К этому моменту он окончательно потерял рассудок и бдительность: его охватила любовная лихорадка, ему безумно хотелось остаться с братом в далёких горах... О нет, не так — забрать брата с собой из этих гор!
В глазах Е Юньаня уже пылал боевой дух, полностью заглусивший внезапную перемену в его сексуальной ориентации.
Будучи статерым читателем романов, после жестокого книжного голода он читал всё подряд без разбора, и яойная литература тоже шла у него на ура. Из-за этого многие сомневались, не латентный ли он гей.
Однако он никогда раньше не пробовал встречаться с мужчинами и всегда считал себя натуралом до мозга костей.
Судя по всему, дело было лишь в нехватке острых ощущений и отсутствии по-настоящему качественного красавчика.
Теперь же скорость, с которой он «склонялся к голубым», напоминала побеги бамбука после весеннего дождя — развивалась с невероятной быстротой.
Переодевшись и выйдя из комнаты, Сюй Фанлинь почувствовал себя ещё более разгорячённым, потому что в этом доме этот маленький дурачок неотступно следовал за ним по пятам, куда бы он ни направился. Сюй Фанлиню приходилось то и дело чем-то занимать руки: то чайник приподнять, то окно открыть, то табуретку ногой подвинуть.
— Сюй-гэгэ, ты разве не будешь есть? — спросил Е Юньань, когда у него самого в животе заурчало от голода, и указал на завтрак, лежавший на столе.
На столе красовались пакет с палочками из теста и небольшой термос — судя по всему, Сюй Фанлинь купил их сегодня утром по дороге домой.
— Садись и ешь давай! — сурово бросил Сюй Фанлинь.
На самом деле он просто маскировал смущение оттого, что сам толком не сообразил, чем занимался всё это время, и вспомнил про завтрак только сейчас.
— Оу. — Е Юньань почувствовал себя так, будто его отчитали, и послушно сел за стол.
— Внутри соевое молоко, ты сам... — Сюй Фанлинь хотел предложить ему налить самому, но, вспомнив, что соевое молоко в термосе очень горячее, немного испугался, что этот дурачок ошпарится. — Ладно, забей, я сам тебе налью.
— Добавь сахарку, — прикусив ложку, попросил Е Юньань.
— Нету, — с мрачным лицом ответил Сюй Фанлинь.
Затем он откупорил термос, и в чашку хлынуло белоснежное соевое молоко; густой аромат сои в тот же миг заполнил всю комнату.
Е Юньань предпочитал сладкое соевое молоко, поэтому на его лице отразилось лёгкое разочарование.
Ничего страшного, раз красавчик налил — значит, и так сойдёт.
Он быстро утешил себя, тем временем Сюй Фанлинь налил миску и себе, сел и принялся за еду.
Проведя ночь на раскладушке на заводе, Сюй Фанлинь много о чём передумал и в конце концов решил: раз уж всё зашло так далеко, придётся принять это как есть, да и нет смысла портить себе холостяцкую жизнь из-за какого-то Е Юньаня.
С какой стати ему прятаться от этого дурачка? Будет есть что положено, пить что положено! А дурачок просто так, за компанию пристроился.
— Ого! — достав из бумажного пакета хрустящую палочку из теста, Е Юньань не удержался от удивленного возгласа.
Эта палочка оказалась просто огромной! Пока половина её пряталась в пакете, это было не так заметно, но стоило вытащить её наружу, как она предстала настоящим гигантом: длиной с предплечье и весьма увесистая в руке.
Е Юньань подумал, что наестся досыта уже одной такой палочкой — до чего же щедрые порции!
По сравнению с привычными палочками из теста стандартного размера, эти обладали куда более насыщенной текстурой: у них были отличные воздушные пузырьки внутри и хрустящая корочка снаружи, а мякиш отличался упругостью, так что они идеально подходили для того, чтобы макать их в соевое молоко.
Е Юньань сначала по краю миски маленькими глотками отпил горячего соевого молока, затем отломил небольшой кусочек теста, зажал один его конец пальцами, а другой погрузил в жидкость.
Палочка впитала в себя бульон, став мягкой и нежной, но корочка не успела размокнуть и осталась хрустящей, благодаря чему вкус заиграл новыми красками.
Сюй Фанлинь никогда раньше не видел, чтобы палочки из теста ели таким образом — макая в соевое молоко. Видя, с каким аппетитом уплетает их Е Юньань, он невольно скосил на него взгляд.
Поборов внутренние сомнения, он в конце концов тоже отломил кусочек теста и опустил его в соевое молоко.
Стоило отправить его в рот, как во рту остался долгий приятный привкус, и Сюй Фанлинь невольно вытаращил глаза.
Это оказалось невероятно вкусно.
Е Юньань с улыбкой произнёс:
— Ну как, вкусно?
— Нормально, — с напускной холодностью ответил Сюй Фанлинь, и голос его сразу стал тише.
Аппетит у Е Юньаня был слабым, он наелся уже одной большой палочкой. Сюй Фанлинь не привык церемониться за едой — он ел большими кусками, как настоящий мужик. Остальные ровно три палочки достались ему, но ел он быстро, так что оба почти одновременно отложили палочки.
— Убери тут всё.
Время было не раннее, и, доев, Сюй Фанлинь поднялся первым.
Вообще-то он рассчитывал, что дурачок соберёт пакеты с мусором и всё прочее, пока он сам вытрет стол и помоет посуду, но Е Юньань принял это за знак того, что Сюй Фанлинь сейчас просто уйдёт, и поспешил проявить инициативу, чтобы стать к нему ближе.
— Сюй Фанлинь, на самом деле я не такой уж и дурак, — он ухватил Сюй Фанлиня за полу рубашки. — Когда идет дождь — знаю, что нужно брать зонт, а когда проголодаюсь — знаю, как бежать домой.
Сюй Фанлинь замер, бросил на него взгляд, а затем перевёл глаза ниже и наконец замер на руке Е Юньаня, вцепившейся в его одежду.
Помолчав пару секунд, он выдавил из себя тоном человека, чей лимит терпения исчерпан:
— Ты... не... помыл... руки.
О нет...
Е Юньань мгновенно окаменел.
— Прости, — он молча поднял обе руки.
Он так спешил, что совершенно забыл, только что ел жирную, маслянистую палочку из теста!
Как раз на том месте, за которое он ухватился, остались два тёмных масляных отпечатка.
Ошеломлённо застыв на мгновение, он торопливо потёр руки платком, попытавшись заодно оттереть и одежду Сюй Фанлиня, но тот брезгливо оттолкнул его.
— Стоп... не трогай, только хуже сделаешь, — нахмурившись, он оттянул край рубашки.
Сюй Фанлинь и в лучшие дни не отличался многословием, а стоило ему нахмуриться, как его тон автоматически звучал сердито и резко.
Е Юньань и в самом деле не хотел ничего испортить, а услышав его раздражённое замечание, почувствовал укол обиды.
Однако погрустить ему так и не дали: Сюй Фанлинь снова подал голос:
— Чей это платок ты взял?
Только теперь Е Юньань заметил, что платок, который он машинально схватил со стола, принадлежал Сюй Фанлиню. Аккуратный квадратный белого цвета, теперь он превратился в жалкий, замусоленный комок.
Опростоволосившись во второй раз за минуту, он закусил губу и виновато пробормотал:
— Эм... твой.
И правда, он проявил излишнюю неуклюжесть, умудрившись подряд испачкать и чужую одежду, и платок.
Е Юньань почувствовал ещё большую досаду и уже приготовился выслушать новую порцию упрёков, но Сюй Фанлинь лишь молча подобрал платок с пола.
— Ты больше на меня не сердишься? — запрокинув голову, Е Юньань осторожно заглянул ему в лицо.
К его удивлению, Сюй Фанлинь резко взмахнул рукой и ухватил его за загривок, словно непослушного цыплёнка.
— А??? — Е Юньань в страхе вцепился ему в руку. — Ты-ты-ты, отпусти! Не надо... — Вырваться не получалось, и ему пришлось подчиниться силе Сюй Фанлиня, шагая туда, куда тот его вёл.
Приволокнув парня во двор, Сюй Фанлинь с коварной улыбкой на лице произнёс:
— Эй, стирать-то мне его, конечно же, будешь ты, маленький дурачок!
Чуть не уткнувшись носом прямо в раковину, Е Юньань наконец освободился и бросил на обидчика свирепый взгляд.
— Держи, — Сюй Фанлинь с силой шлёпнул платок ему на ладонь.
Делать было нечего — он был виноват перед ним, так что оставалось только с унылым видом открыть кран и приняться тереть тряпку, мысленно проклиная Сюй Фанлиня: вот же... прямолинейный и грубый тип!
То и дело поглядывая на него искоса, он видел, как Сюй Фанлинь скрестил руки на груди и встал у него за спиной в позе надсмотрщика, выглядя весьма довольным собой.
Е Юньань крепко подозревал, что того нисколько не волновали масляные пятна, и всё это затевалось лишь ради ребяческой попытки поиздеваться над ним.
Он яростно потёр ноющий после хватки за загривок шейный позвонок, а затем в качестве мести намылил платок огромной шапкой мыльной пены: получи у меня, будешь знать, как заставлять меня потеть и пениться!
Сюй Фанлиню же, напротив, показалось забавным наблюдать, как этот упрямец изо всех сил вознюкается с несчастным платком.
Устроив маленькую побузу над дурачком, он почувствовал прилив бодрости и решил, что заиметь такую забавную живую игрушку — совсем неплохая идея.
— Всё, отстирал, — перегнувшись через край, он выхватил платок из рук Е Юньаня и отжал лишнюю воду. — Мелкий дурачок.
Двум рослым парням было тесновато тесниться у маленькой раковины. Край рубашки Сюй Фанлиня с тем самым масляным пятном маячил прямо перед глазами Е Юньаня, поэтому тот, недолго думая, ухватил его за полу и затащил прямо под струю воды.
Сюй Фанлинь собирался было снять рубашку и отдать Е Юньаню, но никак не ожидал, что этот дурачок силой притянет его вместе с одеждой к себе.
Он качнулся вперед, и его грудь легко ударилась о плечо Е Юньаня, после чего он с трудом удержал равновесие, встав рядом.
— Ты что, бешеный?
— Бешеный, у меня координация движений нарушена, и за обедом изо рта слюнки текут, — с каменным лицом отозвался Е Юньань.
— А язык-то подвешен будь здоров.
Чтобы удобнее было подставить испачканный край под воду, они стояли вплотную друг к другу. Торчащая на макушке растрёпанная прядка Е Юньаня щекотала Сюй Фанлиню подбородок, заставив того молча отвернуться и больше не произносить ни слова.
Правда, стирка одежды прямо на себе привела к тому, что рубашка, которая изначально была испачкана лишь чуть-чуть, теперь промокла насквозь на большом участке, а у Сюй Фанлиня от контакта с ним намокли и пояс брюк, и майка.
— Готово, — Е Юньань хлопнул в ладоши и довольно улыбнулся.
Сюй Фанлинь пригляделся и чуть не схватился за голову: пятна от воды на его рубашке теперь напоминали географическую карту!
Хоть летом одежда сохнет быстро, ходить в мокром было неприятно, не говоря уже о том, что ему предстояло идти работать. К счастью, стирать он привык часто, и в шкафу нашлось во что переодеться.
Время поджимало, переодевшись, Сюй Фанлинь в спешке выскочил из дома, успев отойти с ящиком инструментов на двести метров, после чего стремглав прибежал обратно.
— Мелкий дурачок, слушай сюда: для всех ты — мой двоюродный брат из дальних краёв, приехавший погостить в деревню на пару дней! — наказал он.
— Понял, — Е Юньань был не дурак, а единая версия происходящего была ему только на руку.
— Если захочешь погулять по деревне, дальше двух улиц не уходи.
Е Юньань снова кивнул, и Сюй Фанлинь похлопал его по макушке, будто дрессированную утку.
До чего же тяжелая у него рука...
Терпеть не может, когда его гладят по голове, он уже собирался было возмутиться, как Сюй Фанлинь звонко бросил напоследок:
— Умница! — и пустился бегом, только полы рубашки зашелестели.
До чего же мило смотрелся этот убегающий силуэт с развевающимися полами.
Е Юньань пару секунд простоял столбом на месте, а потом в отчаянии обхватил голову руками:
— Ну что за мужчина — хорош собой, чертяга, но грубоват!
Как только Сюй Фанлинь ушел, Е Юньань первым делом полез в чемодан за платком.
Когда он уходил из дома, родители собрали ему лишь небольшой рюкзак и ручную кладь, которые так и стояли брошенные у прихожей. Вчера, открыв чемодан ради кое-каких мелочей, Е Юньань так и не удосужился толком проверить, что там лежит.
http://bllate.org/book/38015/4758781
Готово:
