Она опустила голову: — Привычка.
Бай Янь ответила: — Привычка — дело наживное, привыкнешь.
Её обычное красноречие перед Лу Шувэй куда-то испарилось, язык заплетался, и она не знала, что и сказать.
Бай Янь прикусила кончик языка, и резкая боль заставила её соображать чуточку быстрее. Она заметила, как Лу Шувэй поплотнее запахнула одежду: — Поднимается ветер, давай сходим в другое место.
Здесь со всех сторон гулял сквозной ветер, и для человека слабого здоровья это место явно не подходило.
Она достала из Кольца хранения накидку, подошла к Лу Шувэй и набросила ей на плечи.
Тонкие пальцы дрожали, завязывая шнурки, и неминуемо касались кожи женщины.
Рука скользнула у самой шеи женщины, поправляя накидку, их тела соприкоснулись, а стоило чуть опустить голову — и губы могли бы коснуться женской шеи.
Какая нежная… Так бы и укусила.
Наверху царило невозмутимое спокойствие, но в душе бушевали нешуточные страсти.
Лу Шувэй отвернулась, избегая прикосновения с одной стороны, но тут же оказалась вынуждена соприкоснуться с другой, словно Белый Тигр целиком заключил её в свои объятия.
Ощущение того, что твоё личное пространство захватили, было не из приятных.
Бай Янь отступила на полшага назад, собираясь взять Лу Шувэй за руку, как незадолго до этого вела её за собой, но, случайно встретившись взглядом с глазами женщины, спохватилась и оставила эту мысль.
Лу Шувэй теперь видит, ей больше не нужно, чтобы её кто-то вёл.
Бай Янь бросила взгляд на небо: — В это время старейшина И должна быть в Павильоне Медицины. Если пойдём этой дорогой, как раз сможем забрать лекарство.
Лу Шувэй слегка кашлянула и слабо отозвалась: — Как скажешь.
Так называемый Павильон Медицины представлял собой лишь комплекс многоэтажных зданий. Людей внутри было немного — хватило бы пальцев обеих рук, чтобы пересчитать.
Бай Янь по привычке отыскала павильон, где И Вэньюй варила лекарства по рецептам. Она трижды постучала в распахнутую дверь и, услышав голос старейшины И, вошла вместе с Лу Шувэй.
Бай Янь предупредила заранее: — Не переживай, старейшина И очень добрая.
Лу Шувэй коротко произнесла: — Мм.
И Вэньюй вышла из внутренней комнаты, зажав в пальцах два пожелтевших листа бумаги, и недоверято рассмеялась: — Чего это вы явились в такую рань? Разве вы обычно не спите до полудня?
Бай Янь широко раскрыла глаза и испуганно запротестовала: — Старейшина И, нельзя же так говорить! С чего это я вдруг спала до полудня?
Она украдкой замахала руками, подавая знаки.
И Вэньюй всё поняла и мягко произнесла: — Значит, это я перепутала.
Бай Янь с облегчением выдохнула: — Точно, наверняка перепутали. Я целыми днями занята книгами и делами павильона, откуда у меня свободное время на сон?
Нельзя же было портить свой образ в глазах Лу Шувэй.
Обменявшись еще несколькими фразами, И Вэньюй перевела взгляд на вошедшую гостью.
Лу Шувэй слегка опустила голову и поприветствовала её: — Старейшина И.
И Вэньюй кивнула: — Раз уж твои глаза теперь снова видят, давай-ка я тебя осмотрю.
Лу Шувэй ответила: — Благодарю за труды.
Бай Янь выставили в главный зал. Скрестив руки на груди и недовольно надувшись, она прислонилась к алой колонне и то и дело вытягивала шею, заглядывая внутрь.
Разумеется, оттуда ничего не было видно.
Спустя примерно время благовония, сгоревшего дважды, И Вэньюй вышла вместе с Лу Шувэй.
Бай Янь быстро подошла к ним: — Ну как?
И Вэньюй мягко произнесла: — Я впервые сталкиваюсь с подобным случаем, боюсь, потребуется ещё какое-то время.
Предполагая, что такое возможно, Бай Янь без удивления кивнула.
И Вэньюй достала фарфоровый пузырек: — Тело друга Лу всё ещё нуждается в укреплении, принимать по одной пилюле в день.
Бай Янь тщательно запомнила.
— Да, кстати, — снова спросила И Вэньюй, — испытывает ли друг Лу какой-либо дискомфорт, когда пользуется глазами?
Лу Шувэй ответила: — Возникает ощущение жжения.
И Вэньюй пояснила: — На самом деле лучше вообще ими не пользоваться. Подобное жжение нанесёт твоим глазам ещё больший вред, и даже если в будущем здоровье восстановится, этого ущерба уже не избежать.
Один час в день — вот сколько времени Лу Шувэй могла созерцать краски этого мира, и она вовсе не желала тратить его впустую, но слова И Вэньюй были не лишены смысла.
К тому же она чувствовала на себе полный заботы взгляд Бай Янь.
Помолчав немного, она согласилась: — Хорошо. Завтрашнего дня я перестану использовать зрение.
Этот вопрос был решён, но на душе лежал другой груз.
Мягкость на лице И Вэньюй исчезла, сменившись лёгкой тревогой: — До меня дошли слухи от Цзы Фань, что на этот раз пострадало больше десятка людей, точь-в-точь как было описано в той вашей книге?
Стоило зайти об этом речь, как Бай Янь тут же помрачнела, однако на сей раз её уловом стала Лу Шувэй.
Так что всё оказалось не совсем уж плохо.
Она во всех подробностях пересказала случившееся, а её золотистые глаза так и излучали неприязнь: — Сама не пойму, как так вышло. Я уже отправила людей в Пруд Юйгуань для расследования.
Говорили, что среди шестнадцати пострадавших молодых практикующих больше всего было людей из Секты Цзяньмэнь и Секты Укротителей Зверей, поэтому, оказавшись в Управлении по контролю культиваторов, обе эти секты попытались потребовать с неё ответа.
И Вэньюй спросила: — А что говорят во внешнем мире?
Бай Янь пренебрежительно махнула рукой: — Пустые сплетни. Пусть болтают, раз им нравится.
Говорят, будто Павильон Десяти Тысяч Книг хотел получше распродать свои книги, вот и поднял шумиху, используя человеческие жизни ради сенсации; а другие утверждали, будто юная госпожа павильона впала в звериное безумие и собственноручно загрызла этих шестнадцать человек…
Слушая всё это, Бай Янь лишь поражалась их бурной фантазии.
Даже впади она в безумие, она бы ни за что не стала нападать на всяких случайных прохожих.
У неё, в конце концов, имелась некоторая брезгливость.
Пока они разговаривали, Лу Шувэй внезапно зашлась в кашле. Её хрупкая фигурка задрожала, заходясь в непрекращающейся мелкой дрожи, словно сито.
И без того бледное лицо окончательно лишилось красок, сделавшись белым, как бумага, готовое рухнуть от малейшего дуновения.
Бай Янь в несколько шагов подскочила к ней, подхватила и обеспокоенно позвала: — Старейшина И!
И Вэньюй прижала ладонь к плечу Лу Шувэй, вливая внутрь Духовную силу.
Губы Лу Шувэй слегка блестели влагой. Она с трудом сглотнула в пересохшем горле, чувствуя, как тело рассыпается на части, не в силах больше держаться: — Я в порядке, это старая хворь.
Бай Янь тревожно запротестовала: — Обопрись на меня, пока не разговаривай.
И Вэньюй убрала руку и успокоила их: — Не переживайте. Сначала дайте ей пилюлю, её тело всё ещё слишком слабо, восстанавливаться придётся медленно.
Она покачала головой, чувствуя собственное бессилие: — И как только умудрилась довести себя до такого состояния? — принялась она ворчать. — Вы, молодые практикующие, совсем не бережёте свои тела.
Увидев, что Лу Шувэй стало лучше, Бай Янь показала язык и тут же согласилась: — Да-да-да, старейшина И права. А почему сегодня не видно старейшину Янь?
И Вэньюй отвернулась, в её голосе прозвучало снисхождение: — Она всё ещё спит. В последнее время стала ужасной соней.
Бай Янь кивнула: — Ладно уж, передайте от меня привет старейшине Янь, а мы пойдём назад.
И Вэньюй обернулась: — Не останетесь посидеть? Я велела заварить свежий чай.
Бай Янь покачала головой. Видя состояние Лу Шувэй, она не решалась оставлять её здесь и считала, что лучше поскорее вернуть девушку домой.
И Вэньюй не стала настаивать, лишь кивнула на неё: — Хватит заставлять друга Лу ходить пешком. Обернись в истинный облик и донеси её на себе.
Сердце Бай Янь ёкнуло, и отправлять мысленную Передачу голоса старейшине И было уже поздно. Лу Шувэй посмотрела на неё своими прекрасными глазами и тихо переспросила: — Истинный облик?
Бай Янь почувствовала себя так, будто её надежды рухнули. Напустив на лицо невозмутимый вид, она с натянутой улыбкой произнесла: — Эм… А…
И Вэньюй удивленно произнесла: — Истинный облик Сяоянь — это Белый Тигр. — Она качнула головой в сторону Бай Янь и добавила: — Среди крупных сил это вовсе не секрет.
Подразумевалось, что раз уж Лу Шувэй даже будучи вольным практиком, наверняка уже что-то об этом слышала, скрывать было нечего.
Лу Шувэй понимающе кивнула: —кое-что слышала.
И Вэньюй одарила Бай Янь взглядом, говорящим: Видишь, она и так всё знала.
Бай Янь прикусила нижнюю губу.
— Бай Янь?
Лу Шувэй звала её. Бай Янь обернулась, и женщина произнесла: — Я хочу увидеть твой истинный облик.
Бай Янь приоткрыла рот: — …Хорошо.
Она уменьшилась в размерах, вспышка света рассеялась, и в Павильоне Медицины предстал величественный Белый Тигр с белоснежной шерстью.
Подавив желание гордо взреветь, Маленький Белый Тигр на всех четырех лапах подобрался к Лу Шувэй, опустился на передние лапы и прижался к земле.
Лу Шувэй впервые видела Белого Тигра так близко. Он казался невероятно кротким и ничем особо не отличался от обычного щенка.
Однако эта кротость продлилась недолго: стоило И Вэньюй нарочно бросить фразу: Ишь какая послушная, как Маленький Белый Тигр тут же ощетинил шерсть.
Маленький Белый Тигр резко подскочил на лапах и взъерошился на И Вэньюй: — Я всегда такой послушный!
Называть свирепого зверя послушным было несколько странно. Маленький Белый Тигр и сам это понял, а потому с гордым видом мотнул головой и снова улёгся у ног Лу Шувэй.
И Вэньюй улыбнулась, подошла, присела на корточки, потрепала тигра по макушке и шепнула что-то так тихо, что расслышать могли только они сами.
В глазах Маленького Белого Тигра вспыхнул яркий свет.
— Друг Лу, увидимся в следующий раз. — Уходя, И Вэньюй с улыбкой попрощалась с Лу Шувэй.
Лу Шувэй ответила: — Благодарю старшую, до встречи.
Вероятно, опасаясь, что та слишком слаба, чтобы забраться наверх, Маленький Белый Тигр прижался к земле как можно ниже, уперевшись лбом в пол.
Убедившись, что сидевшая на спине женщина перестала шевелиться, Маленький Белый Тигр подал голос: — Устроилась поудобнее? Сейчас буду вставать.
Лу Шувэй ответила: — Да.
Она наклонилась и ухватилась за шерсть Маленького Белого Тигра. Почувствовав, как внизу тигр издал тихое ворчание, она решила, что причинила ему боль, и перехватила зверя поукрепленнее за шею с обеих сторон.
Маленький Белый Тигр выпрямился, и его роскошная, отлично ухоженная шерсть мягким комком зажалась в ладонях.
Сидя на нём, Лу Шувэй не чувствовала ни малейшей тряски.
Маленький Белый Тигр проговорил: — Если устанешь, можешь прилечь на меня и отдохнуть. Моя шерсть очень чистая, её моют каждый день.
Лу Шувэй тихо произнесла: — Мм, — но ложиться всё же не стала.
Маленький Белый Тигр испытывал лёгкое разочарование, но вместе с тем не был удивлён.
Желая оградить Лу Шувэй от лишнего холодного ветра, Маленький Белый Тигр, хоть и жаждал побольше порисоваться в своем истинном облике, всё же стерпел и поспешил поскорее вернуться в их жилые покои.
Маленький Белый Тигр снова опустился на землю.
Вскоре тяжесть на спине пропала, и Лу Шувэй опустилась на землю.
Маленький Белый Тигр поднял голову и осторожно потерелся лбом о полу одежды Лу Шувэй.
Возвращаясь обратно, И Вэньюй тайком шепнула ей, что друг Лу радовалась, когда она вновь обернулась зверем.
Значит, та не станет чураться её истинного облика.
Заметка от автора:
Маленький Белый Тигр: Она радовалась!
http://bllate.org/book/37940/4748801
Готово:
