играла мягкая улыбка.
Чэнь Хуай был терпелив и внимателен, умел держаться в нужных границах и мог заставить даже самого вздорного во всем доме Цзянь Сюньи вести себя тихо и послушно. Даже управляющий, служивший при Цзянь Хэне не один десяток лет, не раз хвалил его за смышленость, из чего ясно следовало, сколь хорошо Сун Циннянь воспитала этого сына.
Когда возникали проблемы, он всегда умел выйти вперед и разрешить их наилучшим образом, а когда все было спокойно, растворялся бесшумной тенью, неведомо куда исчезая.
Цзянь Хэну нравились такие умники, но в то же время он опасался людей, чьих истинных чувств — радости, гнева, печали или веселья — никогда нельзя было прочесть по лицу.
Никогда не знаешь, что творится у него на душе, и уж тем более невозможно угадать, какой шаг он сделает дальше.
Помолчав немного, Цзянь Хэн быстро спрятал промелькнувшее в глазах мимолетное чувство:
— У Сяои недавно начались каникулы. Ему не нравятся учителя, которых я ему нанимаю, так что придется тебе потрудиться и позаниматься с ним побольше.
Чэнь Хуай дал согласие, и поскольку Цзянь Хэн больше ничего не добавил, он распрощался и вскоре покинул чайную комнату.
За те дни, пока его не было, нрав Цзянь Сюньи, казалось, стал еще более вспыльчивым. Проходя мимо его комнаты, Чэнь Хуай услышал доносившийся оттуда звон и грохот — судя по всему, тот снова что-то громил.
В коридоре стояла абсолютная тишина. Холодный взгляд Чэнь Хуая скользнул по знакомой двери, в его глазах мелькнуло едва заметное раздражение, но тут же исчезло.
Его ни капли не интересовало происходящее внутри. Быстрым шагом миновав злополучную комнату, он вернулся в собственные покои.
Цзянь Сюньи только что получил свободу от учебы и был занят тем, что носился повсюду со своей шайкой приятелей, временно не имея времени докучать ему, так что Чэнь Хуай, разумеется, наслаждался покоем.
Ближе к концу года Чэнь Хуай получил неожиданный звонок.
Звонкий и чистый мужской голос полился с другого конца провода, неся с собой знакомые насмешливые нотки:
— Чэнь Хуай, угадай, кто я?
Он сменил номер на внутренний, и когда звонок только поступил, Чэнь Хуай даже принял его за рекламщика и чуть не сбросил вызов. Услышав же голос, Чэнь Хуай невольно улыбнулся и охотно подыграл:
— И кто же это? Ни за что не угадаю.
— Поупрашивай меня, тогда скажу.
— ...
— Лу Минъянь, какой же ты наивный, — рассмеялся от злости Чэнь Хуай. — С чего это ты вдруг сменил номер?
Тот хихикнул на том конце:
— Потому что твой отец вернулся на родину! Ну что, соскучился по мне?
Чэнь Хуай на мгновение замер, а затем испытал радостное удивление.
Лу Минъянь был его другом детства. Выражаясь словами матери Лу Минъяня, они с малых лет росли не разлей вода, были безумно привязаны друг к другу и в детстве целыми днями лепились друг к другу.
Позже, когда они пошли в старшую школу, родители Лу Минъяня развелись. Лу Минъянь уехал за границу с отцом, который женился во второй раз, и теперь учился в Норвегии. Поскольку отец Лу Минъяня не любил, когда тот тайком возвращался на родину навестить мать, парень не показывался здесь уже несколько лет.
Чэнь Хуай спросил его:
— Отец позволил тебе вернуться?
— Он поссорился со своей благоверной, теперь занят тем, что заглаживает вину, ему некогда со мной возиться, — с неопределенным хмыканьем отозвался Лу Минъянь, явно не желая распространяться об отце. — Угадай, где я сейчас?
— ?
Лу Минъянь произнес:
— Ты ведь дома? Быстро спускайся, я жгу под твоими окнами.
Чэнь Хуай замер, вспомнив вдруг, что тогда, не желая посвящать Лу Минъяня в свои семейные дела, он не сообщил ему о переезде. Наверное, тот до сих пор ждет его у подъезда его прежнего дома.
— Я переехал, — Чэнь Хуай подхватил лежавшее под рукой пальто и поспешно направился к выходу. — Найди какое-нибудь теплое место, я приеду.
— Тогда я скину тебе адрес, дуй прямо сюда. Я заявился сюда сразу из аэропорта, голодный как волк.
— Хорошо.
Чэнь Хуай не стал внимательно вглядываться в присланный Лу Минъянем адрес, но, добравшись туда по навигатору, с удивлением обнаружил, что это частный клуб, весьма известный в Наньлине. Более того, если память не изменяла Чэнь Хуаю, это заведение принадлежало корпорации Цзян.
Он слегка нахмурился, но раз уж Лу Минъянь с таким трудом выбрался сюда, он не мог испортить другу настроение.
Едва он толкнул дверь, как Лу Минъянь радостно бросился на него. Будучи по природе своей рослым, он легко заключил Чэнь Хуая в объятия, и в лицо пахнуло слабым ароматом мыла:
— До смерти соскучился, Чэнь Хуай!
Чэнь Хуай с улыбкой обнял его в ответ:
— Давно не виделись.
По сравнению с тем, каким он остался в памяти, Лу Минъянь, казалось, немного похудел. Возможно, из-за нехватки солнечного света на севере Европы его прежде смуглая кожа заметно посветлела, а черты лица стали еще более резкими и рельефными, чем несколько лет назад.
Друзья не виделись много лет, и хотя связь они поддерживали тесную, стоило им встретиться, как у них нашлось бесчисленное множество тем для разговоров. Лу Минъянь хоть и твердил, что умирает с голоду, но при виде Чэнь Хуая затараторил без умолку, едва успевая отправлять в рот еду.
Лу Минъянь с детских лет увлекался программированием, в университете твердо решил поступать на профильную специальность, завоевал множество наград за рубежом и заработал немало денег написанием кода.
Чэнь Хуай восхищенно покачал головой:
— До чего же круто. Захотел что-то — и можешь сам это создать.
— Еще бы, — подтрунивал над ним Лу Минъянь. — Захочешь потом на что-то взглянуть — я лично взломаю и покажу.
Чэнь Хуай на секунду замер и, словно бы между делом, поинтересовался:
— А ты можешь отследить происхождение незнакомого номера?
— Без проблем, я тебе могу выдать точный адрес, откуда было отправлено сообщение, — небрежно бросил Лу Минъянь. — А с чего вдруг такой интерес?
— Да так, ни с чего, просто спросил.
Взгляд Чэнь Хуая слегка потемнел. Сделав глоток стоявшего рядом ледяного фруктового сока, он тут же перевел разговор на другую тему.
Лу Минъянь принялся жаловаться на него:
— Но ты и бессердечный! Переехал и даже не сказал мне, из-за тебя я столько проторчал на холодном ветру, чуть насмерть не замерз.
— Прости, — виновато глядя на него, произнес Чэнь Хуай. — Тогда все произошло так быстро, я не успел предупредить.
— И куда же ты теперь переехал?
Чэнь Хуай ответил честно:
— В Хуаань.
Лу Минъянь вытаращил глаза:
— В Хуаань? Помнится, тамошняя недвижимость стоит баснословных денег, там живут либо богачи, либо аристократы. Ты что, в лотерею выиграл?
— К одному… дяде, которого знает мама, — уклончиво пояснил Чэнь Хуай. — Мы временно там гостим.
Лу Минъянь знал о положении дел в его семье и прекрасно понимал характер Сун Циннянь. Прикинув нынешнее положение Чэнь Хуая и догадавшись, что тот не желает распространяться на этот счет, он больше ни о чем не расспрашивал.
Они болтали обо всем на свете: от университета и вплоть до детских лет. Из-за приподнятого настроения Чэнь Хуай непривычно для себя выпил чуть больше обычного, и когда в голове зашумело, он взглянул на часы и с удивлением обнаружил, что уже почти одиннадцать.
Зоркий глаз Лу Минъяня зацепился за часы на его запястье, он на пару секунд остолбенел, а затем восхищенно выдохнул:
— Да эти твои часы...
— Что с ними?
— Цыц, — сокрушенно покачал головой Лу Минъянь. — Безумно дорогие, сейчас они уже раритет, нигде не сыщешь.
Чэнь Хуай бросил взгляд на циферблат, и в памяти невольно всплыло лицо Цзянь Тинши, а уголки губ тронула слабая улыбка.
Разумеется, ему было жалко носить их повседневно, но Сун Циннянь тогда твердила ему с три короба: раз это подарок от Цзянь Тинши, их необходимо постоянно носить на руке, показывая, как сильно дорожишь этим подношением.
— Где ты остановился? — Чэнь Хуай накинул висевшее рядом пальто. — Я вызову водителя, чтобы тебя отвезли.
Лицо Лу Минъяня порозовело, судя по всему, спиртное дало о себе знать. Массируя ноющие виски, он поплелся следом за Чэнь Хуаем к выходу.
— Побуду пару дней в гостинице, потом подыщу жилье, — бормотал себе под нос Лу Минъянь, едва ворочая языком. — Во всяком случае, в этом году я точно не собираюсь уезжать, надо как следует составить тебе компанию...
Он не успел договорить, как его плечо с размаху обо что-то ударилось. Удар был довольно сильным и отозвался тупой болью.
Лу Минъянь еще не успел раскрыть рот, как с той стороны уже неслись дерзкие, опережающие любые извинения слова:
— Ты, блядь, ослеп? Ходить не умеешь, что ли, под ноги не смотришь?
Лу Минъянь опешил от такого нападения с позиции силы, но пару мгновений спустя сообразил, в чем дело, и уже было открыл рот, чтобы обругать хама в ответ, как вдруг резко замер, разглядев лицо подошедшего.
Тот, судя по всему, тоже не ожидал такого поворота. Потоптавшись на месте с секунду, он криво усмехнулся, и на его лице проступило издевательское выражение.
— Лу Минъянь, — холодным тоном произнес парень. — Какого черта ты вечно преследуешься повсюду? Я вернулся на родину, и ты увязался следом? Вы что с папашей прилипалы, что ли?
Лу Минъянь не остался в долгу:
— Прошу прощения, в отличие от тебя, я вернулся по собственной воле, а вот тебя, кажется, выперли после того, как ты разозлил матушку?
Тот хмыкнул:
— Нечего тут злорадствовать. Твой папаша довел до белого каления мою матушку, и скоро он закончит точно так же, как и предыдущий. Готовься тогда паковать манатки и выметайся из нашего дома вместе со своим родителем!
— Да я только за! — выпалил Лу Минъянь. — Если б мог держаться от тебя подальше, я бы и в тропических лесах поселился с радостью.
— Твою мать...
— Хэ Лань, застрял в туалете на целый час, — раздался вдруг чей-то голос неподалеку. — Ты чего там возишься?
Парень постепенно приближался и наконец остановился рядом с Хэ Лань. На его лице читалось крайнее раздражение, меж пальцев тлела сигарета, источая неприятный табачный дух.
http://bllate.org/book/38017/4758998
Готово:
