Линь Юй хранил в душе глубокие сомнения: если даже выспаться спокойно не получается, то сможет ли семья Линь защитить его, если эта тварь обретет плоть?
Но он не стал озвучивать свои тревоги и лишь слабо улыбнулся в ответ:
— Хорошо, отец.
Позавтракав, Линь Юй собирался было вернуться в комнату и немного прилечь, но в дом пожаловали незваные гости.
— Дядя Линь, — Линь У мгновенно переменился в лице по сравнению со вчерашним раздраженным видом, почтительно поклонился, а затем с улыбкой поприветствовал Линь Юя: — Сяо Юй, что ты читаешь?
Линь Юй лениво откинулся на спинку дивана, перелистывая книгу длинными, похожими на нефрит пальцами, и даже не поднял век.
Мясо на лице Линь У подернулось. В присутствии главы семьи он не смел буянить, поэтому ему оставалось лишь продолжить объяснять причину своего визита.
Оказалось, что в задании, которое они приняли несколько дней назад, возниклин непредвиденные трудности: им так и не удалось выследить злобного духа, а вчера еще и сын заказчика попал в беду — теперь он полуживой валялся в больнице, и только тогда они по-настоящему испугались.
Члены клана Линь могли отправляться на задания по достижении восемнадцати лет, но, учитывая их ограниченные способности и опыт, поначалу они часто объединялись в группы для изгнания нечисти и поимки духов.
Именно эта группа во главе с Линь У, запаниковав и забыв обо всем остальном, напрямую явилась в дом главы семьи за помощью.
Перед лицом репутации и авторитета клана Линь собственная гордость отходила на второй план — ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы всё рухнуло из-за них.
— Не паникуйте, — Линь Чжэнъян поднял руку, призывая к тишине. — Расскажите подробно о том, с чем вы столкнулись.
Линь Юй больше не желал слушать дальше. Шлепая тапочками, он направился в сад, нашел тенистое местечко и, прилегла, продолжил читать.
Спустя какое-то время, после звуков суетливых шагов, в саду раздался нарочито приглушенный голос:
— Линь Юцюань! Что ты сейчас имел в виду?
Брови Линь Юя слегка дрогнули, и он продолжил молча слушать.
Линь Юцюань опустил голову, его голос едва можно было расслышать:
— Я ничего… не…
— Ты посмел перед лицом главы семьи намекнуть на то, что я безответственен? — гнев Линь У стремительно пополз вверх, и он, не дожидаясь выхода за ворота, решил выяснить отношения. — Если бы не я, пожалев тебя, не взял с собой на задание, тебя бы уже давно вышвырнули из семьи Линь, как паршивую собаку! Как ты смеешь теперь кусать меня в ответ?
Линь Юцюань принялся отчаянно мотать головой и заикаясь объяснять:
— Я… я ведь просто… рассказал… рассказал о том, что мне… мне известно, я хотел… хотел…
— Да что ты вообще знаешь! — грубо прервал его Линь У, хватая за воротник и приподнимая над землей. — Ты, проклятый одиночка, приносящий несчастья, да ты едва ли лучше того Линь… ну, этого! С каких это пор тебе позволено указывать мне?
Лицо Линь Юцюаня покраснело от удушья, но он не смел сопротивляться и мог лишь умоляюще смотреть на Линь У.
Однако Линь У, будучи на взводе и желая преподать ему суровый урок, вдруг услышал позади себя резкий звук — хлоп.
Остальные члены группы перевели взгляд на источник звука, и лица их заметно изменились.
Линь У тоже обернулся. Его взору предстало бледное, холодное лицо; рука его дрогнула, он отпустил Линь Юцюаня и неловко усмехнулся:
— Сяо Юй, ты как…
— Какой тебе еще Сяо Юй? — холодно бросил на него взгляд Линь Юй. — Мы с тобой что, так близки?
— Ты… — Линь У подавился от этих слов, его лицо то бледнело, то краснело, словно у хамелеона.
Линь Юй слегка приподнял подбородок и окинул взглядом компанию слева направо:
— Вы что, все такие свободные?
— Нет-нет-нет!
— Нам нужно идти выполнять задание! Мы уже уходим!
Эти ребята обладали хорошей сообразительностью: подхватив застывшего на месте Линь У, они быстрыми шагами направились к выходу, страшно боясь, что юный господин от нечего делать решит устроить им неприятности.
Взгляд Линь Юя остановился на оставшемся человеке:
— А ты почему не уходишь?
— С-спасибо тебе за то, что… что снова помог мне… — Линь Юйцюань опустил голову еще ниже, беспомощно теребя пальцами край одежды.
Линь Юй молча смотрел на него:
— По правде говоря, я никак не возьму в толк: почему ты вечно крутишься рядом с теми, кто тебя обижает?
— Я… — Линь Юцюань приоткрыл рот. — Я хочу… хочу закалить себя.
Линь Юй чуть приподнял бровь, но не стал больше ничего добавлять:
— Тогда желаю удачи.
Стоило ему повернуться, как чья-то рука внезапно схватила его за локоть.
— Л-Линь Юй… — Линь Юцюань, казалось, собрал все мужество, на какое был способен, и осторожно спросил: — Я т-тоже поступил в университет А, после начала учебы… м-можно я буду приходить к тебе?
— Поздравляю, — Линь Юй слегка повернул голову, отвечая на вопрос. — Можно, но лучше не надо.
Семья Линь славилась многочисленными потомками и разветвленными ветвями, а молодых людей, часто бывавших в главном поместье, было хоть отбавляй. Линь Юй никогда не запоминал этих людей и не утруждал себя подобным, а Линь Юцюаня запомнил лишь потому, что некогда мимоходом оказал ему услугу.
Родители Линь Юя скончались друг за другом в его детстве, а вскоре при загадочных обстоятельствах погиб и его брат-близнец. Постепенно в клане Линь поползли слухи, будто он — проклятая одиночка, несущая смерть, губящая отца, мать и брата, и в конце концов он сведет в могилу всех, кто окажется рядом.
Но Линь Юй меньше всего на свете верил в предопределенную судьбу.
И поэтому, когда дяди и тети Линь Юцюаня вознамерились выгнать его из семьи Линь, Линь Юй, заметив, как жестоко его травят, просто обмолвился парой слов своему отцу.
Стоило главе семьи высказать свое слово, как, разумеется, никто больше не смел предпринимать опрометчивых шагов, да и голодным в семье Линь никто бы не остался.
— Я… я понимаю… — Линь Юцюань отдернул руку, словно от удара током, и тихонько подчеркнул: — Я б-больше не стану тебя беспокоить.
Линь Юй кивнул и неспешным шагом направился вглубь дома.
Позади него Линь Юцюань неотрывно смотрел вслед его удаляющейся фигуре, пока тот не скрылся за поворотом, и лишь после этого повернулся и ушел.
Глубокой ночью Линь Юй внезапно очнулся от кошмара.
На сей раз дело было вовсе не в проделках той зловещей твари: кажется, ему приснился самый обычный дурной сон, однако после пробуждения он уже не мог вспомнить, что именно ему привиделось.
Побыв какое-то время в оцепенении, Линь Юй тяжело и глубоко выдохнул и лишь тогда заметил, что его спина насквозь промокла от холодного пот, а шелковый халат неприятно лип к телу.
Включив свет и спустившись с кровати, он босиком направился в сторону ванной комнаты.
Черный шелковый халат соскользнул с сияющей белизной кожи, бесшумно опустившись на напольную плитку у входа в ванную мягкими складками, похожими на распустившийся черный лотос.
Включив душ, он встал под потоки обжигающе теплой воды, хлынувшие прямо на макушку.
http://bllate.org/book/37947/4749661
Готово:
