Цзян Юймянь получил премию HAD в области дизайн-проектирования, учился у всемирно известного дизайнера Калана Моррисона, носит фамилию Цзян и к тому же является сыном. Явно и скрытно он имеет преимущество перед Цзян Юйцин. Сейчас они движутся в двух разных направлениях, но в будущем всякое может случиться — вершина-то всего одна.
— Сейчас это не мешает, а что будет потом? Разве тебе не обидно? Ты ведь тоже учишься дизайну.
Цзян Юйцин помолчала мгновение:
— Спасибо тебе, Мянь-мянь.
Новый проект действительно служил трамплином для укрепления позиций наследника, но этим наследником необязательно должен быть Цзян Юймянь.
Цзян Юймянь лениво произнес:
— Чего хочешь — за то и борись. Во всяком случае, моя доля акций никуда не денется.
Цзян Юймянь не из тех, кто привык усердствовать втихую. Раз уж он что-то делает, то хочет, чтобы человек помнил его добро и был ему обязан. Цзян Юйцин усмехнулась:
— Мелкий наглец.
Директор Цзян на самом деле мастерски сохранял баланс в отношениях с детьми и даже из-за особенностей характера больше опекал её. Она хотела прийти в компанию, в любой отдел по своему выбору — и он с радостью её во всём поддерживал. Но стоило вернуться Цзян Юймяню, как отец смог без раздумий доверить ему ключевые проекты группы на ближайшие годы.
Избранный им наследник — Цзян Юймянь. Он вовсе не хотел обижать дочь, просто старший сын вызывал у него больше надежд.
Цзян Юйцин тоже задумывалась о том, что было бы, выбери она тогда более подходящую специальность и приди в компанию сразу после выпуска. Но сослагательное наклонение не имеет смысла: раз Цзян Юймянь уже принял решение, она больше не стала его отговаривать и перевела тему:
— Как машина?
— Нормально, Папа в восторге, — честно ответил Цзян Юймянь. — Мне сидеть немного низковато, так что в холода катать его не буду.
Стоило ему упомянуть холода, как Цзян Юйцин запоздало встрепенулась:
— Почему у тебя голос хриплый? Простудился?
Цзян Юймянь нахмурился: не мудрено, что с самого утра он чувствовал себя разбитым, а он-то думал, просто не выспался.
— Наверное, немного.
Цзян Юйцин обеспокоено сказала:
— Всё в порядке? Меняется погода, не гонись за модой, одевайся теплее.
Цзян Юймянь поправил её:
— Если я оденусь теплее, это никак не помешает мне выглядеть отлично.
С этими словами он почувствовал, что в горле запершило, и дважды кашлянул.
Цзян Юйцин не знала, смеяться ей или плакать:
— Если хуже станет — сходи в больницу.
— Не нужно, вернусь домой, выпью лекарств, посплю — и всё пройдет.
Тот, кто собирался лечиться лекарствами, едва добравшись до дома, нетерпеливо открыл WeChat в поисках доктора. Доктора по фамилии Линь.
Печатая сообщение, он достал электронный градусник и измерил температуру — тридцать семь и четыре.
Низкая температура на грани нормы — тоже температура.
Цзян Юймянь не умел преподносить новости так, чтобы волновать людей только хорошим, и малейшее недомогание норовил расписать во всех красках, тем более что сейчас ему действительно было нехорошо. В обычной жизни он то и дело звал его доктором Линем, а вот когда и вправду заболел, называть так почему-то перестал.
「Линь Хэшу」
「Я простудился」
「Плохо」
Отправив сообщения, он мысленно досчитал до четырнадцати, и Линь Хэшу ответил:
「Какие симптомы?」
Цзян Юймянь набрал голосовой вызов, и Линь Хэшу ответил.
Он радостно произнес:
— А вот и мгновенный ответ, доктор Линь?
Обычно Линь Хэшу никогда не отвечал на его сообщения. Цзян Юймянь знал, что тот наверняка их читал, но никак не ожидал столь быстрой реакции.
В его голосе звучали триумф и полнота сил, но тембр и правда отличался от обычного — слегка хрипловатый. Пропустив мимо ушей подначки, Линь Хэшу заговорил с деловитостью принимающего звонок врача:
— На что жалуешься?
— Немного кружится голова.
— Температуру мерил?
— Тридцать семь и четыре.
— Невысокая температура, — Линь Хэшу вытянул лист бумаги и начал заполнять карту. — Что еще беспокоит?
— На душе плохо.
Линь Хэшу замер на секунду, а Цзян Юймянь продолжил:
— Ты не отвечаешь на мои сообщения.
Разумеется, он говорил вовсе не о тех сообщениях, что отправил только что, а о тех бесконечных «прочитано, но без ответа», до конца которых при всем желании было не доскроллить.
Не успел он доложить обо всех своих хворях, как Цзян Юймянь вновь принялся за старое:
— Доктор Линь, я же просто жду ответа на сообщение, никто не заставляет вас крутить со мной роман.
У Линь Хэшу уже выработался иммунитет к подобным репликам, и он продолжил расспрос:
— Кашель, заложенность носа есть?
— Кашель немного.
— Мокрота отходит?
— Нет, сухой.
— Выпей гранулы от простуды, или пластинки с витамином C и Иньцяо, да любые таблетки от простуды подойдут.
— Нету.
— А что есть?
— Ничего нет.
— Тогда оформляй курьерскую доставку.
Настроение у Линь Хэшу было неважным, и Цзян Юймянь это почувствовал. Уловил он и то, что Линь Хэшу намерен сбросить вызов.
Цзян Юймянь остался недоволен и принялся цепляться к словам от нечего делать:
— Разве ты не врач китайской медицины? Почему всё время советуешь западные лекарства?
— Ты не любишь отвары китайской медицины.
Цзян Юймянь и вправду был из тех, кто любит лишь на словах.
В старшей школе Аптека Синлиньтан еще не переехала и не расширилась, тогда она называлась Медицинский центр семьи Линь. В больнице была своя столовая, и бабушка Линь не готовила дома сама — Линь Хэшу тоже обедал там же, а после занятий сразу возвращался в больницу.
У него не было медицинской лицензии, и помимо работы с картами он большую часть времени проводил в аптеке, где варил отвары, по рецептам мысленно восстанавливая картину болезней.
От постоянной варки лекарств от него неизменно исходил шлейф въевшегося травяного запаха.
Большинству людей этот запах не нравился, но Цзян Юймянь почему-то был зачарован горьковатым ароматом и зачарован Линь Хэшу.
Стоило же заставить его самого выпить такое снадобье, как он тут же бежал от него как чёрт от ладана.
Глава 9
Линь Хэшу отложил ручку и спокойно спросил:
— Обедал?
— Да, — тема сменилась несколько резко, но Цзян Юймянь приспособился спустя секунду. — А ты? Что ел?
— В столовой.
Цзян Юймянь усмехнулся:
— Я тоже в столовой.
И добавил:
— Вечером хочу поесть мелких вонтонов. Обязательно с креветками, морской капустой, огурцом соломкой и капелькой соуса.
Он то ли размышлял вслух, то ли говорил это для Линь Хэшу. Доктор Линь предпочитал вонтоны в самом аскетичном исполнении, этот же норовил забросить в них всё подряд. Покончив с планами на ужин, он как бы между делом упомянул о своих жилищных условиях:
— Недавно обустраивал студию, дома всё верх дном, так что пока пожил здесь. Через пару дней закончу со студией и вернусь обратно.
Линь Хэшу лишь неопределенно хмыкнул, и как раз в тот момент, когда Цзян Юймянь воспользовался моментом, чтобы скинуть ему свои координаты, раздался звонок в дверь.
Он практически никому не сообщал свой нынешний адрес, да и за последние пару дней никаких доставок на дом не ждал, решив сначала, что кто-то ошибся этажом. Но звонок настойчиво трезвонил снова и снова, и этот звук услышал даже Линь Хэшу.
http://bllate.org/book/37811/4731333
Готово:
