Он вернулся. Вернулся на пять лет назад, в тот момент, когда только встретил Линь Аня.
— Я же сказал…
Линь Ань лежал на боку, и гнетущая тяжесть в груди в сочетании с тупой болью в голове заставляли его раздражаться всё сильнее. Он повернул голову, собираясь обругать того, кто посмел войти в палату без разрешения, но замер, стоило ему увидеть фигуру в дверях.
Его собственные, полные ярости слова, произнесенные с таким напором, оборвались на полуслове — и то самое проклятие, которое он хотел выплеснуть, застряло в горле.
Хотя кожа Линь Аня была болезненно-бледной от того, что он вечно не видел солнца, его глаза сияли, словно звезды. Он только недавно достиг совершеннолетия, его черты лица были тонкими и красивыми, но в них еще угадывалась юношеская незрелость, а светлые пряди волос разметались по подушке.
Эта сцена отличалась от того, что было в прошлой жизни. Тогда он постучал, прежде чем войти, и не попал под горячую руку Линь Аня. Но сейчас, глядя на него, он понимал, что этот живой, настоящий и милый Линь Ань нравится ему гораздо больше, чем тот, что скрывал свои чувства.
— Что ты сказал? — в глазах Тао Байюаня промелькнула улыбка, всё его лицо смягчилось. Он смотрел на живого, полного энергии Линь Аня, и лишь пальцы, спрятанные за спиной, слегка подрагивали, выдавая, что его внутреннее состояние далеко не так спокойно, как кажется.
Однако Тао Байюань всегда умел контролировать свои эмоции. Поэтому для Линь Аня этот мужчина с полудлинными золотистыми волосами, чья внешность была настолько безупречной, что казалась лишенной изъянов, выглядел как альфа, готовый потакать любой его прихоти.
Этот человек был слишком дерзким!
Линь Ань думал, что пристальный взгляд альфы лишь разозлит его, но на деле эта улыбка с первого же удара поразила его сердце.
Его истерзанное сердце вдруг начало биться с новой силой, словно заявляя о своем существовании.
Линь Ань невольно прижал руку к груди и растерянно пробормотал:
— Ничего… ничего не говорил.
Заметив отрешенное выражение лица Линь Аня, Тао Байюань обеспокоенно нахмурился. Он подошел ближе, помог Линь Аню приподняться и коснулся его лба, а затем погладил по щеке. Словно стараясь успокоить и боясь спугнуть, он тихо спросил:
— Что случилось? Тебе где-нибудь больно?
Линь Ань позволил ему делать всё, что тот хотел, и даже невольно потерся щекой о ладонь Тао Байюаня. Осознав, что сделал, он тут же застыл.
Что он… только что сделал?!
Линь Ань отпрянул, словно его ударило током, и, весь одеревенев, ответил:
— Со мной всё в порядке.
Тао Байюань не придал этому особого значения. В прошлой жизни Линь Ань часто терся лицом о его ладони, и он привык к тому, что это доставляло ему комфорт. Но сейчас они еще не были близки, так что сопротивление Линь Аня казалось вполне естественным.
Убедившись, что, несмотря на странное поведение, с парнем всё в порядке, Тао Байюань с легкой грустью вспомнив мягкость его кожи на своей ладони, перевел взгляд на стоящий у кровати контейнер с едой, который всё еще выглядел полным:
— Ты не ел?
Мысли Линь Аня всё еще путались, поэтому он лишь машинально кивнул.
Тао Байюань без лишних слов взял контейнер. Когда он открыл его, оттуда еще шел пар. Он зачерпнул ложкой кашу, подул на нее, остужая, и поднес к губам Линь Аня:
— Открывай.
Линь Ань всё еще не мог прийти в себя от изумления. Он послушно приоткрыл рот, принимая ложку, и, когда вытащил ее обратно, на мгновение показался кончик его ярко-красного языка.Тао Байюань видел всё происходящее и невольно помрачнел, размышляя про себя: «Какой послушный… Раз он настолько покладист, почему же в прошлой жизни я его невзлюбил?»
И правда, почему в прошлой жизни он невзлюбил Линь Аня и даже, можно сказать, питал к нему отвращение?
При первой встрече Линь Ань произвел на него неплохое впечатление. Но кто мог предугадать, что такой милый и послушный омега решит сделать ему предложение? А получив отказ, перешел к решительным действиям и попросту похитил его!
Тогда, после отказа, Линь Ань показал свою властную и мрачную сторону, и Тао Байюань решил, что именно это и есть его истинное лицо.
Но теперь, глядя на него, он понимал: возможно, нет, даже точно — это он сам загнал парня в угол. В конце концов, даже кролик кусается, если его довести.
Звериная форма Линь Аня была такой крошечной и очаровательной, что даже если бы у него был скверный характер, это ничего бы не значило. А теперь, когда Линь Ань стал таким послушным, как у него вообще могло подняться на него сердце?
Парень всего лишь хотел выйти за него замуж, а он в прошлой жизни оказался таким неблагодарным!
Тао Байюань, проявляя двойные стандарты, изо всех сил сдерживался, чтобы не обнять и не приласкать Линь Аня, который сейчас кротко ел. Он лишь смотрел на него всё более нежным взглядом.
— Кузен, говорю тебе, дядя слишком уж тебя опекает, тебе не стоит…
Се Шэньюй вошел в палату, продолжая говорить, но, увидев открывшуюся картину, застыл в изумлении.
Тот, кто послушно сидел на кровати, пока незнакомый врач кормил его с ложечки, — это его кузен Линь Ань?!
Тот самый Линь Ань с переменчивым нравом, в котором, кроме внешности, не было ничего от омеги?
— Уважаемый, вы не знали, что перед входом нужно стучать?
Тао Байюань отправил ложку каши в рот Линь Аня, а затем, повернув голову, холодно взглянул на Се Шэньюя.
Се Шэньюй на мгновение почувствовал себя так, словно его приметила ядовитая змея, и всё его тело одеревенело. Но стоило ему моргнуть, как это ощущение исчезло, будто показалось.
Се Шэньюй снова посмотрел на Тао Байюаня, и на его лице промелькнуло раздражение: он не желал признавать, что только что испугался какого-то врача.
— Ты… да кто ты такой, чтобы мне указывать? Кузен, пошли отсюда, этой больнице больше делать нечего!
Он знал, что Линь Ань терпеть не может больницы, поэтому не сомневался, что получит согласие.
К тому же, учитывая его положение, как какой-то врач из частной клиники посмел так с ним разговаривать? Он надеялся, что Линь Ань между делом поможет ему проучить этого наглеца.
— Пошел вон!
Заметив, что взгляд Тао Байюаня переместился, выражение лица Линь Аня стало мрачным. Он свирепо уставился на Се Шэньюя, словно владыка, чью территорию посмели осквернить. Если бы не присутствие Тао Байюаня, он бы уже бросился вперед и ударом руки разбил эту болтливую пасть!
Се Шэньюй опешил, его лицо перекосилось от неловкости. Хотя он знал, что у Линь Аня скверный характер, он считал, что их отношения довольно неплохи, и не ожидал, что тот прилюдно ударит его по лицу.
— Кузен, ты… У тебя плохое настроение? Я зайду позже.
Лицо Се Шэньюя посинело, но он не осмелился выплеснуть гнев на Линь Аня. В конце концов, Клану Се требовалась поддержка Клана Линь, и если он разозлит Линь Аня, Линь Жуй, который души не чаял в своем сыне, непременно обрушит свой гнев на Клан Се!
http://bllate.org/book/37747/4719966
Готово:
