— Это всего лишь предположение.
Произнося эти слова, Чу Лу Сянь держалась холодно и выглядела гораздо серьезнее, чем обычно. Вэй Инь, жуя паровой пирожок с водяным орехом, бросила на нее взгляд, а заметив четкие линии ее профиля, тут же отвела глаза.
Надо же, какая красивая женщина, а как рот откроет — так хоть со смеху помирай.
Мысленно браня ее, Вэй Инь продолжала орудовать челюстями, но все же навострила одно ухо, прислушиваясь к разговору Чу Лу Сянь и Лю Сюаньлин.
Выслушав, Лю Сюаньлин кивнула и опустила голову, словно припоминая детали.
Чу Лу Сянь никуда не спешила: она взяла стоявшее слева соевое молоко и сделала небольшой глоток. Напиток, похоже, был свежевыжатым — пился намного мягче, чем тот, что продавали на улице.
Но стоило ей опустить стакан, как кто-то ткнул ее в бедро.
— Это мое, — Вэй Инь покосилась на нее, указывая рукой в другую сторону.
Чу Лу Сянь тихонько хмыкнула, а затем проследила взглядом за ее пальцем.
Точкой назначения оказалась чашка самой Чу Лу Сянь, наполненная до такой степени, что вот-вот готова была расплескаться. Она стояла по правую руку от нее.
— Мне просто хотелось сделать глоток твоего, — Чу Лу Сянь отвела взгляд, скрестила руки на груди и снова посмотрела на Вэй Инь. — Нельзя?
Вэй Инь лишилась дара речи.
— Можно, — помолчав немного, Вэй Инь тяжело кивнула.
Из горла Чу Лу Сянь вырвалось невнятное «угу», правда, какое-то сдавленное, будто она через силу хорохорилась. Она подняла руку, заправляя за ухо выбившиеся прядки, а затем повернулась к Лю Сюаньлин, оставив Вэй Инь лицезреть свой затылок.
Как раз в этот момент Лю Сюаньлин наконец закончила вспоминать и подняла голову. Ее взору предстала Чу Лу Сянь, которая смотрела на нее с несколько натянутой улыбкой на лице.
— Тогда… я начну? — осторожно осведомилась та и, заметив кивок Чу Лу Сянь, продолжила: — Началось все, должно быть, три месяца назад, семнадцатого мая. Сегодня у нас семнадцатое августа, то есть прошло ровно три месяца.
Лю Сюаньлин сделала большой глоток соевого молока.
— Почему я помню так отчетливо? Да потому что в тот самый день мой сын вернулся из-за границы. Мастер Чу, вы знаете? Мой сын — такой умница! Он учится в университете в Америке, вот-вот получит диплом. Он высокий и красивый, а если бы был девушкой, пожалуй, выглядел бы еще лучше вашей ученицы!
Стоило зайти речь о сыне, как лицо Лю Сюаньлин озарилось воодушевлением, а руки замахали в воздухе, словно она измеряла рост своего чада.
Вот только Вэй Инь, к которой внезапно обратились, растерянно заморгала, глядя на Чу Лу Сянь.
Чу Лу Сянь продолжала улыбаться и лишь дождалась, пока Лю Сюаньлин опустит руки:
— Ваш сын наверняка очень талантлив, а с такими заботливыми родителями, как вы с супругом, в будущем он непременно добьется великих успехов.
Услышав эти слова, Лю Сюаньлин осталась весьма довольна. Счастливая улыбка вновь расцвела на ее лице, и она замахала руками:
— Что вы, что вы!
— Только вот… — вновь заговорила Чу Лу Сянь, заставив брови Лю Сюаньлин чуть приподняться. — Мне бы хотелось услышать о том самом злом духе. Если ваш сын не имеет к этому делу никакого отношения, пожалуй, стоит поменьше о нем упоминать. В конце концов, это не к добру.
Лицо Чу Лу Сянь приобрело озабоченный вид, брови слегка сошлись на переносице, а во взгляде читалась глубокая тревожащая забота, сквозь которую в темных глубинах зрачков проступал едва заметный намек на предупреждение.
Сделав с таким выражением лица пару легких покачиваний головой, она заставила Лю Сюаньлин тут же умолкнуть.
— Хорошо-хорошо, я больше не буду о нем упоминать, продолжаю дальше, — испуганно проговорила Лю Сюаньлин, и от ее недавнего воодушевления не осталось и следа.
Чу Лу Сянь опустила взгляд и легонько похлопала Вэй Инь по колену.
— Так вот, в тот вечер я приняла ванну и легла в постель. Ли Бин еще мылся в другой ванной и не пришел. Мне вдруг захотелось пить, и я встала, чтобы налить кувшин воды. Я уже держала его в руках и собиралась открыть дверь, но сами понимаете: в одной руке кувшин, в другой чашка, свободных рук нет, верно?
Лю Сюаньлин снова прервалась и слегка качнула головой в сторону Чу Лу Сянь.
Та собиралась что-то сказать, но в итоге лишь тяжело вздохнула и произнесла:
— Верно.
— Когда я попыталась толкнуть дверь локтем, мне вдруг показалось, что за спиной кто-то есть. Я подумала: неважно кто, лишь бы дверь помогла открыть, и уже хотела обернуться и окликнуть этого человека, но угадайте, что я увидела?
Лю Сюаньлин хлопнула ладонью по столу, так что чашки с соевым молоком дважды качнулись.
— И что же? — подхватила вопрос Вэй Инь.
Чу Лу Сянь чуть скосила глаза на нее, уголки ее рта пару раз дернулись, после чего она отвернулась обратно.
А девочка отлично подыгрывает.
— Да это вовсе не человек был! — глаза Лю Сюаньлин широко раскрылись, словно она заново переживала тот жуткий испуг, и плечи ее невольно задрожали.
Вэй Инь шумно втянула воздух и слегка отпрянула назад.
Чу Лу Сянь едва не рассмеялась от ее реакции, но сдержалась. Затаив дыхание, она прошептала прямо ей на ухо, даже не шевеля губами:
— Сама-то человек? Чего так пугаешься?
— Если не человек, то кто же тогда? — Вэй Инь пропустила ее шпильку мимо ушей и уставилась на Лю Сюаньлин широко раскрытыми глазами.
Ну надо же, вжилась в роль.
Чу Лу Сянь снова выпрямилась и принялась ждать продолжения рассказа.
— Во всяком случае, точно не человек! Разве бывает у людей полупрозрачное тело?! Этот злой дух находился от меня всего в полуметре, прямо у меня за спиной, и я увидела его, стоило мне только повернуться. Сначала я подумала, что мне показалось, померещилось что-то. Я зажмурилась, потом открыла глаза — а он все еще там! От испуга я выронила все из рук, осколки фарфора даже ногу мне порезали!
Вэй Инь нахмурилась:
— Полупрозрачное?
И как это выглядит — полупрозрачное тело?
Лю Сюаньлин кивнула, окинула взглядом комнату и указала на стоявшую рядом матовую стеклянную перегородку:
— Вот примерно как это!
Вэй Инь проследила за ее указательным пальцем, окинула перегородку взглядом и спросила Чу Лу Сянь:
— Почему?
— Ого, вспомнила обо мне? — с улыбкой отозвалась Чу Лу Сянь.
— Не хочешь — как хочешь, — Вэй Инь перестала на нее смотреть и вновь перевела взор на Лю Сюаньлин.
Чу Лу Сянь бросила на нее косой взгляд, но ничего не сказала, переключившись на хозяйку дома:
— Вам удалось разглядеть, как выглядел этот злой дух?
Лю Сюаньлин нахмурилась, умолкнув на мгновение после своей непрерывной болтовни. Она слегка опустила голову, сосредоточенно обдумывая вопрос.
— Точный облик припомнить не могу, наверное, испугалась слишком сильно. Помню только, что на этом злом духе было что-то вроде платья, не знаю уж, белого ли цвета, а волосы вроде бы опускались чуть ниже плеч. Наверное... это была женщина?
Она неуверенно замолкла и посмотрела на Чу Лу Сянь в поисках поддержки.
Однако та молчала, зато подала голос Вэй Инь:
— Женщина?
— Скорее всего, женщина. Она стояла прямо у меня за спиной, с распущенными волосами, в длинном платьице — вылитый призрак из тех страшных фильмов! Ее тело было полупрозрачным и источало какое-то тусклое свечение, я сквозь нее даже предметы на стене видела!
Лю Сюаньлин распалялась все сильнее, и плечи ее затряслись еще сильнее прежнего.
Чу Лу Сянь слегка кивнула:
— Значит, в течение трех последующих месяцев вы с мужем ежедневно видели этого женского призрака?
— Да! Каждую ночь! Причем непременно перед сном, так что за эти три месяца мы толком не сомкнули глаз!
Вэй Инь обхватила чашку с соевым молоком обеими руками. Вокруг ее рта обрисовался белый ободок из напитка, но, похоже, она этого даже не замечала:
— А вы разве не думали переехать?
По идее, столкнувшись с подобной чертовщиной вроде призраков, любой нормальный человек первым делом подумал бы о переезде, к тому же после смены жилья подобные напасти обычно сходили на нет сами собой.
Тем более что у этой семьи наверняка имелась не одна квартира, и перебраться в другое место не составляло труда.
— Как это не думали? Мы переезжали, и даже не один раз! Жили и в огромных апартаментах в центре города, и в коттедже на окраине, и даже в доме в соседнем городе успели пожить — но этот призрак преследовал нас везде!
Не к месту Вэй Инь мысленно позавидовала радостям богатой жизни.
Она снова повернулась к Чу Лу Сянь и тут же почувствовала, как ей в руку сунули салфетку. Чу Лу Сянь коснулась ее лица, легким движением стирая следы соевого молока вокруг рта — ее прохладные пальцы казались влажными.
Вэй Инь замерла на полсекунды, а сообразив в чем дело, принялась торопливо вытирать салфеткой испачканное лицо.
— Скажите, три месяца назад у вас в семье кто-нибудь из близких не уходил из жизни? — Чу Лу Сянь отвела взгляд от Вэй Инь и с извиняющимся выражением лица посмотрела на Лю Сюаньлин.
Сначала Лю Сюаньлин отмахнулась, показывая, что Мастер Чу может спрашивать о чем угодно, а затем принялась задумчиво вращать глазами.
ее сосредоточенный вид был таким, будто она мысленно перебирала даже самых дальних родственников. Она то и дело покачивала головой, вспоминая, и лишь после дюжины таких движений окончательно определилась:
— Нет.
Услышав это, Чу Лу Сянь на полсекунды замерла, словно в кадрах кинопленки вырезали кусочек.
Впрочем, она тут же возобновила движение и обратилась к Лю Сюаньлин:
— Хорошо, я поняла.
Лю Сюаньлин собиралась что-то сказать и уже приняла нужную позу, но не успела открыть рот, как из коридора донеслись громкие удары в парадную дверь.
— Тетушка Ван, сходите-ка посмотрите, кого это так угораздило барабанить? — громко крикнула она экономке, а затем снова посмотрела на Чу Лу Сянь. — И надо же таким быть, ни малейшего воспитания! Приходят в чужой дом и стучат так, будто стены ломают.
Сдержанно закатив глаза, она потянулась за чашкой соевого молока, но в тот же миг ее глаза расширились вдвое.
— Сынок?!
Она опустила чашку так резко, что соевое молоко плеснуло через край. Желтовато-белые лужицы растеклись по дну, испуская густой манящий аромат.
Вэй Инь втянула носом воздух и только тогда, когда Лю Сюаньлин вскочила с места, бросившись к сыну, спросила:
— Зачем ты спросила ее про смерть родственников три месяца назад?
Чу Лу Сянь поднесла к губам чашку, чтобы смочить горло — на этот раз она не перепутала стаканы.
— Потому что остаточная душа может находиться подле человека не только по собственному желанию, но и по принуждению.
— По принуждению? — удивилась Вэй Инь.
Чу Лу Сянь опустила чашку и повернулась в сторону Лю Сюаньлин.
— Сынок, да сколько же ты выпил? — Лю Сюаньлин вместе с экономкой с трудом тащила к дивану мужчину, от которого разило алкоголем за версту. И хотя слова ее звучали как упрек, в голосе все равно пробивались мягкие нотки материнской жалости.
http://bllate.org/book/37964/4751382
Готово:
