Раньше, если он ошибался дверью и видел Гу Нина, лежащего на кровати, то сразу понимал, в чем дело, разворачивался и уходил. Однако в этот раз увиденное заставило его подумать, что он всё ещё спит и видит кошмар.
В тот момент одежда на Гу Нине была уже распахнута, а рука Ци Хуэя находилась внутри, и было совершенно неясно, что именно он делает. Увидев Юй Синьхэ, Гу Нин дважды всхлипнул, но пальцы Ци Хуэя всё ещё зажимали ему рот. Он не мог вымолвить ни слова, лишь продолжал слабо и бессмысленно сопротивляться, и выглядело это совсем не как добровольное согласие.
Что происходит? Неужели из-за того, что днем он слишком сильно волновался, у него начались галлюцинации? Юй Синьхэ уже почти закрыл дверь, но, продержавшись за ручку полсекунды, вдруг окончательно пришел в себя.
В тот миг, когда он осознал, что перед ним не морок, Юй Синьхэ взорвался.
— Ах ты, ублюдок! — от гнева у него помутилось в голове. Он с силой ударил ногой по двери, распахивая её, схватил стул и со всей дури обрушил его на незваного гостя. — Мерзавец, немедленно отпусти его!
Ци Хуэй выставил руку для защиты. Спинка стула ударилась об его предплечье, причинив некоторую боль. Ци Хуэй тихо хмыкнул и невольно отпрянул назад. Гу Нин наконец воспользовался шансом, вырвался из его рук и скатился с края кровати.
Ци Хуэй хотел схватить Гу Нина снова, но Юй Синьхэ, словно обезумев, продолжал размахивать стулом и осыпать его ударами.
— Ублюдок! Мерзавец! Наглец! Смотри, как я сегодня тебя прикончу!
Несмотря на грозные слова, по физической силе он был таким же слабаком, как и Гу Нин.
Ци Хуэй нахмурился, перехватил спинку стула и ударом ноги в грудь отшвырнул Юй Синьхэ в сторону.
— Синьхэ! — вскрикнул Гу Нин.
Услышав этот возглас, Ци Хуэй резко нахмурился. Взгляд, который он бросил на Юй Синьхэ, изменился, став куда более холодным и зловещим:
— Ты и есть Юй Синьхэ?
Удар был не из легких, и Юй Синьхэ пришлось несколько раз сильно кашлянуть, прежде чем он смог подняться на ноги. Неизвестно, расслышал ли он вопрос Ци Хуэя, но сегодня он был поистине безумен: схватил первое, что подвернулось под руку, и снова бросился на Ци Хуэя.
Ци Хуэй блокировал удар и снова яростно пнул его. Теперь, когда он знал, что перед ним Юй Синьхэ, этот удар был в разы тяжелее предыдущего. Юй Синьхэ отлетел назад и врезался в дверное полотно, которое от такого напора раскололось.
Но Юй Синьхэ, казалось, вовсе не чувствовал боли. Он поднялся, вытер кровь с уголка рта и, подняв обломок двери, снова пошел в атаку.
— Синьхэ! — сердце Гу Нина сжалось от боли, он бросился вперед, пытаясь остановить друга.
На полпути до него наконец дошло. Он внезапно осознал две вещи.
Во-первых, неясно, из-за этой ли суматохи, но влияние Ци Хуэя исчезло, и теперь он мог свободно двигаться.
Во-вторых... зачем он вообще пытается остановить Юй Синьхэ? Какой в этом прок?
Гу Нин решительно позволил Юй Синьхэ проскочить мимо, сам схватил вторую половину двери, развернулся и со всей силы обрушил её на Ци Хуэя.
Ци Хуэй как раз отбивался от Юй Синьхэ и не ожидал подвоха с этой стороны, поэтому с грохотом повалился на пол. Он перекатился, поднял руки, защищаясь от дальнейших атак, и посмотрел на Гу Нина с нескрываемым недоверием:
— Ты... как ты посмел...
Гу Нину было плевать, что он там думает. Не давая ему закончить фразу, он снова огрел его обломком. Стоило ему обрести свободу движений, как единственным желанием стало желание прибить негодяя.
— Ублюдок! Мерзавец! Сволочь! Прикончу тебя! Сегодня ты здесь и сгинешь!
Два слабака, Гу Нин и Юй Синьхэ, объединившись, работали слаженно: один выкрикивал проклятия, другой бил доской. Напор был таким, что Ци Хуэй даже головы поднять не мог.
Уже много лет Ци Хуэй не терпел подобного унижения! Он больше не мог сдерживаться и решил применить свою технику!
— Да хватит с вас! — рявкнул Ци Хуэй. — Если продолжите, я перестану сдерживаться!
— Сдерживаться? Ты ещё и сдерживался? Да я тебя прикончу! Ещё смеешь дерзить? — судя по этим выкрикам, два слабака ни во что не ставили его угрозы, и деревянные обломки продолжали методично опускаться на него.
В очередной раз уверенно заблокировав удары, Ци Хуэй стиснул зубы и с силой рванул руки вверх. Что именно он сделал — осталось загадкой, но раздался сухой треск, по обломкам пробежали электрические искры, и доски разлетелись в щепки.
Гу Нин и Юй Синьхэ остолбенели. Не успели они осознать, что произошло, как на них обрушилась мощная волна силы. Казалось, само пространство содрогнулось, и обоих отшвырнуло на пол.
Ци Хуэй выдохнул, встал, отряхнул опилки с одежды и, глядя на лежащих людей, криво усмехнулся, явно собираясь что-то сказать.
Однако до того, как он успел открыть рот, раздался топот ног, и в комнату ввалилась толпа людей.
Оказалось, что шум был слишком сильным, и это разбудило Юй Лэцина, спавшего в соседней комнате. Увидев ситуацию, он, в отличие от импульсивного Юй Синьхэ, не бросился в драку, а поступил мудрее — побежал звать на помощь.
Братья жили здесь уже около двух лет, и все соседи знали их. Гу Нин прожил в городе Мэй больше полумесяца, и все соседи успели проникнуться к нему симпатией. Ворвавшись в комнату, люди увидели картину: Ци Хуэй стоит, а Гу Нин и Юй Синьхэ лежат на полу. У Гу Нина на глазах слезы, а у Юй Синьхэ кровь на губах. Нужны ли были ещё какие-то объяснения?
— Что за мерзавец посмел бесчинствовать в нашем городе Мэй! — рявкнул какой-то дядька, и соседи, вооружившись мотыгами и лопатами, ринулись в бой.
Ци Хуэй был в отчаянии! Ведь это он только что лежал на полу, избиваемый ими! Но объяснить что-либо такой толпе было невозможно, а сражаться с простыми людьми, когда на тебя летят мотыги и лопаты, — тем более.
В такой ситуации Ци Хуэй успел бросить лишь одну фразу:
— Я буду ждать тебя в Городе Сияния!
После чего толпа вытолкала его взашей.
Глядя, как соседи преследуют удаляющегося Ци Хуэя, Гу Нин и Юй Синьхэ застыли в оцепенении, позабыв даже подняться с пола.
— Брат! Брат Сяо Нин! — Юй Лэцин подбежал к ним. — Вы в порядке? Что здесь только что произошло!
Что произошло? Юй Синьхэ не знал, что ответить, и перевел взгляд на Гу Нина. Его одежда, которую сорвал Ци Хуэй, так и осталась распахнутой, свисая с плеч.
Лицо Юй Синьхэ залилось краской, он поспешно отвернулся:
— Быстро приведи себя в порядок.
— Ох... — Гу Нин только сейчас заметил это и послушно принялся застегивать пуговицы. Однако из-за пережитого потрясения руки дрожали.
Не успел он закончиться, как вернулись соседи.
— Тц-тц, ну и прыткий, — прокомментировал один из них. — Мы преследовали того типа до самой площади, а он достал Кристалл Источника, швырнул его в массив телепортации и так сбежал.
Присутствующие неодобрительно качали головами — они впервые видели Кристалл Источника такого размера, чтобы его можно было измерять «кучами».
Раз уж Ци Хуэй оказался таким богачом, ничего не попишешь.
— Повезло же гаду, — процедил сквозь зубы Юй Синьхэ, после чего поблагодарил соседей. Вскоре люди разошлись, и Гу Нин наконец застегнул одежду.
Юй Синьхэ теперь мог смотреть на него прямо.
Гу Нин долго и глубоко дышал, пытаясь успокоиться, и только когда заметил, что Юй Синьхэ пристально смотрит на него и улыбается, озадаченно спросил:
— Что такое?
Юй Синьхэ с улыбкой подошел, протянул руку, ухватил Гу Нина за ухо и что есть силы дернул!
— Ай! — взвизгнул Гу Нин.
— Сегодня днем, — Юй Синьхэ скрежетал зубами, выдавливая слова по одному, — кто мне говорил, что знает меру?
— Ай! Ай! Синьхэ! Не надо! — Гу Нин жалобно скулил, но Юй Синьхэ был настолько взбешен, что не собирался отпускать.
— А теперь, вечером, — продолжал он, — объясни мне, почему этот мерзавец оказался у тебя в комнате?
— Я виноват! Это я его впустил! — стоило Гу Нину произнести это, как Юй Синьхэ сжал пальцы ещё сильнее, и Гу Нин чуть не заплакал. — Я виноват! Я правда всё осознал! Синьхэ! Брат Хэ! Господин мой! Умоляю, отпусти, больно!
— Больше не будешь? — с усмешкой спросил Юй Синьхэ.
— Не буду! Ни за что не буду!
Только тогда Юй Синьхэ отпустил его. Гу Нин поспешно забился в угол, жалко прикрывая ухо рукой.
— Этот мерзавец... — Юй Синьхэ при мысли о том, что Ци Хуэй чуть было не сотворил этой ночью, снова почувствовал, как сердце сжимается от боли. Его лицо омрачилось.
Видя это, Гу Нин поспешил подползти к нему, уцепился за рукав и заискивающе улыбнулся. Юй Синьхэ ткнул его пальцем в лоб, и когда Гу Нин, ойкнув, отпрянул, тяжесть на душе немного отступила. Юй Синьхэ наконец нашел в себе силы развернуться и уйти в свою комнату.
Казалось, этот инцидент исчерпан.
Однако уже со следующего дня слухи начали расползаться по городу. В конце концов, людей, помогавших выгнать Ци Хуэя, было немало, как и тех, кто видел состояние Гу Нина. Даже если они молчали, в мыслях у каждого были подозрения. Возможно, первый, кто заговорил об этом, не имел дурных намерений, но сплетни неизбежно искажаются.
Ци Хуэй ведь был высококлассным Специалистом по производству яиц, а среди местных Специалистов по производству яиц было немало тех, кто завидовал Гу Нину.
Разумеется, самому Гу Нину было наплевать на чужие слова. Сейчас его беспокоило совсем другое.
У него... случились трудные роды.
Начиная с утра после ухода Ци Хуэя.
Он ясно чувствовал, что внутри у него лежит яйцо, но вот уже несколько дней оно никак не хотело выходить!
Глава 10. Яйцо вне уровня
Когда человеку не везет, даже при снесении яйца могут возникнуть осложнения.
Шел уже третий день. Гу Нин лежал в постели, с болезненным выражением лица потирая живот, пытаясь приложить усилия, но яйцо никак не желало покидать его чрево.
http://bllate.org/book/37790/4727547
Готово:
