Хотя дочь порой и совершает мелкие ошибки, совсем уж бестолковой её не назовешь — она прекрасно понимает, кого нельзя звить, и в этом вся в него в молодости.
Поэтому господин Цинь был уверен, что его дочь ни за что не стала бы портить отношения с резиденцией уездного начальника.
Уездный начальник Цю нахмурился и, храня молчание, стал терпеливо ждать.
Гуаньцзы внутри вся дрожала: какая уж тут ошибка, ведь Цю Цзиньнин находилась прямо в комнате барышни, и никто не знал, что там вообще творится. Набравшись храбрости, она произнесла:
— Докладываю господину, барышня еще спит.
Услышав, что её сокровище почивает, господин Цинь поспешно перевел взгляд на уездного начальника Цю:
— Прошу прощения за этот конфуз. Быть может, пройдем в переднюю залу, посидим там, а как младшая дочь приведет себя в порядок, я велю ей явиться?
Уездного начальника Цю совершенно не тянуло сидеть без дела, и он отказался:
— Не нужно, я подожду прямо здесь. Во всем разберемся, и я смогу вернуться пораньше, у меня еще много дел по службе.
Если бы в поместье Цинь не удалось отыскать дочь, ему пришлось бы тут же возвращаться и рассылать людей на поиски, чтобы не случилось беды.
Услышав это, господин Цинь снова бросил гневный взгляд на Гуаньцзы.Поняв, что деваться некуда, Гуаньцзы на ватных ногах приблизилась к двери и робко постучала:
— Барышня, пришел господин Цинь, и уездный начальник Цю тоже здесь. Если слышите, отзовитесь… Ой, служанка не знает, что и делать!
Ох-ох-ох, она всего лишь маленькая служанка, которая умеет только ругаться да драться, а масштаб происходящего был слишком велик, и справиться с этим она не могла.
Господин Цинь только хмурился: ну и бестолковая же эта служанка, стучит в дверь так, будто творит злодеяние, а фраза про не знает, что делать — это вообще к чему? Вышла бы быстрее да всё объяснила, вот и весь сказ.
А уездный начальник Цю густые брови вскинул. В его груди вдруг шевельнулось сильное предчувствие: дочь и впрямь находилась в поместье Цинь, прямо в комнате старшей барышни Цинь.
— Подождите минуту.
Из комнаты донесся невнятный женский голос, после чего всё снова стихло.
Цинь Чу еще толком не проснулась, но слова служанки о том, что пожаловал сам уездный начальник Цю, мгновенно вывели её из сонно-оцепенелого состояния.
Вместе с ней очнулась и Цю Цзиньнин.
Обе лежали на постели, молча переглядываясь несколько мгновений, пока Цинь Чу резким движением не села:
— Живо поднимайся и приводи себя в порядок, мой отец пришел, и твой отец тоже!
К счастью, одежду они с себя не снимали, только волосы слегка растрепались.
Цю Цзиньнин сохраняла относительное спокойствие: она пересела к туалетному стоку и перед зеркалом поправила прическу.
А вот Цинь Чу засуетилась: в древних прическах она совершенно не разбиралась, и от её попыток всё становилось только хуже.
— Я помогу.
Цю Цзиньнин протянула руку, взяла со стола шпильку и поднялась на ноги.
Цинь Чу не стала ломаться: она послушно согнулась в легком поклоне и чуть опустила голову, чтобы Цю Цзиньнин было удобнее.
Изнеженные пальцы двигались ловко и умело, ласково приглаживая иссиня-черные пряди.
Цинь Чу капризно втянула носом воздух: её окутал шлейф прохладного аромата — приятного и манящего.
— Готово.
Голос Цю Цзиньнин прозвучал бесстрастно.
Услышав это, Цинь Чу попыталась выпрямиться, но из-за слабости в левой ноге и согнутого положения тела при попытке встать потеряла равновесие и рефлекторно ухватилась за ту, что стояла ближе.
Она уперлась обеими руками в талию Цю Цзиньнин, надеясь найти опору и выровняться, но Цю Цзиньнин, недавно измотанная любовным гу, сама была сейчас слаба на ноги и невольно качнулась назад. К счастью, позади находился туалетный столик, и падения удалось избежать.
Правда, сцена получилась крайне неловкой, неловкой и донельзя странной.
Цю Цзиньнин отклонилась назад, уперевшись поясницей о край стола, а Цинь Чу, вцепившись ей в талию и подавшись корпусом вперед, фактически прижалась к её груди.
Обе замерли на мгновение, глядя друг другу в глаза — их дыхание едва ли не смешивалось.
Цинь Чу отступила назад, восстанавливая равновесие, и уставилась на подоконник:
— Эм... я не специально.
Она действительно не со зла, просто левая нога старшей барышни Цинь хромала, а к этому телу та еще не успела привыкнуть.
В глазах Цю Цзиньнин мелькнул огонек:
— Открывай дверь.
Дверь со скрипом отворилась изнутри, и все снаружи невольно устремили туда взгляды.
Перед ними стояли плечом к плечу две фигуры: Цю Цзиньнин в алом платье из легкого шелка с холодным выражением на лице и Цинь Чу в длинных черных одеждах с тревожным блеском в глазах.
Лучи заходящего солнца падали на их лица, где до сих пор держался легкий румянец, создавая странную, но гармоничную картину — гармоничную и наводящую на самые разные мысли.
— Отец, — одновременно разомкнули губы обе девушки.
Цинь Чу:
— …
Цю Цзиньнин:
— …
Господин Цинь и уездный начальник Цю:
— …
Это обращение отец — откликаться или нет, а если откликаться, то кому именно?
Господин Цинь никак не ожидал, что дочь уездного начальника и впрямь окажется в комнате его девчонки, и оттого какое-то время не мог прийти в себя.
Уездный начальник Цю, глядя на то, как рядом с Цинь Чу стоит его собственная дочь, испытывал сложнейшую гамму чувств. Что там говорила эта маленькая служанка? Старшая барышня Цинь спит. Тогда что его дочь делала в её комнате? Тоже спала?
Или, может, смотрела, как та спит?
— Цзиньнин, иди сюда. Ты в порядке?
Не обидела ли её эта бестолковая старшая барышня из семьи Цинь?
— Отец, со мной всё хорошо.
Цю Цзиньнин подошла к отцу и тихо встала рядом.— Пришла в семью Цинь и даже не предупредила резиденция уездного начальника, заставила отца сильно волноваться.
А та девчонка Люй Яо еще утверждала, будто её госпожу споили и утащили силой. Смотри-ка, совсем не похоже на похищение, неужто сама захотела прийти?
— Мы с госпожой Цинь так увлеченно беседовали, что не заметили, как пролетело время. Я немного отдохнула здесь, заставив отца тревожиться, — небрежно пояснила Цю Цзиньнин.
На душе у уездного начальника Цю стало еще смутнее: увлеченно беседовали? С этой бестолочью? И еще прилегла здесь отдохнуть?
— Вот как. Ну раз всё в порядке, возвращаемся домой.
Отец с дочерью попрощались с господином Цинь, причем Цю Цзиньнин на прощание бросила издалека взгляд на Цинь Чу, но ничего больше не сказала.
Когда гости из семьи Цю удалились, господин Цинь повернулся к Цинь Чу:
— Идем за мной.
Войдя в кабинет, господин Цинь с порога потребовал:
— Выкладывай, что тут произошло? Ты же не обидела мисс Цю?
Цинь Чу улыбнулась и с самым невинным видом ответила:
— Дочь просто встретила мисс Цю в увеселительном заведении, та перепила, вот я её и привезла сюда, чтобы дать выспаться.
Господин Цинь внутренне содрогнулся:
— В увеселительном заведении? Что значит «дать выспаться»?
Надеюсь, он понял всё не так? Если уездный начальник Цю решит потом свести с ними счеты, его старые кости этого точно не вынесут!
Заметив перемену в отцовском лице, Цинь Чу мысленно закатила глаза: до чего же далеко зашла его фантазия.
— Отец, вы не о том подумали. Мы просто перепили, и я её уложила отдохнуть, и ничего больше.
http://bllate.org/book/37856/4737348
Готово:
