Няньцзы... у-у-у... моя няньцзы...
Он плакал так жалко и жалко, что у многих женщин среди зевак дрогнули сердца, и они невольно заговорили:
Этот нищий тоже бедняга...
То-то и оно, сам весь грязный, а на его няньцзы одежда только слегка порвана, и даже без заплаток — сразу видно, что этот нищий по-настоящему хорошо относится к своей няньцзы.
Я впервые вижу, чтобы мужчина так плакал из-за смерти собственной няньцзы...
Как же жалко...
Если бы не бессовестная Аптека Цзичунь, которая обирает даже нищих, разве дошло бы до такого...
Хотя все они просто любили поглазеть на представление, у них сохранялось и базовое сострадание к несчастным. Глядя на залитого слезами Ву Сию, многие невольно прониклись грустью и дружно перевели стрелки на Аптеку Цзичунь.
Молодой господин Аптеки Цзичунь, услышав эти разговоры, слегка нахмурился.
Дело касалось репутации Аптеки Цзичунь, и он не мог просто сидеть сложа руки. Слегка кашлянув, он неторопливо сошёл по ступенькам, подошёл к А-Миню и проверил его пульс на шее.
Убедившись, что тот еще дышит и не умер, он велел сначала отнести А-Миня внутрь.
Как ни старался Ву Сию, а он всё же был болен, к тому же со вчерашнего вечера ничего не ел. Того, что у него хватило сил дойти до Аптеки Цзичунь, уже было немало, так что рассчитывать на то, что он действительно сможет кого-то загрызть или задушить до смерти, не приходилось.
В ушах всё еще звучал прерывистый плач Ву Сию. От этого звука молодому господину стало тошно на душе, но напускать на себя раздражённый вид при всех было нельзя. Ему пришлось взять себя в руки, сменить выражение лица на приветливое, повернуться к толпе зевак и произнести:
Уважаемые, я обязательно во всём разберусь в сегодняшнем деле и дам всем вам чёткий ответ. Прошу, уделите мне немного времени.
С этими словами он подошёл к Ву Сию, опустился на корточки и, встретившись с его настороженным взглядом, почему-то почувствовал себя так, словно разговаривает со скалящей зубы, дикой до мозга костей волчицей:
Ты...
Он замолк, сообразив, что не знает имени Ву Сию, поэтому оставил попытки обратиться к нему по имени и лишь произнёс:
Позволь мне проверить пульс твоей няньцзы?
Он изо всех сил постарался излучать дружелюбие и мягкость:
Я не причиню вреда твоей няньцзы.
Сказав это, он попытался протянуть руку, чтобы прощупать пульс Цяо Цинвань, но Ву Сию оттолкнул его ударом ладони:
Не смей трогать мою няньцзы!
Молодой господин: .........
Его лицо покраснело от гнева. Сдерживая порыв обругаться, он подавил подступающий ком, сжал зубы и, выдавив из себя звериную улыбку, процедил:
Ты ведь тоже не хочешь, чтобы с твоей няньцзы что-то случилось, верно?
Если хочешь, чтобы он благополучно очнулся, позволь мне взглянуть.
Ву Сию: .......
Он поколебался несколько секунд, опустил голову, взглянул на бесчувственную Цяо Цинвань и, долго промучившись в сомнениях, всё же неохотно уступил:
Ладно.
Онт вытер глаза:
Если моя няньцзы не придёт в себя, я тоже жить не стану.
Молодой господин: .........
Он лишился дар речи.
Он-то думал, что Ву Сию бросит ему какую-нибудь грозную угрзу, а оказалось вон оно что.
И впрямь тюфяк.
Между мужчиной и шуанъэром не должно быть излишних соприкосновений, тем более что этот шуанъэр — к тому же няньцзы нищего. Тогда молодой господин достал платок, постелил его на запястье Цяо Цинвань и принялся тщательно щупать пульс. Заметив напряжённый взгляд Ву Сию, он поднял голову и произнёс:
Ничего страшного.
Он испытал даже большее облегчение, чем Ву Сию, ведь если бы Цяо Цинвань умер из-за того, что его подручный толкнул его на землю, дело бы приняло скверный оборот:
У него просто застоялась ци и кровь, судя по всему, от долгого уныния, а поскольку он, возможно, с самого утра ничего не ел, то от резкого приступа и потерял сознание.
Младший господин Аптеки Цзичунь произнёс:
Если ты мне веришь, можешь вместе с няньцзы войти внутрь Аптеки Цзичунь и присесть. Я выпишу отвар, ты дашь его своей няньцзы, а сам сможешь подождать внутри, пока он не проснётся.
Ву Сию поджал губы. Подумав так и этак, лучшего выхода он не видел, поэтому набрался храбрости и согласился:
Хорошо.
Я буду ждать прямо в Аптеке Цзичунь, пока моя няньцзы не проснётся.
Молодой господин Аптеки Цзичунь кивнул, позвал работников, чтобы те помогли поднять Цяо Цинвань и Ву Сию и завели их внутрь для лечения ран, затем сунул серебра патрульным стражникам, чтобы те закрыли глаза на происшествие, после чего ответил парой вежливых слов толпе зевак. Дождавшись, пока люди постепенно разойдутся, он неторопливо шагнул обратно в Аптеку Цзичунь.
Он велел ученику аптекаря истолочь лекарство, отварить его на воде, остудить и дать выпить Цяо Цинвань.
Пока тот поил больного, Ву Сию в напряжении уткнулся рядом с креслом-качалкой, на котором лежала Цяо Цинвань, точно маленькая собачка, преданно заглядывающая в глаза хозяину — все его мысли и вся его душа были обращены лишь к потерявшей сознание Цяо Цинвань.
Напоив Цяо Цинвань лекарством, Ву Сию снова набрался смелости и попросил чистый платок, чтобы стереть кровь со лба Цяо Цинвань.
Няньцзы больше всего любит чистоту, если он проснётся и обнаружит, что весь лоб в крови, он рассердится, — бормотал себе под нос Ву Сию, аккуратно вытирая лоб Цяо Цинвань.
Молодой господин Аптеки Цзичунь расслышал не всё:
Ты там что бормочешь сам с собой?
Ничего... — выражение лица Ву Сию оставалось мрачноватым. Пока Цяо Цинвань не приходил в себя, он не мог отпустить тревогу, и вид у него был крайне озабоченный:
Когда же моя няньцзы проснётся?
Скоро, — молодой господин опустился в кресло с круглой спинкой, сделал глоток горячего чая, чтобы согреться, и его взгляд случайно упал на травмированную ногу Ву Сию, которой тот коснулся, когда стоял на коленях. Мужчина слегка замер:
Твоя нога... разве ты не ранен?
А... эм, — Ву Сию до сих пор было некогда думать о себе, ведь всё его внимание занимал Цяо Цинвань, поэтому он бросил небрежно:
Нога давно повреждена, это не ваши работники постарались, не бери в голову.
Молодой господин: .........
Он подул на чайные листья и промолчал, гадая про себя, как на свете могут существовать настолько глупые люди: он ведь запросто мог содрать с него кругленькую сумму, а проявил такую простоту и честность.
Он опустил голову, лицо его омрачилось, и было непонятно, о чём он думает.
Вскоре пришёл один из работников с докладом: А-Минь пришёл в себя и под нажимом управляющего признался, что действительно обсчитал Ву Сию на семь вэней.
Причём он надул не только Ву Сию: когда в Аптеке Цзичунь никого не было, он обманул немало людей, присваивая излишки платы за лекарства себе в карман, и за столько лет это ни разу не вскрылось.
Если бы не сегодняшний скандал, устроенный Ву Сию, никто бы и не узнал, сколько денег он присвоил исподтишка и скольких людей ещё облапошил.
В торговле превыше всего ценится честность, а без честности дело долго не продержится.
Подумав об этом, молодой господин Аптеки Цзичунь тяжело вздохнул и махнул рукой, отпуская работника.
Он поднялся с места, подошёл к Ву Сию, отбросил брезгливость и подозрения, сменил выражение лица на торжественное и почтительно поклонился:
Сегодня я премного благодарен тебе за то, что помог мне узнать о столь паршивой овце в стенах лечебницы.
Молодой господин Аптеки Цзичунь промолвил:
Если бы не твоё появление, я бы и впрямь не ведал, что этот А-Минь посмел зажать твои деньги... да к тому же присвоил не только их.
Услышав это, Ву Сию смущённо почесал в затылке и признался:
Я и сам думал, что семь вэней — деньги небольшие, и поднимать шум не собирался. Это моя няньцзы сказала, что то, что принадлежит мне по праву, должно оставаться у меня, и велела мне не быть таким тюфяком, вот я и пришёл.
У вашей госпожи прямой и несгибаемый характер, Ся восхищен этим. Раз ты смог взять в жены столь непоколебимого шуанъэра, значит, и в тебе самом есть немалые достоинства.
Молодой господин Аптеки Цзичунь оставил прежние обиды позади и первым предложил:
Меня зовут Ся Чэньшуй, мой отец недавно уехал в соседний город обсуждать торговые дела, и в лечебнице остался только я один. Если не брезгуешь, давай заведём дружбу.
Н-нет, не стоит, — Ву Сию замахал руками. — Я всего лишь нищий, как я могу дружить с молодым господином.
Пока они беседовали, лежавшая в кресле-качалке Цяо Цинвань медленно пришёл в себя.
Он еще не понимал, что произошло, и его взгляд, переходя от расплывчатого к ясному, отразил незнакомые балки на потолке лечебницы.
Где это он сейчас?..
Пока он прибывал в растерянности, Ву Сию, не сводивший с него бокового взгляда, заметив, что тот очнулся, пришёл в дикий восторг. Бросив пытавшегося сблизиться с ним Ся Чэньшуя, он резко подорвался с пола, прошел на коленях пару шагов, обхватил подол платья Цяо Цинвань и, цепляясь за него обеими руками снизу вверх, ни за что не желая отпускать, завыл и зашёлся слезами, точно щенок, которого хозяин снова подобрал с улицы:
Няньцзы, у-у-у, няньцзы...
Он плакал и смеялся одновременно, его чёрные глаза намокли от слёз, и от этого он выглядел до странного жалостливым и простодушным:
Няньцзы, ты наконец очнулся... до смерти меня напугал...
Цяо Цинвань: .......
Он опустил взгляд на обхватившего его за талию Ву Сию, ощущая некоторое отвращение, но, вспомнив, что и сам только что валялся на полу, всё же стерпел:
Чего ревёшь?
Он хотел было утешить Ву Сию, но тот был до того грязным, что его протянутая рука так и зависла в воздухе, не зная, куда опуститься, и ему пришлось неловко вернуть её к боку:
Разве я не в полном порядке.
Я... я думал, что ты умер, у-у-у...
Ву Сию не заметил промелькнувшего на лице Цяо Цинвань смущения и продолжал голосить во всю мочь:
Няньцзы...
Даже ничего не поевши, он продолжал заливаться соловьем так громко, что у всех присутствующих заложило уши, и Цяо Цинвань был готов заткнуть себе слух хоть чем-нибудь.
Заткнись, — потерпев немного, он наконец сорвался:
Мужчина ты или кто, чего распустил нюни, все удачи свои выплачешь.
Ву Сию обидели эти слова, но он послушно замолк, продолжая стоять на коленях возле Цяо Цинвань и вытирая слёзы грязными лохмотьями своей одежды. Глаза у него покраснели, а из носа даже надулся пузырь.
Тьфу.
Ся Чэньшуй посмотрел на это с брезгливостью и невольно скосил глаза на Цяо Цинвань. Тот же выглядел так, будто привык к подобному зрелищу — его взгляд был спокоен, а на дне глаз не читалось ни малейшего следа отвращения.
Заметив это, Ся Чэньшуй слегка встрепенулся. Пару секунд спустя он сделал шаг вперед, и это движение привлекло внимание Цяо Цинвань.
Цяо Цинвань невольно повернул голову, уставился на Ся Чэньшуя и озадаченно произнес:
http://bllate.org/book/38013/4758384
Готово:
