Чэнь Фансюнь второй раз в жизни переживал настоящий профессиональный кризис.
В первый раз это случилось вскоре после выпуска. Он только устроился в Корпорацию Шэнь ассистентом к Шэнь Цзинсюаню. Сопровождая босса на деловой встрече, Фансюнь умудрился перепутать алкоголь при заказе.
С азами застольного этикета он был знаком, а вот в сортах вин и марках коньяка не смыслил совершенно — вырос он в простых условиях, и учиться такому раньше просто не было возможности.
Партнеры тогда знатно помрачнели, переговоры затянулись, и сделка едва не сорвалась.
В итоге Шэнь Цзинсюань изящно сгладил углы, уступив им в паре пунктов, и соглашение все-таки подписали.
Тогда Фансюню казалось, что увольнение неизбежно, поэтому весь оставшийся вечер он просидел как на иголках.
Однако после банкета босс даже не подумал злиться. Напротив, он мягко успокоил его и терпеливо объяснил все тонкости прямо на месте.
Тронутый до глубины души молодой работяга Фансюнь в ту же ночь засел за учебники и до утра зубрил классификацию алкоголя, боясь упустить хоть одну деталь.
Теперь же, когда он засмотрелся на чужую драму и был пойман с поличным собственным работодателем, в голову лезли вовсе не дипломатичные оправдания. Ему безумно захотелось уволиться.
Пример Хэ Сияня, который ушел мгновенно и без лишнего шума, навел на определенные мысли. Сейчас Фансюню было плевать на карьерный кризис — хотелось просто воспользоваться моментом, написать заявление и сбежать.
В конце концов, уволившись от Лоу Цзинфэна, он все еще оставался помощником Лоу Ваньсяо, так что без зарплаты не останется.
— Дядя Лоу, сколько лет, сколько зим, — Ци Юаньшуан потянул Чэнь Фансюня за рукав, увлекая себе за спину.
Подобное вмешательство выглядело как обычное приветствие младшего со старшим. Семья Нин, куда его мать вышла вторым браком, пользовалась уважением в обществе и вела дела с Лоу. В худшем случае Юаньшуана сочли бы просто невоспитанным малым.
Но если бы заговорил Чэнь Фансюнь, это сочли бы за дерзость подчиненного. Ци Юаньшуан не мог позволить ни в чем не повинному помощнику Чэню подставиться под удар. Бедняге и так вечно не везло.
— А, Юаньшуан, — отозвался Лоу Цзинфэн.
На его лице не отразилось ни единой эмоции, губы по-прежнему кривились в улыбке. Благодаря превосходному уходу он выглядел значительно моложе своих сорока шести лет.
Стоявший за его спиной Шэнь Тинъю смертельно побледнел.
— Да вот, мы, молодежь, вечно обо всем беспокоимся, — без тени смущения соврал Ци Юаньшуан, мгновенно придумав предлог. Он положил руки на плечи Лоу Ваньсяо и предостерегающе сжал их. — Ваньсяо так за вас переживал, что попросил меня заглянуть, провести базовый осмотр. Не думал, что вы заняты.
Лоу Ваньсяо, зажатый в инвалидном кресле, едва сдержал рвотный позыв от этого фальшивого спектакля.
— Славный мальчик, заботливый, — мягко улыбнулся Лоу Цзинфэн.
Он говорил неторопливо, ровным и вкрадчивым тоном:
— Вот только не думал, что правила приличия в семье Нин позволяют подслушивать разговоры старших.
— Или прошлые уроки не пошли тебе на пользу? — Лоу Цзинфэн смерил взглядом невозмутимое лицо доктора Ци, а затем перевел взор на Чэнь Фансюня, которого тот укрывал за своей спиной.
Фансюнь почувствовал, как на секунду напряглось тело прикрывающего его Юаньшуана.
Улыбка на лице доктора на миг застыла, но он тут же вернул себе прежний беззаботный тон:
— Ну что вы, дядя Лоу, слишком высоко меня цените. Разве я достоин зваться членом семьи Нин? Моя фамилия все-таки Ци.
— Я весь в отца пошел, — не поведя и бровью, добавил он.
Отец давно покоился в могиле, так что возразить против такой сыновьей клеветы все равно не мог.
Будучи старшим, Лоу Цзинфэн не стал опускаться до препирательств с юнцом, просто проигнорировав его слова. Он посмотрел прямо на Чэнь Фансюня:
— Фансюнь, Тинъю упомянул, что ты когда-то спас ему жизнь. Что ж, сегодня прекрасный день, и мы оба хотели бы выразить тебе искреннюю благодарность.
Пока Фансюнь мысленно набрасывал текст заявления об уходе, его мозг лихорадочно анализировал фразу Лоу Цзинфэна. Каков подтекст? Есть ли двойное дно у этой благодарности, и не кроется ли за ней очередная изощренная ловушка?
Была ли это простая признательность, проверка памяти на события минувших лет или попытка выяснить, связывает ли его с Шэнь Тинъю нечто большее? Вдруг старый лис подозревает, что их чувства зародились еще во время случайной встречи два года назад?
Или это намек на то, что брак Тинъю и Цзинфэна с самого начала был спланирован Фансюнем? Мол, они спелись за его спиной?
За пару секунд прокрутив в голове все возможные варианты развития событий, Фансюнь принялся тщательно подбирать слова. Ответ должен быть безупречным — никаких двусмысленностей или зацепок для подозрений.
Наконец он заговорил — сухо, строго и беспристрастно, словно зачитывал официальный протокол:
— Я не уверен, что человеком, которому я помог, был именно господин Шэнь. Все вышло совершенно случайно.
— В то время я подрабатывал и очень спешил. По дороге мне попалась кучка хулиганов, избивавших какого-то парня прямо посреди тротуара. Они мешали мне пройти и крали драгоценное рабочее время, поэтому пришлось быстро с ними разобраться. Если это и впрямь был господин Шэнь, то мое вмешательство было лишь досадной необходимостью, а вовсе не актом героизма.
Вежливо улыбнувшись, Фансюнь добавил:
— Так что благодарить тут абсолютно не за что.
Его голос звучал ровно, без малейших эмоций. Обычная сухая констатация фактов: время, место, действующие лица, ничего лишнего.
Улыбка на лице Лоу Цзинфэна стала еще более загадочной и пугающей.
Фансюнь мысленно вздохнул. На душе было тошно.
Ну почему его раз за разом втягивают в эти нелепые сцены ревности? Можно подумать, на нем клеймо вечного любовника-разлучника висит.
Тогда он просто шел мимо, одержимый мыслями о заработке. Тех, кто путался под ногами, он просто раскидал в стороны. Кто же знал, что спас какую-то важную птицу?
Да уж, пятьсот тысяч от Лоу Ваньсяо отрабатывать приходится кровью и потом. Легких денег не бывает.
— И все же Тинъю прав: долг за спасенную жизнь платежом красен, — Лоу Цзинфэн пристально вглядывался в лицо Фансюня. На его лице не читалось ни капли гнева — лишь эта фальшивая, словно нарисованная маска-улыбка.
Еще когда Фансюнь только устроился к нему помощником, он быстро уяснил: Лоу Цзинфэн далеко не подарок. Наряду с Шэнь Цзинсюанем он был тертым калачом и старым лисом, однако действовал куда прямолинейнее и жестче своего коллеги.
И против этой коварной, бесцеремонной прямоты было крайне трудно устоять.
Фансюню безумно, до зуда в зубах, хотелось уволиться.
Начни он вести блог после увольнения — озолотился бы на одних только мемуарах. Сплетен про этих богатых ублюдков хватило бы на многотомный роман.
И зачем люди только работают? Труд облагораживает, спору нет, но торчать в этом дурдоме ради зарплаты — выше его сил.
Нацепив привычную, годами отрепетированную маску идеального сотрудника, он мягко возразил:
— Вы преувеличиваете, господин Лоу. Мой поступок был чистой случайностью. Столько лет прошло, я никогда не думал просить о награде, так что не стоит утруждаться.
Никаких интриг, никаких тайных связей за спиной и уж тем более роли разлучника. Он расставил все точки над «i». Теперь у Лоу Цзинфэна просто не осталось причин для подозрений.
Рука Шэнь Тинъю по-прежнему оставалась в железной хватке Лоу Цзинфэна. Несчастный выглядел бледным как смерть.
Вид этой семейной пары все еще вызывал у Фансюня внутренний трепет, поэтому во время разговора он старался смотреть исключительно на старшего Лоу.
Лоу Цзинфэн сощурил лисьи глаза, в глубине которых плясали опасные огоньки.
Смотреть на это Фансюню перехотелось окончательно.
— Тинъю, почему ты молчишь? — Лоу Цзинфэн рывком притянул мужа ближе. — Ты ведь так хотел поблагодарить Фансюня.
Шэнь Тинъю затрепетал как осиновый лист на ветру. Из-за застарелой астмы и слабого здоровья он и без того казался хрупким, а сейчас и вовсе выглядел хрустальной куклой, готовой разбиться от любого прикосновения.
Болезненно нахмурившись, он выдавил тихим, хриплым голосом:
— Помощник Чэнь... спасибо вам. За то, что спасли меня тогда.
У Фансюня поползли мурашки по коже.
К чему эта трагическая мина, словно несчастный готов принести себя в жертву ради спасения близких?
В свои семнадцать Чэнь Фансюнь строил из себя невозмутимого крутого парня, но в тридцать один превратился в уставшего от жизни офисного раба, у которого не осталось сил даже на раздражение.
Ему только и оставалось, что угодливо склониться перед Шэнь Тинъю со словами: «Ну что вы, ваше высочество, не стоит благодарностей, это мой скромный долг».
Он ведь не главный евнух в императорском дворе семейства Лоу. У них есть прекрасный дворецкий, зачем постороннему ассистенту перетягивать одеяло на себя?
Все эти люди казались Фансюню законченными безумцами.
Ци Юаньшуан, которого на время оттеснили на второй план, тоже не выдержал. На его обычно невозмутимом лице отразилось крайнее замешательство.
— Почему это выглядит как сцена из дешевой слезливой дорамы начала нулевых? — в недоумении пробормотал он.
Что за спектакль они здесь устроили?
Он скосил глаза на Чэнь Фансюня. На лице несчастного помощника Чэня застыла та же гамма чувств, хотя тот изо всех сил старался сохранить маску профессиональной вежливости.
Ци Юаньшуан покосился на упорно молчавшего Лоу Ваньсяо и незаметно пихнул ногой его инвалидное кресло, намекая, чтобы тот наконец подал голос и разрядил обстановку какой-нибудь очередной колкостью.
В конце концов, именно Ваньсяо заварил всю эту кашу, притащив их сюда на правах зрителей. Раз уж их поймали, пусть сам и расхлебывает.
Тормоза на коляске не были заблокированы, поэтому от легкого толчка Юаньшуана кресло покатилось вперед.
Ци Юаньшуан среагировал мгновенно: ухватил Фансюня за руку и увлек назад. В результате Лоу Ваньсяо выкатился на самую передовую, оказавшись прямо посреди двух противоборствующих лагерей.
Так один из любопытствующих зрителей внезапно превратился в главного козла отпущения.
Чэнь Фансюнь послушно отступил назад вслед за доктором. Когда Лоу Ваньсяо обернулся и посмотрел на него с немым укором и недоверием, Фансюнь окончательно заглушил голос совести и просто проигнорировал этот взгляд.
Всем известно, что помощник Чэнь абсолютно беспомощен в делах сердечных.
— Старик, у тебя что, фетиш на рогоносцев? — сквозь зубы процедил Лоу Ваньсяо.
На сорок третьем этаже воцарилась гробовая тишина. Слышно было разве что прерывистое дыхание присутствующих.
Когда Лоу Ваньсяо нападал на отца, он никогда не стеснялся в выражениях. Яд так и брызгал из его уст. Однако Лоу Цзинфэн даже бровью не повел. Он лишь снисходительно улыбнулся и ответил мягким, лишенным гнева тоном:
— Ваньсяо, ты так печешься о моей личной жизни. Неужели у самого на этом фронте все настолько беспросветно?
В его голосе не было явной издевки, но слова ранили не хуже ножа. Лоу Ваньсяо уставился на отца полным ярости взглядом, его тело задрожало от гнева.
Бить по больному в этой семье умели профессионально.
Лоу Цзинфэн смерил сына холодным взглядом из-под полуопущенных век.
— Тебе уже двадцать три года, — негромко произнес он. — Пора бы перестать втягивать посторонних в свои детские игры.
Лоу Ваньсяо задохнулся от обиды. Воздух застрял в горле, сердце бешено заколотилось, мешая сделать полноценный вдох.
Его бледное лицо залила краска гнева, пальцы судорожно впились в подлокотники кресла. Он сжался, напоминая поникший от первых заморозков куст.
Глядя на подрагивающую спину Лоу Ваньсяо, Фансюнь тихонько дернул Юаньшуана за рукав.
Тот понятливо кивнул и вовремя подхватил Лоу Ваньсяо, который едва не сполз со своего сиденья. Тем временем Чэнь Фансюнь метнулся в зону отдыха за теплой водой, чтобы Юаньшуан мог дать парню успокоительное.
Доктор Ци прихватил аптечку еще тогда, когда получил срочный вызов от Фансюня.
— Господин Лоу, младшему генеральному директору Лоу нездоровится. Мы с доктором Ци заберем его, — Чэнь Фансюнь перехватил ручки инвалидной коляски, коротко кивнул старшему Лоу и покатил кресло к выходу.
Лоу Цзинфэн дружески похлопал его по плечу и вкрадчиво произнес:
— Фансюнь, ты — мой лучший помощник. Не нужно так нервничать.
От этого прикосновения Фансюнь мгновенно подобрался, словно дикий зверь перед прыжком, внутренне изготовившись к защите.
Лоу Цзинфэн проводил их до самого лифта. Уже заходя в кабину, Фансюнь услышал его шипящее, подобно змеиному яду, напутствие:
— Сегодня разговор не задался. В следующий раз я обязательно приглашу тебя на ужин.
Фансюнь промолчал, лишь крепче сжал в руке телефон.
Когда двери кабины наконец сомкнулись, Юаньшуан бесцеремонно выудил телефон из кармана обмякшего Лоу Ваньсяо, приложил его к панели управления и нажал кнопку тридцать седьмого этажа.
— Лоу Ваньсяо, у вас в роду сумасшествие передается по наследству? — покачал головой Ци Юаньшуан.
Лоу Цзинфэн казался ему гигантским аспидом, угнездившимся на сорок третьем этаже. Стоило переступить порог его владений, как возникало удушающее чувство, будто ты сам лезешь змее в пасть.
Лоу Ваньсяо бессильно полулежал в кресле. Стоило ему перенервничать, как тут же начинался приступ удушья, лишавший возможности двигаться. Требувалось немало времени, чтобы он пришел в себя.
Хрипя от нехватки воздуха, он все же упрямо возразил:
— Только старик сошел с ума. Я тут ни при чем.
Слабой рукой он уцепился за край пиджака Фансюня и жалобно пробормотал:
— Брат Фансюнь, не слушай, что несет этот маразматик. Считай его обычным психопатом.
Взглянув на его несчастный вид, Фансюнь вздохнул и включил дежурный режим утешения:
— Я не принимаю его слова близко к сердцу, не переживай.
По правде говоря, истинные мотивы пространной тирады Лоу Цзинфэна оставались для него загадкой.
На работе специальный помощник Чэнь щелкал любые сложные задачи как орешки. Любые бизнес-планы, партнерские соглашения и форс-мажоры казались ему детской забавой.
Но стоило столкнуться с чувствами, как весь его профессионализм улетучивался. Фансюнь знал лишь один способ решения подобных проблем: возвести глухую стену и перенаправить все вопросы обратно адресату.
Намеки Лоу Цзинфэна были чересчур туманными, двусмысленными и скользкими.
Не сумев разгадать этот ребус, он предпочел попросту выкинуть его из головы.
Ци Юаньшуан был наслышан о темных тайнах этого семейства, однако старший Лоу оставался для него самой неразрешимой загадкой.
В душе доктор давно окрестил его королем ребусов.
Когда двери лифта распахнулись на тридцать седьмом этаже, они покатили коляску в приемную. Завидев их, секретарша Миа вскочила с места и, аки наседка над цыпленком, принялась осмотреть босса со всех сторон. Облегченно выдохнув, она пролепетала:
— Младший генеральный директор Лоу, слава богу, вы целы!
Поймав строгий взгляд Чэнь Фансюня, она виновато улыбнулась:
— Помощник Чэнь, добрый день.
Фансюнь бесстрастно поправил очки на переносице:
— В следующий раз, когда младший генеральный директор Лоу решит свалять дурака, не вздумай ему потакать.
Миа умоляюще сложила ладони перед грудью:
— Поняла, брат Чэнь. Честное слово, это было в последний раз!
Работником она была первоклассным, но перед капризами Лоу Ваньсяо пасовала с завидной регулярностью, то и дело ввязываясь в его авантюры.
Фансюнь сильно подозревал, что в этих делах не обходилось без щедрых взяток со стороны их юного начальника, однако счел своим долгом вынести предупреждение.
Лоу Ваньсяо слегка порозовел от смущения. Ци Юаньшуан с усмешкой оглядел этого «борца за справедливость» в инвалидном кресле и задал весьма неожиданный вопрос:
— Лоу Ваньсяо, при твоем-то уровне одержимости... только не говори, что ты заказывал фан-арты.
— Откуда ты знаешь?! — парень резко вскинул голову, сипя от изумления.
Ци Юаньшуан мысленно похлопал себя по лбу. Он ведь просто ляпнул первое, что пришло в голову, а этот чудик действительно промышлял подобным!
— Боже, да ты же у нас классический собственник, ревнующий любимого персонажа к фандому, — хохотнул доктор.
Лоу Ваньсяо, у которого только что не было сил дышать, мгновенно воспрял духом от злости:
— Ци Юаньшуан, ах ты паршивец!..
— Всегда пожалуйста, — ухмыльнулся тот.
Чэнь Фансюнь в замешательстве переводил взгляд с одного на другого:
— Что еще за «высота»?
— Арт-комишены, — терпеливо разъяснил Юаньшуан. — Заказные рисунки или тексты с любимыми героями.
Фансюнь, далекий от интернетовского сленга, лишь вежливо кивнул. Заметив его реакцию, Лоу Ваньсяо заметно приободрился.
Это ввело помощника Чэня в еще большее недоумение, и он вопросительно уставился на друга.
— Решил, что получил благословение от первоисточника, вот и сияет, — хмыкнул доктор Ци.
Фансюнь лишь устало покачал головой. Велев Миа перенаправить ему оставшиеся дела начальника, он повернулся к Лоу Ваньсяо:
— Младший генеральный директор Лоу, если вы планируете менять расписание, делайте это заранее. Мне необходимо время на корректировку графика.
Спонтанные выходки босса то и дело подкидывали Фансюню головной боли в самый неподходящий момент.
В прошлый раз, сославшись на важный ужин, Ваньсяо попросту сбежал. Фансюнь битый час не мог до него дозвониться, пока не выяснилось, что тот бросил всех инвесторов и уехал любоваться морским закатом.
Фансюню тогда пришлось в одиночку отдуваться перед разгневанными партнерами. Если бы не многолетний опыт работы и личные связи, вечер закончился бы грандиозным скандалом.
Он не был против гибкого графика и без проблем закрывал глаза на мелкие капризы наследника — в конце концов, решать проблемы было его прямой обязанностью.
Вот только масштабы этих капризов порой переходили все разумные границы.
На этот раз Лоу Ваньсяо не стал ни спорить с доктором, ни мрачно уходить в себя. Он послушно затих в кресле, напоминая провинившегося ребенка:
— Я все понял, брат Фансюнь.
Вздохнув, Чэнь Фансюнь передал Миа обновленный график, глянул на часы и обратился к Лоу Ваньсяо:
— Младший генеральный директор Лоу, мне пора. Нужно заняться другими делами.
Свободного времени у него действительно катастрофически не хватало.
Убедившись, что здоровью босса ничто не угрожает, Юаньшуан решил составить компанию Фансюню, и они вместе вышли из кабинета.
Стоило им пойти плечом к плечу, как в спину доктору прилетел очередной испепеляющий взгляд Лоу Ваньсяо.
Уже в лифте Фансюнь поинтересовался:
— За что он тебя так невзлюбил?
— Наверное, ярый фанат бесится, завидев соперника рядом со своим кумиром, — ляпнул Ци Юаньшуан, чей разум вечно блужал в каких-то фантастических дебрях.
Фансюнь лишь приподнял бровь:
— Чего?
— Ой, прости, сморозил глупость, — тут же спохватился доктор. — Пересмотрел вчера фанатских видео в сети, вот всякие глупые фразочки из комментариев в голове и крутятся. Не бери в голову.
Помощник Чэнь не отличался любопытством к подобным вещам. Он давно привык к странностям своего приятеля, поэтому развивать тему не стал.
Словно вспомнив о чем-то, Ци Юаньшуан спросил:
— Кстати, Фансюнь, ты сегодня вечером свободен?
— Нет, у меня деловой ужин. А что?
— Жаль, — разочарованно протянул доктор. — Хотел позвать тебя поужинать.
Они уже не раз пытались встретиться за чашкой чая, но из-за вечной занятости планы так и оставались планами.
Один разрывался на дежурствах в больнице, второй пахал без выходных — у обоих работа стояла на первом месте.
— Если на праздниках ничего не стрясется, мы могли бы выбраться куда-нибудь, — предложил Фансюнь.
На следующей неделе начинались длинные государственные выходные. Его младшая сестра, Чэнь Яин, уезжала в путешествие с однокурсницами, так что Фансюнь был предоставлен сам себе и вполне мог выкроить свободный вечер.
К тому же всю эту неделю он работал на износ именно ради того, чтобы завершить основные проекты до начала каникул.
— Точно, совсем из головы вылетело, что грядут выходные, — оживился Юаньшуан. — Планируешь что-нибудь?
Фансюнь на секунду задумался.
— Наверное, съезжу на родину. Хочу повидаться со старыми приятелями, а потом просто поваляюсь дома.
После смерти матери и отъезда сестры на учебу он почти не бывал в родных местах. Но недавно его школьный друг праздновал рождение второго ребенка, и Фансюнь обещал приехать на торжество.
— А у тебя какие планы? — спросил он доктора.
Юаньшуан взъерошил волосы на затылке.
— Особо никаких. Но раз уж ты едешь, я, пожалуй, тоже наведаюсь в наши края. Прогуляюсь по памятным местам.
Лифт доставил их на подземную парковку. Обменявшись прощальными кивками, они разошлись по машинам, вновь возвращаясь к бесконечной рабочей рутине.
***
Вечером Фансюню предстояло сопровождать на деловой встрече Фу Чанцюэ. Забирая босса из офиса, он ненавязчиво оценил его настроение.
Атмосфера вокруг генерального директора была спокойной, хмуриться он не хмурился, да и от Сун Цина никаких тревожных известий о размолвках не поступало.
Настроение начальника явно держалось в пределах нормы.
— Господин Фу, — негромко позвал Фансюнь, скользнув взглядом по зеркалу заднего вида. Босс полулежал на заднем сиденье с закрытыми глазами.
Фу Чанцюэ глухо отозвался. Выглядел он утомленным, но все же нашел силы спросить:
— Ты сегодня встречался с Лоу Ваньсяо?
Чэнь Фансюнь промолчал.
Вопрос прозвучал на редкость двусмысленно.
— У младшего генерального директора Лоу возникли срочные вопросы по работе, — спокойно ответил он.
Фу Чанцюэ, чья вальяжная поза так и излучала властность, задумчиво повертел в руках телефон. Спустя пару секунд он внезапно спросил:
— Фансюнь, ты думаешь об увольнении?
От природы чуткий к малейшей опасности, Фансюнь посмотрел на загоревшийся красный сигнал светофора. Шестое чувство подсказывало: здесь кроется подвох.
Тщательно взвесив слова, он перевел все в шутку:
— Неужели я перестал справляться со своими обязанностями, господин Фу?
— Вовсе нет, — поспешил заверить тот. — Просто ты отказался от подработки у Хэ Сияня. Вот я и подумал, не собираешься ли ты уйти насовсем.
Опасения шефа были не беспочвенны — Фансюнь действительно подумывал об этом, но точно не в ближайшее время.
Включив поворотник, Фансюнь с улыбкой ответил:
— Нагрузка у младшего генерального директора Хэ оказалась непосильной. Поразмыслив, я решил поберечь силы.
Участвовать в чужих любовных баталиях у него не было ни малейшего желания.
Банкет проходил в престижном отеле «Цзюньмянь». Припарковав машину у главного входа, Фансюнь передал ключи парковщику и вместе с Фу Чанцюэ направился в банкетный зал.
Перед началом встречи он предусмотрительно вызвал личного водителя для босса и заказал услугу автопилота для своей машины.
Вечер обещал быть хмельным, так что без алкоголя обойтись бы не удалось. Фансюнь убрал телефон в карман и распахнул двери отдельного кабинета.
Переговоры завершились лишь к десяти вечера. На Хэнцзин опустилась ночь, но залитый неоновыми огнями мегаполис сиял ярче прежнего.
Фансюнь зашел в уборную, снял очки и ополоснул лицо ледяной водой.
Весь вечер он усердно спасал печень начальника, мешая водку с вином, и теперь даже его закаленный организм начал сдавать позиции.
У соседней раковины стоял Фу Чанцюэ. Фансюнь вытер лицо бумажным полотенцем и вернул очки на место. Босс, пустив струю воды, лениво мыл руки. Его галстук был небрежно ослаблен, а мочки ушей заметно покраснели от выпитого.
— Спасибо за работу, — негромко произнес он, поймав в зеркале взгляд своего помощника.
Фансюнь никогда не краснел от хмеля. Голова слегка кружилась, но пьяным в стельку он себя не чувствовал.
— Не мог же я позволить руководству ударить лицом в грязь, — хмыкнул он.
Фу Чанцюэ невольно усмехнулся. Услышав такую колкость, он понял, что градус все же подействовал на его обычно безупречного ассистента.
В обычные дни этот хладнокровный и строго соблюдающий субординацию парень никогда бы не позволил себе подобных вольностей.
Выключив воду, Фу Чанцюэ легко приобнял Фансюня за плечо, и они вместе вышли в просторный коридор к панорамному окну, чтобы освежиться под прохладным ночным сквозняком.
Ночной воздух быстро вернул ясность мыслям. Фансюнь посмотрел на стоящего рядом начальника:
— Господин Фу, вы хотели о чем-то спросить?
Тот лишь покачал головой, не удивленный его проницательностью:
— Фансюнь... как думаешь, стоит ли мне поехать к Цинюю?
Опершись локтями о подоконник, Фансюнь лениво ослабил узел собственного галстука:
— Как велит ваше сердце.
Пэй Цинюй был той самой недосягаемой любовью всей жизни Фу Чанцюэ. Страдая по уехавшему за границу юноше, босс умудрился завести интрижку с Сун Цином, используя того как блеклую копию своего идеала.
— Я просто... запутался, — растерянно протянул Фу Чанцюэ. — Не могу понять, что на самом деле чувствую к нему и к Сун Цину.
Телефон в кармане Фансюня завибрировал. Достав аппарат, он принялся лениво набивать ответ Юаньшуану, попутно давая совет запутавшемуся боссу:
— С любовными дилеммами точно не ко мне. Чего вы резину тянете? Хотите увидеть — летите. В наш век высоких скоростей добраться до другой точки мира не проблема.
[AAA Доктор Ци: Фансюнь, ты уже освободился?]
[CFX: Да, закончили. Немного перебрал, голова гудит, так что могу отвечать с задержкой.]
Фу Чанцюэ вздохнул, уставившись в потолок. На словах все казалось проще простого, но сделать первый шаг он не решался.
Фансюнь искренне не понимал этой нерешительности. В крайнем случае можно было устроить случайную встречу инкогнито.
— Кстати, давно хотел спросить, — алкоголь придал Фансюню смелости, и он озвучил то, что крутилось на уме уже не один год. — Почему вы не поехали за ним сразу? Прошло уже пять лет. Зачем так глупо терять время?
Зачем ему тогда вообще даны длинные ноги, если он не умеет ими пользоваться?
Фу Чанцюэ горько усмехнулся. Скопировав его позу, он повернулся и посмотрел на расслабленное, слегка хмельное лицо своего помощника:
— Цинюй сам запретил мне приезжать.
— Он учится в Германии. И перед отъездом твердо заявил, что не желает видеть меня, пока не получит диплом.
[AAA Доктор Ци: Приехать за тобой?]
Выслушав эту нелепую драму, ошеломленный Фансюнь машинально набрал ответ другу:
[CFX: Представляешь, пассия нашего генерального учится в Германии и запретила ему приезжать до окончания учебы.]
[CFX: Мне вот интересно, они вообще увидятся в этой жизни?]
[AAA Доктор Ци: На их свидания мне глубоко плевать.]
[AAA Доктор Ци: А вот увидеть тебя и забрать домой — очень даже интересно.]
Улыбнувшись экрану мобильного, по которому отчетливо читалось легкое хмельное недоразумение со стороны Фансюня, Ци Юаньшуан подхватил со стола ключи от машины и вышел за дверь.
http://bllate.org/book/37819/5018960
Готово:
