— Стоп, ничего нет, — холодно произнес Бо Цзиньсуй.
Сяо Дьєбэй уныло протянул:
— Тогда дайте мне хоть булочку.
Из земной еды он знал только булочку. Еще когда он скитался по морской глади, кто-то с корабля выбросил за борт твердую булочку, которую не захотел есть. Вокруг тут же сбежалось множество мелких рыбёшек, наперебой пытаясь урвать кусок размокшей донельзя булки.
Сяо Дьєбэй слышал их щебетание о том, что это человеческая еда и что она очень сладкая. Внизу Сяо Дьєбэй тоже ухватил кусочек, с опаской приоткрыл створки раковины и проглотил его. Вкуса почти не чувствовалось, но желудок набить удалось.
Бо Цзиньсуй с улыбкой заметил:
— А ты немало знаешь.
Сяо Дьєбэй надул губы, сунул обе руки в широкую ладонь Бо Цзиньсуя и осторожно потерся о соприкасающуюся кожу, умоляюще прося:
— Ну дайте мне всего одну булочку, я ведь ем совсем немного...
От этого жалобного тона у Бо Цзиньсуя нахмурились брови — почему-то ему показалось, будто он и впрямь издевается над этим существом.
— Хватит капризничать.
Сяо Дьєбэй снова забормотал себе под нос:
— Ракушка сейчас с голоду помрет, железной палкой тыкал, а поесть не дает. Знал бы — лучше бы сразу умер.
— Заткнись.
Сяо Дьєбэй изо всех сил затер пальцы Бо Цзиньсуя:
— Ракушке не дают еды...
— Дам.
Глаза Сяо Дьєбэя мгновенно засияли, он продемонстрировал ряд аккуратных белых зубов и улыбнулся Бо Цзиньсую:
— Хех, давай скорее.
Бо Цзиньсуй на секунду прикрыл глаза:
— Подожди немного.
Затем он достал телефон и позвонил Шэнь Чжо, велев ему отправиться купить еду, которую может есть Золотая Жемчужная Ракушка. Шэнь Чжо остолбенел:
— Мамочки, ему еще и человеческую еду подавай?
Бо Цзиньсуй со злостью сбросил вызов.
Ветер подует, и боль пройдет
Шэнь Чжо вышел из дома в половине десятого вечера, засунув руки в рукава и ругаясь на ходу.
Разве я нянька? Мало того что спасать должен, так еще и еду покупать? Совсем не считают лечащего врача за человека!
Шэнь Чжо шел и ворчал. Большинство ресторанчиков у входа в больницу уже закрылись, а в тех нескольких заведениях, куда он обычно захаживал, вывески погасли. Шэнь Чжо подумал: все хорошие места закрыты, а если я принесу что-то невкусное, не решит ли Бо Цзиньсуй скормить меня вместо ужина?
Учитывая нрав Бо Цзиньсуя, он счел такой исход весьма вероятным.
Он еще не успел жениться, не получил наследство, а гора научных статей осталась ненаписанной. Ради собственной жизни, имущества и безопасности научной карьеры Шэнь Чжо решил арендовать электроскутер и отправиться на нем в фастфуд-ресторанчик в пятистах метрах отсюда, славившийся вкусной едой и работавший до двух часов ночи.
В самом деле, не тащиться же ему среди ночи искать диетическое питание.
В четверть одиннадцатого Шэнь Чжо вернулся в больницу на электроскутере, на руле которого висели два огромных пакета с фастфудом. Откуда ему знать, что именно они захотят съесть? Накупил всего, пусть сами выбирают.
В этом они с Бо Цзиньсуем были одним поляком ягоды: ни тот, ни другой никогда не мучились муками выбора. Они предпочитали скупить всё подряд, а ненужное просто выбрасывали.
Шэнь Чжо запыхавшись поднялся на лифте наверх. Добрел до палаты Сяо Дьєбэя и, устав настолько, что ему даже не хотелось открывать дверь, пнул ее ногой:
— Открывайте! Доставка!
Дверь ему открыл Бо Цзиньсуй. Шэнь Чжо сразу заметил перемены в нем: в его обычно холодных и безразличных глазах сейчас полыхал огонь, именуемый вожделением, а на губах застыла недоброжелательная усмешка. Как ни посмотри, выражение лица было точно таким же, как после близости.
Что он тут без меня делал? Опять чужую железу терзал?
Бо Цзиньсуй холодно глянул на него, затем перевел взгляд на два пакета в его руках, чуть нахмурился и с бесстрастным видом отобрал их.
И даже словом не обмолвился с Шэнь Чжо.
Шэнь Чжо взглянул на Сяо Дьєбэя, который преспокойно лежал на больничной койке и пялился в потолок, и презрительно фыркнул. Он уже давно привык к этой высокомерной и отвратительной физиономии Бо Цзиньсуя. Он человек широкий, с Бо Цзиньсуем связываться не станет. Шэнь Чжо принес оставшийся пакет с фастфудом внутрь, поставил рядом с кроватью Сяо Дьєбэя и спросил:
— Будешь есть прямо на кровати или спустишься вниз? Если спустишься, я притащу столик.
Его обиды на Сяо Дьєбэя рассеялись вместе с теми двумя флаконами физраствора, и теперь он в одностороннем порядке объявлял о перемирии, чтобы они могли вместе поужинать.
Шэнь Чжо отсутствовал почти час, и Сяо Дьєбэй от голода уже видел всё в тумане. Услышав слова Шэнь Чжо, он с трудом приподнял веки, посмотрел на Бо Цзиньсуя, а затем на пол — это означало, что он намерен спуститься.
Бо Цзиньсуй скрестил руки на груди и остался стоять со спокойным видом, ожидая, пока тот заговорит.
Шэнь Чжо обладал острым глазом и прекрасно понял намерения Сяо Дьєбэя. Он ехидно бросил Бо Цзиньсую:
— Ого, человек изъявил желание спуститься! Чего стоишь, иди помоги слезть и обслужи как следует!
Сказав это, он тут же выскочил за дверь.
Чуть помедлишь — и снова получишь пинка.
Бо Цзиньсуй посмотрел на Сяо Дьєбэя и повторил слова Шэнь Чжо:
— Будешь есть на кровати или спустишься?
Сяо Дьєбэй нахмурился, слегка рассердившись: этот в белой одежде сразу всё понял, а ты нет?
— Спущусь.
Бо Цзиньсуй легко усмехнулся:
— Спускайся сам.
Сяо Дьєбэй помолчал пару секунд, молча откинул одеяло и встал с кровати, про себя при этом думая: раз надо самому, так сам и спущусь, чай, не до такого состояния заболел, чтобы ходить разучился.
Шэнь Чжо быстро вернулся, притащив на себе складной столик и приволоча коврик для йоги. Он разложил всё это на полу, тяжело выдохнул и произвел:
— Окей, подаем на стол.
Ни Бо Цзиньсуй, ни Сяо Дьєбэй не шелохнулись. Первый был не особо голоден, да и к фастфуду питался полнейшим равноδушием; второй же понятия не имел, как вообще сервировать еду — в океане никакой подачи блюд не существовало, проголодавшись, приходилось искать добычу самому.
Глядя на этих двух неподвижных каменных идолов, Шэнь Чжо закатил глаза. И о чем он только думал, когда заставил их заниматься сервировкой? Он сам поочередно выставил коробочки с фастфудом, вскрыл палочки для еды и протянул их Сяо Дьєбэю:
— У нас на суше едят вот этим, в вашем океане раскрывать пасть и жрать сырьем как-то не модно.
Сяо Дьєбэй с сомнением взял палочки, уставился на две деревянные палочки и нахмурился: что это? И как этим пользоваться?
Сяо Дьєбэй добрую минуту изучал палочки, поджав губы — на его лице было четко написано полное непонимание.
Бо Цзиньсуй, заметив это, молча разломил другую пару палочек, зажал их между пальцами и поднес к самому лицу Сяо Дьєбэя:
— Вот так.
— М? — Сяо Дьєбэй перевел взгляд на его руку.
Длинные и изящные пальцы с отчетливыми суставами и розоватыми кончиками... как красиво...
http://bllate.org/book/37844/4735882
Готово:
