Солнечный свет пробивался сквозь листву, рассыпая по земле золотые блики, и падал на плечи девушки, оттеняя её белоснежную кожу и изящные черты лица, прекрасные, словно яркие персиковые цветы.
Бросив на неё мимолетный взгляд, Цзян Юобай успела лишь заметить легкую, едва уловимую отстраненность и холодность в её глазах.
Лоу Хуайче удалялась всё дальше, а две омеги, болтавшие до этого обо всём подряд, переглянулись и молча ушли, опустив головы.
Система слегка недовольно произнесла: — Если бы хозяйка только что остановила этих двоих, она наверняка смогла бы произвести на злодейку отличное впечатление.
Цзян Юобай хранила молчание.
Система поторопила её: — Время на исходе, хозяйка должна выполнить задание как можно скорее.
Цзян Юобай опустила ресницы, отбросив на лицо крошечную тень, а её губы постепенно тронула мягкая улыбка: — Уж кому-кому, а Лоу Хуайче никогда не доводилось страдать от недостатка заступников. Если бы я просто попыталась произвести хорошее впечатление, то затерялась бы в толпе остальных.
Система не поняла: — Чего же тогда добивается хозяйка?
Цзян Юобай сняла солнцезащитные очки, являя миру яркое, ослепительно прекрасное лицо. Проведя изящным белым пальцем по дужке очков, она равнодушно произнесла: — Разумеется, займусь тем, чем должна.
Стоило ей воочию увидеть злодейку Лоу Хуайче, как перед её глазами всплыл полупрозрачный экран с голубоватым свечением. На нем были подробно указаны текущее настроение Лоу Хуайче, уровень её озлобленности, а также три человека, к которым она испытывала наибольшую симпатию.
Цзян Юобай бросила беглый взгляд и обнаружила, что все показатели Лоу Хуайче замерли на отметке ниже 10, включая тех троих, к которым у неё был самый высокий уровень благосклонности.
— Есть ли вероятность, что в цифрах закрался баг или они сильно зависят от её плохого настроения?
Система ответила: — Вероятность бага исключена. За исключением показателя настроения, который фиксируется в реальном времени, все остальные значения рассчитаны на основе среднего показателя за последние три дня.
Просидев на скамейке минут десять, Цзян Юобай поднялась и направилась к учебному корпусу.
Она специально выбрала окольную дорожку и по пути никого не встретила. Когда она добралась до аудитории, прошло уже больше десяти минут с начала занятия.
Законный возраст совершеннолетия в Имперской столице составляет двадцать лет, поэтому в систему образования добавили еще два года подготовительных курсов колледжа. Хотя официально это считалось высшим учебным заведением, от старшей школы оно почти не отличалось.
В группе было тридцать человек. Цзян Юобай остановилась у входа и заглянула внутрь. Не успела она отыскать взглядом Лоу Хуайче, как столкнулась нос к носу с разъяренным взглядом профессора.
Цзян Юобай произнесла: — Разрешите войти.
Профессор перевернул страницу учебника: — Ты из какой группы?
— Цзян Юобай.
При этом имени движение профессора замерло. Из аудитории тут же донесся шепот, сопровождаемый любопытными взглядами студентов в сторону Цзян Юобай.
Разве это не тот Принц, что совсем недавно вторично прошел дифференциацию и стал альфа-августейшей особой?
Хм, я слышала, кабинет министров единогласно одобрил её статус наследницы, разве она не должна быть сейчас занята?
Члены королевской семьи вообще почти не ходят на пары, зачем какому-то Принцу, только что получившему статус наследника, приходить на занятия?
Профессор вовремя стукнул по кафедре: — Тишина.
В аудитории постепенно стихло. Цзян Юобай, неся в руке книгу под градом любопытных взглядов, прошла между рядами аккуратно расставленных столов в поисках свободного места.
Высокая, стройная, в шелковой белой рубашке, с неизменной мягкой улыбкой на губах и благородной, утонченной осанкой, она казалась грациозной и чистой, словно раскачивающийся на ветру бамбуковый стебель.
Обладая высоким королевским статусом, Цзян Юобай излучала спокойную, величественную элегантность. У неё удивительным образом отсутствовало присущее людям высокого положения давящее превосходство, и её плавная походка мгновенно приковала к себе всеобщее внимание.
Изящный и благородный молодой альфа способен привлечь внимание каждого.
Цзян Юобай выбрала место у окна и села. Соседнее кресло оказалось свободным, и многие в аудитории с разочарованием отвели взгляд.
И впрямь королевский Принц: даже если она решилась на невероятный поступок и явилась на учебу, она всё равно не станет легко подпускать к себе людей.
Профессор за кафедрой откашлялся и продолжил лекцию.
В аудитории сидела молодежь, полная сил и юношеского задора, а появление столь притягательного альфы окончательно подорвало учебный процесс — мало кто продолжал внимательно слушать преподавателя. Закончив объяснять недосказанную тему, профессор попросту велел студентам заняться самостоятельной работой.
Система принялась упрекать Цзян Юобай: — Почему ты не села рядом с Лоу Хуайче? Свободное место рядом с ней тоже пустует.
Цзян Юобай ответила: — Слишком бросается в глаза.
Прожив в королевской семье долгие годы, она никогда не предпринимала никаких шагов наобум, не продумав всё до мелочей.
Пока она не разобралась в характере Лоу Хуайче, Цзян Юобай не желала спешить с выполнением задания.
Она невозмутимо перевела взгляд на Лоу Хуайче, сидевшую впереди по диагонали.
С её места виднелась лишь прямая спина Лоу Хуайче и малая часть профиля. Но даже этой половины лица было достаточно, чтобы вызвать восхищение и лишить кого угодно рассудка.
Цзян Юобай подняла ручку и на последней странице тетради вывела три иероглифа: Лоу Хуайче.
Тщательно всё спланировать и лишь потом действовать — таков был её принцип выживания на протяжении многих лет.
Поэтому в ближайшее время она не собиралась первой сближаться с Лоу Хуайче.
На кафедре внезапно возник голографический проектор в виде мультяшного персонажа, который бодрым голосом объявил: — Время урока вышло! Время урока вышло! Перерыв полчаса, следующий урок — математика.
Профессор захлопнул книгу и решительно вышел из аудитории.
Студенты Университета Пандора, если и не принадлежали к знати или богачам, в большинстве своем происходили из состоятельных семей. К тому же они давно вышли из возраста первоначального пубертата, а потому после звонка лишь бросали украдкой взгляды на Цзян Юобай, после чего расходились по своим делам.
Цзян Юобай закрыла тетрадь, как вдруг перед ней упала тень.
Она инстинктивно подняла голову и встретилась взглядом с глазами Лоу Хуайче.
Цзян Юобай приподняла бровь, и в её сердце промелькнет легкое удивление.
Судя по предоставленным Системой данным, Лоу Хуайче была человеком холодным и отстраненным, а её наивысшая благосклонность ни у кого не превышала десяти баллов, поэтому она никак не должна была сама подойти к Цзян Юобай.
На лице Цзян Юобай заиграла улыбка: — Одноклассница, что-то случилось?
Лоу Хуайче пристально смотрела на сидящую перед ней девушку, и только теперь Цзян Юобай смогла как следует рассмотреть её внешность.
Тонкие брови, персиковые глаза, в уголке одного из которых пряталась крошечная слезинка-родинка. Когда она слегка опускала ресницы, в её взгляде читалось то ли шутливое упрекание, то ли скрытая насмешка, а сами глаза казались удивительно притягательными.
http://bllate.org/book/37755/4721331
Готово:
