Юный господин Цзян, сидевший на коленях у кровати и едва не пустивший слезу, при этих словах мгновенно приободрился. Он не смел издать ни звука и послушно закивал, энергично подёргивая головой.
Чжэн Лань воспользовалась моментом, чтобы наставить его: Играя с младшим братом, ты, как старший, должен заботиться о нём, понимаешь? Если ты снова будешь обижать детей, как раньше, я больше никогда не позволю тебе с ним играть.
Услышав последнюю фразу, Цзян Янь встревожился. Он широко открыл глаза, поднял три пальца и начал заверять: Я обещаю не обижать младшего брата.
Чжэн Лань строго поправила его: Не обижать всех детей.
Цзян Янь уставился на маму и, нехотя кивнув, пробормотал потише: Я обещаю не обижать других детей.
Чжэн Лань не рассчитывала, что он исправится в одночасье. Посмотрев на Цзян Яня, она увидела, что он приуныл, но при этом с жаждой смотрел на малыша, которого она держала на руках. В его покорном виде было что-то такое, что подсказало ей: она его приструнила.
Договорившись с сыном, Чжэн Лань осторожно уложила Линь Си на кровать. Стоило малышу коснуться мягкой постели, как он тут же свернулся клубочком.
Наконец-то добившись своего, юный господин Цзян не мог нарадоваться. Он бережно, стараясь не шуметь, укрыл Линь Си одеяльцем, сам послушно улёгся рядом, натянул одеяло до подбородка и изо всех сил старался выглядеть послушным ребёнком перед матерью: Мама, спокойной ночи.
Он очень боялся, что мама разлучит его с котёнком.
Прошла ночь, и солнечные лучи пробились в комнату, осветив уголок широкой кровати. В самом центре, крепко спавшие, прижались друг к другу два пухлых комочка.
Вскоре один из них пошевелился.
Хорошенько выспавшийся Линь Си высунул ручонку из-под одеяла и потёр глаза. Закончив, он дважды подёргал длинными ресницами и медленно открыл глаза.
Увидев вокруг незнакомую обстановку, малыш поначалу не понял, что происходит. Выражение его лица было озадаченным, а в глазах читались немые вопросы. Кто я? Где я?
Линь Си растерянно похлопал глазами, погрузившись в свои мысли, и лишь спустя долгое время повернул голову, обнаружив, что вчерашняя злющая большая собака лежит рядом с ним.
Цзян Янь, слегка надув губы, сладко спал, обнимая Линь Си одной рукой.
Эта большая собака всегда была такой властной. Линь Си было очень неудобно в этих объятиях, он взглянул на руку, лежавшую у него на теле, и попытался её убрать. Но сил в его маленьких ручках было мало, и сдвинуть её не удалось.
Цзян Янь, пребывая в полудрёме, что-то почувствовал. Он пробормотал сквозь сон: Котёнок, — и ещё теснее прижался к Линь Си. От мальчика пахло молочным гелем для душа — сладко, аппетитно.
Во сне Цзян Янь продолжал есть пирожное сюэмейнян — белый, мягкий, пухлый комочек. Он откусил кусочек, и лакомство внезапно превратилось в личико Линь Си…
Услышав голос Цзян Яня, Линь Си решил, что тот проснулся, и повернул к нему голову. Кто бы мог подумать, что Цзян Янь не открывает глаз и не двигается, лишь пожевывает губами, словно лакомится чем-то вкусным.
Линь Си понаблюдал за ним какое-то время, перевёл взгляд на красивую люстру под потолком и так и лежал тихонько в кровати. Увидев, что большая собака всё никак не просыпается, он решил просто выбраться из постели самостоятельно.
За ночь маленькая заколка с волос соскользнула на подушку. Линь Си очень нравилось это красивое украшение, он поднял его и, пытаясь повторить движения Чжэн Лань, приложил к волосам.
Однако, стоило ему разжать пальцы, как заколка упала.Линь Си озадаченно моргнул, маленькая ручка снова подобрала заколку и поднесла её к волосам. На этот раз он очень старательно подержал её какое-то время, прежде чем разжать пальцы.
В этот момент дверь комнаты снаружи кто-то тихонько приоткрыл: Чжэн Лань заглянула проверить, проснулись ли оба малыша. Войдя, она тут же увидела, как Линь Си послушно сидит на кровати с заколкой в волосах, а на его личике застыло крайнее недоумение.
Какой же он маленький модник. Чжэн Лань невольно улыбнулась, подошла, показала ему всё на собственном примере и аккуратно заколола волосы.
Стоило убрать пряди, как миру снова явилось его очаровательное личико. Линь Си уставился на Чжэн Лань огромными, сияющими, словно звёзды, глазами. По его выражению лица было легко понять, как сильно она ему нравится.
Чжэн Лань славилась своей слабостью к красивой внешности, а от этого прелестного малыша и вовсе была без ума. Нагнувшись, она слегка коснулась пальцем его носа и с улыбкой произвела:
— Давай позволим нашему соне и дальше спать, а тётя отведет тебя почистить зубы и позавтракать, хорошо?
Линь Си уловил лишь часть слов, но на инстинктивном уровне согласно кивнул.Увидев, что он согласился, Чжэн Лань осторожно взяла его на руки.
Оказавшись в объятиях Чжэн Лань, Линь Си машинально обвил её шею ручонками, чтобы не упасть, и при этом пристально вглядывался в её лицо. То ли оно ему очень нравилось, то ли он что-то выискивал.
Вчера вечером Чжэн Лань услышала от Цзян Кайи немало подробностей о судьбе Линь Си. Мать мальчика умерла, отец женился во второй раз, и мачеха забеременела, при этом Линь Си ей не нравился. Судя по его тощему тельцу, рваной одежде и следам от щипков на руках, ему пришлось изрядно натерпеться.
Тем более, как они услышали от Цзян Янь, родители Линь Си, судя по всему, намеревались отдать его на воспитание чужим людям ради денег. Всякое усыновление, замешанное на деньгах, несомненно, является незаконным.Размышляя об этом и глядя на Линь Си, чье осторожное, выжидающее выражение лица выдавало инстинктивную детскую привязанность к матери, Чжэн Лань испытала одновременно и гнев, и жалость.
Она никак не могла взять в толк: как можно не любить такого послушного и чудесного ребенка? Подумать только, каких жестокосердных людей не бывает на свете.
Вчера вечером, будучи в сердцах, Чжэн Лань предложила Цзян Кайи усыновить Линь Си. В конце концов, ей действительно пришелся по душе этот прелестный малыш: глядя на него каждый день, она, скорее всего, заработала бы себе куда меньше морщин, чем от выходок Цзян Яня.
Однако отец Линь Си еще жив, и вопрос об усыновлении зависит от того, что скажет другая сторона.
Впрочем, ее непутевый сын наконец-то совершил по-настоящему доброе дело, приведя этого кроху домой. Иначе кто знает, куда бы отправили такого замечательного ребенка — было бы невероятно жаль.
Цзян Янь проснулся и обнаружил, что рядом никого нет. Он пошарил рукой — котенок, которого он прообнимал всю ночь, исчез.
Сон как рукой сняло. Цзян Янь пулей подскочил с кровати, и его сонные глаза тут же сфокусировались на Чжэн Лань, стоявшей у дверей.
Это ведь был тот самый котенок, которого он вчера отвоевал, применив полный арсенал — слезы, истерики и угрозы. Цзян Янь до смерти боялся, что родители решат вернуть Линь Си обратно. Не раздумывая, он босиком бросился следом, на ходу надув щеки и недовольно выкрикнув: Мама, ты нарушила свое слово!
Услышав голос Цзян Яня, Линь Си первым с любопытством обернулся и увидел, что этот большой пес наконец-то проснулся. Едва открыв глаза, тот принялся свирепо таращиться на него, а затем подбежал и крепко ухватил за ногу.
http://bllate.org/book/37928/4747414
Готово:
