Чжань Юй никак не ожидал встретить её в подобном месте.
Раньше он уже просил Лю Лаоци разыскать эту женщину, но за полмесяца не всплыло ни единой зацепки — она будто сквозь землю провалилась.
— Ты за мной следишь? — Чжань Юй слегка нахмурился.
Это был старый квартал, и улочка ютилась в такой глуши, что поверить в случайную встречу давалось с трудом.
— Нет-нет, что ты! — Чэнь Ся в испуге выпрямилась и принялась судорожно теребить подол своей кофты. — Я за тобой не следила! Просто... просто очень хотела тебя увидеть.
Чжань Юй сжал губы. Руки в карманах куртки невольно сжались в кулаки.
Видя, что юноша молчит, Чэнь Ся тоже не смела проронить ни слова. Узкий проулок сковала неловкая тишина.
Спустя мгновение Чжань Юй кивнул в сторону проезжей части:
— Пойдём. Выйдем отсюда и поговорим.
В переулке царил полумрак, а воздух пропитался тошнотворным запахом гниющих отходов — место совсем не располагало к душевным беседам.
Однако Чэнь Ся выдала совершенно неожиданную реакцию.
— Нет! Нельзя! — Её глаза расширились от ужаса. — Наружу нельзя! Мне никак нельзя выходить!
Чжань Юй пристально посмотрел на неё, чувствуя, как между бровей залегает глубокая складка. Он оглянулся на выезд из подворотни, но там ничего подозрительного не происходило: лишь изредка мелькали тени случайных прохожих.
Женщина выглядела мертвенно-бледной. Всего за какой-то месяц с момента их последней встречи она катастрофически исхудала, и висевшая мешком одежда только подчеркивала эту болезненную тощность.
— Давай поговорим прямо здесь, а? — с мольбой в голосе попросила Чэнь Ся. — Пожалуйста, я правда не могу выйти.
Чжань Юй недолго помолчал и спросил:
— Зачем ты меня искала?
Поняв, что юноша не настаивает на выходе, женщина с облегчением перевела дух. Она снова вцепилась пальцами в ткань кофты и торопливо, с жадным любопытством спросила:
— Юньцин... как ему живится в семье Чжань? Всё хорошо?
Словно опасаясь, что её кто-нибудь подслушает, она тараторила сбивчиво и тихо, то и дело тревожно поглядывая в сторону проезжей части.
— Всё нормально, — буркнул Чжань Юй.
На истощенном лице Чэнь Ся расцвела искренняя, облегчённая улыбка:
— Вот и славно! Юньцин такой послушный мальчик, да и учится лучше всех... Я так и знала, что в семье Чжань его полюбят.
Чжань Юй окинул её холодным взглядом и ровным тоном произнёс:
— Похоже, ты о нём искренне печёшься.
Чэнь Ся замерла, а затем принялась судорожно махать руками, словно стремясь как можно скорее откреститься от его слов:
— Нет-нет! С чего бы мне печься о нём? Он ведь не мой ребёнок! Я люблю только своего родного сына!
Её фразы путались, а мысли перескакивали с одного на другое, из-за чего понять истинные намерения женщины казалось невозможным.
— И это всё, что ты хотела мне сказать? — перебил её Чжань Юй.
Чэнь Ся подняла голову и растерянно уставилась на юношу. Перед ней стоял высокий, подтянутый парень, от которого так и веяло упрямой юношеской энергией.
«Он совсем не похож на Юньцина, — подумала она. — Юньцин слишком рассудителен для своих лет и почти никогда не улыбается».
— На самом деле... ты можешь не поверить, но... — Чэнь Ся заколебалась, снова метнула испуганный взгляд на выезд из переулка и, будто решившись на отчаянный шаг, выдохнула: — На самом деле я твоя родная мать.
Чжань Юй смерил её абсолютно равнодушным взглядом:
— Рассчитываешь выудить из меня денег?
Заметив полное недоверие на лице юноши, Чэнь Ся занервничала, её голос невольно взмыл вверх:
— Я не вру, Сяо Юй! Ты можешь не верить, но я правда твоя мать! У тебя внизу живота, слева, у самого основания бедра, есть яркая родинка!
Такое скрытое место не разглядеть, даже если надеть плавки. Женщина была свято уверена: эта деталь заставит парня сомневаться и поверить ей.
— Тогда, в роддоме, я случайно перепутала тебя с Юньцином. А когда вернулась домой и всё поняла, то сразу принялась тебя искать!
Глаза женщины налились слезами, голос прерывался от всхлипов:
— Мама искала тебя семнадцать лет! Семнадцать лет, Сяо Юй! Мы можем прямо сейчас сделать тест ДНК!
Не узнай Чжань Юй часть правды от Лю Лаоци заранее, он вполне мог бы поддаться этому надрыву.
Паршивец, сделав шаг назад, изобразил на лице смятение и нерешительность:
— Это бред. Родители говорили, что мы с Фу Юньцином — родные братья-близнецы. Ты меня надуваешь.
— Вы с отцом похожи как две капли воды! У меня есть его фотография, ты сам увидишь и всё поймёшь!
Чэнь Ся судорожно вытащила из кармана старый телефон. Ее пальцы так сильно дрожали, что она лишь с третьего раза сумела открыть нужный альбом. Чжань Юй бегло глянул на экран — стекло покрывала плотная паутина трещин.
Снимок, судя по всему, сделали много лет назад. С экрана на него смотрел пожилой мужчина с глубокими морщинами на уставшем лице. И всё же сходство с Чжань Юем действительно проглядывало невооружённым глазом.
— В твоих словах куча неувязок, — сжал кулаки в карманах Чжань Юй. Делая вид, что упорно отказывается верить, он задал главный вопрос: — Если ты правда моя мать, то почему молчала, когда семья Чжань забирала Фу Юньцина? Почему не пришла за мной?
Ладно еще то, что Фу Юньцин все эти годы рос под ее боком, но когда его забирали богатые родственники, не попытаться вернуть собственного сына было как минимум странно. Семья Чжань объявила всем, будто Чжань Юй и Юньцин — близнецы. Чэнь Ся не могла не знать, что это ложь, но почему-то предпочла промолчать.
Лицо женщины исказила горькая гримаса, слезы с новой силой потекли по щекам:
— Мама не смела... Мама оказалась слишком трусливой и побоялась идти против такой могущественной семьи! Но даже так они не оставили меня в покое и заставили убраться из Яньчэна!
Чжань Юй глубоко вдохнул, его глаза демонстративно покраснели, а упрямо поджатый подбородок дрогнул:
— Не верю! Родители ко мне отлично относятся!
— Да ничего ты не знаешь! — вдруг эмоционально взвилась Чэнь Ся. — Им не ты нужен! Семье Чжань требуется лишь наследник для их захудалого ремесла! Чжань Цилян сделал из тебя марионетку, чтобы ты прожил за него его нереализованную жизнь! Сам он загребает миллионы и живет в роскоши, а компанию отдаст родному сыночку! Тебе же отвели роль нищего актера!
— Им на тебя плевать! Всё, что их волнует — это связи Чжань Юньяня! Пока ты выходишь на сцену, они могут без зазрения совести пользоваться влиянием старика и качать деньги!
Голос женщины сорвался на визг, она была на грани истерики.
Чжань Юй отступил еще на два шага, избегая ее попытки схватить его за руку.
— На всём белом свете только мать любит тебя по-настоящему! Я выносила тебя под сердцем, я каждый день ждала твоего появления на свет!
Она забормотала, словно в бреду:
— Только мама тебя любит... А они — монстры! Чжань Юньянь, Чжань Цилян, Сунь Юймянь — все они держат тебя за клоуна! Они отлично знают, кто ты такой, и просто используют!
— Что ты сказала? — Чжань Юй замер. — Хочешь сказать... дедушка знал, что я не кровный Чжань?
Чэнь Ся с горящими от возбуждения глазами подскочила ближе:
— Конечно знал! Чжань Юньянь вообще не заслуживает называться твоим дедом! Для него ты лишь инструмент, средство спасти от забвения его загнувшуюся труппу! Им на тебя плевать, они в тебе человека не видят!
— Откуда тебе это известно? — Чжань Юй перехватил ее за предплечье, крепко нахмурившись.
Бам!
У самого въезда в подворотню раздался оглушительный грохот, будто кто-то с ноги пнул железный мусорный бак.
Чжань Юй обернулся и увидал четырех или пяти мужчин, сворачивающих в переулок. Шедший впереди верзила выглядел крайне внушительно и явно не отличался кротким нравом.
В темноте тлел алый огонек сигареты. Один из пришедших выплюнул бычок под ноги и грязно выругался:
— Сука, да куда эта сумасшедшая дрянь запропастилась?!
Расстояние было приличным, поэтому Чжань Юй разобрал слова лишь приблизительно.
Вдруг женщина под его рукой дернулась. Опасаясь причинить ей боль, парень инстинктивно разжал пальцы.
При свете тусклого фонаря лицо Чэнь Ся стало цвета мокрого мела. Не произнеся больше ни слова, она рванула вглубь проулка.
Чжань Юй сделал пару шагов следом, но за спиной уже раздался тяжелый гул приближающихся шагов и крики:
— Мразь, а ну стой!
— Вон она, нет?!
— Точно она! Столько дней за ней охотимся, я эту тварь из тысячи узнаю!
Чэнь Ся, судя по всему, неплохо ориентировалась в здешних лабиринтах. Она вильнула в соседний лаз и в мгновение ока растворилась в темноте.
Чжань Юй остановился. Тусклый свет от фонаря заливал развилку мертвенным глянцем, отбрасывая длинные, тонкие тени.
Мимо него пронеслось несколько человек, сыпля отборной бранью.
Один, второй, третий...
Все пятеро один за другим нырнули в проход. Они даже не притормозили рядом с Чжань Юем, словно не заметили стоящего в полный рост человека, и не удостоили его даже беглым взглядом. Их свирепые физиономии выражали тупую уверенность — они намеревались загнать добычу во что бы то ни стало.
Проводив их взглядом, Чжань Юй про себя сухо отметил: «Эти идиоты повернули не туда...»
Топот и проклятия постепенно затихли вдали, и в подворотне снова воцарилась тишина.
Чжань Юй чуть повернул голову. Дворовая кошка, только что рывшаяся в баке, исчезла — судя по всему, шумная компания окончательно испортила ей аппетит.
Пошатавшись по округе ещё с полчаса, Чжань Юй так и не наткнулся на Чэнь Ся, зато пару раз разминулся с теми бандитами. Не найдя женщину, они озлобились ещё сильнее и матерились уже на чём свет стоит.
Вздохнув с облегчением, Чжань Юй оставил попытки найти её. Что бы там между ними ни произошло, было очевидно: эти типы охотятся именно за Чэнь Ся. Пока они кружат поблизости, она ни за что не покажется на глаза.
«И почему всё запутывается всё сильнее?..»
Остановившись у уличной палатки с шашлычками, Чжань Юй достал телефон и при свете вывески сделал селфи. На заднем плане как раз удалялись ругающиеся лавочники, а сам парень наигранно улыбнулся в камеру. Когда затвор щелкнул, фальшивая улыбка тут же сползла с его лица.
— Красавчик, твой шашлык готов!
— Спасибо. — Чжань Юй забрал пакетик и, чуть изогнув губы, вежливо кивнул торговцу.
По дороге домой он снова набрал Лю Лаоци и поручил тому копать под Чэнь Ся, а заодно проверить прошлое Чжань Юньяня.
Лю Лаоци, как всегда, сгорал от любопытства и начал допытываться, зачем парню рыть под собственного деда. Насколько ему было известно, из всей семьи Чжань именно со стариком у Чжань Юя были самые тёплые отношения — тот ведь его и выстирал, и вырастил.
Чжань Юй ничего объяснять не стал, а просто перевёл через онлайн-банк сотню тысяч юаней.
[Без лишних слов. И поскорее.]
Получив деньги, Лю Лаоци мигом заткнулся и лишних вопросов задавать не стал. Заткнуть рот купюрами — его любимый расклад.
Вернувшись в старое поместье семьи Чжань, Чжань Юй всё ещё прокручивал в голове сказанное Чэнь Ся.
После этого разговора он прекрасно понимал: верить этой женщине можно процентов на двадцать, а то и меньше. Впрочем, насчёт истинных намерений Чжань Циляня и Сунь Юймянь она явно не соврала. Но вот дедушка...
Погружённый в свои мысли, он не заметил человека, стоявшего у лестницы, и со всего размаху врезался прямо ему в грудь.
— Ой, извини, я... — Чжань Юй поднял голову и столкнулся с невозмутимым, темным взглядом.
— Ого, наш отличник! — Чжань Юй мгновенно перестроился, вернув на лицо привычную маску. За столько лет занятий оперой контроль над мимикой стал его вторым «я». — Ты чего так поздно не спишь?
Фу Юньцин стоял ступенькой выше. Он и так был высоким, а сейчас, глядя на Чжань Юя сверху вниз, невольно давил своей статной фигурой.
— Почему ты так поздно?
В глазах юноши на мгновение промелькнуло нечто неопределённое, но прежде чем Чжань Юй успел разгадать эту эмоцию, она исчезла.
— Я волновался за тебя, — тихо добавил Фу Юньцин.
Чжань Юй замер. За всю его жизнь мало кто говорил, что волнуется о нём, а уж такая прямота и вовсе заставила его смутиться.
— Ну... — Чжань Юй отвел взгляд. — Я просто съел пару шашлычков на улице, и всё.
Фу Юньцин слегка нахмурился. Под этим пристальным взглядом Чжань Юй почувствовал себя еще неловко и принялся судорожно искать тему, чтобы разрядить обстановку.
С этой ступеньки лицо Чжань Юя находилось аккурат напротив груди собеседника. Он задрал голову и вдруг непревзойдённо улыбнулся:
— Брат, а ты знаешь, что такое «самая милая разница в росте»?
Не дожидаясь ответа, он продолжил:
— Это вот как у нас с тобой сейчас. Я достаю тебе ровно до груди. Знаешь, в чём тут самый главный плюс?
Брови Фу Юньцина дернулись, и он строго перебил его:
— Раз с тобой всё в порядке, я пойду спать.
Высокий и длинноногий, он в два шага преодолел остаток лестницы и скрылся в своей спальне, даже не дав Чжань Юю договорить.
Чжань Юй лишь хмыкнул. Надо же, болтал ни о чём, а тот сбежал, будто за ним волки гнались.
Вальяжно поплетясь к своей комнате, он притормозил у дверей Фу Юньцина и постучал.
— Отличник, я тут внезапно вспомнил, что забыл сказать тебе кое-что очень важное.
Дверь открылась, и на пороге появился Фу Юньцин:
— Что ещё?
Чжань Юй выпалил на одном дыхании:
— Самый кайф в том, что тот, кто выше, может легко подхватить того, кто ниже, и поцеловать! Выглядит вообще без изъяна!
Фу Юньцин: «...»
Он тяжело вздохнул и сжал пальцами переносицу. Разумеется. Не стоило даже надеяться, что этот балагур способен произнести хоть что-то дельное.
Чжань Юй с довольной ухмылкой оперся о дверной косяк:
— Как думаешь, с моей будущей девушкой у нас будет такая же милая разница в росте? Пусть она будет даже немного пухленькой, неважно, сил у меня хватит, чтобы поднять её...
— Я закрываю дверь, — без единой эмоции на лице отрезал Фу Юньцин и, не давая парню вставить ни слова, с грохотом захлопнул створку.
— Эй, брат, ты даже не дослушаешь мечты своего старшего о прекрасном будущем?! — Чжань Юй чуть не расхохотался в голос.
Вот ведь сухарь книжный. Стоит сболтнуть пару глупостей, как он тут же заливается краской. Если он когда-нибудь найдёт себе кого-то, то от смущения, наверное, вообще сгорит на месте.
http://bllate.org/book/37960/5139886
Готово:
