— Конечно, с ним не сравнить. Но я же правду говорю. Ой-ой…
…
Обе сестры перепирались прямо у него над ухом. Чу Чжань чувствовал себя до предела онемевшим. Мало того что он стал наложницей мужчины, так эти две старшие сестры еще и обсуждали его девственность — что это вообще за цирк такой?
Стерпев, он перевел тему:
— А где вторая и первая сестры?
Третья сестра ответила:
— Твоя вторая сестра тоже собиралась прийти. У Маомао приболел. А первую сестру, ты же знаешь, заперли во дворце, как бедную птичку.
— Да неважно, придут они или нет, слухи-то все слышали. Эта стерва доигралась, поделом ей. Так ей и надо, а то больно задирала нос та ветвь семьи, — вмешалась четвертая сестра.
Наконец-то зашла речь о том Кошачьем демоне.
Чу Чжань расспросил:
— Что там вообще стряслось-то, сестрицы?
Глава шестая: Восемнадцать наложниц
Пересказав всё со слов двух сестер, Чу Чжань в общих чертах понял ситуацию.
— Этот Кошачий демон убивает исключительно наложниц. Кажется, она люто ненавидит наложниц, — изрекла четвертая сестра.
Едва она договорила, третья сестра тут же толкнула в бок эту прямолинейную болтушку, которая выкладывала всё подряд.
Четвертая сестра прикрыла рот ладонью и добавила:
— Ой, да брось ты, третья сестра. Чжань-чжань ведь не обидится. Это же сам Лу Шиюань! Ну и что с того, что он выходит замуж наложницей? Будь я не замужем, сама бы положила глаз на Князя Лу. Наш Чжань-чжань и правда обладает отменным вкусом.
Чу Чжань неловко хихикнул:
— Эм… А почему все говорят, что это именно Кошачий демон?
— Говорят, что их тела все исполосованы когтями, живого места не осталось. Особенно глаза — их выцарапали напрочь, прямо как кошка разодрала. А на ранах на шее даже остались следы от двух кошачьих клыков, зияют две кровавые дыры!
— И где сейчас тела?
— С чего вдруг? Ты что, посмотреть собрался?
— Угу. Хочу пойти взглянуть. Раз уж я теперь тоже наложница, разве мне не следует заранее побеспокоиться о собственном будущем? Ну, защититься там от всякой нечисти и всё такое.
Что за странная логика? Третья сестра тут же запротестовала:
— Чжань-бао, даже не думай. Сам Чу У боится туда соваться. Между прочим, это была его самая любимая наложница… Тьфу.
— Ну я же просто гляну, третья сестрица, — понизив голос, принялся ластиться Чу Чжань. Эта тварь была настолько свирепой, что убила уже больше десятка человек. В ней наверняка плещется огромное количество Духовной жидкости! Его собственную жидкость тогда пролили в таком количестве, что сердце кровью обливалось от одной мысли об этом.
— Она в том дворике, что принадлежит Чу У.
Чу Чжань кивнул и уже собрался уходить.
Третья сестра схватила его за руку:
— Чжань-бао, у нас с четвертой сестрой еще есть дела, мы скоро уходим. Возьми-ка эту вещицу, пригодится.
Она протянула темный флакон. Что было внутри, оставалось только гадать.
— Если вдруг что-то случится, нужно уметь защитить себя. Говорят, это очень больно, — смущенно добавила она. Третья сестра Чу Сянцинь была ближе всех к Чу Чжаню. Они разнились в возрасте лет на семь-восемь и понимали друг друга лучше остальных.
Чу Чжань не стал допытываться у третьей сестры, в чем дело, подумав, что это какое-то лакомство. Он машинально сунул флакон за пазуху. Все его мысли были заняты трупом, поэтому, не задерживаясь больше ни на секунду, он повернулся и зашагал прочь.
Однако едва Чу Чжань вышел за ворота двора, как ему навстречу кто-то бросился.
— Господин Чжань! Вы наконец-то вернулись! Вы что, бросили нас?
Чу Чжань уставился на стоявшего перед ним мужчину с ужимками какого-то актера. Лицо, в общем-то, смазливое, но до того жеманное… Кто это еще такой? Он обернулся к верному слуге Сяо Хуа.
Тот тихо шепнул:
— Молодой господин, да это же тот красавец, которого вы сами купили!
Чу Чжань тут же всё вспомнил. Точно-точно! У этого прежнего владельца тела была крайне бурная личная жизнь. У него имелось восемьдесят прекрасных юношей, которых он всех до единого скупил.
— Господин Чжань, уделите нам внимание! Вы ведь наконец вернулись!
— Эй, погодите-ка, — мысленно взмолился Чу Чжань. — У меня вообще-то дело есть!
Не успел он отказаться, как его полунасильно, полудобровольно поволокли обратно в его собственный жилой двор — усадьбу Чжань-чжань. Тот, кто пришел за ним, оказался главным среди всех этих восемнадцати красавцев, и звали его Сун Юнь.
Узнав о его возвращении, остальные семнадцать красой пошли из комнат на улицу. Зрелище толпы столь потрясающих юношей оказалось донельзя грандиозным, лишив Чу Чжаня дар речи. Что за затейник был этот прежний хозяин тела? Восемнадцать человек! Да он бы их физически не смог охаживать каждую ночь!
В этот момент он внезапно понял, почему прежний владелец так уперто рвался замуж за Лу Шиюаня и буквально навязывался ему. Среди этих восемнадцати красавцев попадались чистые и невинные, миловидные, властные — на любой вкус. Но ни у одного из них не было ни лица, ни фигуры, способных потягаться с Лу Шиюанем. Про происхождение и говорить нечего.
Краше всех выглядел Сун Юнь. Узкие, раскосые глаза с приподнятыми угольками, тонкие губы, правильные черты лица, стройная фигура — сам по себе он был очень хорош, но, к несчастью, рядом с Лу Шиюанем от него не оставалось и следа.
Права была четвертая сестра: вкус у прежнего хозяина тела действительно имелся. Вот только с выбором он катастрофически ошибся. Лу Шиюань — явно не тот человек, с которым стоит связываться.
— Господин Чжань, вы останетесь сегодня на ночь? — первым делом осведомился Сун Юнь.
— Господин Чжань…
Как Чу Чжань мог вынести такое количество домогательств? Он поспешно замахал руками:
— Мне нужно идти. Возвращаться пора.
К счастью, следовавший позади преданный слуга Сяо Е рявкнул во всю мочь:
— Разве вы не слышали, что молодой господин сказал? Ему пора возвращаться! Вы, курицы да утки, хоть помните о своем положении, чтобы рот открывать? Чего удумали? Хотите, чтобы молодой господин потерял лицо перед Князем Лу? Пока молодой господин здесь, с голоду вы не помрете. Вот и сидите тихо в своем углу!
Чу Чжань был сражен ораторским искусством Сяо Хуа наповал, однако теперь стало ясно: вся эта толпа побежала ублажать его лишь из страха, что он о них забудет. А кем они вообще приходились прежнему хозяину? Оказывается, выходцами из каких-то мелких чиновничьих семей.
Правда, Сяо Хуа выразился слишком резко. Так ведь можно и чумовую самоуверенность задеть, впрочем, излишней жестокости тоже не требовалось.
— Ладно, побудьте пока здесь, — бросил он им. Ситуация была ему не до конца ясна, а потому выгонять их прямо сейчас или оставлять — он еще не решил. Пусть пока побудут на своих местах.
Такая неслыханная мягкость заставила Сун Юня и остальных радостно замереть. Помнится, в былые времена Чу Чжань отличался жутко скверным характером. Хоть он и скупил их, но совершенно не обращал внимания, чуть что — сразу бил или бранил. Тогда Чу Чжань был еще слишком юн, и они даже толком не успели предаться утехам.
Позже молодой господин Чу встретил Лу Шиюаня, поразившего его воображение своей неземной красотой, и упрямо затребовал выдать его замуж за этого мужчину. Глава рода Чу безумно баловал сына и, пообещав бог весть что, всё-таки добился согласия Лу Шиюаня.
Обретя возлюбленного, Чу Чжань стал еще сильнее пренебрегать ими, просто бросив на произвол судьбы. И теперь, пользуясь тем, что Чу Чжань временно вернулся в родительский дом, они могли лишь ухватиться за этот шанс и попытаться хоть немного угодить ему, иначе их дальнейшая жизнь грозила превратиться в сущий кошмар.
http://bllate.org/book/37873/4739674
Готово:
